Ничтожество

Я прокручивала это все в голове, Отличная сцена, Он вытащил меня из кровати, Оставил все до последней копейки И забрал меня. Это шоу, что я смотрела, засыпая: Я пала перед ним на колени, Молясь чему бы там ни было на небесах: "Прошу, осудите меня, Но пусть полиция не узнает..."*

Переезд - очень тяжёлая штука, если тебе шестнадцать и единственный человек, который тебя может понять - это ты сам. Нонна грустно смотрела в окно такси, постепенно изучая новое место: однотипные дома, но с разными садами; жизнерадостные люди, которые болтают о чём-то своём; жёлто-зелёные деревья, с которых половина листьев уже накрывали их корни. Такая акустика совсем не чем не отличается от других городов. Жители сразу же заметили незнакомую машину, за которой едет вторая для перевозки вещей. Отец Нон, Алан Баклер, сидел молча - он не любил разговаривать. Вообще. Быть может, поэтому девочка замкнулась в себе, будучи маленьким ребёнком. Хотя есть ещё одна причина, но она боялась об этом говорить кому-либо. "Расскажешь - прирежу!", - всё время твердил он ей. После смерти Анны Баклер, матери Нон, Алан начал пить по страшному. Каждый его день проходил с бутылкой Водки, после чего он ставал неуправляемым. Соседка семьи Баклер, вдова миссис Рид, хотела забрать маленькую девочку себе, когда видела, как с ней обращается отец, но он не позволил. Он горой стоял за этого ребёнка, ведь "она - единственное, что напоминает мне об умершей Анне", - как говорил Алан. И с тех пор он взялся за голову, прекратил пьянки и серьёзно начал заботиться о крошечной Нон. Когда девочке исполнилось десять, он не смог сдержаться и - естественно - исключительно в честь праздника, решил налить себе пятьдесят грамм, за которыми стояла целая бутылка. В состоянии алкогольного опьянения, мужчина заметил, что Нонна чертовски похожа на свою мать и, несмотря на протесты девочки, повалился на неё и изнасиловал ребёнка. Он брал жадно и жестоко собственную дочь, которой только что исполнилось всего десять. Она же, в свою очередь, кричала от боли и умоляла того остановиться, пока она ещё жива. Но он не слышал её - его мозг был одурманен прекрасными воспоминаниями о жене, которые воплотились в самой жестокой форме реальности. Когда Алан кончил, он привстал и увидел, что девочка не шевелится. А наклонившись к ней, заметил, что та почти не дышит. В ужасе мужчина осознал, что наделал и принялся вызывать "Скорую Помощь". Когда в трубке услышал женское "Больница имени Святой Марии, чем могу помочь?", он сбивчивым голосом умолял ту отправить к ним машину, ведь ещё чуть-чуть и Нонна встретится со своей матерью. "Скорая" приехала через пятнадцать минут, когда у девочки остановилось сердце. Врачи пытались вернуть её любым возможным способом, дабы спасти эту ещё совсем юную жизнь. И к большому сожалению малышке Нон, им удалось это сделать. Но она успела умереть ещё два раза перед тем, как её успели привезти в операционную, где измученное сердечко остановилось ещё один раз. Её сумели спасти, но для чего? Для того, чтобы отец опять в порыве ярости жестоко изнасиловал её? Для чего? Нонна не знала. У неё было сломано два ребра, четыре - треснуто, кровоизлияние в диафрагме, инсульт сердца, от которого бедный ребёнок умирал несколько раз и шок от пережитого несчастья, которое будет сниться ей на протяжении всей её оставшейся жизни. Это её не на шутку пугало и после пережитого она замкнулась в себе и не могла разговаривать с людьми в течении двух следующих лет. А когда всё же решилась, отец - опять же - когда был в не самом лучшем состоянии, изнасиловал её, но уже не так жестоко, ведь помнил, как плачевно закончилась прошлая история. На этот раз он умудрился ничего ей не причинить, по крайней мере, в физическом плане. С тех пор, как он сделал эти страшные вещи с ней дважды, Алан решил забить на чувства ребёнка и, с тех пор, трахал девочку чуть ли не каждую неделю. А когда же Нон пыталась сопротивляться, он её бил по жизненно важным органам и у девочки не было другого выхода как сдаться в сексуальное рабство собственному отцу. Так продолжалось на протяжении четырёх мучительно долгих лет до того времени, когда миссис Рид не застукала мужчину за насилием и избиением девочки. И тогда ему пришлось решать: или отказаться от Нон, тем самым посадив себя за решётку, ведь эта проклятая девчонка всем разболтает о том, что он с ней делал, или уехать прочь из города. Как вы уже догадались, он выбрал второе. Алан не интересовался жизнью дочери вне дома. Ему лишь бы было, кого трахать. А зря. От слова "none" ("никто"), так её прозвал класс. Именно в школе девочка получила своё имя, ведь после смерти матери во время родов, отец так и затруднился дать ребёнку имя. Отец постоянно твердил, что из-за неё Анна покинула этот мир, из-за неё её больше не стало, это её вина. Мужчина не был слишком придирчив к выбору нового жилища, ведь времени было в обрез, пока миссис Рид не подала заявление в полицию. Но он выбрал довольно таки хорошее здание: стандартный двухэтажный дом с двумя спальнями, маленьким садиком и небольшим гаражом. Ничем не примечательное жилище. Отлично. Стоило им выйти из машины, как Нон тут же побежала по лестнице к своей новой комнате и закрылась там, осваивая территорию, так как больше в одной машине с отцом-извергом она находиться не могла. Комнатка была довольно маленькая, но девушке нравилось, ведь это её первая личная комната, куда никто, кроме неё, не имел права заходить. Она даже на секунду подумала, что у неё может быть нормальная жизнь. На следующее утро девушку ждал новый день в новой школе. Она хотела выйти как можно раньше, чтобы не встретиться с отцом по дороге к двери. Но, как всегда, её мечтам не суждено было сбыться. Алан уже стоял на кухне, когда Нон спустилась. - Ты в школу? - насупив брови, сухо спросил ненавистный Баклер. Он стоял возле холодильника, в поисках еды, оценивая взглядом наряд дочери: старая растянутая кофта, обтягивающие прошлогодние джинсы, чёрные кеды. Говорят, что одежда отображает состояние души. Следовательно, Нонна совершенно несчастна. Это можно было определить даже по одной причёске: неуклюже зачесаны волосы и собраны в пучок чуть ниже макушки. В качестве ответа на вопрос девушка слабо кивнула, застыв на одном месте, будто ожидая разрешения на выход из жилья. - Ну, иди, - она, словно очнувшись, вздрогнула и направилась к двери, после чего остановилась о ожидании школьного автобуса, который должен был подъехать с минуты на минуту. Зайдя в транспорт, на Нонну направило взгляд тридцать пар глаз, которые чётко пытались распознать незнакомку, но никто прежде её здесь не видел и поэтому ученики начали тихо перешептываться на счёт новой особы. Свободных мест почти не было и ей пришлось сесть рядом с каким-то кудрявым, русым парнем, который выглядел намного приличнее, чем все в этом автобусе. Незнакомец сначала прищурил глаза оценивая взглядом девушку, подсевшую к нему, но потом тепло заулыбался, на что Нон очень удивилась. Ещё не один, не знающий её, человек просто так не улыбался ей. - Привет, как тебя зовут? - дружески спросил парень, окутывая её заботливым взглядом. Девушка сначала немного испугалась, а после перевела на него взгляд, в попытке распознать насмешку. Но её в его глазах не было. В них она смогла увидеть только дружелюбие - чувство незнакомое ей с самого первого класса. Она слабо улыбнулась на вежливость незнакомца и ничего не сказала, что удивило его. - Ты немая, что ли? - аккуратно и тихо спросил парень, будто боялся её обидеть. Это всё в новинку для Нон, ведь она не с кем не разговаривала прежде из-за глубокой психологической травмы, поставленной Аланом. Но сейчас ей, как никогда, хотелось разговаривать. - Нонна, - тихо ответила девушка, словно загнанный в угол щенок. Парень вопросительно посмотрел на неё, потому что это имя очень странное и его не часто услышишь в Колорадо. - Красивое имя, - похвалил он, несмело улыбаясь. Девушка засмущалась от такого комплимента. Это был первая в её жизни любезность со стороны общества. - А меня - Том. - Красивое имя, - улыбнулась Нон, а потом, увидев, что парень засмеялся, резко убрала с лица радость и отвернулась. Парень немного испугался такой реакции, ведь обычно на смех отвечают смехом, а тут... обида, что ли? - Эй, ты чего? - заботливо посмотрел на неё Том, легко дотрагиваясь своей рукой к её плечу, на что она вздрагивает и поворачивается к нему, смотря в глаза непонятного цвета, но чрезвычайно красивые. Даже очень. Парень тут же убрал ладонь, поняв, что это была не лучшая идея и поднимает обе руки вверх в жесте "сдаюсь". - Всё-всё, понял, - сказал шуточно парень. После повисло неловкое молчание, которое перебивали только разговоры впереди сидящих друзей. "Наверное, это и есть нормальная жизнь", - подумала Нонна, прислушиваясь к беседам учеников и весёлым смехом. Сама же она, не радовалась последние шесть лет и, наверное, забыла как это. Но ей хотелось попробовать хоть один раз искренне засмеяться. Очень хотелось. - Ты откуда к нам? - неожиданно для девушки, спросил Том, с интересом глядя на неё. Она немного промолчала, но потом всё же решилась хоть что-то сказать. Не сидеть же бревном. - Теннесси, - всё ещё не повышая голоса не на тон, ответила Нонна. - Моя бабушка там живёт, - радостно отметил парень, найдя общую тему для разговора. Но он не знал, что девушка не в восторге от этого. Она поджала губы и закусила их изнутри. - Ноксвилл, знаешь такое? - спросил Том, в надежде услышать "Да", но Нон лишь помотала головой, показывая этим жестом, что нет, она не знает. Девушка вообще мало знала о Теннесси, потому что не выходила никуда дальше школы и дома. - Хорошо, сколько тебя лет, можешь сказать? - уже умоляя на положительный ответ, спросил он. - Шестнадцать, - покачала головой она. Том облегчённо выдохнул. Ну, хоть что-то она ему о себе поведала. - А мне семнадцать. Я просто пришёл на год позже, но не жалею, ведь теперь я старший в этом классе, - похвастался он, а затем перевёл глаза на особу, которая стояла перед местом Нонны и злобно на её смотрела, будто хотела прожечь её голову взглядом. Девушка была озадачена тем, на что или на кого парень смотрит и обернулась, увидев перед собой человека с рыжими, кудрявыми, подстриженными под каре волосами и чёрной одеждой. - Ты кто такая? - дерзко спросила разозлившая натура, смотря на Нонну раскалённым взглядом. Девушка, сидевшая возле Тома, вмиг затихла и опустила глаза, спрашивая у самой себя, зачем она, чёрт побери, села именно сюда? Инстинкт самосохранения для Нон не был базовым ещё с тех пор, когда ей исполнилось десять. Именно в тот момент она поняла, что сопротивляться нет смысла - тебя всё равно рано или поздно отымеют самым жестоким образом. - Ты глухая или немая? - вызывающе спросила девушка в чёрном. - Это Нонна, - ответил вместо неё Том, заметив, что та медлит. При чём конкретно. Он словно защищал её и ей, как персоне, которую никогда никто не пытался защитить от её самого страшного кошмара, было весьма приятно осознавать это. - Она новенькая и, как я понял, очень застенчивая. - Новенькая? Тогда пусть знает: это моё место, - зло ответила она, окутывая ту холодным, как лёд взглядом. Нон, почувствовав угрозу в свою сторону, медленно встала и, несмотря в глаза обидчицы, быстрым шагом пошла к передним местам, на которых обычно сидели "ботаны". - Ну, зачем ты так? - жалобно спросил Том, осуждая свою подругу, которая терпеливо дождалась, когда новенькая уйдёт и села на её место. Девушка озадачено посмотрела на своего друга, ничего не сказав, а лишь хмыкнула на парня. Нонна подсела к какой-то девушке, которая всем своим видом так и кричала, что она ходит в школу исключительно из-за знаний, а не для популярности. Девушка была очень удивлена от того, что хоть какая-то особа решила сесть рядом. Она, как и все остальные, осмотрела её и улыбнулась будущей подруге, как она думала. - Привет, я Маргарет. А как тебя зовут? - радужно улыбнулась девушка, знакомясь с Нон. Она же, в свою очередь, была дико ошарашена той новостью, что с ней хочет заговорить сразу два человека за день. - Нонна, - так же, как и с Томом, тихо ответила она. Как ни странно, у этой девушки такая же реакция. - А кто та девушка, подсевшая к...эм, Тому? - немного забылась Нон, спрашивая о его подруге. - Это Скарлетт - его девушка, - ну теперь всё ясно. - Она общешкольная задира. Меня, например, она толкает более двадцати раз за день. И это, если у неё хорошее настроение. - Хм... - поджала губы девушка, в ответ за столь познавательный рассказ об этой "хулиганке". Оставшийся путь они провели в тишине, хотя Марго всеми доступными способами пыталась разговорить Нон, но она, как видите, была подавлена тем фактом, о котором ей рассказала девушка. Зачем тогда он с ней заговорил? Поиздеваться? Вряд ли, ведь издёвок в его глазах девушка не заметила. Или, быть может, он просто хороший актёр? Все лицемеры хорошие актёры. Но дело в том, что Нонна умела распознавать игру и, когда замечала подобное, просто отворачивалась и уходила прочь. А здесь...что-то странное в его взгляде. Искорка какая-то что ли? Или сразу фейерверк? Путь к новой школе был не очень-то долгим, не смотря на то, что водитель постоянно останавливался на всех светофорах и знаках "Стоп". Ну, хоть водитель тут культурный. Выйдя из автобуса, Нон встретилась глазами с Томом, который, заметив это, улыбнулся и помахал рукой. В ответ она слабо, но искренне улыбнулась. Зрительный контакт разорвался, стоило Скарлетт подойти к нему, взять за руку и увести за собой. Первый урок - история. Нонна не любила её. Хотя бы от того, что при одном слове "история" её бросало в дрожь, ведь она сразу же вспоминала эти страшные вещи, которые произошли за последние несколько лет, казавшихся вечностью для неё. Не успела она зайти в класс, как её перехватила какая-то женщина, назвавшая себя мисс Остин - школьный психолог. Как оказалось, в этом учебном заведении всех новых учеников представляет именно она. Очень удобно. Прозвенел звонок и мисс Остин завела её в класс и немного подождала, пока ребята замолчат и прислушаются к её объявлению. - Внимание, класс, - немного повышая тон, но не крича, призывала женщина детей к молчанию. Нон не любила внимание. Особенно, когда оно всё направлено на неё саму и поэтому, она сжалась и опустила голову в смущении. - Это Нонна Баклер и она будет учиться в нашей школе. Относитесь к ней как к самим себе. Выбери себе место, - тихо сказала мисс Остин, показывая рукой на свободные места. Девушка осмотрела класс и единственное нормальное место было только рядом с Маргарет, куда направилась, игнорируя тихие перешептывания новых одноклассников за спиной. За несколько часов, проведённых в этой школе, с Нон решили заговорить только два человека с хорошими намерениями, ведь остаток дня её всё время пыталась унизить Скарлетт. Она ей даже кличку придумала: ничтожество. Хоть для неё уже не в новинку то, что её обзывают всеми возможными словами, но это... это что-то новенькое. Ничтожеством её ещё никто не называл. Никогда. И это звучало весьма обидно, потому что цепляло за живое. _____________ *Слова из песни "Female Robbery" от The Neighbourhood.