Храбрых ждет удача

Проснувшись утром, Тисс сладко потянулась. Кошмары не беспокоили – ей вообще ничего не снилось. Она и подумать не могла, что в кресле так удобно спать. Девушка села на постели. Как она сразу не заметила, что спит не кресле? На полу, по обыкновению на животе, спал Стеф, а она вольготно разлеглась на его кровати. Перенес! Ну почему она никогда не может проснуться в этот момент! Тисс осторожно слезла с кровати, боясь разбудить брата. Заботливо укрыла сверху своим одеялом – ей казалось, что ему холодно. Он проснется и бросит одеяло к ней на постель, а скорее всего сам заправит кровать. В коридоре шумела бритва – папа в своей ванной собирался на работу. Тисс прошла в свою, общую со Стефом, ванную и приняла душ. - Как хорошо, что Стеф спит. – радостно проговорила девушка, разматывая полотенце. Она протерла запотевшее зеркало и вздрогнула - в зеркале, кроме нее, отражалось еще одно лицо. - Помоги мне. – прошептала ее вчерашняя знакомая и из ее глаз полились серебряные слезы. – Помоги. - Радуйся, Мария, благодати полная, – отчаянно зашептала Тисс. – Господь с тобой и благословенна ты между женами…. Женщина опустила голову, и крупные капли ее слез льдинками полетели вниз. - Помоги... – выдохнула она последний раз и растворилась в воздухе. - Все, хватит. – вымолвила Тисс, все еще вжимаясь в стенку душа. – Сегодня в церковь. Исповедоваться, причащаться - постригаться, если не поможет. Решено. «Веспа» весело затрещала, отгоняя все страхи и сомнения. С соседней улицы выехала Пат и они вместе покатили в школу. - Он был большой..и черный. - эмоционально размахивая руками, рассказывала Тисс. – И жуткий. - Точно «он»? – уточнила Пат. - Нет. Может быть женщина, но очень высокая. - Насколько? - Ну..как Чез. – Тисc кивнула на долговязого одноклассника. – Хотя, я не подходила к нему… - А она? - Она чуть повыше меня. Волосы светлые, прямые. Нос..обычный, губы пухлые, глаза большие. - Молодая? - Кажется, да. Но какая-то… - девушка подбирала слова. – Постаревшая. - Это как? – удивилась Пат. - Ну, знаешь…как синьорина Рикки в прошлом году. - Когда у нее жених погиб? - Да. Она вроде молодая, но…серая. Будто из нее все выжали. Пат, сходи со мной в церковь. – заныла Тисс. - Ну, если нужно схожу. В чем проблема? Прозвенел звонок и девушки с трудом успели заскочить в класс перед приходом учительницы. - Добрый день. – тихо проговорила учительница литературы, та самая синьорина Рикки. С тех пор она немного отошла от своего горя, научилась смеяться, но получалось как-то невесело. Она уже год носила в волосах черную ленту, но на левой руке все так же поблескивало колечко – все, что осталось от прежней синьорины Рикки. - Написали сочинение? – спросила она. – Хорошо. Сегодняшняя тема – Данте «Божественная комедия». Учительница настроила проектор и на доске появилась картина. - Адольф-Вильям Бугро «Вергилий и Данте в аду» - объяснила она и стала рассказывать о произведении. Тисс же была занята совсем другим. «Храбрых ждет удача – это точно» - думала она, черкая в тетради.- « А до этого? Орлы покажут дорогу..нет, путь. А в начале? Верен будь … любимым …» - Летисия, тебе не интересно? – спросила синьорина Рикки. - Нет, что вы. – Тисс поспешно отложила листок. – Извините. - Я возьму? – учительница забрала его. – Заберешь потом. Остаток урока Тисс старательно записывала каждое слово учительницы. Рассказывала она интересно, подкрепляя сказанное иллюстрациями и цитатами из разных источников. - К следующему уроку постарайтесь прочитать. - проговорила синьорина Рикки, когда прозвучал звонок. – Летисия… Тисс кивнула и, попросив Пат подождать ее в коридоре, подошла к учительскому столу. - Летисия, что-то случилось? – спросила учительница. – Ты сегодня не такая, как всегда. - Все в порядке, просто спала неважно. Такого больше не повторится. - Я надеюсь. Скажи, на моих уроках…не интересно? Синьорина Рикки на самом деле еще училась в университете. На втором курсе она проходила практику в школе и ее, полюбившуюся ученикам, оставили, закрыв глаза на фактическое отсутствие педагогического образования. - Нет, что ты. – запротестовала Тисс. – Очень-очень интересно. Вы многое рассказываете, чего нет в учебнике. Просто я отвлеклась, мне нужно было вспомнить…кое-что. - Что, если не секрет? - Песню. Она крутится у меня в голове, но я не могу вспомнить слова. – девушка смутилась, вспомнив, что говорит с учителем. – Простите. - Здесь неправильно. - учительница заглянула в листок. – Должно быть «тем, кто любит, верен будь». - Вы знаете эту песню? - Да..вернее, я о ней читала. Она очень старая, ей уже много веков. В какой-то книге упоминалась вскользь. – она склонилась над листком и набросала строчки. – Но я помню только этот куплет и совершенно не знаю мотива. - …тем, кто любит, верен будь. Жить ты только начал. – снова послышался голос и за спиной учительницы появилась женщина. Она подняла руку, словно поглаживая ее по волосам. – Вверх орлы укажут путь. Храбрых ждет удача. - Летисия, что с тобой? – обеспокоенно спросила синьорина Рикки. – Тебе нехорошо? - Да…то есть нет. Все хорошо. – Тисс схватила листок со стола. – Спасибо, вы мне очень помогли, но мне пора бежать. А Стеф передавал вам привет. - Передавай ему тоже. – грустно улыбнулась учительница. - Передам. Тисс вылетела в коридор, чуть не снеся с ног Пат. - Ты что, призрака увидела? – заворчала подруга, но осеклась, заметив ее взгляд. – Нет… - Да! Стояла там, вся белая и пела. И гладила синьорину Рикки по голове. - О, боже. А что ты про Стефа… - Они же одноклассники. - Да ладно! – вытаращилась на нее Пат. - Что удивительного? Стефу двадцать один, синьорина на четвертом курсе или подожди…уже в бакалавриате? Не важно. Я ее даже в альбоме видела. Марина Рикки. - Покажешь как-нибудь? - Покажу. ****************************** - Я не пойду исповедоваться. – проговорила Пат, придерживая дверь. – Лучше просто посижу и подумаю о своем поведении. - А какая разница? – удивилась Тисс. - Священник живой и способен давать комментарии. О, боже. – Пат проводила взглядом молодого священника, с виду не намного старше Стефано. – Почему нет закона, запрещающего таким красавцам принимать сан. А сейчас извини, я должна немедленно отмолить этот грех. Патрисия плюхнулась на лавочку, а Тисс направилась к священнику. - Простите..святой отец. – эти слова дались ей с трудом, учитывая возраст священника. – Я хотела бы исповедоваться. Срочно. - Так много нагрешили? – как-то слишком по-мирски отозвался падре. - Нет, но мне очень нужно. - Чтож, тогда идемте. - А вы..будете? – пролепетала Тисс. - Я. – священник открыл занавеску исповедальни. Делать было нечего и девушка нырнула внутрь. - Слушаю. – сказал священник из-за стенки. - Я..редко хожу на службы. – призналась Тисс. - Печально. Службы очень полезны. - Я не пощусь. Никогда. - Это не обязательно. Пост – личное дело каждого. - Ааа…я люблю фильмы про нечисть. - Распространенное увлечение. - вздохнул священник. - Я рок слушаю. - Да ну? – он покосился на нее сквозь решетку. - Кого? - Ну, много кого. «Rammstein», «Evanescence»... - Видит бог – хороший выбор. - Эээ… - Тисс немного опешила от такой реакции. – Скажите, а если у меня видения – это плохо? - У многих святых были видения Девы Марии или Господа… - кажется, до него не сразу дошло. – А какие видения? - Женщина. - Она говорит с вами? - Да. Просит помочь и поет. - У меня к вам будет вопрос. Вы …принимаете какие-нибудь препараты? - Я не наркоманка! - возмутилась Тисс. - Нет, конечно. Это замечательно, очень мудро. - Простите. – буркнула девушка и выскочила из кабинки. Захватив по дороге Пат, она двинулась к выходу. - Напомни мне больше сюда не ходить. – попросила Тисс, вытаскивая подругу на улицу. - Почему? Я почти вымолила прощение за греховные мысли насчет этого священника. А они были очень грешные, можешь поверить мне. - Он решил, что я наркоманка! Я сказала ему о видениях, а он спросил, что я принимаю. - Это нормально. – фыркнула Пат. – Я бы тоже решила, что ты обдолбанная, если бы тебя не знала. - Ну, спасибо. Пошли, к маме забежим. - Пошли. Заодно к ба и деду заскочу. Девушки пошли по знакомому кладбищу. Обе знали его как свои пять пальцев. - Привет, родные. – Пат быстро поцеловала каменный крест, на котором значилось ее имя – Патрисия Ди Россо и имя Луиджи Ди Россо. – Простите, что без цветов. - Кто-то был недавно. - Тисс кивнула на букет в изголовье. - Пенни, сто процентов. Только ее извращенный вкус на это способен. – Пат с отвращением взглянула на голубые розы. – То, что бабуля любила синий, не значит, что нужно тащить на могилу крашенные цветы. Можно принести незабудки и выглядеть умнее. - Она старалась. - Она дура. Прости, бабуль, я больше не буду. - извинилась Пат. - Пошли, завтра зайду еще раз. - Да. - Тисс повела ее через лабиринт могил, но, не доходя до нужной, остановилась. – Пат. - Что? - Вон та могила. - С чертом? – живо спросила подруга. - Тьфу ты, какой черт! Обычный человек. Наверное. - Давай подойдем. - Патрисия решительно направилась к могиле. Она остановилась, пристально рассматривая памятник. - Тебе не кажется, что она жуткая? - Почему? – Тисс повнимательнее посмотрела на статую. – Она красивая. - У меня чувство, что она сейчас слезет. Она что, умерла в XVI веке? - Ну…да, наверное. - Такого не бывает. - Тут полно таких могил. – нахмурилась Тисс. - Не таких, а гораздо более поздних. Тисс, памятник ухоженный. На могиле ни травинки. - Рабочие ухаживают. - Да, но не так тщательно. И цветы…- Пат посмотрела на букет в вазе. - Такое бывает. - Бывает. С знаменитостями. А я ее не знаю. Тисс закусила губу. То, что она ее знала, она говорить не стала. Да и «знала» - слишком громкое слово. Она всего лишь ходила за ней по пятам. Они прошли дальше, к могиле мамы и сестренки Тисс. Она присела на корточки, собирая желтые листья, нападавшие на плиту. -Тисс. – позвала Пат. – Там мои греховные мысли идут. - Какие? – девушка подняла голову и увидела того самого молодого священника, направляющегося к ним. – Что ему еще надо? - Здравствуйте еще раз. – поздоровался парень, подходя к ним. – Извините, но вы так быстро ушли.. - Рассказала все, что было. Больше мне каяться не в чем. - Это похвально. – улыбнулся священник. – Но, можно…на минуту. Тисс отряхнула руки и, поднявшись, подошла к нему. - Я не успел договорить. - начал падре. – Я не то чтобы верю в видения… - Я не сумасшедшая. - Нет-нет, я даже не думал об этом. – он мельком взглянул на памятник. – Это ваша мама? - Да. И сестра. - Соболезную. Я давно заметил это надгробие. Очень красивое. - Спасибо. - Но я хотел спросить о другом. Видение… ваша мама? - Нет, абсолютно посторонняя женщина. Я ее не знаю. - Мой совет – попробуйте с ней поговорить. Если ее выслушать, то, возможно, она уйдет. - Думаете? - покосилась на него Тисс. - Да. Именно думаю. Я не знаю, как должно быть в действительности. – священник пожал плечами. - Но, возможно, у нее какое-то незаконченное дело. Просто послушайте. - Легко сказать – поговори с призраком. – девушка вздохнула. – Ладно, я попробую. - Попробуйте. Если будет сложно – приходите. Спросите отца Франческо – это я. Я всегда выслушаю. - Спасибо. Священник улыбнулся и ушел обратно в церковь. - Тетя Ками, это несправедливо. – стоящая на коленках Пат, собирала вновь разлетевшиеся листочки. – Ну почему: не пьет, не курит, не бабник, не ругается, красавец – и священник. – Где справедливость? - Нет справедливости. – ответила Тисс. – Все тобой перечисленное – это священник, ангел или мой брат. - Вот именно. – пожаловалась Пат. - И все три категории, включая твоего братца, на одной ступени досягаемости. Как зовут красавца? Анджело? - Франческо. - Ну почему! Мое любимое имя! Почему не Леопольд! - Ну, хватит ныть. Поехали домой, поплачешь над какой-нибудь книжкой. «Поющие в терновнике» - в самый раз. - А ведь и правда. – Пат подняла голову: в ее глазах блеснул недобрый огонек. – Ральф чуть ли не епископом был. Или кардиналом? - Пат, нет. - А что такого? - Ничего такого. Там сказка. - А Борджиа? - Нашла кого вспомнить. - Тисс, такое бывает. - Патрисия!