Gouvernante.

Зейн сидел над Хораном уже полтора часа, но тот упрямо не хотел просыпаться. Мало того, что будучи в больнице, он валялся и мирно спал крепким сном младенца, так и после выписки, уже оказавшись дома у Малика, он опять заснул, чем доставил массу неудобств хозяину. Зейну пришлось долго стягивать грязные узкие джинсы с блондина, переодевать в первую попавшуюся (просто ему было лень подниматься к себе и искать что–то из своей одежды), давно забытую родителями после переезда, розовую пижаму сестры с маленькими голубыми мишками, а потом, как можно удобнее, аккуратно укладывать спящую тушку парня на свою кровать. После трехчасового сна, Найл соизволил открыть заспанные глаза и с протяжным стоном, резко повернувшись на кровати, упасть с нее на пол, после чего, ворча, поднялся на ноги и потирая ушибленный зад, подошел к зеркалу. Увидев себя в конфетно–розовой пижаме, которая едва налезала на его плечи и жутко передавливала локти и колени, он фыркнул и поспешил в ванную, где поспешил избавиться от надоедливого одеяния. После быстрого душа, замотавшись в большое махровое полотенце, Хоран выполз из ванной и на ватных ногах спустился вниз. Найл увидел Малика, развалившегося в кресле. Вокруг были разбросаны пустые пачки от чипсов, каких–то конфет и пончиков. Найл мысленно отругал Зейна за то, что тот не в состоянии нормально поесть, а затем направился к буфету, и взяв упаковку с хлопьями и бутылку молока, сел в кресло рядом со спящим Маликом. Найл еще раз бросил недовольный взгляд на парня в соседнем кресле и открыл бутылку молока, засыпав в рот чуть ли не всю пачку кукурузных звездочек, отхлебнул из горла, чуть ли не подавившись холодной жидкостью. Хоран дотянулся до валяющегося на полу пульта от телевизора и, включив его, а потом от испуга чуть ли не вылив на себя все молоко от оглушающей громкости какого–то футбольного матча, трясущимися руками выключил его. Найл медленно повернул голову в сторону Малика и увидел его широко распахнутые глаза. Зейн подозрительно посмотрел на Хорана, который продолжал запихиваться хлопьями, внимательно оглядывая изумленного Зейна. - Ты уже очнулся, - подытожил Зейн, хоть как-то пытаясь завязать разговор. - Ага, - без особых эмоций сказал Найл, наблюдая как Малик садится в кресле. Несколько минут молчания тянутся слишком долго, поэтому, вскоре они прерываются негромким кашлем Найла, а затем и тихим вопросом Зейна. - Ты серьезно собирался сделать это? - и снова тишина. Слышен тихий гул часов, тяжелое дыхание Хорана и даже беззвучный ритм волнения, что произвольно отбивают пальцы Зейна вдруг становится невыносимо громким. Найл странно оглядывает Зейна немного наклонившись вперед, словно какой–то психопат из фильмов ужасов, а потом резко и до ужаса громко смеется. - Нет конечно! - Хоран немного успокаивается, а потом добавляет сиплым голосом, - Я просто хотел тебя немного напугать. Последние слова, слетевшие с губ блондина словно поджигают фитиль бомбы в голове Малика, которая тут же взрывается, разнося последние крупицы самообладания в прах. - Ты в своем уме? - кричит Зейн, вскакивая с кресла. - Вполне. - спокойно отвечает Хоран, отправляя в рот очередную партию хлопьев. - Найл, ты чуть ли не умер, мать твою! Как тебе вообще это в голову пришло? - Малик резко приближается, сверля блондина взглядом. - Ты же сам знаешь всю силу алкоголя. - едким шепотом произносит Хоран, заставляя Зейна вздрогнуть, - Да и к тому же, я был зол, растроган "увлекательным", - Найл нелепо показал пальцами кавычки в воздухе, - рассказом Луи. - Нет, признаюсь, сначала я действительно расстроился, потому что мне никогда не говорили очевидное настолько прямо и жестко, ну, а потом вся моя печаль утонула в... Что я там пил? Ох, не важно уже. - Зачем ты вообще полез на этот мост? Не хватило острых ощущений от таблеток? И, да, как ты вообще эти таблетки... - Зейн не успел договорить, как был перебит Найлом. - Да я хотел просто искупаться! - воскликнул Хоран, голос которого был пропитан легкой пеленой едкого сарказма и злости. - А таблетки— плевое дело. Купил в аптеке. - Без рецепта такое снотворное тебе бы никто не продал, - сказал Зейн, скрестив руки на груди, сверля блондина взглядом. - Ой, да не важно, ну попалась добрая тетенька–фармацевт, - Найл отмахнулся от Малика, как–то слишком резко поднимаясь на ноги, как вдруг настойчивый стук в дверь остановил его, точнее, рука Зейна, толкнувшая его обратно в кресло. - Сиди тут. - шикнул Малик, скрываясь в прихожей.

* * *

- Ну давай же! - злобно прошептал Луи, сотый раз ударяя по входной двери дома Маликов, куда он пришел уже после того, как его выписали из больницы, а затуманенный мозг отошел от лекарств и Томлинсон мог здраво рассуждать. Правда, Луи обещал Гарри, что как только его выпишут — позвонить — но у Томлинсона были дела намного важнее. Луи тихо прорычал что–то гневное, и развернувшись, собрался было уйти, как услышал как замок на двери резко щелкнул. Парень тут же обернулся, вглядываясь в темноте осеннего вечера в тонкую полоску свободного пространства в двери и сверлящие черные глаза за хлипкой цепочкой на замке, не позволяющей открыть дверь полностью. - Чего надо? - грубо и довольно–таки громко рявкнул Зейн, даже не думая пропускать замерзшего Луи в дом. - Я хочу поговорить. - сквозь зубы сказал Томлинсон, пытаясь сдерживать лезущую наружу злость. - Отвали, Луи. - Малик попытался закрыть дверь, но Луи успел просунуть ногу в проем, не дав этого сделать. - Зейн, черт возьми, впусти меня, пожалуйста! - сказал Луи, повысив голос от явно давящей на ногу двери. - Ногу убрал. - прошипел Зейн, оглядывая Луи быстрым взглядом, полным нотками презрения. Луи, не отрывая от парня глаз, высунул ногу из проема, после чего дверь шумно захлопнулась перед самым его носом. Томлинсон пару секунд стоял, не до конца понимая что значит этот жест, а услышав недовольное бурчание и щелчок замка, а затем и скрип открывающейся двери, с мимолетной ухмылкой вошел в дом. Пройдя через темный коридор, ведущий из прихожей в неярко освященный зал, Луи увидел развалившегося в кресле Хорана, оглядевшего его с ног до головы безразличным взглядом. Томлинсон попытался проглотить все усмешки и подколы, которые застряли в глотке, так и пытаясь вырваться наружу бесконечным потоком ядовитой желчи, а затем, как можно вежливее обратился к Найлу: - Эй, как ты? - Нормально. - фыркнул Найл в ответ. Повисла долгая минута молчания, которая могла бы длиться невозможно долго, если бы не хриплый голос Малика. - Луи, ты чего вообще приперся? - Эм... Поговорить, - задумавшись, ответил Томлинсон. - Ну и? Как успехи? - язвительно спросил Зейн, немного наклонив голову. - Как видишь, мой собеседник не особо хочет со мной контактировать! - Луи кивнул на Хорана, презрительно наблюдающего за парнями. - А чего мне с тобой контактировать–то? - буркнул Найл, - Мне с тобой не о чем говорить, потому что ты ничего не сделал. - Он ничего не сделал? - взвизгнул Зейн, уставившись на Найла, - Ты из–за него чуть ли не погиб! - Вот что ты орешь? Он не виноват, что я напился и поплавать решил, - лениво жестикулируя в воздухе рукой сказал Найл. - Он наговорил тебе всякой чуши из–за которой ты уже и напился! - Какой такой "чуши"? - Найл немного наклонился вперед, заглядывая в глаза Малика. - Он сказал мне все то, что я и без него знал, идиот! Я же не такой даун, чтобы не понять, что тебе уже давно на меня наплевать. - жестко прошипел Хоран. - Ты поехавший?! Найл, что за бред, мне не наплевать на тебя и я люблю тебя! - Ой, голубки, давайте вы потом разберете... - Заткнись, Луи! - в один голос крикнули Найл и Зейн, продолжая спорить. - Ты изменился слишком сильно! Ты перестал абсолютно проводить со мной время и вообще используешь как мальчика, которого можно будет выебать в ближайшем закоулке и который ничего тебе не скажет в протест, а наоборот, терпеливо примет все что ты с ним сделаешь! - Найл уже встал с кресла и парни продолжили свою перепалку, повышая голос все сильнее и сильнее. - Прекрати так говорить, я не использую тебя, потому что я так же терплю все твои сумасшедшие выходки, а ты совершенно не видишь и не ценишь моей заботы! - Заботы?! О какой заботе может идти речь, когда ты мне просто помогал в последний раз... Хм, дай подумать, никогда, - последнее слово Найл громко выделил, искривив рот в непонятном оскале, который тут же исчез, превратившись в тонко сжатую полоску губ. - То есть ты хочешь сказать... Томлинсон уже не вникал в суть скандала и просто стоял, пропуская все крики мимо ушей, а когда ему наконец надоело, что про него совсем забыли, он решил снова попытаться встрять в разговор. - Ой, кстати, давайте забудем об этом глупом споре из–за которого все пошло наперекосяк, - как–то скомкано вякнул Луи, после чего его снова заткнули два охрипших от криков парня, а через секунду все внимание было обращено на Томлинсона, который уже очень сильно пожалел о своем предложении. - Да иди ты со своим Гарри знаешь куда? Я бы тебе показал, но я занят! - рявкнул Зейн, - Всем давным давно уже наплевать, а ты пришел мне мозги долбить своим парнем—шлюхой?! - Следи за языком, Зейн! - Луи почувствовал, как неосознанно, его кулаки сжимаются, а лицо покрывается тонким полыхающим занавесом гнева и некой обиды. - Проваливай, Луи, - дай мне разобраться. Томлинсон развернулся на пятках прежде чем Зейн успел договорить фразу и уверенными шагами направился к двери, после чего, чуть ли не вырвав неподдающуюся ручку, вышел из дому, хлопнув напоследок дверью.

* * *

Луи уже подходил к своему дому, когда заметил красный Мини Купер матери, припаркованный во дворе. Парень рванул к дому, кряхтя от боли по всему телу, чуть ли не растянулся на ступеньках и быстро нажав на небольшую кнопку звонка справа от двери, пригладил взъерошенные волосы мокрыми от волнения ладонями. За дверью послышались шаги и когда она распахнулась, Луи увидел Стайлса, глаза которого метали молнии и одновременно были переполнены волнением и страхом. - Твою мать, которая, к твоему сведению уже дома, Луи! Какого хрена ты ходишь так долго и почему не позвонил мне, я бы смог приехать за тобой, пока она не вернулась бы! - прошипел Гарри, затаскивая мальчика в дом за шиворот. - Почему она тут? Она же завтра возвращается! - изумленно прошептал Луи, выглядывая мать из–за широкой спины Стайлса. - Я без понятия, сказала, что решила просто вернуться, потому что скучала. Томлинсон закатил глаза, тихо фыркнув под нос. - Где я был? Что ты ей сказал? - Ты гулял с... - О, мой мальчик вернулся! - резко выскочившая из–за угла Джоанна чуть ли не раздавила сына в объятиях, а Луи изо всех сил старался не заорать от боли, когда чувствовал, как хрустят позвонки и хрящи. - Да, мам, я тут, - простонал Луи, глотая воздух. - Ты где был? Почему так поздно?! - мама сразу же перешла от объятий к нападению. - Эм, я... - Гулял с Найлом и Лиамом, Джо, я же вам все подробнейшим образом рассказал, - мягко вставил Гарри, подойдя к Джоанне и легонько приобнимая ее за плечи. - Ох, да, совсем из головы выскочило! - стукнув себя по лбу сказала женщина. - Проходите за стол, мальчики, я сейчас что–нибудь приготовлю, а потом расскажу вам, почему Гарри теперь живет с нами. Томлинсон и Стайлс уставились на Джоанну, выпучив глаза и раскрыв рты и одновременно переглядываясь между собой, наблюдая за ошеломляющей реакцией от столь неожиданной новости. - Мам, как так вообще? Я не понимаю! - запинаясь спросил Луи. - Да, я тоже хотел бы послушать объяснение, - испуганно вставил Гарри, хлопая глазами. - Быстро в столовую, я сейчас все расскажу! - приказала женщина, а сама отправилась на кухню.

* * *

- Какого хрена я вообще должен с тобой жить? - возмутился Луи, наблюдая за недовольным лицом Гарри, изменяющимся от сказанной мальчиком фразы. - Ой, ну, то есть, я не против! Вообще не против, просто я не понимаю как это возможно! - Я сам не знаю! - раздраженно отмахнулся Стайлс, потирая виски. Еще несколько минут они сидели молча, но когда Джоанна наконец вернулась с двумя большими тарелками, где была навалена целая куча спагетти и все это было засыпано сыром на скорую руку. - Так, ешьте и слушайте! - поставив перед парнями еду сказала Джоанна. - Я весь во внимании. - пробормотал Луи, набивая рот макаронами. - Дело вот в чем...