Я понимаю тебя.

Ночной город, как всегда, необычайно красив. За окном такси мелькали огни проезжающих мимо машин. Было уже около десяти вечера. Глаза закрывались. Мой спаситель сидел рядом и молчал. Меня перестало напрягать его присутствие. - Здесь остановите, пожалуйста, - сказала я, увидев свой подъезд. Машина остановилась. Женя расплатился и в след за мной вышел из машины. Я даже не знала, будет ко мне Женя заходить или нет. Да и вообще, зачем ему заходить ко мне домой? Проводил и ладно. Пусть будет свободен. Тем временем мы уже подошли к подъезду. Чёрт, ключи же выкинули вместе с курткой. Мать меня просто прикончит. Хотя под ковриком должен быть ещё один. Мы зашли в подъезд. Стало ясно, что он зайдёт ко мне домой. Я нашла "ковриные" ключи и открыла заветную дверь. - Маааааааам, я дома, - протянула я с надеждой, что мама пришла от своей семейки, но в ответ последовала тишина. - Действительно, зачем идти домой, если там дочь, которая тебе нахуй не нужна! - сбрасывая с себя кеды, я кричала на пустоту. Оглянулась на Женю. Вид у него был растерянный. Мне снова стало стыдно. Выдавив из себя улыбку, я сняла его пальто. - Спасибо... - сунула ему пальто в руки. - Не за что. - Пошли, хоть чаем тебя напою, спаситель мой, - пробормотала я и направилась в зал. - Да нет, не нужно. Чёрт. Разбитый бокал всё так же лежал на полу. Даже кровь на паркете осталась не тронутой. Мать даже и не собиралась приходить. Сразу видно, любит она меня, да. Слёзы покатились градинами. Я даже родной матери не нужна. Ничтожество. Сзади послышались шаги. Снова он. И опять его руки нежно касаются моей спины. Какой уже раз? Ах да, третий. Воспоминания прошедшего дня вновь закружились у меня в голове. Слёзы ещё с большей силой предательски потекли из глаз. Женя присел рядом со мной. - Я, наверное, сошёл с ума... - в панике бормотал он. Вдруг наступила тишина. Лёгкое касание до моего лба. Он... Он что, поцеловал меня в лоб? Мурашки пошли по телу с бешеной скоростью. Я осторожно вытянула руки и прикоснулась к его груди, сжав футболку. Поцелуи в волосы, руки, в солёные от слёз глаза. Хотелось большего, но мне, думаю, уже достаточно. - Всё хорошо, - раздавался шёпот Жени. Я отстранила его от себя. Он продолжал шептать: - Ты можешь мне всё рассказать. Тебе будет легче. Легче... - в этих словах было столько нежности. Любой бы просто таял от них. Я набралась смелости рассказать ему всё. - Ты точно хочешь слушать моё нытьё? - Точно, - его лицо было таким серьёзным. - Ну, мама и папа развелись... - начался длинный рассказ, в котором я просто выговорила всё, что во мне было от шайки долбоёбов до матери, ушедшей в другую семью. Время шло незаметно, однако, рассказ был всё длиннее, а его глаза всё внимательнее.