Сборник драббликов.

Когда зависит от нас мало, наши планы и надежды все чаще начинаются с беспомощного «если». (с)Эльчин Сафарли "Мне тебя обещали." - Нет. Агатсума тяжело вздыхает: - Слушаюсь, Хозяин. Негромко хлопает дверь, закрываясь, закрывая Сеймея от Агатсумы и наоборот. Боец несколько минут гипнотизирует её взглядом, а потом достаёт маленькую, пухлую книжицу и проглаживает пальцами контур полюбившегося лица. - Ну, здравствуй, Рицка. - он осекается и переворачивается на бок, поджав под себя ноги. Сколько он уже читает эту мангу? Агатсума не ведает, но она будто специально написана для него, ведь кто, как ни он, заслуживает Имени Нелюбимый... Если только Сеймей узнает, что его манга не потерялась... Агатсуме не жить. Но он не узнает, у них всё ещё нет Имени, а поддерживать Связь Аояги отказывается наотрез. Агатсума никогда не видел этого мальчика, но любит его всем сердцем. Его пушистые ушки, хвостик, фиалковые глаза и грозно сведённые брови. Почему-то ему кажется, что насколько обманчивым может казаться порой спокойствие и расположение Сеймея, настолько неопасен и гнев ушастика. У мальчика очень добрые и честные глаза. Таких просто не бывает... не бывает на самом деле. И надо забыть, но он не может. Прочитав ещё три страницы из нелёгкой судьбы Нелюбимого, Соби осторожно укладывает книгу напротив сердца, обхватывая колени. - Я люблю тебя,Рицка, - тихо шепчет Боец. Так ему кажется, что он не один. Рицка рядом. ******** - Подъём! - Кто ты? - недовольно огрызается Боец хриплым голосом. - Я? Я Природный Боец Сеймея! Это просто какое-то недоразумение, у тебя даже нет Имени!Какого чёрта Сеймей притащил тебя к нам? Агатсума выразительно проигнорировал это небрежно сказанное "нам", больно резанувшее по сердцу. - Я тебя раньше не видел. - Я мотался в Луны по делам своей Возлюбленной Жертвы. А вот ты - чужак. Нисей издевательски застыл над скорчившейся на диване фигурой Бойца и презрительно оскалился: - О, а что это тут у нас, никак хентай?! - Отдай! - в глазах Агатсумы мелькнул страх, что вне всяких сомнений порадовало Нисея. - А ты отними! - Прекрати немедленно! - Воу... Да это же... Агатсума, ты настоящий извращенец! - с восхищённым присвистом выдохнул Нисей, демонстративно перелистывая страницы, - и сколько ему? Десять, тринадцать? - Шестнадцать, отдай немедленно! - А то что? Позовёшь Сеймея? - Нет. - Почему? Давайте все вместе хором позовём Аояги Сеймея! Сей-мей, Сей-мей! Сей-.. - Заткнись! - Агатсума ветром налетел на Акаме и почти сшиб его с ног, выдёргивая из рук обличающую книгу. - О, так ты ещё и вор! Какая мерзость, - Акаме скорчил обиженную гримаску, - Сеймей непременно узнает обо всём прямо сейчас. Акаме хищным зверем ринулся на Агатсуму, и бойцы сцепились в нешуточной схватке. - Какого чёрта здесь происходит?!!! Вы разбудите мне Рицку! - Сеймей, я не виноват, это всё он! Представляешь, этот святоша ... - Не надо! Прошу... - Поздно, Агатсума, ты меня разозлил. Сегодня я не склонен к великодушию. - Посмотри, какую мерзость читает твой фальшивый Боец. - Мне неинтересно, - холодно отозвался Сеймей. - О,это очень интересно, ты знал, что Агатсума увлекается ма... АААА! - Агатсума укусил Акаме за запястье, книга сделала кульбит и полетела с балкона прямо в дождь и грязь. Сердце Соби попыталось выпрыгнуть за ней следом, но юноша лишь обречённо опустил руки, смиряясь с невосплнимой утратой. - Прекратили оба. Через два часа у нас бой. Акаме, задорно вихляя задом, вышел из комнаты, напоследок показав Агатсуме язык. Как только дверь захлопнулась, Соби ринулся к окну, спасать своего драгоценного нарисованного друга. В два прыжка оказавшись на земле, он выудил из лужи намокшую книгу и заплакал. Конечно, её можно высушить, но мысль о том, как поругался Акаме над его Рицкой, не давала покоя. - Агатсума, на выход, - тон, не терпящий отлагательств. Торопливо сунув под кровать маленький томик манги, Страж последовал за Хозяином. Это был самый унылый и выматывающий бой в жизни Возлюбленного. Агатсума совершенно не понимал, что хочет от него Сеймей, с досадой поглядывая на усмехающегося Акаме, лихо подбрасывающего в воздух цветистые заклинания, но Силы не хватало и ему, Агнец не делился ни с кем. Аояги шипел от боли, прикованный лимитерами к земле, и только гордость не позволяла ему разреветься от боли, как девчонка. - Поражение, - холодно рапортовал противник, размыкая оковы. Назад они шли в полном молчании. А потом Агатсума познакомился во всей полноте с опасным бешенством своего тирана. Обливаясь собственной кровью и яростно отплёвываясь, пытаясь не захлебнуться от глубоких порезов, Соби пятнал кровью белые простыни, даже не пытаясь вырваться из хватки жёстких пальцев Сеймея. - Вот теперь ты мой, Боец. И я сделаю с тобой, что захочу. Понял? - Да, Хозяин, - перед глазами плыли разноцветные круги, голова кружилась от кровопотери, но он привык терпеть любую боль. - Это моё, - Сеймей продемонстрировал Бойцу заветный томик манги. Агатсума почувствовал, как по спине прошёлся мерзкий, колючий холодок, и лезвие снова впилось в шею, жадно кромсая её собачьим ошейником: - Я же говорил, что. Не люблю. Когда. Трогают. Мои. Вещи! Наверное, Боец истёк бы кровью, но лезвие выскользнуло и упало на ковёр. - Значит, Нисей прав? - В чём? - В том, что ты извращенец. - Это неправда. - Ты знаешь, кто это? - Аояги коснулся страницы окровавленным пальцем, и у Агатсумы замерло сердце. Мысль, что Сеймей марает Рицку кровью, убивала его. - Персонаж манги, Рицка Аояги. - Он не персонаж, Агатсума. Рицка мой брат. - Что?! - щёки Агатсумы непроизвольно вспыхнули, сердце забилось с бешеной скоростью. - Этот мальчик реален. Мангу с ним я заказывал мангаке. На заказ. Если хочешь, в ней заключается весь мой план, в котором братишка играет далеко не последнюю роль. - К-какой план? - Для этого ты должен собрать все тома манги, Агатсума. А они пока ещё только в моей голове. - Что ж, так даже лучше. Совместим наказание с неотвратимостью. Ты должен будещь встретиться с Рицкой, и ты полюбишь его. - Так ты нарочно позволил мне... - Конечно, неужели ты мог подумать, что о я оставлю что-то важное на виду? - ухмыляется Сеймей верной догадке, - но теперь всё намного проще для тебя, не так ли, Боец? - Но тогда... Я не понимаю, Сеймей. - Ты слаб, но мерзкое чувство твоего предательства от этого не становится меньше. Ты моя вещь, не Рицки. Я желаю, чтобы ты никогда не забывал об этом. Даже после моей смерти. - Сеймей, что ты такое говоришь? - Агатсума с ужасом воззрился на Аояги, приподнявшись на постели. - Так надо. Мне не на кого оставить братишку. - Не оставляй меня, Сеймей! - Ошейник никогда не позволит тебе оставить меня. - Сей...мей... - губы уже почти синие, постель кровью пропиталась насквозь. - Слушай мой голос. Инструкции, что я дам тебе сейчас, ты должен неукоснительно выполнять. Аояги с омерзением касается шрамов и произносит заклинание, прекращая кровотечение. Соби дышит ровнее, погружаясь в тревожный, кошмарный сон, где бежит и не может догнать Сеймея. ******* Когда он просыпается, на него смотрят внимательные фиолетовые глаза. Глаза, в реальности которых он больше не мог сомневаться. - Доброе утро, Рицка. - Доброе, а вы кто? И почему вам известно моё имя? - Агатсума Соби, - сипит. - А я Рицка, Аояги Рицка. У вас простуда? Я могу принести имбирный чай. - Спасибо, не на...само...пройдёт. - Я могу принести антибиотики. - Не стоит, прав...кхе-кхе...хрр... - Осторожнее! Это кровь... Боже... Это же очень опасно! Я сейчас... Агатсума хватает Рицку за рукав, тяжело дыша, и отчаянно вертит головой. - Не стоит... правда. Я... сам. - Это неправильно... - Пожалуйста. - Хорошо, но только не поднимайтесь с постели. Рицка делает пару шагов и тормозит у самой двери, вспоминая: - Простите, вы не знаете, где мой брат? - Он... умер, - слабо кривится Агатсума. Слово "умер" не укладывается в его голове совершенно. - Что?! - шокированный Рицка отшатывается в сторону, прислоняясь к двери.- Ты сумасшедший! - Возможно. - Почему ты говоришь мне такие вещи?! - Я исполняю приказ, последний приказ твоего брата, - тихо отвечает Боец, и Рицка чувствует, как с головы до ног покрывается тонкой корочкой прозрачного льда. - Последний... приказ? - Ты всё узнаешь после, Рицка. Мальчик в смятении убегает прочь.Агатсума слышит звуки, на которые прежде некогда было обращать внимания. Визгливые крики женщины, которую Сеймей называл своей матерью, мольбы и плач Рицки. *********** Следующая встреча состоялась только на следующий день. Рицка брёл, не глядя под ноги, сминая в руках свежую газету. Аояги Сеймей сгорел заживо в его классе. Он делает ещё несколько шагов мимо школьной решётки, минуя Агатсуму, и поднимает на него непонимающие, почти серые глаза. - Что ты здесь делаешь. - Жду тебя, Рицка. - Сеймей умер. - Да. - Как ты мог узнать такое раньше меня? - Я его Боец, Рицка. - Что значит "Боец"? - Тот, кто исполняет приказы. - Почему... Почему ты его не остановил? Если знал, знаешь! - Так пожелал Сеймей. - Ты врёшь! - У меня нет причин врать тебе, Рицка. - Зачем? Неважно, что случилось, я бы всё понял! Почему он не рассказал мне? Почему?! Рицка молотит Агатсуму по груди, медленно сползая на землю рядом с ним. Взрослый подхватывает его за локти, не давая упасть. - Рицка. - Да? - Дай мне твою Силу. Агатсума осторожно целует мальчика, и тот почти не сопротивляется ему. Нить оплетает их незримой Связью, губы сухие и воспалённые касаются губ, и Агатсума стонет от затопившей всё тело сладкой истомы. Рицку тоже сносит волной от накатившей слабости. - Что ты делаешь? - глазам Рицки возвращается блеск и знакомая ярость, щёки алеют. - Принадлежу, - Страж пробует слово языком и улыбается. Соби знает точно, по какому сценарию будут развиваться события этой истории. Он сможет любить Рицку. Впрочем, пока ему не прикажут обратного. Но жизнь вносит свои коррективы. - Зачем ты это сделал? Идиот! - Я люблю тебя, Рицка. Моя душа тело,чувства и мысли, всё это принадлежит тебе. - Ты говоришь странные...вещи. Агатсума слушает ветер, ожидая когда пространство прорежет тонкий звук раскрывающейся чужой сферы. По сценарию, через пару минут за Рицкой должны прийти двое. - Я смогу защитить тебя, Рицка. Я убью любого, ради тебя. Агатсума обнажает шрамы, глаза Рицки расширяются от ужаса, и мир погружается в кромешную тьму. - Я люблю тебя, Рицка, ничего не бойся, - шепчет Агатсума отодвигая мальчика за свою спину. Противник атакует. Бой короткий и яркий, слова режут и причиняют боль. Становится всё труднее с каждым поцелуем стоять на ногах, тело жгут лимитеры. Мальчик даже не замечает, как оплывают стены, возвращая в реальность, продолжая стоять, вцепившись в зелёную тунику Соби сведёнными от напряжения пальцами. - Соби... Что происходит, почему они говорили все эти странные вещи, и кто Ты? Кто ты на самом деле?! - Просто позволь мне подержать тебя так... ещё немного. Они стоят в центре осеннего парка. Соби оставляет Рицку одного, растворяясь во тьме, с кучей неотвеченных вопросов. Теперь у него есть шанс начать жизнь с чистого листа, прикоснуться к своей мечте. Но что делать, если у тебя на руках только первый том, а сценарий жизни в чужих руках? Агатсума мало знает о людях и много о бабочках. Бабочки живут одним днём, не думая о "завтра". И сейчас в обладании Бойца нет ни уверенности, ни знания, у него нет ничего своего, кроме преданности Бойца. Но Сеймей умер, и теперь никто не сможет поручиться за окончание манги "Loveless" Смогут ли они продолжить эту историю сами?