Трудности семейной жизни, или 33 несчастья

С тоской выл ветер, подхватывая на лету сухие листья и швыряя их в лица случайных прохожих. Небо наваливалось тяжестью туч на город, то тут, то там хлопали двери, и люди, словно маленькие серые мышки, прятались в свои дома-норки. И вот на улицах небольшого уэльского города остался всего один человек. — Эге, скоро ливень будет! Надо бы мне поскорей найти укрытие, — вполголоса сказал мужчина и вздохнул, бросив задумчивый взгляд на ступни, обутые в тонкие замшевые ботинки: промокнут насквозь, причем очень быстро. Еще раз вздохнув, он целеустремленно пошел по дорожке, вглядываясь в одинаковые желтые дома с большими окнами. «Ривенделл», — прочитал он на табличке приглянувшегося домика и нажал на кнопку звонка. Одновременно с этим небо рассекла голубоватая вспышка: началась гроза. *** Все пошло наперекосяк еще с самого утра, когда в Замок без предупреждения нагрянули с визитом сначала миссис Сашевраль Смит, а затем и Марта с Летти. Дамы очень интересовались здоровьем и настроением будущей матери, в то время как оной больше всего хотелось выставить всех за дверь и поспать хоть часик на уютном диванчике. Также было бы очень славно вправить Хаулу мозги: этот интриган, едва заслышав стук колес кареты Фанни, спешно телепортировался по «неотложным, ну пойми, родная, очень-очень важным» делам. Странное ощущение, будто это уже случалось прежде, не оставляло Софи весь вечер. Но, увы, спровадить гостей удалось только с приближением темноты. Однако на этом злоключения вымотанной и потому очень сердитой Софи не кончились. В дверь опять постучали. — Кого лоббоки принесли на ночь глядя? — свирепо взвыла Софи, не вставая с дивана. — Софи, это из Уэльса! — задумчиво моргнул в камине Кальцифер. — А вот кто, я не знаю. — Хаул! — воскликнула Софи и со всей доступной беременной скоростью ринулась к двери. Миссис Пендрагон уже успела придумать, по меньшей мере, пять способов, как проучить мужа, но оказалось, что они не понадобятся. За дверью стоял странно одетый незнакомец и с недоумением заглядывал в комнату. — Э-э-э, извините, там дождь, и я подумал… — растеряно сказал мужчина, так тоскливо вздохнув, что Софи разжалобилась и пригласила его остаться ночевать. *** Мистер Хиткли с удобством расположился у камина. Здешняя хозяйка оказалась весьма любезной: и ночлег предоставила, и угостила вкусными пирогами. От выпечки, правда, его немного тошнило, но это не страшно. Куда хуже было бы, если б он попал под дождь и промок! И шикарные туфли, за которые он отдал кучу денег, и новенький костюм — только подумать, они ведь могли испачкаться! Но теперь все позади: эту чудовищную ночь он переждет в тепле, выйдет с рассветом и уже к полудню прибудет к кузине. Только вот странно, почему не слышно, как капли дождя внахлест бьют по окнам? И откуда исходит это фальшивое пение, ведь еще минуту назад никого на кухне не было? — Большая кастрюлька бурчит на полу... А кот уже умер! — довольно противным голосом выло что-то совсем недалеко от чутких ушей Мистера Хиткли. Он обернулся. — О пресвятые угодники! Что это? — шепотом завопил он, одновременно и боясь, и желая спугнуть невиданное чудовище, уютно устроившееся на дровах. Неужели он сходит с ума? Как иначе можно объяснить, что у пламени было лицо? Синее, с зелеными завитками-волосами и фиолетовыми зубами? — Что с вами? — спросила спускавшаяся по лестнице миссис Пендрагон. Мужчина вскочил с кресла и бросился к ней, готовый расцеловать эту чудесную женщину, такую добрую и заботливую. Но что-то остановило его. Вслед за хозяйкой по лестнице ужом ползла мокрая тряпка! А миссис Пендрагон тихо бормотала себе под нос: «Ты пропустила пятно на пятой ступеньке. Вернись и дотри!». И тряпка послушно принялась дотирать какое-то пятно, странного зеленовато-синего цвета. А рыжеволосая женщина довольно фыркнула и обратилась к гостю: — Так что с вами случилось? Мне показалось, вы взволнованы. Мистер Хиткли испуганно отшатнулся. Он уже собирался извиниться за доставленные неудобства и грациозно удалиться(как можно дальше и как можно быстрее от этого странного дома!), как вдруг дверь сама открылась. Молоденький паренек, почти по макушку нагруженный холщовыми сумками, свитками и мешочками, проскользнул в гостиную. — Софи, я не смог найти волосы кикиморы и воробьиный корень, зато смотри какой достал нам замечательный Образец! — с восторгом заявил парень, доставая из мешочка нечто овальное, красно-бурое, смутно знакомое. Похожее на… сердце? «Пресвятые угодники!», — в ужасе подумал Мистер Хиткли, — «Ох, неужели я забрел в логово тех самых чудовищ, которые торгуют органами?» Мистер Хиткли побледнел, позеленел и покраснел. Он долго не мог решить, что же ему делать: сломя голову мчаться из этого жуткого дома или попытаться захватить преступников и отвести в полицейскую часть? Но страх за свою жизнь победил гражданский долг. Мужчина крякнул, рванул дверь и выбежал во двор. И только красивый замшевый ботинок светло-коричневого цвета напоминал о подозрительном ночном госте. — Ну и что это было? — округлив глаза от недоумения, спросил Майкл. — Даже не знаю. Может вор? Или шарлатан какой-нибудь, — предположила Софи. И вдруг ойкнула, схватившись за живот. Испуганный Майкл поскорее усадил ее в кресло. — Тук-тук-тук! — поскреблись в дверь. Софи и Майкл в суеверном ужасе посмотрели друг на друга. — Это я! Ваш любимый Хаул! Дверь открылась, и пред Софи и Майклом предстал во всем своем великолепии придворный чародей. Дрожащая Софи, забыв все обиды, кинулась в объятья мужа. А тот поинтересовался: — Что там за мужчина чуть меня не сбил? Он мчался с такой скоростью, будто вы отдали ему наши сапоги-скороходы. — Да так, забегал к нам один воришка! Из Уэльса, — прошептала Софи, прижимаясь к Хаулу. — А, так это тот несчастный, которого я телепортировал сюда, чтобы ты не скучала без меня, милая! Софи отстранилась и злым-презлым взглядом посмотрела на мужа. Наученный горьким опытом чародей, прикрыв голову руками, побежал запираться в ванной. *** Мистер Хиткли одиноко брел по незнакомой пустоши. Вокруг росли странные голубые и сиреневые цветы, которые, казалось, светились в темноте. А мужчина все шел и шел, и что-то подсказывало ему, что к кузине он попадет очень и очень нескоро.