От Заката до Рассвета

Было тесно. На Роланда кто-то давил. Он очнулся и обнаружил себя под свалкой нескольких трупов. Выбравшись из-за завала лишь наполовину, он огляделся. Только сейчас до него доходили звуки битвы. Выстрелы, крики, искры щитов пенящиеся кровь – праздник Жизни в самом разгаре. Бандиты уже воевали друг с другом, перевернув столики, они набивали друг другу морды и выносили мозги с грохотом оружия. Роланд не знал, сколько длился танец Мокси, не знал, сколько провалялся без сознания. Бандитов осталось не больше десятка, когда же весь зал был усеян трупами и кровью. Стены были обшарпаны пулями и видны причудливые «солнца» взрывов на металлической стене. Они были довольно прочными, а современные технологии позволяли быстро устранять небольшие повреждения. «Как я не мог услышать взрыв? Как я не мог услышать выстрелы и вопли…»- взгляд солдата остановился на трупе. Он моргнул. Оказывается, не все были настолько глупы, чтобы участвовать в этой бойне. Они залегли между мертвыми, прячась от борьбы, в которой все равно умрут. И когда двери бара раскроются, а хозяйка начнет наводить порядок, они попытаются ускользнуть, и больше не приходить сюда никогда. Все любят Мокси. Ведь тот, кто не боится смерти – пытается заполучить Мокси. А тот, кто любит жить, уйдет, сохранив ее танец в воспоминании. Ведь спастись между мертвыми, и слышать бой богоподобного оружия – настоящие чудо… Никто не застрахован от шальной пули. Особенно на Пандоре. Особенно, когда там много оружия. В этом то и состояла главная проблема – технологии развивались, а человек оставался все таким же злым и алчным. С первобытных времен человеческий род пытался заполучить еду и женщин с помощью грубой силы, палки или камня, кинутого исподтишка. Потом интересы и орудия убийств все увеличивались, но метод остался тем же – забери что нравится и убей того, кто хочет того же, что и ты. Конечно же, Мокси отбивалась одна сразу от нескольких бандитов. Она отстреливалась из-за барной стойки, постоянно мотаясь из угла в угол. Гранаты никто не метал, так как любая лимонка может накрыть большую половину бара. Следы от взрывов скорее были следствием оружия компании «Торг». Да и сами бандиты старались как можно аккуратней «подрезать крылышки» красавице, когда же она их не жалела. Электрические пули «Рубина» прошивали щиты насквозь, а шоковая пуля в груди может изрядно потрясти. Сейчас к Мокси приставало четверо бандитов. Роланд попытался прийти к ней на помощь, как он сам попал под горячий нрав безумцев, решивших вынести для начала всех конкурентов. Укрывшись за столом, он начал стрелять в ответ. А пока солдат отвечал, один из бандитов таки пробился за барную стойку бара. Он схватил обольстительницу за руки и потащил к стене. Другие тут же набросились на нее. -Я уже вся намокла…-простонала она, когда бандит перед ней подошел ближе. Уперевшись ногой ему в грудь, заставила того отойти. Вторая нога тоже нашла опору на груди мерзавца. Каблуки но крови разодрали плоть, и можно было выколоть врагу глаз. Но вместо этого Мокси закинула ногу за голову головорезу, и сжала их, заставив мужчину уткнуться лицом в самое сокровенное место. Он ощущал ее запах и влажность. Она ни капельки не соврала. -Ты чувствуешь, милый?- после чего резко дернула бедрами, ломая счастливчику шею. Она любила убивать сексуально и извращенно, заставив жертву на миг почувствовать экстаз удовольствия. Налетчик между ног Мокси стал оседать, и остолбеневший от этого бандит, который держал ее руки, был уже обречен. Его хватка ослабла, и женщине ничто не мешало вырваться и прострелить ему сначала хер, а потом и сердце. От этой потасовки Мокси потеряла внимание, и на нее уже нацелились другие два бандита. Прозвучало два выстрела, и они тоже упали, склонив голову перед мастерством Роланда. Они оба смотрели друг на друга. Бар был разрушен: бутылки побиты, кровь, трупы…на уборку ушло бы много часов. Но современные методы чистики были такими же эффективными, как и оружие. Мокси улыбнулась Роланду. -Спасибо, солнышко. Старушка совсем потеряла форму.- она подходила к нему. На теле были кровавые рубцы, неглубокие, которые легко заживлялись. Но именно они придавали ей еще больше эротичности. Неспешной походкой она направилась к нему. Груди ее плавно переливались, глаза игриво горели. Она хотела закончить этот вечер, и она уже была готова к этому, в чем убедился один из мертвецов. Мокси обняла Роладна. Одна рука коснулась его грубого лица. -Ты такой…мужественный.- почти пропела она своими пухлыми губками. От нее исходил приятный жар, жар недавней битвы и страсти. Сам Роланд не понимал, что с ним происходит. Он не мог пошевелится, не мог что-либо сказать. Она парализовала его, как тогда всю публику, как она делала много раз. Как удав, который гипнотизирует кролика, и тот послушно идет в пасть. Серцеедка, пошлая и безбашенная, она хотела не только его убить. Она хотела унизить вместе с ним всех мужчин, заставить заплатить за все слабости своих штанов. -Я…-попытался он что-то сказать, но поцелуй Мокси накрыл его. Мокси целовала, как умеет только она: тающим поцелуем, нежным и страстным, похотливым и робким одновременно. Она показала, что она была всякой женщиной, она вбирала в себя все женские пристрастия. Ствол «Рубина» поднялся на уровень его сердца. Все еще горячий от своего шокирующего шоу, он собирался сжечь сердце еще одного мужа. Дуло уткнулось впритык… И он улетел за перевернутый стол. Роланд вывихнул руку Мокси, и теперь она сгибалась от боли. -Что…Что ты делаешь, милый?!- испуганно трещала она.- Если хочешь… -Замолчи.- он ударил ее коленкой по животу и оттолкнул к барной стойке. Мокси была вне себя от удивления и ярости. -ТЫ УДАРИЛ ЖЕНЩИНУ!!! -Я ударил своего противника. И мне не важно, кто это, он или она. Из каблука Мокси выдвинулось лезвие. Она побежала на него, замахивая ногой, но этот удар был парирован, и извращенка отлетела к барной стойки снова. -Чертов ублюдок! Ты умрешь!- она сняла с трупа револьвер и открыла огонь. Роланд напрыгнул на нее, и заработал лишь пулю а плечо. Для опытного солдата – не более, чем царапина. Он крепко держал ее, когда же она пыталась вырваться. В движениях Мокси теперь не было профессионализма, а лишь женская истерика. -Ты…ты скотина! Все мужчины лежат у моих ног! Они все, живые и мертвые! Как ты посмел… Он дал ей пощечину, и она прекратила сопротивляться. На глазах ее были слезы. Лицо исказил ужас. Ее еще никто не бил по щеке, никто не отдавал знак мужской власти. Обольстительница увяла, и сквозь макияж и красивую одежду стал проступать ее настоящий возраст, а то и более древний. Теперь она не была Афродитой Пандоры, а обычной раскрашенной шлюшкой. -Не все мужчины такие. Есть те, для которых честь выше всего этого. -Выметайся из моего бара.- прошептала она.- Выметайся и больше не возвращайся.- Мокси выглядела разбитой. Ее впервые отвергли. Первый мужчина, который не повелся на ее цацки и прелести. -Думаю, я выиграл пари? Она еле кивнула, и Роланд ушел. Начинался рассвет. Мокси закрыла бар наглухо, хоть и был уже солнечный день. Это было странно. Еще более странным было то, что изнутри слышались крики и стоны. И была медленная музыка, совсем не попсовая, которая крутилось обычно. Музыка столь печальная, что все, кто приходил напиться, с соболезнованиями на душе уходили. Мало кто знал, что Мокси просто напивалась в одиночестве. Она напивалась, и пела в такт мелодии, иногда всхлипывая: Только звучит в тишине ночной Это Танго Разбитых Сердец…