Good night, my beloved. Rape me, my loveless

***

...Давай займемся любовью, даже если мы в Аду! Становясь влажными от страсти, секс для тебя. Это прекрасно, если я сломлен. Это прекрасно, если я в забвении. Горячее лоно дрожит, потому что я прикасаюсь к тебе, Устойчивая действительность и ослепляющая любовь. Кипящая кровь, плоть, танцующая в экстазе, Растворяющийся мед - шесть или девять? Это прекрасно, если я закрываю глаза. Это прекрасно, если я чувствую это! Давай займемся любовью, даже если мы в Аду! Становясь влажными от страсти, ещё только один поцелуй. Это прекрасно, если ты здесь, Это прекрасно, если я схожу с ума... Это прекрасно, если ты здесь, Это прекрасно, если я схожу с ума. Если я схожу с ума...

Limbo. Buck-Tick

*** Три месяца спустя... - Аой-сан! Ты точно не едешь? - Извини, Рей, в другой раз, - улыбаюсь я, махнув друзьям и скрываясь в салоне своей машины. - Уже десять, - бросаю мельком взгляд на часы, заводя мотор. - Опаздываю. Ударяя по газам, выруливаю на дорогу, надеясь, что пробок уже не будет. Сегодня репетиция прошла без вокалиста - хромает партия гитар. Мучить Матсумото попытками выравнять мелодию смысла не было. Жизнь вошла в привычный ритм. Я вновь высыпаюсь, начало репетиций вновь перенесено на раннее утро, окончание - на поздний вечер. Все, как и четыре с половиной месяца назад. Концерты по стране отыграны, снова началась работа над новыми композициями. Через пять дней - заслуженный отпуск на три недели. Мы с Таканори улетаем в Испанию отдыхать. Тур по Европе не дал возможности ознакомиться со странами и городами, бешеный ритм вынуждал только переезжать с места на место и отыгрывать концерт за концертом, и прогулки по достопримечательностям Мексики, Испании, Германии и прочих стран остались непозволительной роскошью для японских рок-звезд. Так что идея провести отдых заграницей была принята на "ура". Уруха, Рейта и Кай отправятся во Францию, а уже после присоединятся к нам, но Руки и мне не хотелось вновь таскаться по аэропортам, так что было решено, что хватит и одной Италии, для начала. Билеты уже заказаны, вещи почти собраны. Осталось только немного дотянуть до заветного числа, и выбросить из головы работу на какое-то время, погрузившись в культуру чужой нации. Думаю, это всем пойдет на пользу. Останавливаю машину, поднимая взгляд - мои окна заливает искусственный свет лампы. На кухне и в спальне. Он готовит? Что на этот раз? Подхватываю с соседнего кресла фирменный пакет и выхожу из авто, хлопнув дверцей и не глядя поставив любимицу на сигнализацию, взбегаю по лестнице к дверям подъезда. Быстро - к лифту, нетерпеливо постукивая носком туфли по полу, а после - в кабину и на нужный этаж. А когда железные ставни вновь раскрываются, подлетаю к дверям, привычно толкая ключ в замочную скважину и проворачивая механизм замка. - Я дома. - Ты опоздал. Я с улыбкой поднимаю взгляд на мужчину в коридоре, после опустив глаза в пол и захлопнув входные двери, делая шаг навстречу. - Прости. - Неправильно. Прячу за челкой огоньки счастья в глазах, отставляя в сторону пакет и медленно опускаясь на колени перед любовником, склоняя голову в извинениях под надменный насмешливый взгляд. И мои губы касаются его бедра легким поцелуем. Потом колена. Голени. Щиколотки... Пока не прижимаются к лакированному носку сапога, выпуская наружу язык, тут же оставивший на блестящем материале влажную дорожку слюны. - Я виноват. Прости, Таканори. Слышу усмешку над головой, покрывая поцелуями затянутую в черную ткань ступню, задрожав от прикосновения к своей щеке резиновой пластинки стека, легко похлопавшей ее в знак одобрения. - Хорошо. Будем считать, что свое опоздание ты отмолил. Ты сделал, что было велено? - Да. Отстраняюсь, вновь находя рядом с собой темный бумажный пакет, протягивая его вокалисту. - Умница, Юу. Пойдем. Отрывисто втягиваю воздух ртом, вслушиваясь в стук каблуков высоких сапог, и поднимаюсь с пола, преодолевая головокружение от предвкушения игры, сгорая от желания испробовать это в действии. Когда покупал, забирая вещицу из рук продавца, едва не кончил от одного только вида этого орудия сладкой пытки. А на ужин сегодня... Бондаж. Никаких супчиков, рагу, риса, жареного мяса, которые могли бы наградить его званием кроткой женушки - прокипяченные тугие веревки, ждущие возможности покрепче стянуть собой мои руки и грудь, оплести узорами плечи и остаться красными следами на утро, украсив бледную кожу саднящими ранками... - Что стоишь? Раздевайся, любимый. С радостью. Плеть в его затянутой перчаткой ладони, однохвостая, жесткая - именно то, что было принесено мной лично в нашу квартиру этим вечером - щелкает в воздухе легким движением руки, заставив лихорадочно избавиться от зимнего плаща, свитера и футболки в пару минут, и я шагаю к стене, на которой замер крепкий железный крючок, держащий на себе цепь кожаных наручников. Я сам же и погрузил его в бетонную гладь два месяца назад, зараженный идеями своего прекрасного мучителя без возможности излечиться. - На колени. И мгновенная мышечная реакция, подкосившая ноги и роняющая меня на пол, лицом к стене. А после мои запястья схватывает черная кожа, заставив вытянуть руки вверх и замереть, не давая ни единого шанса сорвать цепь с крючка над головой. Ошейник обжигает кожу прохладой, вырывая судорожный всхлип из горла, и я прижимаюсь лбом к стене, сбиваясь с дыхания... Знаешь, Руки, я не скучаю. Потому что я и правда никого не потерял. Даже когда ты растворился в моем любовнике, прекратив стирать его память по утрам, возвращая прежнего уверенного в себе распутника в мою жизнь. И я действительно люблю только одного человека. Настоящего и целого, каким встретил его одиннадцать лет назад. Безумного мальчишку, о котором я продолжаю заботиться. И он справляется со своенравным и развращенным им самим гитаристом намного лучше тебя. Поэтому... Good night, my loveless. Rape me... my Beloved. Еще и еще... Пока хватает дыхания и сил! - Юу. - Прошу тебя... Усмешка. Щелчок. Удар.

Обложка и композиция: http://vk.com/matt_berry?w=wall136866371_7783