Цепи проклятия

После звонка Реборна Колонелло растерялся, не зная, что сделать сначала: сообщить Лар или звонить другим. Он просто не мог понять, что происходит. Аркобалено столько лет гонялись за этим человеком, пытаясь его и подкупить, и попробовать самим снять проклятие с помощью экспериментов Верде, да даже ныне свободные киллеры, как Реборн и Колонелло, подались в мафиозные семьи, думая, что может там найдется ответ на их главный вопрос. Но все было тщетно - сколько бы они не пытались, ничего у них не выходило. А тут раз, потеряли сознание, и все, как оказалось, аркобалено, вдруг вернулись в свою прежнюю форму. Правда настораживали эти слова Шахматноголового про то, что кто-то пожертвовал собой ради их счастья, да и голос Реборна был, как ни странно, взволнованным и уставшим. Решив, что они разберутся с этим вопросом все вместе, Колонелло стал звонить другим. Наконец закончив, он отправился на поиски Лар, предварительно собрав чемоданы. Встреча аркобалено должна была быть со дня на день, а предстояло еще добраться до Японии. *** В Варии все было донельзя привычным. Метание стилетов по живым мишеням Бельфегора, приставания Луссурии, возмущенный ор Скуало, пытающегося научить новичков чему-то путному, Леви, сочинявший стихи для босса, да и сам Занзас, который сидел в своем кресле словно король и пил виски. К нему-то и направлялся Туман Варии - Маммон в своем взрослом теле. Даже в таком виде пол этого человека определить было невозможно - настолько скрытным он был. Зайдя в кабинет, хранитель остановился у стола босса и дождавшись, когда тот обратит на него внимание, заговорил: - Босс, мне нужно уехать на неопределенное время. - Зачем, мусор? - хрипло спросил Занзас, видимо из-за количества выпитого не обратив внимания на размер своего, прежде маленького, хранителя. - Дела аркобалено, - безразлично ответил Маммон, направляясь к выходу, уже зная ответ босса. - Вали, мусор. Полдела сделано, осталось лишь только заказать билет до Японии, а там уж и подумать, что бы значили эти странные слова и не менее странное снятие проклятия. *** В тоже время где-то в подземных лабораториях Верде стал собирать нужное оборудование, чтобы проверить остальных на наличие каких-либо отклонений. И ему дошла весточка о сборе аркобалено. *** Скоро все аркобалено будут в сборе. *** Намимори встретило бывших аркобалено дождем, который, судя по виду дорог, шел не прерываясь уже несколько дней. Когда все собрались в доме Савады, то были удивлены видом киллера и хранителей Десятого. Те были словно тени самих себя: бледные, не выспавшиеся, с осунувшимися лицами, но с улыбками на лицах, правда было видно, что улыбки эти наигранные. Только они собрались спросить в чем дело, как Реборн, взмахом руки, позвал их на второй этаж, судя по всему, в комнату Десятого. Оказавшись на месте, они подошли к кровати, на которой лежал малыш с соской на груди, очень похожий на Тсунаеши. Немного побледнев, аркобалено подошли поближе. Мальчик метался по кровати, а на его руках изредка вспыхивали разноцветные огни. Как только они встали рядом с ним, соски на груди экс-аркобалено вспыхнули, загораясь каждая своим атрибутом. Дело в том, что после снятия проклятия, как бы они не пытались снять соски, этого не получилось. И вот сейчас, все с удивлением смотрели на завораживающую картину: соски поочередно взмывали в воздух и, с огромной скоростью кружась друг с другом, образуя при этом разноцветное пламя, влились в радужную соску на груди Тсунаеши. Тсуна, после своеобразного ритуала, перестал ворочаться и, через несколько минут, открыл глаза. Оглядев толпу, стоящую около кровати, малыш вздохнул и спросил: - Ну, и что со мной такого случилось, что вы стоите с такими кислыми минами? - Первым не выдержал Реборн и начал отчитывать мальчика: - Тсунаеши, ты хоть понимаешь, что провалялся без сознания три дня, да и еще с рекордной для градусника температурой?! А если бы ты умер?! - Но не умер же, - улыбнулся Тсуна, - простите за беспокойство. - И что с тобой сделаешь? - вздохнул Реборн и настолько резко поднял мальчика вверх, что тот от неожиданности взвизгнул и мертвой хваткой схватился за шею киллера руками. Потом опомнившись, немного покраснел и буркнул: - Зачем так неожиданно? Я бы и сам встал. - Ага, знаю я тебя, встал бы ты, - насмешливо протянул киллер, на что Тсу ответил громким "Эй" и треснул его по голове. Реборн лишь потрепал мальчика по голове и улыбнулся. Бывшие аркобалено с огромным удивлением смотрели на такую картину, а потом посерьезнели. Юни мягко улыбнулась, но все же спросила: - Дядюшка Реборн, мы бы хотели обсудить все это, - с намеком сказала хранительница пустышки неба. Тот вздохнул, но кивнул и попросил всех собраться в гостиной. Когда все ушли, мужчина стал переодевать малыша. Закончив, он взял подозрительно притихшего мальчика на руки и пошел в нужную комнату. Оказавшись там, киллер увидел, что все уже расселись и смотрят на малыша, который как-то нервно заерзал на его руках. Вздохнув, он сел в свободное кресло, посадив Тсуну себе на колени. Наступила тишина, но ее разорвал вопрос Юни: - Тсунаеши-сан, расскажите что произошло. - Малыш грустно улыбнулся, и пересказал обо всем что случилось. Как только он замолчал, прозвучал вопрос Верде: - Что значило то представление с нашими сосками? - Это второй этап снятия проклятия. Полный процесс происходит в три этапа. Первый - это когда я становлюсь маленьким, а вы принимаете свою истинную форму, второй - это когда я впитываю пламя ваших пустышек. Тогда на вас перестает действовать три-ни-се-те. Ну, а третий этап состоит из того, что каждый из вас, ну и я тоже, должны будем увидеть историю своей пустышки. Я увижу их все. Вроде все, - ответил Тсуна. - А когда должен начаться третий этап? И откуда ты это все знаешь? - спросил Фонг. - Он будет сегодня вечером, когда пламя моей соски полностью поглотит пламя ваших. А знаю я все это из-за того, что пока я был без сознания, я разговаривал с Шахматноголовым. Не знаю почему, но в моей голове, когда я пытаюсь найти ответы на свои вопросы, он на них отвечает, если это, конечно, связано с проклятием. - Можно я исследую твой мозг? - почти с восторгом поинтересовался Верде. - Н-нет! - крикнул мальчик и уткнулся головой в грудь Реборна, на что тот послал убийственный взгляд в сторону ученого. Погладив малыша по голове, киллер наигранно грозно сказал: - Никто тебе ничего не сделает, так что успокойся. - Тсуна кивнул и, окинув взглядом присутствующих, уточнил: - У вас ко мне больше нет вопросов? - получив отрицательные кивки в ответ, Тсунаеши повернулся к своим, молчавшим во время всего разговора, хранителям, - Я так думаю, что у вас ко мне тоже есть вопросы, пойдемте ко мне в комнату. - спрыгнув с колен Реборна, мальчик подошел к Ямамото и посмотрел ему в глаза. Тот без слов понял что нужно сделать, поэтому подхватив Саваду на руки, вышел из гостиной первым, замечая, что остальные поднялись следом. Убедившись, что десятое поколение их не слышит, Реборн мрачно спросил: - Ну, что будем делать? *** Как только все расселись по комнате, Тсуна кивнул, показывая, что готов отвечать на вопросы. Первым спросил Хибари: - Зверек, зачем тебе это? Мог бы оставить все как есть, никто бы тебе ничего не сказал. - А как бы вы поступили на моем месте? Я сделал то, что считал нужным. И если бы у меня был выбор: вернуть все так, как было или жить дальше под проклятьем, то я бы выбрал второе. Знаю, это может звучать эгоистично, но тогда я даже не думал о вас, мне на тот момент была важна судьба аркобалено. Я счастлив с вами и буду счастлив, должно же и им что-то перепасть. И да, все-таки я должен вас предупредить: пост главы Вонголы мне не достанется, - малыш прикрыл глаза. - Ч-что? Но как? Вы же столько сделали для Вонголы, они не могут так поступить, - вскрикнул Гокудера. - Хаято, ты лучше меня знаешь законы мафии. Им не нужен босс-аркобалено. И, честно говоря, я думал над этим еще до того, как пошел к Шахматноголовому. Мне не светит этот пост, вы же останетесь при своих местах. Реборн, наверное, уже спрашивал, но я хочу узнать от вас, вы останетесь со мной? Если вам дороги ваши места в Вонголе, я не держу, только знайте, я очень рад, что вы мои друзья, - улыбнулся Тсуна. Наступило молчание, хранители молча переглядывались, а в их глазах загоралась решимость. Еще раз переглянувшись, ребята встали на одно колено и почти в один голос сказали: "У нас есть только один босс". Тсунаеши улыбнулся и смущенно произнес: - Вставать на колени не нужно было, я бы и так понял. - Тсунаеши-кун, ты такой милый, когда смущаешься, - полез обниматься Мукуро. Савада пытался вырваться, но из-за маленького тела у него этого не получилось. И под тихий смех хранителей, мальчик буркнул: - Если я стал маленьким, это не значит, что меня можно тискать как плюшевую игрушку. - Да ладно тебе, Тсуна. Просто ты такой милашка, - почесал затылок Такеши. Тсуна немного покраснел, но потом, что-то вспомнив, стал серьезным. Усевшись поудобнее на коленях довольного иллюзиониста, малыш заявил: - Ребята, сегодня к аркобалено должна прийти память пустышек, поэтому я вас, как друзей, прошу, помогите нам пережить эту ночь. - Это будет больно? - спросила Хроме. - Очень. Дело в том, что эта память приходит после того, как добровольно появляются люди, готовые принять это проклятие на себя. Такой случай был только один раз, во времена Примо. Не знаю, что там происходило, мне этого не рассказали, но я знаю точно, что нам покажут историю создания три-ни-се-те. Как мне объяснил Шахматноголовый, длиться этот этап будет всю ночь, - рассказал Тсунаеши. - Почему обязательна слежка? - увидев как замялся мальчик, Мукуро продолжил, - Рассказывай, мы ведь все равно все увидим. - Опять же, как объяснил Шахматноголовый, эта память очень опасна. Она может свести с ума своими воспоминаниями, а от этого мы непроизвольно можем покалечить себя. Поэтому я и прошу вас помочь, - вздохнул Савада. - Мы экстримально поможем, Савада! - прокричал Рёхей. Хранители поморщились от этого крика, а Тсуна только улыбнулся. - Что же, раз уж вопросов больше нет, то вы пока можете разойтись по домам и взять все что вам нужно, - подвел итог разговора мальчик. - Мы будем через три часа, Джудайме, - встал со своего места Гокудера и пошел к выходу. Мукуро, положив своего маленького босса на кровать, потрепал его по голове и растворился в тумане. Остальные же покинули комнату через дверь, только Ямамото остановился у выхода и повернувшись, полюбопытствовал: - Тебя отнести в гостиную? - на что получил ласковую улыбку и отрицательный кивок. Когда Тсунаеши остался один, он вздохнул и улыбнулся, а из глаз потекли слезы. Если бы кто знал, как сложно ему говорить, пока боль, от еще не до конца поглощенного пламени, разъедает тело. Он очень надеялся, что никто не заметил горести и боли в его глазах, надеялся, что никто не увидел, как сложно ему передвигаться. Ведь все было непривычно большим, а он сам маленьким настолько, что даже на кровать самостоятельно не взберется, пока не освоится с новым телом. Иногда в его голове проскакивали эгоистичные мысли о том, что стоит встретиться с Шахматноголовым и попросить все вернуть обратно, но он сразу же выкидывал их из головы, вспоминая какими счастливыми выглядели аркобалено, получив назад свое взрослое тело. Теперь остается пережить эту ночь и тогда боль утихнет, оставляя после себя лишь небольшие отголоски. Посмотрев на часы, он понял, что ушел в себя на два часа. Решив, что пора уже пойти вниз, мальчик вздохнул и спрыгнул с кровати. Добравшись до двери, малыш осторожно приоткрыл ее и пошел вниз. Лестница стала еще одной проблемой, увидев такие высокие ступеньки, Тсу начал осторожно, по одной, спрыгивать с нее. Наконец, когда и это препятствие был преодолено, он пошел к гостиной, которая оказалась заперта. Решив, что аркобалено еще что-то обсуждают, мальчик пошел на кухню, ведь он с утра ничего не ел. *** Убедившись, что десятое поколение их не слышит, Реборн мрачно спросил: - Ну, что будем делать? - Мне нужно провести исследования, тогда я буду знать, что произошло, - заметил Верде. - Я тебе уже говорил, что не дам с ним ничего делать, - угрожающе сказал аркобалено Солнца. - Вообще-то не говорил, - буркнул Скалл. - А ты вообще молчи, - высказались остальные аркобалено в один голос, на что каскадер обиделся. - Предлагаю рассказать все Внешнему Советнику, он, как никак, его отец, - предложила Лар. - Ага, чтобы на него киллеров натравили? - съязвил Колонелло. - Это еще почему? - спросила Юни. - Вы ведь и сами понимаете, что боссом Вонголы в таком виде ему не стать. А значит, чтобы он не разглашал информацию, его должны убить, - подал голос Маммон. - А может нам их всех забрать отсюда и где-нибудь спрятать? - поинтересовался Фонг. - Эй, а Емитсу ты что скажешь, кора? Представь себе картину: приезжает он к жене и сыну, а тут никого нет. С кого он будет спрашивать по-твоему? Естественно с Реборна. А мы, хоть и сильнейшие люди мира, но против Вонголы одни не выстоим. - хмуро объяснил аркобалено Дождя. - Предлагаю пока просто подождать. Если Девятый что-нибудь предпримет против Тсунаеши, то мы можем спрятать их всех у Мельфиоре. Думаю, Бьякуран не откажет, он изменился и ничего им не сделает, - предложила Юни. - Согласен, - согласились в один голос все, кроме Реборна. - Ты чего, Реборн? - спросил Колонелло. - Не знаю, не нравится мне это. Наверняка, когда Девятый узнает обо всем, то вызовет в Италию. А если будет еще и наследник новый, то вообще может приказать его тренировать. На кого я Тсунаеши оставлю, если Вонгола киллеров пошлет? - размышлял брюнет. - Ну, вызовешь кого-нибудь из нас, да и его хранители тоже будут здесь, не пропадем, - сказала Лар. - А если и хранителей вызовут? - спросил Скалл. - Приедем и возьмем Тсунаеши с собой, думаю, он сможет пожить либо у меня, либо у Мельфиоре, правда? - улыбнулся Фонг. - Хорошая идея, - согласились остальные, поэтому Реборну осталось лишь кивнуть. - Значит вы поможете нам? - спросил солнечный аркобалено. - Конечно, мы ведь в неоплатном долгу перед Тсунаеши-саном, к тому же, он действительно стал одним из членов нашей большой семьи. Мы несли это проклятие вместе, а он один, поэтому мы его не бросим, правда ребята? - улыбнулась хранительница соски неба, на что остальные хранители пустышек кивнули. - А я все спросить хотел, Реборн, а что ты так за мальчишку беспокоишься? Да и поведение у тебя изменилось, - задумчиво спросил Верде. - Привязался я к нему, а теперь, после снятия проклятия, еще больше, - ответил на вопрос киллер. - Не уж-то дядюшка Реборн влюбился? - восхитилась Юни. - Не знаю, - признался мужчина, а потом торопливо сказал, - там вроде ребята ушли, пойду Тсуну проведаю, - и вышел из гостиной. - А я и не знал, что Реборн смущаться умеет, - прозвучал недоуменный голос Колонелло в полной тишине. *** Когда Реборн вышел из комнаты, он услышал звон на кухне, кинувшись туда он увидел милую картину, от которой впал в ступор: Тсунаеши, в маленьком фартучке в цветочек, видимо принадлежавшим И-пин, стоит на стульчике и пытается ровно порезать колбасу, высунув язычок от усердия. А рядом валяются поварешки, кастрюли и прочие кухарские принадлежности. Простояв столбом еще несколько секунд, мужчина очнулся и выкинув пошлые мысли из головы, спросил: - Что здесь произошло? - мальчик вздрогнул, чуть не попав ножом по пальчикам, но потом повернулся в сторону киллера. - А я это... поесть захотел, - покраснел Тсуна. - Это я вижу, почему посуда-то валяется? - Ну, пока я пытался достать фартук, случайно задел полку с посудой. Просто еще не привык к новому телу, вот и немного неуклюжим стал, - как-то погрустнел Тсунаеши. - Давай помогу, - сказал Реборн, отбирая нож. - Спасибо. *** Когда Тсуна поел, киллер подхватил его на руки и пошел в гостиную, как раз к этому времени вернулись хранители. Всю мебель поставили поближе к стенам, для удобства. И когда все собрались, малыш произнес: - Лягте так, как вам удобно, но так, чтобы вы не смогли коснуться друг друга при вытянутых руках. - Зачем это нужно? - спросил кто-то из аркобалено. - Долго объяснять, просто сделайте, - ответил Тсунаеши. Как только все расположились, Савада нашел свободное место и, закрыв глаза, мысленно произнес: "Мы готовы". Дальше для аркобалено и хранителей начался настоящий ад. Воспоминания вливались словно кипяток, отчего голова буквально начала разрываться от боли. Аркобалено выгибались, кричали, пытались вырвать себе волосы на голове, пытались удушить себя, лишь бы избавиться от этой боли. Хранители гонялись туда сюда, пытаясь удержать всех от самоубийства. Мукуро навеял иллюзию моря, пытаясь успокоить нервных коллег, а также стальные кандалы для аркобалено, чтобы те не убили себя. Ямамото зажег свое успокаивающее пламя дождя, делая тоже самое. На рассвете из пустышек стало вырываться пламя, которое закружившись над потолком, резко рвануло в пустышку Тсунаеши. Аркобалено стали сразу же успокаиваться, их дыхание стало ровным и они заснули. Убедившись, что те больше не станут убивать себя, хранители улеглись спать, так как валились с ног от усталости. *** Проснулись все только к полудню, когда солнце уже во всю светило над Намимори. Память даже не повлияла на аркобалено - это событие выдавала только излишняя бледность. Сколько бы хранители не пытались выведать правду, у них ничего не вышло. И вот сейчас, пока Ямамото, Лар и Юни готовили завтрак, все остальные расположились в уже убранной гостиной и болтали на разные темы. Как только завтрак оказался в руках у голодных мафиози, все сразу же замолчали, быстро поедая свои порции. Вдруг хлопнула входная дверь, а потом раздался нежный голос Наны, оповещающей о своем приходе. Открылась гостиная, Нана с улыбкой осмотрела всех присутствующих, а потом, остановив свой взгляд на Тсуне, замерла от шока. Выдержки матери хватило только на вопрос: - Что вы сделали с моим сыном? Мафиози вздрогнули, ведь о том, что говорить Нане они совсем не подумали...