Стирая грани

Свет... Неяркий, теплый... Он звал Гермиону. Как тогда, на Карадрасе. Только сейчас она была абсолютно уверена — свет исходит от чего-то столь родного и близкого. Свет наступал все ближе, и девушка смогла заметить неясные контуры фигуры. «Кто это? Где я?» - Словно в ответ на эти слова прозвучало тихое: - У друзей. Тебе всего лишь надо открыть глаза, - девушка еле заметно поморщилась: снова открывать глаза и попадать в незнакомую реальность, где все для нее чужое? Единственным родным был, как ни странно, Гендальф. Стоило ей вспомнить старого мага, как в глазах предательски защипало. «Как же мы теперь... без него?» - фигура безмолвствовала. Свет вокруг нее стал заполнять абсолютно все вокруг, ярче и ярче. Гермиона закрыла глаза. Вдруг, будто что-то резко толкнуло ее. По всему телу пробежала сильная волна боли. Девушка не выдержала и застонала. Открыв глаза, она поняла, что отряд уже где-то далеко от пещер Мории. Но где? И что они все тут делают? А остальные, где они? Гермиона попыталась пошевелиться, но все тело отзвалось резкой болью. Постепенно она вспоминала все то, что произошло. Гендальф... Ей ведь не удалось его спасти? К глазам подступили слезы. И что теперь? Он ведь был руководителем. И единственным, кому девушка могла доверять почти как самой себе. Ну, почти единственным. Ведь был еще Леголас. Кстати, ей показалось или это он ее спас от неминуемого падения в пропасть? Но с этим предстояло разобраться позже. Теперь же было главным то, как сообщить остальным, что она очнулась. Но делать этого не пришлось. Послышались голоса (Кстати, откуда? Сверху или снизу?) и появились двое: Арагорн и с ним еще кто-то. Видимо, лекарь. Они о чем-то серьезно переговаривались вполголоса. Гермиона закрыла глаза. Зачем? Она и сама не знала. Лекарь подошел ближе, Арагорн за ним. - Когда она должна очнуться? - Гермионе казалось, что эльф, а именно так он выглядел, должен был пожать сейчас плечами. - Владычица сделала все, что могла. Теперь все остальное за духом девы, - девушка удержалась от того, чтобы фыркнуть: знали бы они, что все уже в порядке... Они постояли еще немного, и говорили о чем-то, видимо, для них важном. Но Гермиона уже не вслушивалась, к тому же, попробуй она это сделать, все равно ничего бы не поняла: говорили они на совершенно незнакомом языке. «Владычица? Это что, тот самый лес, о котором говорил Гендальф? Как там... Лориэн? И что? Здесь все закончится?» - Почему-то эти мысли принесли какую-то грусть. Непонятную. Казалось бы, ей так хотелось обратно домой, но сейчас, именно сейчас, покидать этот мир не хотелось. Вдруг перед глазами возник образ златоволосого эльфа. Это несколько смутило Гермиону: «При чем он тут? Разве из-за него? Нет. Я просто привыкла» - После этого вдруг стало легче - «И правда. Просто привыкла за это время. И ничего больше» - За этими размышлениями Гермиона не заметила, как вместо лекаря и Арагорна пришел еще кто-то. Сначала он просто молча сидел рядом, потом заговорил: - Тебе, наверное, придется остаться тут. Братство собирается скоро идти дальше, - с первых же звуков голоса девушка поняла, кто именно. Даже не было необходимости открывать глаз. Леголас. Странно. Почему-то Гермиона даже отчасти была рада ему. И эта радость была даже не до конца понятна ей самой. - А ты так и не очнулась, - показалось ли ей или и правда в голосе принца была грусть? «Наверное, просто кажется» - Но почему-то в душе Гермиона не была согласна с этой мыслью. Сейчас ею овладели самые разные противоречия... «Почему ему это так важно? Почему я так хочу сознаться в своей хитрости? Почему?» - Слишком много вопросов и, как обычно, ни одного ответа. Это начинало раздражать. Ведь между ними же не было никаких отношений, кроме дружеских, так почему же? «А может...» - мелькнула в голове девушки безумная мысль - «Да нет. Не может быть. Но хватит этого маскарада» - Гермиона, для большей правдоподобности и от того, что не слишком удачно подвинулась, тихо застонала и открыла глаза. Скосив глаза, она увидела, что Леголас сидел на кровати, у нее в ногах. На нее он не смотрел, но стоило ей подать признаки жизни, как принц повернул голову и, может конечно, Гермионе только показалось, но в его глазах мелькнула... радость? Девушка тут же постаралась выкинуть эту мысль из головы и заговорила: - Где мы? И как давно я в... как давно я без сознания? - За это время на лице Леголаса появилась прежняя невозмутимость и он ответил абсолютно бесстрастным голосом: - Мы в Лориэне. Сюда прибыли около недели назад. Все это время ты была без сознания. «Почти неделя... Много. Но что же тогда пошло не так? Почему не сработало заклинание? - эта мысль впервые пришла девушке в голову, но оказалась достаточно сложной: ответа на нее Гермиона дать не могла — все слова были правильны, так ведь? Ну, да. Но что тогда? Разве что... - ответ казался таким простым, что Гермиона не могла поверить. - Неужели же просто разная магия? И почему я раньше не подумала об этом?» - За всеми размышлениями она не заметила, как принц замолчал и просто наблюдал за ней. Поняв это, Гермиона несколько смутилась: а вдруг он что-то сказал, а она пропустила, задумавшись? Самым правильным выбором было, как ей казалось сейчас, что-то нейтральное. Она просто кивнула. - Спасибо, - потом в голову пришла другая мысль, которую девушка тут же озвучила: - А кто теперь предводитель? Вместо... - Договорить сил не хватило, но Леголас и так ее понял: - Арагорн. Теперь он ведет отряд, - этого было более чем достаточно, да и говорить дольше о старом маге Гермиона не смогла бы. - А там...на мосту... Меня ведь кто-то спас? - И снова какая-то еле угадываемая эмоция. Правильнее всего было бы назвать это смущением, но могут ли эльфы смущаться? - Боромир. Он помог тебе. Видя, что твоя затея не удалась, и ты падаешь, он рванулся и поймал тебя, не дав последовать за Гендальфом, - конечно, сейчас Леголас говорил неправду, но откуда было знать об этом Гермионе? На самом деле, это он спас ее тогда, но почему-то сейчас признаться не хватило духа. Хотя нет, не так. Просто сейчас было еще не время. «Значит, не он...» - почему-то эта мысль принесла не только облегчение, но и некоторую толику разочарования... - Когда Братство собирается идти дальше? Леголас несколько удивленно приподнял брови: - А ты что, не собираешься продолжать путь? - Гермиона вспомнила слова Гендальфа о том, что никто не должне знать истинную ее цель путешествия, и поправилась: - Мы. Когда наш отряд продолжит путь? - На мгновение ей показалось, что все таки принц поверил не до конца. Впрочем, сейчас это не было так уж и важно - Арагорн еще не говорил, но по всему видно, что достаточно скоро, - теперь все запуталось еще больше: Гермионе было необходимо остаться в Лориэне, но Леголас и, по видимому, остальные члены братства думали, что она идет дальше. Выхода не было. «И что теперь? Зачем ты поддержала тот миф, что ты идешь дальше? А что я еще могла сказать? К тому же пришлось бы придумывать причину разъединения с Братством. А это означало бы потерять любое, даже самое хрупкое доверие...» - кого именно, Гермиона не уточняла, хотя в душе прекрасно понимала, что важно было ей доверие только одного... даже не человека. Почему? Объяснения не было, но глубоко в душе именно так это и было. «Что же это? Почему? Просто дружба?» - теперь уже это когда-то утверждение казалось девушке насмешливым вопросом. И, как всегда, не было ответа. Что же это? Почему все сейчас так запуталось? Все это было слишком сложно сейчас. Но все ближе подходило осознание того, что скоро, уже очень скоро предстоит дать себе ответы на все эти вопросы. И уже нельзя будет просто проигнорировать. Эта перспектива не могла не пугать Гермиону. Что она могла ответить? Ничего. Вопросы, терзающие и без того измученную душу, не оставляющие ни на секунду. Девушка прижала к лицу ладони. Детский, наивный жест. Она всегда так делала, когда была маленькой, полагая, что так сможет спрятаться от всех вопросов и проблем. И вот, девочка выросла, но иногда так хотелось снова закрыть глаза руками и притвориться, что все хорошо и просто. Но так уже не получалось. Вопросы не уходили, проблемы не исчезали. Захотелось вскочить и убежать куда-нибудь подальше. Но и это не было бы выходом. Голова разрывалась от огромного количества вопросов без ответов. Из раздумий ее вывел голос Леголаса: - Все хорошо? Девушка убрала руки от лица и, через силу улыбнувшись, ответила: - Да. Все хорошо, - потом, немного подумав, она продолжила: — Не мог бы ты мне тут все показать? Раз уж мы тут надолго, - Леголас внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал, просто кивнул: - Вот и отлично, — вышло это как-то преувеличенно радостно, но сейчас это важно не было. Гермиона попыталась спуститься с кровати, но безболезненно это сделать не удалось. Только сильным внутренним усилием она не позволила себе вскрикнуть: такой сильной была боль по всему телу. Казалось бы, что могло быть еще хуже? Когда девушка попыталась встать, она поняла: бывает и хуже. Конечно, неделя лежания сказалась на ногах, но вытерпеть можно было бы, если бы не внезапно закружившаяся голова и темнота перед глазами: слабость физическая все же давала о себе знать. Для того, чтобы не упасть, Гермионе пришлось опереться на стенку,но помогло это слабо. Вернувшись на кровать и немного придя в себя, она попыталась улыбнуться, хотя вышла какая-то жалкая пародия: - Похоже, не сегодня. Но я обязательно попрошу еще тебя показать мне тут все, - Леголас понимающе улыбнулся: - Не все сразу. Сейчас тебе предстоит постепенно возвращать силы, но потом я обязательно покажу тебе Золотой Лес, - с этими словами он встал, собираясь уходить, но остановили его слова Гермионы, явившиеся неожиданностью и для нее самой: - Не уходи. Пожалуйста... - Он помедлил, но потом вернулся и сел снова рядом с девушкой. Гермиона смущенно опустила взгляд, щеки ее заалели «И зачем ты это ляпнула? Какая же ты глупая. Надо же было так...» - но сказанного не вернешь. А потому она начала разговор. О чем именно, потом ей так вспомнить и не удалось, но беседовали они долго и Леголас ушел только уже вечером, когда Гермиона уснула, предварительно пообещав вернуться следующим утром. Засыпая, девушка чувствовала себя самой счастливой. О причинах такого счастья она уже не стала задумываться. Было достаточно и того, что сейчас вряд ли бы был кто-то радостнее нее. С этими мыслями Гермиона и уснула...