Стирая грани

Бесконечные однообразные темные коридоры... Сколько они так уже шли? Гермиона потеряла хоть какое-то представление о том, что же сейчас: день или ночь. Все слилось в единую тьму. Как долго они тут? День, два? В кромешном мраке Мории лишь тусклый свет посоха Гендальфа был ориентиром. Затхлый воздух подземелий стал привычен. Снова остановка... Маг сидел в стороне от всех, думал. Девушка же, сама того не заметив, села ближе к Леголасу. Рядом с ними расположились Арагорн и хоббиты. Кто именно, различить было сложно. До Гермионы долетела последняя фраза, сказанная мужчиной: - Я доверяю Гендальфу, - действительно, все, что им оставалось — довериться магу, его чутью. Если, конечно, забыть на минуту о том, что последний раз он был в Мории неизвестно сколько лет назад. Девушка вздохнула. С каждым днем странное отчаянье накатывало на нее все сильнее. «Какая же я после этого гриффиндорка?» - Гермиона грустно усмехнулась, сейчас уже она не могла поверить, что именно ее когда-то (теперь уже казалось, так давно) шляпа определила на факультет отважных. Девушка нащупала под плащом свою волшебную палочку — единственное, что позволяло ей окончательно не пасть духом. Крепко стиснув ее в руке, Гермиона усилием подавила отчаяние, так невовремя накатившее на нее. Внезапно сидящий в глубокой задумчивости Гендальф встал. Неверный белесый свет посоха осветил его посветлевшее лицо. «Видимо, он вспомнил!» - эта мысль немного обрадовала девушку. Она встала и подошла к остальным, уже собравшимся вокруг мага. - Я решил, куда мы пойдем, - сказал он. - Средний коридор, — Гермиона взглянула туда, куда показывал Гендальф, — слишком узкий, дорога к Воротам должна быть шире. В левом слишком жарко и душно, а значит, мы пойдем по правому коридору. - Эти доказательства показались Гермионе более чем убедительными, остальным, видимо, тоже, а потому они не стали терять времени и направились туда, куда предложил маг. Сейчас воодушевленный отряд шел гораздо быстрее прежнего: всем не терпелось как можно быстрее выйти отсюда на свет. Но там, куда их привел Гендальф, было ничуть ни светлее, несмотря на то, что воздух здесь был определенно чище. Настроение, поднявшееся было от оптимистичного заявления мага, снова скатилось в никуда. Отряд шел все в той же темноте, а единственным ориентиром по-прежнему оставался лишь посох мага. А потому, когда впереди забрезжил неяркий свет, Гермиона была несказанно этому рада. Когда они подошли, оказалось, что свет брезжил из-за приоткрытой двери. Путники, за столько времени отвыкшие от света, зажмурились поначалу, остановившись у самого входа. Когда глаза более или менее привыкли к свету, они вошли в комнату. В центре помещения, залитого дневным солнцем, пробивающегося сюда через небольшое окошечко, была белая, на первый взгляд мраморная плита. Подойдя поближе, Гендальф установил, что это была могила того самого родича Гимли — Балина. В голове Гермионы один за другим возникали вопросы, но озвучивать их девушка не решалась. Пока все стояли в оцепенении, разглядывая немое надгробие, девушка огляделась, пытаясь найти хоть что-то, что смогло бы прояснить ситуацию. Ранее незамеченные, под ногами у путников лежали какие-то мечи, щиты и шлемы. При каждом шаге под ногами что-то хрустело, от чего Гермионе стало совсем не по себе. У одной из стен девушка заметила разорванную книгу. На ней были бурые капли засохшей крови, не хватало части страниц, а другая была повреждена мечами и стрелами, но в ней могла быть такая нужная сейчас информация... Осторожно, словно чего-то опасаясь, Гермиона подняла книгу. Неприятно зашуршали твердые страницы. Девушка отдала ее Гендальфу, и после непродолжительного молчания он изрек: - Насколько я понимаю, это летопись похода... - что-то тревожное снова зашевелилось в душе, и Гермиона предпочла отойти подальше и не слушать. Когда основное чтение было закончено, до нее донеслись обрывки фраз: - Их подстерегал враг... Хорошо бы знать, какой... - похоже, эта находка сильно встревожила мага, потому что уже через несколько минут, показавшихся, впрочем, Гермионе вечностью, он сказал: - Нам пора отсюда уходить... - И словно бы в насмешку над его планами откуда-то, словно из-под земли, раздался странный, не похожий ни на что грохот. Словно бы сама Мория вздохнула полной грудью. Гермиона ощутила, как задрожал под ногами каменный пол, видимо, то же почувствовали и остальные. Мужчины как один бросились к дверям. Откуда-то грянули барабаны, и, отвечая им, в коридоре раздался звук рога. Пути к отступлению не было. Все ближе били барабаны, раздался тяжелый топот. Последнее прибежище Балина с каждой секундой грозилось стать таковым и для них. Путники закрыли и забаррикадировали чем нашлось дверь, но уверенности в том, что это хоть как-то поможет, не было. Топот приближался, в дверь ударили стрелы. Потом послышались тяжелые удары - кто-то пытался выбить ее. Но, к счастью, дверь пока держалась. Минуты, драгоценные минуты, утекали, как вода сквозь пальцы. Дверь, единственное, что хоть как-то отделяло Хранителей от гибели, уже давно ходила ходуном. Гермионе подумалось, что будь она деревянная, то ее бы уже давно разнесло в щепки. Но, по счастью, она таковой не была, что вселяло немного оптимизма. Внезапно клинья, не дававшие двери открыться, выскочили, и глазам девушки предстала толпа не слишком приятных гоблинов вперемешку другими тварями, которым Гермиона и названия не знала. Бой был короткий: не ожидавшие такой удачи враги растерялись, ну а Хранители сумели этим правильно воспользоваться. Меньше чем за несколько минут не стало первых рядов нападающих, но и среди хранителей были раненые. Дверь снова удалось захлопнуть. Теперь главной целью отряда было быстро отступить. Гендальф рванул на себя дверь, скрывавшую за собой лестницу, ведущую вниз, к Восточным воротам, и скомандовал: - Отступаем, сейчас же! - Сейчас его голос был властным, командным. Гермиона рванулась к остальным: в пылу схватки ее оттеснили к стене, где она и простояла долгое время, вполне удачно оставаясь незамеченной. Выходивший последним Боромир чуть придержал дверь, помогая девушке выбраться. Затем же они поспешили догнать остальных. Спускались быстро и молча, каждый понимал, что именно ждет их, если они замедлятся. Мория грохотала, как будто она была живая и сейчас пробуждалась от векового сна. Дорога разделялась. Быстро посмотрев, Гендальф скомандовал: - За мной! Нам осталось последнее усилие, и мы спасены! - Особой радости это заявление не принесло, но это было лучше, чем понимать, в насколько безнадежной ситуации они оказались. Высоко над ними, там где начиналась лестница, по которой они так быстро уходили, раздались пронзительные вопли, и почти сразу же засвистали над головами путников стрелы — орки заметили уходящих путников. Гермиона усмехнулась: «А вот не строй другим ловушек!» - мелькнуло у нее в голове. И словно бы в ответ на ее мысли Гендальф сказал: - Впереди опасный и узкий Мост, но за ним лестница, ведущая наружу. Поторопимся же! - Через некоторое время этого усиленного марш-броска перед путниками открылась черная пропасть и узкий, без перил, Мост через нее. Идти по нему можно было только выстроившись в цепочку. Подбежав к Мосту путники, остановились и чуть перевели дыхание, затем Гендальф назначил очередность. Гермиона шла перед Леголасом, завершал процессию сам маг. Они поспешно выстроились и начали движение в тот момент, когда их стали настигать стрелы врагов. Одна ударила в доспех Боромира, другая проткнула шляпу Гендальфа. Леголас повернулся, думая прикрыть отход отряда, но только он натянул тетиву, как за спинами орков полыхнуло огнем Нечто. Оно накрыло всех тварей темной тенью — настолько было большим. Огромное огненное создание шло к Хранителям сквозь ряды орков. Гермиона не смогла сдержать испуганного вскрика. Видимо, каждый в отряде знал, кто или что это было, потому что реакция была у всех одна: испуг. - Великое Лихо Дарина, — в ужасе прошептал Гимли, закрывая лицо обеими руками и роняя топор. - Барлог, — почти одновременно вымолвили Леголас и Гендальф. Видимо, тварь была действительно страшна, впрочем, Гермиона предпочла не узнавать этого, к тому же из оцепенения их всех вывел окрик Гендальфа: - Бегите! Живо! - Путники поспешили на Мост, но оставлять Гендальфа в одиночестве не хотелось, потому Хранители не торопились. Гермиона взошла на каменную конструкцию осторожно, боясь, что все в один момент может рухнуть. Справа и слева была мрачная бездна, и девушка, пройдя несколько шагов, замерла, не в сила сделать больше ни шагу. Идущий следом Леголас сначала ничего не понял, но потом осторожно коснулся руки Гермионы, что вывело ее из оцепенения и заставило идти дальше. Но руку эльфа она не отпустила, лишь сжала еще сильнее. Сам Леголас на это почти не отреагировал — сейчас было важно как можно быстрее перейти проклятый Мост. Уходившие последними Боромир и Арагорн застыли у самого края бездны с той стороны и неотрывно следили за Гендальфом, оставшимся встречать Барлога. Внезапно фигура мага озарилась серебристо-серым. И как ни велик был Барлог, все равно Гендальф казался выше и сильнее. Огненное чудище распахнуло свои огромные крылья с явным намерением погасить столь ненавистный ему свет, но вот сомкнуть их вокруг мага у него не хватало сил. Что именно Гендальф сказал, слышно не было, но вот яркую вспышку света, после возникновения которой половина моста, на которой стоял Барлог, рухнула, было видно. И с последним блеском огненного луча было слышно, как вздохнули с облегчением почти все в отряде. Но как яркая стрела, рассекая тьму Морийской Бездны, вылетел последний раз хлыст Барлога и обвил Гендальфа, увлекая его за собой во тьму. Маг в тщетной попытке удержаться ухватился руками за Мост, но пальцы соскользнули. Ему удалось лишь вскрикнуть: - Бегите! - После чего он рухнул во тьму. Дальнейшие свои действия Гермиона уже не осознавала. Она просто рванулась вперед, да так быстро, что остановить ее просто не успели, на ходу доставая палочку и даже не задумываясь о последствиях: - Левикорпус! - Из палочки вырвался сноп искр, затем Гермиона почувствовала где-то внутри, что эта идея не была хорошей. Внезапно, ответная волна ударила ее в грудь. Еще краешком сознания она успела отметить, как кто-то рванулся ей на помощь и подхватил на руки тогда, когда Гермиона уже готова была последовать за Гендальфом в бездну. А потом наступила оглушительно звонкая тишина... Автор просит прощения за столь долгое отсутствие продолжения и искренне надеется за эти выходные закончить рассказ