Возможно, я теперь мертва.

Последние вещи были собраны. План родителей был таков, сначала увести нас и оставить у бабушки, а потом вернуться, погрузить всю мебель и через пару дней приехать. Последний день в школе был вполне весёлым. На дворе стояла бодрящая пятница, но в душе ничего радостного.. Всё блекло, я шёл по улицам и отчётливо знал, что в воскресенье увижу всё в последний раз. Чувство опустошённости сменилось чем-то другим, я уверял себя, что никому не нужен, что будет даже лучше, если я уеду. Мне было легче от того, что я не видел слёз близких по духу людей. Но в последние время все как с ума посходили, стали высказывать, какой я хороший, что плохо будет им, видите ли, без меня. Да люди просто не понимали, что мне тошно от этих слов. Что лучше уверять себя, что ты никому не нужен. На учёбе мы сделали пару снимков со всеми. Я хотел запомнить их такими, какими они были в обычный, для них, день. Практически никто до последнего дня не знал, что я уезжаю. Учителя тоже. Только когда их просили выставить мне оценки раньше, они выяснили это. Моя любимая учительница по русскому языку была весьма опечалена. Даже высказалась по этому поводу. Мне в этот момент стало так тоскливо, но я продолжал улыбаться, чтобы только подарить всем именно радостные моменты. В этот день я ярче всего запомнил физику. Оказывается нам задали письменное упражнение, которое я не сделал. Она типа поставила мне два(оценки уже были у меня в дневнике, так что сдохни в муках, тварь). А потом не заслушала мой доклад. И плевать что он не мой, а моей однокласснице Ксюши. Она вручила мне половину своего. Кстати, мы очень не плохо с ней ладили, хоть она и была другого круга, да и пришла к нам в класс недавно. Суббота. У меня поднялась температура, весь день бил озноб. Ко мне неожиданно пришли гости. И все столкнулись случайно. Маша пошла за шоколадкой в магазин для меня, когда шла обратно увидела Ксюшу и Женю(мой одноклассник, хороший парень), которые искали, где я живу. Она привела их. Я честно был удивлён. Не думал, что кто-то вообще придёт. Позже примчалась Катя с конвертом для меня в руках. Я по тихому запрятал его в сумку, чтобы прочитать когда буду далеко от сюда. Мои предки тоже не ожидали моих друзей и быстро смотались на кухню. Мама как всегда сразу стала предлагать ребятам еды, в конце концов ограничились сладостями и фруктами. Мы просто смеялись, прикалывались и сняли парочку видео, где все передавали мне "привет в будущее", если порыться в моём телефоне сейчас, вы обязательно наткнётесь на них. К сожалению (или к счастью?), Ксюша и Женя скоро ушли. А я стал собираться гулять. Честно, не знал, что мы погуляем именно так. Я думал девочки будут следить за собой. Не ссориться хотя бы. Но всё было наоборот. Мы с ними сто раз перегрызлись, сто один чуть не разошлись. Но всё же в скором времени вернулись ко мне. Ноги вымокли, потому что погода стояла отвратительная. В квартире мы немного успокоились и начали спокойно беседовать. Каждый высказывал какое я говно. Я помню, что просто сидел и слушал. Но закончили тем, как же они меня любят. Тут и стало больно. Вечер. Я провожаю их у двери. Последний раз. На столе лежал мой брелок с монументом Петра Первого, которого я обожал с тех пор, как побывал в Питере. Девочки знали, как для меня дорог это обычный брелок. Тут Катя случайно курткой смахнула его на пол. Она быстро подняла безделушка и собиралась отдать мне, но я закрыл брелок в её руке. - Дарю. И тут просто пик. Слёзы сами навернулись на глаза. У всех троих одновременно. Я старался контролировать себя, но не мог. Всё. Последняя капля. Мы стояли и рыдали вместе. Я обнимал их, а они меня. Вот оно счастье, которое я так старался не ценить и не держать. *** На часах шестой час утра. Маша последний раз обнимает меня, чуть не плача. Я держусь молодцом. Просто не верю, что это последний. Что вообще значит слово последний? Неужели это всё? Конец? И что значит слово конец? И всё же, расстояние хуже смерти. Оно медленно убивает тебя, без срока. Убивает всю жизнь, пока ты вдыхаешь воздух. Я сел в машину и смотрел на Машу в заднее стекло. Она стояла, опустив голову. Я почти уверен, что она плакала. Ну а я.. Что я? Как только мы тронулись я разрыдался. Тихо. Чтобы никто не слышал. Я не мог остановить слёзы, да и не хотел. Врагу не пожелаю пережить такое. Меня от чувств на части распирало, а я молчал. И знаете, я остался у них в памяти каменным монументом, которому плевать на всех, который любит только себя. И они правы, потому что я берёг всё это время только себя и свои чувства, а на остальные наплевать.