Алый пепел

- Хорошо поработали сегодня, - Армин едва успел открыть окно машины – подобострастные телохранители главного офиса «Людей» торопились открыть ему дверь. – Господин тайный советник. - Да, - отмахнулся он. – Босс у себя? Скажите, что я вернулся и жду указаний. - Да, сэр, - Мина Каролина, плавно втесавшаяся в ряды халдеев, мило улыбнулась ему. – Босс будет рад увидеть вас за торжественным ужином сегодня вечером, господин Арлерт. - Мина… - Армин открыл дверцу и галантно поцеловал руку девушки, - Ты прекрасна! Судя по всему новая роль идет тебе безумно – посмотри на себя, ты красива и ослепительно хороша сегодня. - Благодарю, - без тени улыбки ответила девушка. – Вам тоже, видимо, нетяжело пришлось. Это сухое замечание выдавало всю природу Мины – она видела суть проблемы, смотрела в корень, как говорится. Красивая, умная, внимательная, сейчас она тонко намекнула на отсутствие Армина в тяжелые для семьи дни, а также пассивное его участие в поисках Эрена и Берта. Мина справедливо считала – тайный советник обладает большим влиянием, чем хочется показать Армину, и уж точно для него не составит труда найти тайное убежище несчастных заигравшихся во взрослые игры детей. Армин прочел ее мысли – и они понравились ему. Больше всего на свете он ценил и уважал людей дальновидных, к каким и относилась Мина. Он улыбнулся ей и еще раз поцеловал руку. - Обязательно приду на ужин, - пообещал он. – Скажите боссу – у меня для него подарок. Наичудеснейший. Он будет рад безумно. - Непременно сообщу… - отозвалась девушка. – Кстати, вас переселили во флигель кумите Райвеля. Теперь ваши люди и ваши бумаги, документы и прочее будут там. Мы уже позаботились о смене дизайна и безопасности. Можете немедленно оценить наши усилия. - Вот как? – Армин уже уходил, но остановился. – Надо же, Райвель не говорил, что меняет место дислокации… Он любил свой флигель, почему же уступил его мне? Оттуда прекрасный вид на море, насколько я помню. - Кумите Райвель теперь живет в главном здании, - улыбнулась Мина, заранее предвкушая реакцию тайного советника. – Указом босса кумите стал правой рукой со вчерашнего вечера. Теперь он будет ближе других к боссу, можете поздравить их обоих с таким решением на ужине… Армин уже не слушал ее. Мысли его вернулись к другому вопросу. - Сэр? – помощник Армина легко скользнул по его руке, как будто поправляя своему начальнику часы. – Мы определили ее местонахождение. Пятая тюрьма, камера для смертников. Под личным контролем кумите. - Отлично… - Армин поправил волосы и незаметно перезарядил пистолет в кобуре. – Мы идем к Микасе. Прикройте меня, если ее муж начнет нервничать. *** Маленький столик и белая скатерть. На ней четыре блюда – все то, что Микаса терпеть не могла есть раньше, в той, другой своей жизни. Она подняла вилку и положила ее обратно. Беременность, которая переносилась ею вполне сносно, теперь начала подавать знаки. Тошнота, головокружение, слабость – это лишь малый список того, что мучало Микасу все это время. К этому присоединились еще и отеки, нарушение аппетита, а теперь еще и общество Ирвина. - Ешь, - говорил он с улыбкой, от которой тошнота подступала к самому горлу. – Ешь же. - Я не хочу, - честно призналась она. У нее не было сил спорить с ним или воевать сейчас, ей хотелось только одного – чтобы он оставил ее в покое. И желательно навсегда. - Обидно, - протянула худая большеглазая блондинка. Она висела на плече Ирвина и не сводила с Микасы ревнивого взгляда. – Брат так старался. Ради тебя, госпожа Микаса. А ты отказываешься. Некрасиво. - Криста, - Ирвин погладил прядь волос девушки. – Госпожа Микаса никогда не отличалась примерным поведением. К тому же у нее плохое воспитание, и ей не объясняли, как важно быть учтивым с тем, под чьим кровом ты сейчас находишься. Но мы простим ей это, правда, моя Криста? Мы – простим. - Мы – простим, - повторила за ним девушка. Она села к нему на колени, собрав худые длинные ноги, - Ешь, - повторила она. – Ешь, создание. Ты должна выносить и родить сильного ребенка. Потом ты умрешь, но сначала. - Сначала я накачаю твою голову свинцом, шлюха, - Микаса набрала полные легкие воздуха. – А твоего гомо-брата выброшу с пятого или шестого этажа. Вы заигрались, братья-сестры. Перед вами не просто пленница, я Микаса Аккерман. И даже сейчас у меня хватит сил отправить одного из вас на тот свет, а то и обоих. Ирвин аккуратно отодвинул от руки Микасы вилку. Нежно улыбнулся ей и сильным ударом ноги опрокинул и стол, и беременную девушку на пол. Криста осторожно встала, чтобы не запачкать свое платье. Она выглядела равнодушной и незаинтересованной – и эта пустота в ее взгляде напугала Микасу больше, чем злость Ирвина. - Ешь, - повторил Ирвин, глядя на то, как Микаса пытается подняться из лужи и месива, в которое превратил он еду. – Ешь с пола, как тебе и положено, мелкая дрянь. Мне нужно было продать тебя в один из борделей Ханджи, едва ты начала менструировать, но я позволил тебе поиграть в мафию. Это ты заигралась, Микаса. Если бы не плод Райвеля внутри тебя, я бы уже скормил твои внутренности собакам или попрошайкам на заднем рынке Троста. Не обольщайся, эта судьба все еще ждет тебя. - Вот как, - Микаса смахнула капли воды с лица, - Признаюсь, я не удивлена. Она с достоинством отряхнула одежду и села. Округлившийся живот мягко обрисовал ее женские формы. С тоской она смотрела на одежду и пол – все грязное, отвратительно грязное. Ей подумалось, был бы тут Райвель, она бы не оказалась в таком положении. Но чувство вины перед ним было сильнее страха за себя – Микаса опустила голову, взяла с пола кусочек хлеба и откусила половину. - Надеюсь, твое эго восстановлено, - спокойно сказала она. Ирвин встал и вышел, странная и непонятная Криста с интересом посмотрела на Микасу и выбежала следом. Щелкнул замок, и камера снова стала пустой и одинокой. - Черт бы побрал тебя… - сказала Микаса. Она с жадностью доедала хлеб, не понимая, что по ее щекам стекают горячие слезы, падающие на грудь, живот, колени. Она плакала от досады и усталости – от того, что будущее неопределенно и для нее, и для ребенка, и будущим назвать его сложно, практически нельзя. Она плакала – и впервые ей захотелось стать слабой и обычной, такой, как все, прожить обычную скучную жизнь и умереть окруженной внуками. - Брось это, - услышала она за своей спиной. Армин тихо сел рядом с ней и его мягкая ладонь легла на ее плечо. - Брось, Микаса, - сказал он мягко. – Ты еще в строю. И Ирвину не сломить ни тебя, ни его. Он коснулся ее живота, привлекая голову девушки себе на плечо. - Зачем ты тут? – тихо сказала Микаса. – Зачем ты… - За тобой, - просто ответил ей Армин. – Я пришел за тобой.