Алый пепел

Конец этой работы был предрешен очень давно. Прошу вас с пониманием отнестись к моему финалу. Пусть для вас персонажи будут продолжат жить их жизнью. "Алый пепел" завершен. Спасибо всем, кто поддерживал меня. Я люблю вас. М.Бексултанова Будущее становится прошлым. Прошлое – в небытие. И где-то впереди нас еще ждут приключения, страдания и редкие радости. Мысли об этом греют и причиняют боль. Мы ждем, отчаявшиеся и влюбленные, мы верим. Микаса открыла глаза и долго не могла понять, где именно она находится. Она слышала песни птиц в открытое окно – и чувствовала свежие запахи моря. Она по-прежнему была жива – хотя за прошедшую ночь она думала, что умрет и не один раз. Но она больше не была беременна. Гораздо лучше и важнее – Микаса стала матерью. Кенни вошел в палату и улыбнулся. За прошедшие месяцы он стал ей по-настоящему близок. Ее дядя. Брат ее матери – так он говорил. Он ласково поцеловал ее в лоб. - Ты отлично справилась, - сказал он. – Но потеряла сознание сразу после родов. Такое бывает, но ты поразила врачей – ни единого крика или стона. Настоящая Аккерман. - Я просто удивилась, - слабо парировала Микаса. – Я не думала, что роды пройдут так болезненно. Однако с этим можно смириться. Зато теперь не надо носить десять килограммов сверх собственного веса – три из них можно катить в коляске… Они оба посмотрели на крохотную колыбель в углу комнаты, завешанную розовым тюлем. С одинаковой нежностью. Кенни подошел и заглянул вовнутрь. Младенец спал, нахмурив крошечные темные брови. Он был похож на своего отца. - Очаровательная девочка, - сказал он. – Красивая и сильная. - Это мальчик, - поправила его Микаса. – Розовое я купила в первом магазине, когда ехала сюда. Мне было не до выбора. Но у меня родился сын. Маленький Аккерман. Младенец зашевелился, услышав голос матери – мутные со сна глаза смотрели на Кенни почти завораживающе – но только на пару мгновений. Ребенок тут же вспомнил о том, что он едва родился, первый стресс прошел, а теперь самое время поесть. Крохотное личико сморщилось и оглушительный плач раздался в палате. Микаса ласково рассмеялась. Кенни поднял ребенка и попробовал его успокоить. - Боже, дети ужасно несносны… - нахмурился он, передавая ребенка матери. – Не забудь сказать ему, когда он пойдет в университет, что он ужасно орал в первый день своей жизни. - Обязательно, - пообещала Микаса. – Я покормлю его, а ты лучше расскажи, как там все сейчас, в Тросте… Воцарилось молчание. Кенни сел на кресло-качалку, любуясь племянницей. Мысли о прошлом мягко коснулись обоих. - Эрен Йегер возглавил «Королей», - сказал он твердо. – Таким было мое решение, и все поддержали меня. Он сын своего отца. Своих отцов… - поправился он. – Гриша и Даллис могли бы гордиться им. За два месяца Эрен уже упразднил ненужные ведомости, провел ряд сделок и отлично справился с улаживанием дел Ирвина. Он на плаву. Можешь не беспокоиться за него… - Я знаю, - перебила его Микаса. – Я знаю, он справится. - Найл Док возглавил «Людей»… - продолжил Кенни. – Он несет ответственность за дела семьи и восстанавливает ее честь. «Люди» теперь находятся в юрисдикции «Королей», полностью подчиняются семье, но ведут свою политику. Найл оставил пост в полиции, считая это своим долгом перед умершим отцом и братьями. Говорят, Томас Вагнер помогает ему. Райвель и Ханджи помогают ему. Правда, Ханджи сейчас в отпуске. Подробностей не знаю, но вроде как связалась с Райнером Брауном. Тот покинул «Титанов» и находится в свободном плавании. - Вот как… - Микаса смотрела на сына, который своим маленьким ротиком пытался поймать сосок. – А что с самими «Титанами»? - Их возглавила Имир, - улыбнулся Кенни. – Ее сумели спасти. Пуля прошла насквозь, но Имир родилась в рубашке. Правда, пока ей сложно передвигаться, но она возглавила «Титанов» и хочет добиться былого величия семьи. В память о Саше… Так она говорит. Они замолчали. Микаса вытерла непрошенную слезинку. Она вспомнила тех, кого уже нет с ними из-за грехов прошлого и подлости Ирвина – но в груди ее царила надежда. Люди, у которых отняли все, вернулись и восстанавливали разрушенное. - Это здорово, - сказала она мягко. – Здорово, Кенни. Ее маленький сын открыл темные отцовские глаза и тут же закрыл их – он был сыт и спокоен. *** Раздался звук гонга, возвещавший о начале ужина, молодая девушка еще раз внимательно посмотрела на себя зеркало, подправляя макияж. Она была прекрасна – яркое-синее короткое платье идеально гармонировало со светлыми волосами. - Хистория, - позвали ее, - Тебя все ждут. - Иду, - весело ответила она. – Я иду… Нии-сама! Эрен, стоящий в дверях, поправил отросшие волосы и улыбнулся ей. Они совсем недавно узнали о родстве – но пытались восстановить украденное у них родство. Эрен протянул руку сестре – и та с радостью оперлась на нее. Сегодня ее должны были представить всем знатным лицам «Королей». Хистория Заклэй понесла заслуженное наказание на проступки, попыталась исправить свои ошибки и была прощена. Эрен, ее брат, предложил принять Хисторию в семью. Больше всего на свете он хотел позаботиться о той, кто была лишена семьи с самого детства. Больше всего на свете Хистория же хотела быть рядом со своим настоящим братом. Они пошли по длинному коридору, Хистория и Эрен, брат и сестра, наследники. - Как думаешь, - тихо спросила она, - Твоя мама… То есть наша мама простила бы меня сейчас? - Она уже простила, - ласково уверил ее Эрен. – Ты совершила немало ошибок, Хистория. Но у тебя есть время все исправить. Я помогу тебе. А ты будь рядом со мной. Мы исправим все. У нас получится. - Вы задержались, - сказал им Райвель. Он и Бертольд стояли у двери. Синие галстуки и пряжки очень гармонировали с темными смокингами. Армин в белой рубашке и синем жилете проверял время на нагрудных часах. - Время пришло, - сказал он, отворяя большую дверь, - Дамы и господа, «Люди» и «Титаны». «Короли» восходят на престол – Мадонна любит «Людей», «Титаны» захватили города. Эрен Заклэй и Хистория Заклэй, к вашим услугам! Поприветствуйте их! Воцарился гул, аплодисменты взорвали зал. Эрен и Хистория вышли вперед под всеобщее одобрение. - А они отлично держатся, - шепнул Бертольд Райвелю. – Прекрасно просто. - Это их долг, - ответил ему Армин. – Они восстанавливают разрушенное. Это их, его и ее, долг. Поможем им. Они трое вышли вперед, вставая рядом с братом и сестрой, разделяя их груз. Имир в синем платье, красивая и изящная, хлопала им с первого ряда. Ее глаза были полны слез. *** - Вот таким было их возвращение… - сказал Кенни. Микаса внимательно слушала его, ее сын посапывал у нее в руках. - Здорово, - повторила она, - Здорово… Кенни подошел к окну, глядя на сияющее лазурное небо столицы. На цветущих ветках персикового дерева сидели птицы. Микаса слушала их веселый щебет, думая о том, как это далеко от ветра Троста, от его штормов… Она тосковала. Но теперь окружающий мир не мог коснуться ее полностью. У нее на руках спал мир новый. Пусть пока и младенческий. - Микаса, - ласково позвал ее Кенни. – Райвель просил, чтобы я задал тебе этот вопрос. И Эрен тоже… Я за этим приехал сюда. - Я знаю, - сказала Микаса. – Я знаю, что ты хочешь спросить, Кенни. Вернусь ли я домой, ведь так? Хотя… Могу ли я назвать то место домом… Они замолчали. Кенни смотрел на племянницу мягко, с нежностью. Перед ним не было больше маленькой девочки, привыкшей слепо обожать своего брата и прятаться за спиной своего мужа. Перед ним сидела взрослая женщина, которой пришлось выступить против целого мира. Микаса молчала – и в лице ее читалась внутренняя борьба. Она мечтала ответить положительно на его вопрос, но на руках у нее спал ее сын. И она знала, что теперь ей предстоит выступить против мира снова. В защиту детства ее ребенка. - Прости, дядя, - сказала она. – Ты знаешь, что ответить Райвелю и Эрену. Она ласково прикоснулась ладонью к щечке сына, и тот осторожно сжал ее палец своей крошечной ручкой. Кенни улыбнулся, глядя на них. - Скажи, как ты назовешь его? – спросил он, подходя к двери. - Райвель, - улыбнулась Микаса. – Его уже зовут Райвель Аккерман. Его всегда так звали. Она не подняла глаза, когда дверь за Кенни закрылась. Глаза ее наполнялись слезами снова и снова – и только маленький Райвель тихонько спал, прижавшись к ее груди, счастливый и защищенный. *** Армин и Эрен выехали из Троста на закате – в девять часов вечера они уже были в Шиганшине. Старый церковный приход, разоренный людьми Ирвина, был восстановлен полностью. Новый глава прихода, Райнер Браун, встретил их у ворот. - Как вы? – спросил он. – Не спрашивайте, как мы. Мы отлично. Правда? - Мы лучше всех, - в тон ему ответила Ханджи. На ней вместо привычной куртки было простое платье. Кстати, вчера мы поженились. Могли бы приехать и поздравить нас, глупые юнцы. - Поздравляем, - отшутился Армин. – Тебе идет быть мужней женой, Ханджи Зое. - Я Ханджи Браун, - улыбнулась та. – А вам пора идти к Энни. Она очень ждала тебя, Эрен, - добавила девушка. Эрен быстрым шагом вошел во двор. Он шел меж посаженных повсюду кустов роз и обошел новое здание прихода. Большая аллея темнела впереди. Райнер привез саженцы из северных городов. Эти деревья однажды должны будут коснуться кронами самих небес. Только сам Эрен и даже его внуки этого уже не увидят – сотня-другая лет ничто для дерева, но целая жизнь для человека. - Зато увидишь ты, любимая, - сказал Эрен. – Ты все это увидишь. Он сел на корточки перед мраморной плитой с изображением маленького ангела. Отблеск пламени зажигалки осветил выбитые красивые буквы. Имя его, Эрена, несостоявшейся жены улыбнулось ему. - Энни Йегер, я вернулся, - сказал Эрен. – Хочу рассказать тебе о том, как прошла моя неделя… Он плакал – и небо расплакалось над его головой. Армин стоял позади него, чтобы вовремя поддержать своего лучшего друга. *** - Значит, она решила назвать его Райвелем, - улыбнулся Бертольд. Они с Кенни сидели в маленькой гостиной и пили чай, привезенный Кенни из столицы. Райвель стоял у камина, слушая их издалека. - У нее родился славный мальчишка… - умилялся Кенни. – Однажды он станет сильным человеком. Микаса об этом позаботится. Она прекрасная мать. Ее волосы снова выросли, и она похудела – но выглядит прекрасно. Собирается кормить его грудью до двух лет. У нее большие планы. Райвель слушал его, глядя на пламя камина, в котором как будто бы догорали остатки его надежды. Бертольд смотрел на Райвеля, в очередной раз понимая, почему женщина, которую он любил больше всего на свете, стала женой не ему, а этому невысокому грубому мужчине. Бертольд смирился с потерей. Райвель – тоже. Однажды, пусть даже и не сейчас. - Поговорим о делах семьи, - перебил их Райвель. – Нам нужно обсудить возвращение Эрена к делам. И судьбу членов семьи, предавших интересы Ирвина. Они хотят вернуться в семью. Я не против, вы? - Я тоже, - улыбнулся Бертольд. – Прекрасный чай, Кенни! - Можно и нас угостить? – спросила заглянувшая к ним Имир, за руку она держала Хисторию. – Девчонки хотят присоединиться к вам. Мы уже закончили патрулирование голодающих районов. Все люди получили горячий ужин и одежду. С понедельника начнем трудоустройство тех членов семьи, которые хотят получить другую работу. И, кстати, завтра у нас открытие новой школы для бедных. В том районе, откуда вы с Райнером родом, Бертольд. Она получит имя Энни Йегер… Райвель улыбнулся, глядя, как они весело обсуждают грядущие дела. То, чего больше всего боялся Ирвин, случилось. «Люди» стали частью «Титанов» - «Титаны» стали частью «Людей». Рамки и границы были стерты. - Прощай, любовь моя, - промелькнуло у него в голове. – Однажды я обязательно найду тебя снова. Береги Райвеля-младшего. И пусть он бережет тебя. *** Микаса покинула госпиталь – ее сыну исполнилась целая неделя. Оплатив услуги карточкой, она взяла в руки переносную колыбель с младенцем. Улыбчивая медсестра пожелала ей удачного пути. - Удачный путь – как раз то, что мне требуется, - сказала она спящему сыну. – А еще нам с тобой требуется попутка. Ну или такси. - Вы по адресу, девушка… - услышала она. Резко обернувшись, пряча ладонью глаза от солнца, Микаса увидела припаркованный неподалеку автомобиль. Жан, стоял возле него, опершись на капот. Простой свитер с рубашкой и джинсы заканчивали его образ. Жан стал выше, повязки с лица и руки еще не сняли. Но выглядел он значительно лучше. Микаса улыбнулась ему. - Привет, - сказала она. – Куда едешь? - К морю, наверное, - сказал он, подходя к ней. – Не в Трост, не в Шиганшину, подальше отсюда. В мире так много мест, до куда можно доехать на одном автомобиле… Не хотите проверить, мисс? И, конечно, маленький мистер? - Он хочет, - уверила его Микаса. – Составим тебе компанию, Жан. Как нашему другу. Спустя пару минут они уже покидали столицу. Маленький Райвель мирно спал под гул мотора – Жан поправил одеяльце, ребенок сонно улыбнулся ему. Море, залитое уходящим солнцем, улыбалось им.