Успей сказать

Сидя в аэропорту, я сжимал фотографию, которую выхватил в последний момент из рамки, и просто непрерывно смотрел на нее. Еще совсем недавно лежащий белый снег, превратился в грязную массу на обочинах, окрасив мой мир снова в мрачный серый. Получив свой билет, я немедленно отправился в ветеринарную клинику Дейдары, чтобы сообщить ему номер рейса и время. Чего я добивался, говоря это равнодушному человеку? Может я надеялся, что Хината, узнав про мой отлет, придет проводить меня, или просто хотел увидеть нотки сострадания в его голубых глазах. Услышать, что все будет в порядке, надо лишь время и терпение. Но он молча кивнул и, крепко пожав мне руку, пожелал счастливого пути, не удостоив меня даже улыбкой, которая ранее не сходила с его прекрасного молодого лица. Какой я глупец... Облокотив локти о колени, я принялся тереть пальцами уставшие глаза, опухшие от бессонницы. Чья-то рука опустилась на мое плечо и я вздрогнул, устремляя взор на человека. Хината мило улыбалась, наклонив голову вбок. Я хотел бы, чтобы это было именно так, но вместо иссиня черных волос, в глаза ударила огненная растрепанная шевелюра, а вместо теплой улыбки - холодное бледное лицо Гаары. Мои глаза заметались по сторонам в поисках его попутчицы. Увидев это, парень отрицательно покачал головой и тихо сказал: - Я не один, но моя спутница тебя вряд ли обрадует. - Садясь рядом, он сильно сгорбился, оперев свой подбородок на соединенные в замок руки. - Хината сегодня была не своя. Одна ее половина хотела тебя проводить, но другая не пускала. Я рад, что она не пришла, - выдохнул он. - Ты и представить себе не можешь, что с ней бы тут творилось. Не смогла бы она спокойно тебя видеть. - Представляю. Я и сам бы с ума сошел увидев ее. - Нефритовые глаза уставились на меня. Повисло неловкое молчание. - Моя сестра приехала со мной, чтобы поговорить. Но прежде, чем ты встретишь эту гарпию, я должен тебе кое-что передать. - Рука парня скользнула в карман и достала что-то небольшое, спрятанное в его ладони. Он раскрыл пальцы, и я увидел подвеску, подаренную мной Хинате из Америки. - Ее слова звучали, как: "Береги ее". – Кивнув, я взял цепочку в руки и ту же повесил на свою шею, пряча под одежду. – Ну, все, моя миссия закончена. Теперь я свободен, - хмыкнул рыжеволосый и встал, протягивая мне руку. - Удачного полета. - Сжав его руку в ответ, я, глядя в его глаза, спросил: - Скажи, я ведь не сломал ее? - Хинату - не сломать. Особенно такой глупостью, - улыбнулся он и ушел. От его слов я почувствовал, как маленький ток пробежал по всем внутренностям, причиняя легкую боль. "Глупости говоришь..." Спустя пару минут Темари присела рядом, слегка краснея. - Ты чего так раскраснелась? Поздно уже из себя скромницу изображать. - Прости. Саске, я люблю тебя. - И что? Думаешь, мне есть до этого дело? - я просто смотрел вперед, не замечая ее присутствия, а она неуютно ерзала на месте и, иногда, бросала в меня растерянные взгляды. - Я полечу с тобой... - Нет. Останься. Со мной тебе не будет счастья. – Встав, я взял сумку в руки. - Встреча с Хинатой меня многому научила. Теперь уж лучше я буду один, чем снова размениваться на шлюх. – Уходя, я чувствовал на себе пристальный взгляд, но оглянувшись, никого не увидел. Однако мою спину и затылок сильно жгло, словно моя Хината пристально смотрела мне вслед.

***

5 лет спустя. Самолет компании "All Nippon Airways". Рейс: Нью-Йорк - Токио. - Вот и вся история, Орочимару-сан. - Делая глоток воды, я закончил свой рассказ. Мой собеседник слушал молча, не перебивая, лишь изредка смеясь. Действительно прекрасный слушатель. - Как, уже все? - он удивленно вскинул брови. - Да. Больше нечего рассказывать. Я уехал и оставил ее. Мы ни разу не созванивались, и даже не писали друг другу, словно этой истории и вовсе не было. Именно поэтому я так боюсь возвращаться и предстать лицом к лицу перед своими ошибками. Но больше всего я боюсь встретить ее и понять, что она больше не моя. Хотя, она и так не моя, - с горестью рассмеялся я. - Нет. Так не пойдет, - сурово сдвинул брови мужчина. - Я требую продолжения истории. Столько недосказанности между вами осталось. Это же неправильно. - Да. - Устало откинув голову на кресло, я вздохнул. - Я так и не успел ей сказать, что люблю ее. - Тогда пообещайте, что если судьба вас снова сведет - вы будете обязаны сказать такие важные слова. Самолет приземлился и, обменявшись визитками, мы покинули свои места, выйдя навстречу ветреной погоде. Мои волосы били по лицу, когда я стоял у выхода и ожидал своего брата-выпендрежника. Подъехав на новом, и неизменно, черном Jaguar XJ, он пафосно посигналил, приглашая меня внутрь. Закатив глаза, я сел в кожаный салон и, наконец, по-настоящему расслабился. - Братишка! - накинулся ко мне с объятиями Итачи. - Возмужал! - похлопывал он по моим руками и ощупывал грудь. - Скоро брата перегонишь. - Прекрати! - я раздраженно отпихнул его руки. - Ладно! Ладно! Пока тебя не было, тут столько произошло... - тараторил мой брат, разливаясь смехом и ведя свою машину. Я практически не слушал его треп, выхватывая из рассказа лишь интересную мне информацию, я молчаливо смотрел в окно. Родной город изменился до неузнаваемости, но некоторые места оставались прежними, погружая меня в воспоминания. - Ты такой молчаливый... Меня это пугает! - Просто уставший. - Тогда сейчас заедем перекусим в одно место. Ты там еще не бывал, - разглагольствовал брат. - Этому ресторанчику всего пару лет, но повар у них - отменный. - Я согласно кивнул, и мы свернули на соседнюю улицу. Выйдя из машины, я достал сигарету из пачки и закурил, сладостно втягивая в легкие дым. В Америке я стал много курить, дойдя до пачки в день, поэтому столько часов без никотина были мучением. Итачи зашел в ресторан, а я остался на улице докуривать сигарету. Рассматривая яркие вывески торгового цента через дорогу, я получил удар в голову, от чего подавился дымом и наклонился вперед, сделав шаг. Откашливаясь, я резко обернулся и закричал: - Каково, вашу мать?! Чьи руки мне оторвать! - за моей спиной испуганно стояли двое малышей лет четырех-пяти. Они были близнецами. Оба черноволосые и белокожие, с огромными бледно-серыми глазами, окруженными густыми черными ресницами. Уставившись в их глаза, я интуитивно сделал шаг назад. Один из мальчиков подбежал ко мне и схватил мяч, одиноко катающиеся под моими ногами. Подняв на меня глаза, он застыл, пристально смотря на меня изумленным взглядом. - Юкио, давай быстрее! - громко окликнул его брат с безжизненными глазами. Такой серьезный и спокойный, он даже не посмотрел на меня. Мальчик с мячом кивнул и побежал к брату. Я долго смотрел в след этим детям, словно что-то внутри меня не хотело их отпускать. Озадачено почесав затылок, я зашел в ресторан. Поворачивая ключ в замке, я судорожно вздохнул и дернул ручку. Дверь открылась, впуская свет в темное безжизненное помещение. Все было таким же, как и раньше, словно время вернулась вспять. Казалось, я даже слышал легкий аромат духов Хинаты, оставшийся после ее последнего визита, и звонкий смех из моей комнаты, словно она еще здесь. Скидывая на ходу вещи, я направился в ванную, расслабиться в которой так и не удалось. "Мне нужно срочно покинуть эту квартиру, иначе я сойду с ума". То, от чего я бежал, вернулось и давило на меня с еще большей силой. Наспех одевшись, я вышел из нее и просто вышел на улицу. Бесцельно бродя по улицам, я рассматривал прохожих и яркие витрины, загоревшиеся еще более яркими красками с приходом темноты. Я и заметить не успел, как стоял перед клубом, в котором пять лет назад выступала Хината. Зайдя внутрь, я снова наткнулся на тесную толпу и невыносимые звуки. Стоя просто, безо всякой на то причины, я смотрел на сцену в ожидании, или может в надежде, снова увидеть ее в том странном черном платье, с шуршащей многоярусной юбкой и алой помадой. Нервно дернувшись, я услышал знакомые аккорды. Запаниковав, я хотел скрыться из толпы и выбежать в ужасе на улицу, но, словно магнитом, уставился взглядом в рыжего паренька, игравшего на гитаре. В этот раз на Гааре не было маски и под прожектором его лицо казалось еще белее, а волосы ярче. Ничего в нем не изменилось, все такой же, как и те двое, стоявшие за его спиной. Затаив дыхание я ждал, когда свет озарить всю сцену, но совсем другой голос запел до боли знакомую песню. В нем не было той теплоты и звучности, как у Хинаты. Девушка явно обладала хорошими вокальными данными, но ее голос был намного выше, что резала мне слух, словно раздирая до крови. Я пытался побороть все чувства и расслышать слова, но они не доходили до меня и рушились, словно натыкаясь на непроходимую стену. Среди множества людей только она могла достучаться до моего сердца и пропеть мне ее снова, как и тогда.