Спасение? Наказание!

Под ногами хлюпала вода, пробираясь в обувь. Земля, покрытая густым ковром перепрелой листвы и хвои, прогибалась под ногами, а местами и проваливалась – местность оказалась заболоченной. Вокруг рос низкорослый кустарник с темно-зелеными редкими листьями. Бледный мох охватывал стволы деревьев у самой земли, шапками лежал между корней. Густые еловые ветки склонялись до самой земли, а кроны вздымались ввысь к свинцово-серому небу. Иной раз попадались редкие осины, с постоянно шевелящимися листьями, и заросли ольшаника. Иногда редкий порыв ветра шевелил вершинки, сбрасывая вниз дождевые капли. Они падали на лицо, оставляя мокрые дорожки, забирались за воротник. То и дело ноги натыкались на корни, торчащие из-под земли – тело вздрагивало, теряя остатки тепла. Под ногами зачавкало сильнее – впереди была топь. Послышался какой-то приглушенный стук. Он становился все ближе и ближе. Из-за деревьев справа вышел человек. Он держал в руке суковатую палку и постукивал ей по стволам. На нем были темные холщевые штаны и такая же куртка с капюшоном, скрывающим лицо. Он поднял голову и застыл в напряженном ожидании. Затем, забавно переступив с ноги на ногу, заговорил. Судя по голосу, это был подросток. - Привет, - улыбнулся он. - Привет. - Ты здесь как оказался? – любопытством вспыхивают карие глаза. - Я не знаю, - жмет плечами. – А ты? - Я тоже. Я уже вечность тут брожу – устал! - Откуда ты? - Откуда? – повторяет. – Я… я не помню. - А я…, - замолкает. – Я тоже. И, кажется, не знаю даже своего имени. А куда ты идешь? - Вперед, - а потом замолкает. – Я иду… Слушай, может, вместе пойдем – не так скучно будет, - и снова улыбается. - Впереди болото, - предупреждает. - Да, я знаю – все ноги уже промочил. Ну что идем? - Вперед? - Ну, думаю, у нас большой выбор – хоть на все четыре стороны. Слушай, а давай придумаем себе имена? Не можем же обращаться друг к другу: «Эй, ты!»? - Давай, - соглашается. - На какую букву тебе нравится имя? – спрашивает оглядываясь по сторонам. - Ну, может быть – «Э» или «Д». - «Э»? Эрик? Эдриэн? Энакин? - Что? Нет! Мне уже нее нравится «Э». - Тогда, может, Дэвид или Дилан? - Нет, что-то не то. - Джон? Джеймс? Дональд? - Только не Дональд. Джеймс вполне подойдет. - Значит, я нарекаю тебя – Джим! – торжественно провозгласил он. - А ты? На какую букву будет твое имя? – спрашивает Джим. - Наверное, на «С», или на «Л», - неуверенно отзывается. - Леонид? - Фу! Конечно, нет! - Леопольд? Людвиг? Люций? - Ты издеваешься? - Да. - Злой! - Тогда – Стивен. - Имя хорошее, но слишком простое. - В таком случае назовись Салазаром, - смеется Джим. - Салазар, - протянул он. – А что – мне нравится! - Мне почему-то тоже, Салли. - Эй, какая я тебе Салли?! – громко возмущается, а потом хватается за руку Джима, чтобы не упасть. - Тогда – Зарри. - Не коверкай мое имя, а то выберу другое! – пригрозил Салазар. - Ладно, не сердись, - примирительно проговорил Джим. – Я не хотел тебя обидеть. - Да я и не обиделся – ведь это даже не мое имя, - проговорил он. – И все же, как ты думаешь, что мы здесь делаем? - Я не думал об этом – просто шел, - отозвался он. – А теперь, кажется, я чертовски устал. - Тогда стоит поискать место посуше, а там обсудим, что делать дальше. Не пойми меня неправильно – я бы с удовольствием поговорил, но нам лучше по пути поискать хоть что-нибудь съедобное. Джим кивнул, старательно оглядываясь по сторонам. *** Двое парней расположились на небольшом выступе скальной породы метрах в семистах от того места, где встретились. Они сидели на камнях, покрытых зеленым мхом, и жевали, собранную по пути, сизую ягоду. Салазар поклялся, что она вполне съедобна. Темнело и становилось все холоднее. Промозглый ветер пробирал до костей, и влажная одежда тоже не добавляла удобств. Прижавшись спиной к камню, хоть как-то закрывающему от ветра, молодые люди сидели в обнимку, стараясь согреться. Но все их усилия пропали втуне – из низких туч заморосил мелкий и противный дождь, который грозил затянуться до утра. Разговаривать у ребят не было ни сил, ни желания – и так зуб на зуб не попадал. В этот момент они оба горько сожалели о том, что ни у одного из них не нашлось спичек. - З-знаешь, мы м-можем поп-п-пытаться с-станцевать, - заговорил, наконец, Салазар. – Раз-зогнать кровь, потому что у меня ч-ч-чертовски замерзло все! - Ты хочешь танцевать на камнях? В темноте? Да ты быстрее свернешь себе шею, чем согреешься. Давай, я лучше разотру тебе плечи. Кажется, я замерз меньше тебя. - Давай, - закивал Салазар, усаживаясь поудобнее. – Только аккуратно – я существо нежное и ранимое. - Тут уж как получится, - хмыкнул Джим. Следующие минут десять в темноте слышались только вскрики: «Эй, осторожнее!», «Ай, больно же!», «Да аккуратнее ты!». - Все-все, хватит! – взмолился Салазар. – Я уже согрелся! Правда! - Ну, как скажешь. Я тоже, - кивнул Джим. - Вот и х… Из темноты раздался какой-то треск. Парни всматривались вглубь леса, но ничего обнаружить не получилось. Разумеется. - Кто здесь? – позвал Салазар. – Выходи, не бойся! В ответ на его слова ветка хрустнула снова. - Не бойся, - повторил Джим. – Мы не обидим тебя. Прошу, выходи к нам. Спустя несколько томительных минут послышался неуверенный голос: - Здравствуйте, - а говорила девушка. - Привет, - немного ошарашенно отозвались молодые люди. – Поднимайся к нам – тут не так мокро. Правда, ветер дует сильнее. И наступай аккуратнее – камни острые. - Спасибо, - донеслось в ответ. *** Девушка оказалась темноволосой и темноглазой – как и оба парня. Что-то еще было сложно разглядеть – темнота и мешковатая одежда надежно от этого защищали. - Ты тоже не помнишь, как тебя зовут? - первым поинтересовался Салазар, усаживая девушку между собой и Джимом, чтобы согреть немного. - Нет, я… Меня зовут…, - немедленно отозвалась девушка, а потом сникла. – Похоже, ты прав. - Получается, мы все ничего не помним, - подытожил Джим. – Это странно. - Более чем, братишка, - горькая усмешка искривила губы Салазара. - Вы братья? – удивилась она. - Нет. Наверное, нет, - фыркнул тот. – У меня нет такой скошенной челюсти, как у Джима. - Вы смогли как-то узнать свои имена? – снова поинтересовалась девушка, плотнее прижимаясь к теплым бокам. - Нет, к сожалению, - вздохнул Джим. – Мы просто придумали имена друг другу. Так привычнее. Я – Джим, а вот он – Салазар. - А вам подходит, - улыбнулась она. - Если хочешь, мы можем придумать имя и тебе, - предложил Салазар немедленно. – На какую букву ты хочешь зваться? - На «А», - немедленно отозвалась она. - О, как ты категорична! – восхитился тот. – Может, Аманда? - Э-э-э, нет. - Алиса? - Не то. - Амели? - Ты шутишь? - Анна? Андромеда? Александра? - Нет, мне нравится Айрис, - тихо проговорила девушка, опустив глаза, но этого никто не увидел, скорее, почувствовали. - Прекрасное имя – тебе идет, - похвалил Джим. - Правда? - Как свет свят! – клятвенно заявил Салазар, а затем спросил. – У тебя, случайно, нет спичек? - Не-а, - протянула Айрис, немного согревшись. – Иначе бы я в темноте не бродила. - Значит, придется коротать ночь так, - вздохнул Джим. - Ничего, - деланно бодро заявил Салазар. – Будем греться друг о друга. - Кошмарно звучит, - рассмеялась Айрис. *** Лес был тих – лишь изредка доносились до троицы голоса ночных птиц, заставляя подростков сильнее прижиматься друг к другу. За всю ночь они едва ли сомкнули глаза хоть на полчаса – холодно было. И вот миновал час волка и небо постепенно стало сереть. Оказалось, что за ночь ветер разогнал тяжелые тучи, обнажив черное небо, на котором красовались яркие пятна звезд. Утренняя прохлада пробирала до костей, заставляя дрожать все тело, а зубы отбивать отчетливую дробь. - К-к-к-а-к-к-к ж-же х-х-х-о-л-л-д-д-но, - пожаловался Саалазар. - Давайте немного разомнемся? – прошептала Айрис, изо всех сил сдерживая дрожь. - З-з-за-р-ряд-д-дка? – простучал Салазар. - Давайте, - закивал Джим, поскольку пробрало даже его. К концу получасовой разминки от ребят валил пар – они смеялись, подпрыгивая, приседая и размахивая руками и ногами – кто мог, разумеется. За это время успело взойти маленькое ярко-оранжевое солнце. Оно мгновенно окрасило лес в яркие тона, заискрилась на дождинках. Стало заметно теплее. - Ну, вот и новый день! – провозгласил Салазар, забираясь на камень. – И что будем делать? Все замолкли, не зная, что ответить. Вдруг где-то недалеко хрустнула ветка. Обернувшись, ребята увидели крупного оленя. Тот замер, стоя на полянке у кустарника. Его большие влажные глаза, казалось, светились разумом. Олень смотрел так, будто приглашал пойти за ним. - Смотрите, - прошептал Салазар. – У него на голове… И вправду, на голове у зверя сидел… сидела… сидело… нечто. Это нечто было маленьким – всего сантиметров пятнадцать, лохматое и… наверное, это можно назвать крыльями. - Что это? – так же шепотом спросила Айрис. Это что-то шевельнулось. Оказалось, оно внимательно рассматривало ребят. Вдруг оно кивнуло, а затем улыбнулось. Олень развернулся и гордой поступью направился вглубь леса. Ребята, не сговариваясь, отправились следом.