Весь мой мир это ты

С улыбкой, Артем заглядывал в его глаза, читая в них желание, осторожно дул на трепещущие ресницы и снова целовал его в губы, осторожно проводя по ним кончиком языка, снова спускался к шее, плечам, наконец утоляя первый голос ласк этих мест, спустился ниже, с вожделением смотря на тяжело вздымающуюся грудь, на нежные бутоны сосков. — Малыш… — он наклонился, обдавая один бутончик жаром дыхания, другого слегка коснулся губами. Дани с трудом разлепил веки и улыбнулся. — Странное что-то со мной, — прошептал он ватным языком. — Просто будь рядом, — так же медленно он обнял его, прижимаясь. — Я твой, — прошептал он. Только твой. — Малыш… — парень нежно провел пальцами по его щеке, коснулся губ, проникая одним пальцем внутрь, смачивая его. А потом палец коснулся соска, медленно проходя по нему, заставляя его напрячься. Артем тихо рассмеялся, лизнув второй сосок, смотря, как собирается в комочек и он, руки остановились на сосках, теперь вплотную занимаясь ими, а губы спустились ниже, к животику. Дани закусил пальчик и опустил глаза, тело же само выгибалось на встречу ласкам. Артем усеял поцелуями его вздрагивающий животик, бросал плотоядные взгляды, на средоточие страсти Даниила, ведь именно оно сейчас настойчиво требовало внимания, парень улыбнулся, рука его спустилась вниз, уделяя его. Тема поднял глаза на Даниила, нежно улыбаясь ему, поднимаясь поцелуйчиками до сосочков, касаясь нежных бутонов губами и языком. Дани вздрагивал, выгибался и стонал. — Ну, пожалуйста, — прошептал он, — разденься, я хочу чувствовать твое тело. Твои объятья. Тебя. Хочу, — он сглотнул, — обнять тебя. Артем выполнил и это его желание, быстро раздевшись, он прилег рядом с юношей, лаская теперь его бедра, слегка раздвигая ножки. Юноша покраснел, слегка, позволяя ему делать то, что он хотел. Даниил тяжело дышал, грудь вздымалась. Он снова закрыл глаза. — Данька, открой глаза… — парень снова слегка подул на реснички. — Я хочу видеть пожар, пылающий в них. Артем ждал, пока юноша не откроет глаза, нежно целовал его в губы, играл с ними языком и снова слегка дул на сомкнутые реснички. Глазки распахнулись, в них был туман, зеленый манящий. Он смотрел в никуда, тяжело дыша. Артем и сам возбудился довольно сильно, но больше доставляло радость дарить наслаждение юноше, чем получать его самому. Рука парня снова скользнула к бедрышкам, лаская их, проникая к ягодицам, нежно и осторожно лаская и их, потом поднялась, опускаясь на средоточие желания, даря удовольствие и легкую боль внизу живота. Артем уже с трудом сдерживал свое желание — овладеть юношей, тело требовало, но душа, душа хотела купаться в зеленых озерах глаз. Парень понимал, его юноша еще не готов, но влажные пальцы, сами собой скользнули вниз, пробегая по ложбинке между дивно очерченных ягодиц, останавливаясь около девственной пещерки, осторожно поглаживая запертый вход подушечкой. — Ты хочешь меня? — спросил Данька, очень тихо, прерывисто. — Не отвечай знаю, что хочешь. — Он тяжело дышал, — Я твой, и хочу быть с тобой. Но я не знаю как. И я, кажется, — он поднял виноватые глаза, и прижался к нему, тихо прошептав на ухо, — кажется, я не совсем готов. Юноша коснулся его плеча, потом провел пальчиками по груди, — Но это не важно, — его притянули к себе опускаясь на кровать, — Иди ко мне, — прошептал Даниил. — Все в порядке, трусишка… — Артем прижал его к себе одной рукой, а палец другой проник внутрь. Это выглядело так, будто сам Даниил подался на встречу, притягивая к себе парня. Артем улыбнулся, смотря мальчику в глаза. — Разве так страшно, малыш? — он наклонился, целуя юношу в губы, а палец его стал пробираться внутрь, медленно исследуя узкую пещерку. — Нет — прошептал Дани, он и сам не знал, чего же он боялся. Чего хотел или не хотел. Просто быть рядом, дарить любимому радость, дарить себя. — Мой, малыш. — Да, прошептал он, я твой. Только твой. Артем улыбнулся, палец его стал бродить по пещерке, взад-вперед, находя невидимую точку, даря неземное блаженство юноше, целуя его в губы страстно и нежно одновременно, поглощая его всего и даря себя без остатка. Мир вдруг расцвел неведомыми красками, странным все было странным, было жарко и холодно одновременно, он чувствовал дрожь, и желание он сам не понимал, что происходит реальный мир переставал существовать. «Наверное, я был создан таким», странная мысль из иного, реального мира, коснулась мира грез, и мир взорвался, даря освобождение. — Прости, — Дани смутился. Разрядка была очень мощной, и такой неожиданной. — Прости. — Ничего, — улыбнувшись, Артем поцеловал его в губы. — Могу ли я попросить тебя помочь мне… — он лег рядом с Даниилом на кровать. Дани кивнул, а потом начал целовать того, кого любил больше жизни, лаская его тело, целуя, рука скользнула к восставшей плоти, нежно поглаживая. Теперь пришла очередь Артема стонать и выгибаться, глаза закрывались сами собой, но он силился держать их открытыми, он хотел видеть своего мальчика, смотреть ему в глаза, хотел скользить взглядом по желанному стройному телу, может быть излишне худому, но Дани еще не восстановился, а сознание уже рисовало иную картину, картину их полного слияния. Артем взорвался словно вулкан, обдавая лавой все вокруг, он не понимал, как такое произошло, так быстро… — Данька… — устало вздохнув, Тема прижал юношу укладывая его к себе на живот, поцеловал в носик. — ох, ты мой трусишка… Вместо ответа Дани положил ему голову на грудь. — Я так и не исполнил твоего желания. — произнес он тихо. — Позже, малыш, — парень нежно гладил его плечи. — У нас еще будет много времени. Он был даже рад этому, тому, что все прошло так, а не иначе. Когда-нибудь. Да, когда-нибудь они займутся сексом, но даже тогда Дани понимал, что это так, даже тогда он не сможет принадлежать ему больше, он уже отдал ему себя, и какой-то секс ничего не изменит. «Наверное, мне даже понравится», — подумал он засыпая. — Наверное, мне даже понравится, — прошептал он вслух, — заниматься с тобой сексом.