Кто кого?

- Отдай мой телефон и ноутбук не трогай, у тебя свой есть! Сигареты не получишь! Опять ты стрелял в стену! Господи, да когда уже тебе скучно не будет! – орал Ватсон на Шерлока, но при этом в глазах его плескались обычные спокойствие и безмятежность. - Джон, прекрати вести себя как моя мамочка! – рявкнул взбешённый детектив. Взбешённый оттого, что кто-то осмелился повысить на него голос. - Не раньше, чем ты перестанешь вести себя как капризный ребёнок, - парировал Ватсон. - Я не капризничаю, я просто умный, - привёл свой обычный довод Шерлок. - Умение болтать - ещё не признак интеллекта! – отрезал Джон и удалился в свою спальню, оставив за собой последнее слово и ловящего ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, консультирующего детектива. «Нет, ну вот каков наглец! Я ещё покажу ему, где раки зимуют!» – подумал Шерлок, замышляя изощрённый план мести. Именно тогда в его светлую голову и пришла гениальная мысль, как бы он мог отомстить Ватсону. Шерлок решил его смутить доктора, кичащегося своей гетеросексуальностью. Ведь другие способы довести его до белого каления не сработали. Шерлоку удалось допечь всех, с кем он сталкивался в Скотленд-Ярде, и лишь его сосед Ватсон всегда оставался спокоен. С невозмутимым видом он выполнял поручения Холмса, по которым тот его регулярно гонял по всему Лондону, терпел его едкие высказывания и по первому требованию приносил ему телефон, как дрессированная собака тапки. Лишь иногда он выказывал своё недовольство, но при этом глаза его всегда оставались спокойными. С этого дня Шерлок начал воплощать свой гениальный план в жизнь. Однако план этот был шит белыми нитками, так что Ватсон сразу всё понял и очень удивился. Ведь он давно уже не был юношей бледным со взором горящим, чтобы его можно было так просто вогнать в краску, да и непросто тоже. Так что он от души посмеялся над тем, что в эту гениальную кудрявую голову пришла столь бредовая идея. Ладно бы речь шла о ком-то другом, но он, Джон Хэмиш Ватсон, разменявший четвёртый десяток, несколько лет прослуживший в армии и привыкший к казарменному юмору, давно уже утратил способность смущаться. Вспомнив то, как Шерлок был сконфужен, превратно истолковав его слова: «Значит Вы, как и я одиноки…», сказанные, когда они в первый день знакомства сидели в ресторанчике Анжело, решив, что Ватсон делает ему предложение жить вместе не только как соседи, Джон понял, что у детектива тоже есть слабое место. Поэтому, отсмеявшись, он решил отплатить Холмсу той же монетой. Жаль, что не всегда находились свидетели этой поразительной дуэли интеллекта Холмса-младшего против находчивости Джона Ватсона. Вот, к примеру, третьего дня, когда они обходили Холмсовскую сеть бездомных, приключился один такой неописуемый случай. Шерлок гордо вышагивал далеко впереди, словно штангенциркулем измеряя своими длинными ногами пройденное расстояние. Джон семенил позади, не поспевая за ним. Ну да, ведь не всем же повезло родиться с такими длиннющими, как у цапли, ногами. Райончик, по которому они шли, был тот ещё: задрипанные улицы, заполненные подозрительными личностями. Шерлок как раз поравнялся с группой таких личностей. Несколько размалёванных девиц вульгарного вида, одетых в столь короткие мини-юбки, что они скорее напоминали макси-пояса, кучковались возле стены одного из домов. Девиц пас странноватого вида качок, одетый так, как обычно одеваются сутенёры. Когда Шерлок поравнялся с этой компанией, парень кинулся ему наперерез и стал предлагать свой товар: - Девка молодая, сочная, не интересует? - Не интересуюсь, - попытался обойти его детектив, но не тут-то было. - Тогда возьмите мальчика, у меня есть молодые сочные мальчики, - не сдавался сутенёр. - У меня уже есть сочный мальчик, - сказал Шерлок и выразительно посмотрел на догнавшего его Ватсона. - И не надо махать руками перед лицом, это некрасиво. Он ожидал, что Джон смутится, но тот вдруг неожиданно обнял его за талию и сказал: - Ну что ты, дорогой, не будь таким консерватором. Давай возьмём мальчика и устроим тройничок. И Шерлок, с удивлением понял, что сам краснеет, причём непонятно, что было тому причиной: то ли слова Джона, то ли странные ощущения, испытываемые им от прикосновения этих прохладных рук, забравшихся под расстёгнутое пальто. Шерлок поспешил отцепить от себя руки соседа и кинулся прочь, позабыв о цели своей прогулки. Вроде бы это была боевая ничья, но Ватсон решил взять реванш и вот, сегодня ему представился удобный случай. Шерлок простудился и с трудом мог говорить, а их, как назло, вызвали на место очередного интересного убийства. Из-за севшего охрипшего голоса Шерлок даже не имел возможности как следует поумничать. В конце концов, он снизошёл до просьбы и попросил, чтобы ему принесли горячего кофе. Ясен пень, что этим кем-то, отправившимся за кофе, стал Джон. Когда он проходил мимо Салли Донован, она, сочувственно посмотрев на Ватсона, спросила: - Что, горлышко болит у нашего консультирующего светила? Простудился? Джон не смог отказать себе в удовольствии и с лукавой улыбочкой ответил Салли, но достаточно громко, чтобы это могли услышать все: - Нет, натёр. Салли пару раз судорожно вздохнула, а потом сложилась пополам от смеха. Ей вторили эхом все присутствующие, даже серьёзный инспектор Лестрейд утирал выступившие на глазах от смеха слёзы. Казалось, ещё немного и даже труп вскочит и захохочет. Лишь у Шерлока был такой вид, словно он ежа проглотил. Щёки детектива стремительно приобретали нежный свекольный оттенок.