Да будет так...

По небу неслись тяжелые серовато-черные тучи – недавние отголоски прошедшей грозы. Морская вода все еще не успокоилась, по ее поверхности катились огромные волны, завершающиеся пенистыми верхушками. Их корабль разлетелся на щепки, а выжить не удалось практически никому. Эрик, захлебываясь и давясь соленой водой, ухватился за дрейфующий обломок мачты, чтобы не пойти ко дну. Поможет ли ему это? Отвратительная на вкус вода уже заполняла рот и легкие принца, отравляя все его существо и мешая дышать, а вот силы стремительно покидали его некогда сильное тело – все ушло на борьбу со стихией. Эрик знал, что стоит ему совершить хоть один вдох, боль вновь пронзит его. И моральная, и физическая. Меж тем, пока поверхность воды бушевала, поддаваясь только ей известным законам, на дне океана разворачивалась вполне спокойная жизнь: морские обитатели занимались своими обычными делами, спешили, преследуя свои какие-то цели, мирились и ссорились… Вот и Ариэль, разгоряченная новым спором с отцом, спешила уплыть как можно дальше от Атлантики, чтобы хоть чуть-чуть отдохнуть и поразмыслить в тишине. Но какая может быть тишина, если ты младшая принцесса морского царства, которой вечно охота найти для себя приключения, причем, не задумываясь об опасности этих самых приключений. Естественно, что русалка была в компании своих верных друзей – рыбки и краба. Как всегда. - Ариэль! Можно помедленнее? – судорожно шевеля плавниками, желто-синяя рыбка старалась поспеть за подругой. – Прошу! - Принцесса, и правда, мы слишком далеко от дома! – послышалась занудная речь краба-советника, который передвигался лишь посредством цепляния клешнями за изумрудный хвост русалки. - Хватит! – тряхнув копной красно-рыжих волос, русалка замерла на месте, отчего Себастьян отцепился от ее хвоста и улетел в свободное плаванье до ближайшего коралла. – Неужели вы не понимаете, что я больше так не могу?! Он все… Все! Мне запрещает все! Туда не плавай, это не делай, вещички людей не собирай! Мне нельзя ни-че-го! - Но, Ариэль… Может Его Величество прав? Может, это действительно опасно? – осторожно поинтересовалась рыбка. – У меня лично от одной мысли о человеке сердце замирает и поджилки трясутся… Бр-р-р-р! А какие они странные?! Двухвостые! Русалка лишь покачала головой в ответ на слова друга. Ей так искренне хотелось познакомиться хоть с одним из людей. «Че-ло-век, - повторила она мысленно по слогам, словно пробуя на вкус это слово. – дву-но-ги-е, хо-дить, зем-ля». Ариэль судорожно перебирала в своей голове все известные ей слова, которые хоть как-то связаны с миром этих странных обитателей суши, но тут в ее сознании вспыхнула гениальная идея. - Себастьян! – рыжеволосая русалка кинулась спасать краба из-под обломков коралла. Ее чистый, высокий голос звучал предельно напряженно, будто бы мог вот-вот сорваться. – Себастьян! Ты ведь можешь спокойно обитать и на дне, и на суше? Так ведь?! - Д-да, принцесса, - задумчиво выдал советник короля, готовясь зачитать длинную лекцию нерадивой девушке об отряде крабов, но та его уже не слушала, отпустив и бросившись плыть вверх. К поверхности… - Ариэль! Принцесса! Стойте! - Ариэль! – Флаундер поспешил за подругой. Рыбка не могла бросить девушку в такой ситуации. Особенно, если та вновь подвержена какой-то очередной навязчивой идее. Но русалка не слушала их. Она лишь плыла, выбиваясь из сил и спеша оказаться на поверхности. Однако мимо нее вниз, ко дну, начало опускаться тело человека. Ариэль остановилась. Тело моряка было недвижно, пузырьки изо рта не шли, а веки плотно сомкнуты. Он не пытался бороться и лишь плавно опускался на дно. «Он, наверно, тоже хочет завести дружбу с русалкой! Ну, ничего! Погоди минутку на дне! Я скоро вернусь и приведу твоих товарищей!», - опрометчиво решила рыжая, вновь вернувшись к своей цели. «Че-ло-век, че-ло-век, че-ло-век», - без устали твердила русалочка с огнем в глазах, не обращая внимание на крики друзей, что доносились откуда-то снизу. Мимо нее на дно опускалось все больше и больше тел, некогда принадлежавших морякам. Но Ариэль, погрязшая в своей искренней непосредственности и вере в лучшее, действительно считала, что матросы просто хотят к ней в гости. Молодому наследнику престола между тем чудом удалось забраться на верхушку одного из рифов, чтобы передохнуть. Море меж тем успокаивалось, и волны почти сошли на нет. Эрик с трудом приходил в себя. Зеленые глаза парня все так же были подернуты некой дымчатой поволокой, в висках стучала кровь, а уши заложило. Принц снова и снова исторгал из себя соленую воду, перемешанную с остатками пищи и вина. И ругался. Совсем не по-царски. Ариэль вынырнула на поверхность, жадно глотнув разряженного после грозы воздуха. В легких неприятно закололо. Принцесса огляделась… Миг… Взгляд внимательных мутных глаз русалки выцепил одинокую фигуру моряка, который сидел на небольшой по площади верхушке рифа, утопая в собственной рвоте. Хотя… Слово «рвота» было незнакомо жительнице океана, и она искренне не могла понять, что это за отвратительно пахнущая масса вокруг ее будущего друга. Быстро подплыв к нему, девушка ухватила моряка за руку, утаскивая его вслед за собой в морскую пучину. - Мы с тобой подружимся! Да будет так! – весело ворковала русалочка, крепко держа принца за руку и утягивая его на дно. К его команде. Эрик отчаянно сопротивлялся, пытался кричать, выпуская множество пузырьков, что так забавляло этого рыжеволосого ребенка с рыбьим хвостом. Но вот воздуха в легких не осталось… Принц понял, что обречен на самую мучительную смерть. Постепенно его сознание мутнело, а чем глубже они опускались, тем сильнее чувствовалось давление воды на тело. Последним, что мог разобрать он перед смертью, была фраза «да будет так», вставляемая этим морским чудищем через каждое предложение…