***
— Что именно вам интересно? — после ужина родители, прихватив сок и сладости, предложили детям переместиться в зал, где тут же расположились на диване, а дети уселись на полу в куче подушек, зайка лежал рядом. — Ну как вы познакомились? — старшенький даже поерзал от предвкушения, глядя с живым любопытством на родителей, те посмотрели друг на друга и улыбнулись. — Ну-у-у, наверное, первым стоит начать мне... — задумчиво проговорил омега, покусывая нижнюю губу. — Так хоть немного понятней будет. Альфа хмыкнул, легонько сжимая руку супруга, все же не самые приятные воспоминания. Омега продолжил: — Но я начну при условии, что никто не будет меня перебивать. Он кинул выразительный взгляд на своего старшенького, тот тут же энергично закачал головой, вызывая усмешку отца-альфы. — Значится так, началось все еще задолго до встречи с вашим отцом, я тогда учился в университете на учителя младших классов...Пролог
31 августа 2014 г., 12:09
— Папа! Папа! — на кухню ворвался десятилетний альфа, ведя на буксире семилетнего брата-омегу, тот держал за уши большого тряпичного оранжевого зайца с синими глазами-пуговками, который волочился по полу. — А как вы с отцом поняли, что созданы друг для друга? — присаживаясь на кухонный диванчик, проговорил малыш, помогая брату сесть рядом, тут же начиная гипнотизировать спину папы-омеги, который как раз что-то готовил, — по кухне разносились аппетитные запахи.
Невысокий полноватый омега улыбнулся нежной, ласковой улыбкой, пригладив чуть выпирающий животик, и развернулся к детям, которые разве что дырку не просверлили в нем.
— Что именно хотите узнать, пытатели* мои? — выключая плиту и присаживаясь за круглый обеденный столик, незлобно проворчал омега, автоматически поправляя золотисто-зеленую скатерть в оранжевый подсолнух.
— Ну отец как-то вскользь упомянул, что ты увел его буквально из-под... — мальчик задумался и тут же просветлел лицом, видимо, вспомнил слово, — венца! Это правда? — глаза альфы загорелись заинтересованным огоньком.
Маленький омега же продолжал молчать, прижимая зайца к себе, другим боком прислонившись к брату, глядя на папу огромными светло-золотистыми глазами.
— Может, сначала дождемся отца, покушаем, а после мы все подробно вам расскажем, всяко так веселее будет, — с мягкой улыбкой проговорил старший омега, с любовью взглянув на детей, что так неуловимо были похожи на него и его любимого, чертами лица и характерами.
— Ну-у-у, па-апа-а-а! — альфа обиженно надул губы, глядя на омегу исподлобья. — Мы же умрем от любопытства... — Младшенький только кивал, соглашаясь со словами брата.
— От любопытства еще никто не умирал, — рассмеялся омега, посмотрев в окно, за которым не спеша кружил крупный снег, поблескивая искрами в свете ночных фонарей. — Кстати, а кто вам о этом рассказал?
— Дедушки, — сразу выдал свой источник информации старшенький.
— Так и знал, — мягко улыбнулся омега, снова взглянув в окно.
В двери послышался лязг ключей и в квартиру ворвался аромат зрелого альфы, неся спокойствие и защиту, а также небольшую толику усталости, свежесть морозного вечера и приближающегося нового года.
Через минуту в кухню, где сидело все семейство, вошел красивый альфа, с усталой улыбкой на благородном лице. Чуть седеющие виски и очки в тонкой позолоченной оправе, прибавляли некую солидность его облику.
— Привет, мои родные. — Мужчина опустился на корточки и принял в объятья детей, которые, радостно взвизгнув, бросились на него, но взгляд он не отводил от своего супруга, что смотрел на альфу с нежностью и любовью. После, поднявшись, он подошел к омеге и нежно поцеловал в щеку, поглаживая животик.
— Скучал? — тихо спросил альфа, но дети все равно услышали и негромко захихикали, поглядывая на воркующих родителей.
— Да. Давай ужинать, а вечером нас ждет удивительное путешествие в прошлое и воспоминания нашей с тобой лав-стори.
Отец бросил быстрый взгляд на притихших детей и тяжко вздохнул:
— Хорошо. Но я потребую компенсации в виде похода на каток в эти выходные.
Он улыбнулся, садясь за стол, с любовью наблюдая за тем, как суетится его омега, расставляя приборы. Старший сын тут же бросился помогать своему папе, а омега—сын, тут же забравшись на колени отцу, следил за братом и папой; заяц сидел на диване один, смотрел на счастливую семью глазками-пуговицами и улыбался нарисованным ртом.