Романтическая обыденность

      — Думаю, для вас не является секретом, что я был отличником своей группы и альфами не интересовался от слова «совсем», — улыбнулся омега своим детям, прижимаясь сильнее к супругу, те энергично закивали головами, вспоминая многочисленные грамоты и награды папы, которые пылятся в коробках в шкафу, в спальне родителей. — Так вот, я был своего рода ботаником и заучкой, и общались со мной исключительно на учебные темы или когда нужно что-то списать. В остальное время я был невидимкой.       Омега прикрыл глаза, чувствуя нежное поглаживание своего альфы в районе живота...       — Эй, Ники! — Полноватый омега, что стоял у окна возле нужной аудитории, поднял голову от книги, которую читал в данную минуту, и взглянул на остановившегося напротив красивого омегу, в глазах того читалось легкое презрение.       — Мишель, если что-то нужно, говори, а нет, то отвали, — снова утыкаясь в книгу, проговорил паренек, поправляя очки в роговой оправе.       — Чмо ты порядочное, Ники, — нарочито грустно выдохнул Мишель, опуская длинные ресницы на бледные щеки, пряча злорадный взгляд зеленых глаз. — Я к тебе со всей душой.       — Ой ли, — усмехнулся Ники, поправляя твидовый пиджак, что так нелепо смотрелся на его фигурке. Парень всегда неуверенно чувствовал себя рядом с Мишелем, тот сверкал идеальными нарядами, идеальными волосами и идеально б**дским характером. — Чего ты хочешь? — В голосе нет того ехидства, что было минуту назад.       — Хочу, чтобы ты перестал строить из себя целку-недотрогу и помог товарищам своим ближним с контрольной.       — А не много ли ты хочешь, солнце? — льдисто-голубыми глазами он сверкнул из-под стекол очков.       — Кто-то забыл, как нырял головой в унитаз, отказавшись помогать с лабораторной... — безразличным тоном напомнил Мишель, рассматривая свои наманикюренные ногти, словно не замечая, как вздрогнул Ник. Книга с тихим шелестом закрылась.       — Знаешь, я-то сделаю, но кто подтвердит, что верно, — наклонившись, тихо прошептал в самое ухо Мишелю Ник.       — Сука, — почти восхищенно усмехнулся омега, понимая, что этот... пожалуй, сегодня поспит в чулане под лестницей.       — Ладно, но позвони родителям, потому как домой ты сегодня вряд ли попадешь...       — Хм...       Темное полупустое помещение с ведрами и швабрами, Ники присел на колченогий стул и задумался над ситуацией. Учиться ему оставалось меньше двух лет, это с учетом практики, то выходило, что оставался один несчастный год.       — Нужно перетерпеть, — прикрывая устало глаза, проговорил в пустоту омега, — а там практика и дипломная.       Выпустили его только утром, уборщик, который даже не удивился ни капельки, увидев его тут.       — Доброе утро, — поздоровался омега, с трудом вставая со стула, потягиваясь и протирая воспаленные глаза, спать в таком положении и помещении категорически невозможно.       — Доброе, Ники, — кивнул мужчина, спокойно доставая швабру и ведро. — Пойдем, умоешься в преподавательском туалете.       — Спасибо, — выходя на свет божий, сощурился парнишка.       Да, не любили меня однокашники, — рассмеялся омега, поглаживая свой живот и чувствуя лежащую на нем руку супруга.       — Пап, а, пап, ну а как вы познакомились все-таки? — нетерпеливо заерзал самый младший, глядя во все глаза на своих родителей.       — Ну хорошо, хорошо, — улыбнулся омега, — слушайте дальше.       Ники не мог дождаться выпускного, все же работа с детьми ему очень нравилась, и после практики его пригласили работать в тот же детский сад, чему омега был несказанно рад. Хотя все омрачал Мишель со своей свитой, который не оставлял его в покое, но на такое поведение его врага парнишка только глаза закатывал, в конце концов учиться или нет — дело каждого отдельно взятого индивидуума, а еще нужно и семье помогать...       Сам выпускной Ник запомнил смутно, потому что чувствовал приближение очередной своей течки, и поэтому, как только ему вручили диплом, он поспешил смыться. Рассудив, что вдруг Мишелю ума хватит натравить на него своих псов, а жить-то хочется и желательно девственником. Но не успел омега и пару метров пройти, как тот, о ком он вспоминал последние пару часов назад, словно вырос из-под земли.       — Знаешь, Ники, — Мишель лениво прошелся взглядом по фигуре своего одногруппника, который был облачен в вполне сносный серебристо-серый костюм, белую рубашку и жемчужно-серый галстук, — такие, как я, живут с богатыми альфами долго и счастливо, а вот такие, как ты, горбатятся на работе, завидуя таким, как я...       — Не всем, — сжимая руки в кулаки, процедил сквозь зубы Ник, после чего обошел его по широкой дуге и поспешил на автобус.       — Я пришлю тебе приглашение, Ники!       — Договорились...       — И что, что, что? — теперь в нетерпении был второй их сын — история, может, и была во многом тривиальна, но ведь это история их родителей. Вдруг он таким образом и свою судьбу встретит, хотя рано, наверное, об этом говорить.       — Ну а тут в повествование вступаю я, — мягко улыбнулся их отец, целуя супруга в макушку, вдыхая такой знакомый аромат вишни с ноткой горького шоколада и миндаля. Взор детей устремился на него. — Я был сыном мужа... Хотя нет, тогда еще жениха Мишеля, и вообще был категорически против этого омеги, не нравился он мне.       — Нет, отец, нет и еще раз нет. — Молодой альфа смотрел на высокого и плечистого мужчину, что спокойно сидел удобном кресле, потягивая коньяк. — Какая свадьба?! Ты же даже с ним толком не встречался и не знаешь, какой он омега.       — Я все равно женюсь на Мишеле, он самый лучший и красивый! — рявкнул в ответ довольно привлекательный мужчина с легкой сединой в светлых волосах. — Он МОЙ ОМЕГА!       В кабинете повисла гробовая тишина.       — Ясно. — Альфа устало опустился в кресло. — И кто в курсе, что тебе на пятом десятке моча в голову долбанула?       — Сын, мне всего сорок три, и мы с ним уже три года встречаемся. Как познакомились на его выпускном, так и не расстаемся. Я там был приглашенным спонсором, — спокойно продолжил тот, что постарше, открыто смотря в орехово-карие глаза своего единственного сына. Марк понимал, что не все чисто с тем омегой, но доказать ничего не мог.       — Ну хорошо, так и быть, я договорюсь в мэрии, а ты дуй и готовься, но сам я лично не одобряю твой выбор.       — Да ладно, сын, может, встретишь там свою судьбу, — хмыкнул светловолосый мужчина и, подмигнув, покинул кабинет.       — Так, давайте-ка прервемся на полчаса, я хоть чаю заварю, — улыбнулся омега, взглянув на своих чад, которые сидели затаив дыхание и раскрыв рты, нам с вашим отцом нужно мыслями собраться для продолжения рассказа.       — Хорошо, пап, — с ноткой разочарования протянул старший, — а дедушка Ян и дядя Мишель?.. — начал было он.       — После, родной, после...