Я хочу, чтобы ты вспомнил

[Meg Myers — Done]       Я улыбнулся. Не знай я Масато, непременно бы женился на тебе, детка!       — А ты проницательна! – подмигнул я девушке, рискуя, конечно, получить за подобные проделки.       — А ты старый кретин, если решил, что можешь прятать от меня брата!       — Да много ли ты понимаешь, девочка! – огрызнулся я, отправив свои координаты Юкимуре, пускай везёт сюда «без вести пропавшего» малыша. — Через час мой человек привезет сюда Масато, будь добра, не проболтайся заботливому папочке об этом, хорошо? Дай мне слово семьи Хидзирикава, что ни одна живая душа об этом не узнает!       — Но мама, она места себе не находит, Рен! — Я смерил Май своим «бандитским», как называл его Масато, взглядом, отчего девочка горько вздохнула. — Хорошо, я никому не скажу, если только меня попросит сам Масато!       — Нет, так не пойдет, милая, ты мне должна, не забывай, – снова улыбка убийцы, больше напоминающая оскал, как в старых кинолентах, где злой гений рассказывает своей жертве о планах перед тем, как искупать её в кислоте. Нет, Козочка не права, я — ужасный человек!       — Твоя взяла, Джингуджи. И долго ты собираешься держать его в заложниках?       — Ты не поняла? Он сам позвонил мне, умоляя забрать его из того ада, в котором его удерживали насильно по наставлению вашего дорогого папаши!       В глазах девочки заблестели слёзы, и она отвернулась, пытаясь сохранить остатки самообладания.       — Ты такой же, как твой отец. Он всегда ненавидел нашего с Масато папу. Я не знаю, почему наши семьи и компании враждуют. Это же неправильно! Мне нравится твой старший брат, Рен, он хороший человек, но он слишком принципиален! Он не женится на мне, пока жив папа.       — Не говори о том, чего не знаешь. Когда мы с Масато были детьми, наши семьи и компании дружили, пока в один прекрасный момент что-то пошло не так. Ты можешь спросить у своего отца, если он, конечно, ответит тебе. Потому что я у своего отца уже спросить не могу, как ты знаешь, его нет в живых уже около пяти лет, если не больше. И никогда не говори, что я похож на отца, потому что это не так. Сэй бы счёл это за комплимент, а меня от этого тошнит, юная леди. — Я встал с кровати и направился к выходу.       — Постой, — окликнула меня Май, — прости, Рен, я не думала, что это настолько больная тема для тебя.       — А вам вообще о нас думать не свойственно, Хидзирикава. У рыжих ведь нет души, беспокоиться не о чем. — Я проговорил это настолько спокойно и укоризненно, что и сам испугался собственных слов. Может, Май права? Что, если со временем всё станет ещё хуже? Что, если я тоже стану тираном?       — Не воспринимай всё в штыки, прошу.       — К чёрту. Давно ты с Сэйчиро?       — Что? Нет, конечно, нет! — Даже в полутьме было заметно, как краснеют щеки Май. Я улыбнулся.       — Да ладно, в этом нет ничего плохо или предосудительного! Всего-то одиннадцать лет разницы, не так уж и много. Счастья вам, — подмигнув девочке, я снова плюхнулся на кровать.       — Издеваешься, да?       — Ничуть, юная леди! Забавно ведь получится: младший со старшим, старший с младшей. И-де-аль-но! — по слогам произнёс я последнее слово, подчёркивая комичность ситуации.       — А при чём тут младший со старшим? Вы же друзья. Друзья же? — уже менее уверенно произнесла Май. — Господи, нет, ты ведь не серьёзно!       — Как знать? — пожал я плечами.       — Всё, довольно! Хватит издеваться!       — Ладно, мы с ним просто близкие друзья, не переживай, — хихикнул я, ободряюще ткнув пальцем в щёку Хидзирикавы-тян.       — Как Масато ещё не сбежал от тебя, ты же несносный! – закатила глаза девочка, делая вид, что её раздражает моё ребячество.       — Сказал человек, которому нравится мой нудный старший брат!       После этой реплики мы с Май одновременно рассмеялись. Кто бы мог подумать?! Хороши семейки, нечего сказать! Всё-таки хорошо, что я не остался в медицинском, как планировал, а то сейчас бы меня тут точно не было. Наверное, мне стоит просто наслаждаться такими моментами жизни, а не проводить большую часть жизни в вечном размышлении о всякой всячине, ломающей меня изнутри. Кстати, давно я не видел Масато улыбающимся. Никто не видел его улыбающимся столько раз, сколько видел я! Хотя…       — Май, а Масато часто улыбался, когда жил дома с вами?       — А тебе зачем?       — Просто научный интерес, не более. Хочу проверить свою теорию.       Девушка задумалась.       — Нет, не так уж и часто. В основном он грустно улыбался, когда я спрашивала, всё ли у него в порядке. Такой ответ устроит?       — Более чем! В это трудно поверить, но в детстве он был очень улыбчивым малым. До всей этой ерунды с аварией он тоже довольно часто улыбался, но не губами, глазами. Они прямо светились счастьем, понимаешь, Май.       — Ты решил от нечего делать рассказать мне о том, какой у меня прекрасный брат? Ты точно адекватный?       — Пара дюжин далеко не молочных коктейлей, милая, конечно, я неадекватен! А зачем я рассказываю тебе? Не знаю, просто мне страшно. Я боюсь, что однажды проснусь и окажусь для Масато ненужным. Боюсь, что он не вспомнит того, что забыл! Найдет себе какую-нибудь девушку и нового лучшего друга, а я останусь в стороне. Нет, я слишком много болтаю! Держи! — я протянул девушке свой мобильный. — Если позвонит мой человек и спросит, где я, скажи Юкимуре, что мы в третьей слева комнатушке.       — А что будешь делать ты?       — Спать! Не хочу тебе сболтнуть лишнего, прости, но ты влюблена в моего брата, я не могу тебе доверять! – я рассмеялся и отвернулся к стенке, устраиваясь поудобнее.