Bound To You / Связана с тобой

Последнее, что помнила Кэролайн, это то, что ветки деревьев и камни царапали ее ноги и руки в то время, как она продиралась через кусты, пытаясь уйти, как можно дальше от этого места и Клауса. Хотя, она по-прежнему слышала эхо его голоса, пытаясь проложить свой путь в будущее. Вскоре стемнело настолько, что Кэролайн не различала собственных рук в темноте, продираясь сквозь лес. Листья больше не выглядели как листья, как будто они превратились в какую-то мягкую материю, одежду. Казалось, что сейчас ее окружают пучки одежды, она почувствовала, что задыхается, словно пытается втиснутся в узкий жакет. Она знала, что сейчас она находится в настоящем, но где именно? Подумав об этом, пытаясь пробиться сквозь всё заполняющую тьму, она ударила что-то твердое, и оно поддалось ей. В следующий момент она поняла, что она прошла сквозь, как сейчас она смогла увидеть, дверной проем. Она пошла по яркой полоске света, исходившей из комнаты Елены. Она подняла голову и застонала, заметив то, что она растянулась на полу. Оглянувшись назад, она поняла, что вышла из шкафа Елены, из которого вывалилась вся одежда. — Ну, как тебе Нарния?— услышала она. Она повернула голову направо и на мгновение ослепла от яркого света. Она увидела, что это был Дэймон. Он сидел в одном из кресел Елены с ее плюшевым мишкой на коленях. — Ну,— услышала Кэролайн голос Елены. Она повернула голову и взглянула на кровать Елены, на которой они с Бонни сидели, уставившись на монитор компьютера.— Это было быстро. Кэролайн снова застонала, сев и посмотрев на всех. — Как долго я отсутствовала?— спросила она, взглянув на двух своих подруг и игнорируя Дэймона, который дурачился с медведем Елены, заставляя его танцевать. — Хмм...— протянула Бонни, взглянув на телефон,— я бы сказала, добрых двадцать пять минут. — Только двадцать пять минут?— сказала Кэролайн, разинув рот. Ей показалось, что она отсутствовала лет сто. — Да, и у меня было достаточно времени, чтобы приготовить и съесть свой горячий карман до твоего возвращения,— сказала Елена.— Кстати, милое платьице. Кэролайн взглянула на свое платье, которое было ей велико. — Как?— сказала Кэролайн, меняя тему.— Меня не было, по крайней мере, не меньше дня. — Помнишь? Одна минута здесь- это как час в прошлом,— сказала Бонни, пожав плечами. — Как насчет того, чтобы обсудить более важные вещи?— сказал Дэймон, отбросив плюшевого медведя в сторону и уставившись на Кэролайн.— Кровная линия. Кэролайн отвернулась, не зная, как рассказать Дэймону о том, что на самом деле она ничего не выяснила, понимая, что он будет в ярости от этого. — Ну,— сказала Кэролайн, прочистив горло,— я выяснила, что Клаус был влюблен в какую-то Татию, но потом я узнала, что... Она заметила, как Дэймон закатил глаза. — Она мертва, да, я уже знаю это,— сказал он, вставая. — Кто такая Татия?— спросила Елена, глядя то на Кэролайн, то на Дэймона. Но они оба оставили ее вопрос без ответа. Кэролайн, сбитая с толку, взглянула на него. — Как? — Званный ужин у Клауса, это было наше братское дело,— сказал Дэймон, отчаянно жестикулируя.— Но не имеет значения. Кровная линия. Ты узнала что-нибудь о том, кто обратил Роуз? Дэймон отвернулся и громко вздохнул. Хуже всего было то, что Кэролайн ничего не смогла выяснить. — Это не так просто, понятно?— сказала она, вставая, путаясь в платье.— Я не могу просто спросить их о том, кто обратил Роуз, они бы что-нибудь заподозрили. — Именно поэтому ты должна быть умнее, уметь манипулировать ими,— сказал Дэймон, приближаясь к ней. Он был зол. — Дэймон, прекрати, это не ее вина,— сказала Елена, покачав головой. — Я знал, что мне следовало пойти вместо нее,— сказал Дэймон, отворачиваясь. — Я могу сделать это,— сказала Кэролайн, размахивая руками.— Я обещаю, что смогу, мне просто нужно больше времени. У меня был только день на это. — В любом случае, в каком временном периоде ты оказалась?— спросила Бонни, рассматривая платье Кэролайн. — 1500-е,— сказала Кэролайн, закатив глаза. И вдруг она вспомнила,— Бонни! Бонни подпрыгнула от неожиданности. Кэролайн увидела, что Елена встала и подошла к Дэймону в то время, как Кэролайн запрыгнула на кровать, схватив подругу за плечи. — Твое послание,— сказала Кэролайн, покачав головой.— Я получила лишь половину сообщения. О чем ты пыталась предупредить меня? Вдруг Бонни осенило. — До тебя дошла только половина сообщения?— спросила взволнованная Бонни. Кэролайн кивнула и уселась на место. — Могу я спросить кое-что?— сказала Бонни, после недолгой паузы. Слегка озадаченная Кэролайн кивнула. — Сколько времени ты провела с Клаусом? Кэролайн нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Ну, я осталась в его доме...Кстати, я говорила, что пройдя сквозь портал, я очутилась в борделе? Борде... — Кэролайн!— сказала Бонни, перебив Кэролайн.— Сосредоточься. Сколько времени ты провела с Клаусом или другими Древними? — Ну...Кола я видела только однажды, к тому же я не видела ни Ребекку, ни Элайджу, но я виделась с Клаусом...часто,— сказала Кэролайн, пожав плечами. Бонни вздохнула. — А как еще я могла узнать что-нибудь об этой дурацкой кровной линии?!— сказала Кэролайн, завопив.— Бонни, в чем дело? Почему так важно, сколько времени я провела с ним?! — Потому, что он мог вспомнить тебя!— неожиданно сказала Бонни, заметив, что растерянность на лице Кэролайн сменилась удивлением. — Что?— сказала Кэролайн почти шепотом. — Сначала я не была уверена, я узнала об этом только после того, как снова просмотрела заклинание. То послание, которое я отправила тебе, должно было предупредить тебя о том, с кем можно говорить и как долго, потому что они могли бы вспомнить тебя в настоящем. Хотя, учитывая то, что все те люди уже мертвы, древние-единственные, кто мог бы вспомнить тебя,— сказала Бонни, снова вздохнув. Кэролайн отвернулась, разинув рот. — Выходит он бы мог вспомнить меня? Сейчас?— сказала Кэролайн, размахивая руками. Она была на грани. — Кэролайн, расслабься,— сказала Бонни, взяв руки своей подружки-блондинки в свои руки.— Вероятнее всего, он не запомнил тебя. Я имею в виду, ты провела с ним всего лишь один день в противовес тысячи. Шансы, что он вспомнит тебя, невелики. — Я думала, что прошлое невозможно изменить. Я думала, что он не будет помнить меня, потому что...словно меня там никогда и не было,— сказала шокированная Кэролайн. — Кэролайн, путешествие во времени или игра с судьбой всегда имеют последствия. Вот почему я пыталась предупредить тебя, чтобы ты была осторожна с тем, что совершаешь в прошлом. Это может быть что-то незначительное, может быть, ты опрокинула блюдо, но это может иметь пагубные последствия в будущем,— сказала Бонни, с сочувствием взглянув на подругу. Кэролайн выдохнула, закрыла глаза, напоминая себе о том, что ей предстоит еще четыре путешествия в прошлое; ей следовало бы быть поосторожней. — Больше никакого давления,— сказала она, обняв Бонни. — Кэролайн,— услышала она голос Елены, но она была слишком занята, глядя в окно автомобиля.— Кэролайн!— сказала Елена слегка пихнув Кэролайн в левую руку. — Что?— сказала Кэролайн, повернувшись к Елене, которая сейчас свернула на подъездную дорожку Кэрол Локвуд. — Мы на месте,— сказала Елена, отстегивая ремень безопасности. Кэролайн застонала, запрокинув голову на спинку пассажирского сидения . — Я не хочу делать это,— сказала она, скрестив руки на груди. — Что значит, ты не хочешь делать это?— спросила Елена, сузив глаза.— Ты сама записала нас! — Да, и это было месяц назад,— сказала Кэролайн, громко вздохнув.— Просто сегодня я не в настроении. Елена отвернулась от подруги, которая по-прежнему оставалась в машине, и посмотрела в сторону Кэрол, которая шла по длинной подъездной дорожке, направляясь к девушкам. — Что ж, пора тебе приходить в себя, потому что ты-глава комитета, и миссис Локвуд уже здесь. Кэролайн, толкнув дверцу, вышла из машины и поприветствовала Кэрол с радушной улыбкой на лице. Кэрол улыбнулась Елене и Кэролайн. — Привет, девочки. Готовы к планированию вечеринки?— сказала она, улыбнувшись. — Да!— сказала Елена слишком восторженно, вероятно, пытаясь компенсировать полное безразличие Кэролайн.— Мне всегда интересна деятельность комитета по организации школьных танцев. — О, я просто обожаю все это, к тому же, это ваш последний год, девочки, и мы собираемся сделать эти тематические танцы незабываемыми,— сказала Кэрол, улыбнувшись слишком широко, и Кэролайн отметила, что это было так наигранно. Кэрол снова не находила себе места с тех пор, как уехал Тайлер. В последнее время ее мама часто упоминала о том, какой опустошенной выглядит Кэрол и том, как она беспокоится о Тайлере. Кэролайн должна была признать, она чувствовала то же самое. — Итак, вы хотите, чтобы я начала организацию танцев?— сказала Кэролайн, нарушив молчание.— Я лично думаю, что нам следует установить записи с музыкой у входа, чтобы создать настроение для гостей... — О, я забыла сказать вам,— сказала Кэрол, перебив Кэролайн.— Мы не сможем провести танцы у меня дома, хотя, изначально предполагалось, что все будет происходить именно там, мы решили провести их в другом месте. Кэролайн и Елена были немного растерянны. — И где же тогда?— спросила Кэролайн, глядя на довольное лицо Кэрол. — Клаус был так добр, что предложил провести танцы в его доме,— сказала Кэрол, пожав плечами.— Они устроили недавно такой прекрасный бал, и я подумала, что это замечательная идея,— она всплеснула руками.— Я не могу понять, почему он захотел, чтобы именно в его доме организовали вечеринку для сумасшедших подростков, но он настаивает. Кэролайн не могла поверить в это; меньше всего на свете в данный момент она хотела встречаться с Клаусом. — Вот, Кэролайн, это клипборд. Здесь указано то, что мы собираемся приобрести для танцев. Сейчас все, что вам нужно сделать, это отправиться к нему домой и выяснить, каким образом все это можно разместить,— сказала она с улыбкой на лице.— А я постараюсь узнать, что там с музыкой. Елена, не могла бы ты помочь мне? Елена одарила Кэролайн сочувствующим взглядом, сказала "будь осторожна" и "удачи", потом отдала ключи Кэролайн и попросила забрать ее около четырех часов, на что Кэролайн кивнула. И затем вслед за Кэрол направилась к дому. Кэролайн вздохнула; не так она мечтала провести субботний день. — Так-так, неужели это маленькая мисс-глава комитета,— сказала Ребекка, отворив дверь и по-прежнему держа Кэролайн на пороге дома. Кэролайн вздохнула, поправив сумочку, висевшую на ее плече. — Давай просто покончим с этим. На лице Ребекки появилась ухмылка. Отступив назад, она впустила Кэролайн. Войдя внутрь, она обратила внимание на широкую лестницу и попыталась представить, какое сюда подойдет освещение. — Какое десятилетие?— спросила Ребекка в более вежливом тоне. — 20-е,— пробормотала Кэролайн, написав рядом со словом "лестница" "свет" и поставив вопросительный знак. — Мои любимые,— услышала Кэролайн низкий голос. Она повернулась направо и увидела Клауса, прислонившегося к дверной раме. Было странно увидеть его таким, без характерной одежды той эпохи, к тому же, ей было странно снова увидеть все эти современные вещи, по ее возвращении. Кэролайн услышала хихиканье Ребекки за своей спиной, а потом клацанье ее каблуков по деревянному полу. Кэролайн поняла, что она вышла из комнаты. Здесь остались только она и Клаус, и Кэролайн еще никогда не чувствовала себя так неуютно. Что ей сказать ему, если он запомнил ее? Может быть, сделать вид, что она не понимает, о чем он говорит? Кэролайн не знала, что сказать ему, она снова заглянула в клипборд и сделала вид, что записывает что-то важное. — Значит, ты ответственная за декорации?— сказал Клаус, подойдя к ней. Она закатила глаза. Как-будто он не знает этого? Кэролайн почувствовала на себе его взгляд и ей показалось, что он хочет, чтобы она встретила его пристальный взгляд, но она не смотрела на него, боясь, что он может заметить в ней что-то знакомое. — Да,— сказала она, направляясь в гостиную, где она начала записывать всю ту мебель, которую необходимо было вынести. Бросив взгляд на стену, она посмотрела на картину, привлекшую ее внимание. Она была очень маленькой, но в тоже время от нее веяло теплом. — Мы можем убрать их, если хочешь?— услышала она Клауса; он имел в виду картины, висевшие в комнате. Хотя, внимание Кэролайн привлекла только одна, висевшая напротив нее. На картине была изображена женщина, сидевшая на подоконнике. Она смотрела в окно. Сначала Кэролайн не поняла, что это была она, потому что голова женщины была слегка наклонена вниз и отбрасывала тень на остальные черты лица. На ней было платье, показавшееся ей знакомым. Это было то красивое розовое платье с белыми кружевами, которое Клаус дал ей, когда она оказалась в его доме. Если повнимательнее присмотреться к ее лицу на картине, то можно было увидеть похожие на ее черты лица, но светлые волосы, непослушные и тонкие, сомнений не оставляли. Это была она; должно быть Клаус написал ее после того, как она пропала, по памяти. — Я написал ее год назад,— услышала она голос Клауса прямо у себя за спиной. Она почувствовала его губы возле своего уха, и у нее по спине побежали мурашки. — О,— сказала Кэролайн, взглотнув и отошла от картины. Она не хотела, чтобы он что-нибудь заподозрил. Клаус еще на секунду задержал взгляд на картине, а потом повернулся к Кэролайн. — Забавно, но я даже не помню, кто это,— сказал он, и они впервые встретились взглядами. Он некоторое время не отрывался от ее глаз, и Кэролайн на мгновение увидела что-то мелькнувшее на его лице, замешательство, может быть, потому что потом он покачал головой и отвернулся. Он пытается вспомнить, подумала Кэролайн. Он молчал некоторое время, то время как Кэролайн сделала несколько записей, надеясь на то, что он больше не будет думать об этом. — М...может быть продолжим?— сказала Кэролайн, прочистив горло. Они переместились в огромную комнату, в которой проходил бал, которая устраивала семья Майклсон. — Мы могли бы оставить здесь все так же, как было и на балу, за исключением сцены. Ее можно было бы установить где-то здесь,— сказала Кэролайн, прохаживаясь по комнате и пытаясь отвлечься. Она заметила, что с Клаусом ничего не произошло. Было спокойнее от того, что она не оказала сильного влияния на его дальнейшую жизнь. В конце концов она провела с ним всего лишь день. Она заметила, что Клаус улыбается. Она взглянула на него и нахмурилась. — Тебя что-то так развеселило?— сказала она. Сейчас он уже смеялся, склонив голову. — Нет,— сказал он, отворачиваясь, но все еще посмеиваясь.— Я просто никогда не видел тебя такой,— сказал он. — Какой?— сказала она, смутившись. Она не взглянула на него, вместо этого продолжила прохаживаться по комнате, устремив взгляд на клипборд. — Нервной,— сказал он с улыбкой на губах.— Я никогда не видел тебя такой нервной. На этот раз она остановилась, взглянула на него и взглотнула. В этот момент она поняла, что на самом деле нервничает, это было слишком очевидно, но она не хотела признавать это. — Я не нервничаю,— сказала она, отворачиваясь. — Видишь?— вдруг сказал он.— Ты даже не можешь смотреть на меня дольше секунды, учитывая то, что на балу все было совсем иначе. Кэролайн вздохнула, открыла рот, но тут же закрыла его. Она не знала, как объяснить ему свое поведение. Ей нужно было попытаться вести себя нормально, как будто ничего не изменилось, и их встречи в прошлом не было. — Думаю,— сказала она, обращаясь к нему, встречаясь с ним взглядом, который из насмешливого превратился в озадаченный,— мы должны выйти на улицу. — Что ты планируешь сделать здесь?— спросил Клаус, следуя за Кэролайн, которой удалось взять себя в руки. — Ну, я надеялась установить другую сцену здесь, потому что нам понадобится больше свободных комнат, я имею в виду, здесь же будет целая школа,— сказала она, украдкой поглядывая на него. Но он не смотрел на нее; вместо этого он смотрел на газон перед собой. Кэролайн не могла не вспомнить о последних моментах, проведенных с ним в прошлом. Они гуляли возле дома так же, как и сейчас, только тогда их окружал прекрасный сад. У него было то же выражение лица, что и тогда, сконцентрированное, словно он задумался над чем-то. Они дошли до участка, на котором росли маргаритки. Наклонившись, он сорвал одну из них и повертел в руках точно так же, как сделал это с розой. Кэролайн не могла не заметить этих сходств; они окружали ее, напоминая о том, как связано прошлое и настоящее. — Здесь,— сказала Кэролайн, останавливаясь на участке с маргаритками,— мы установим сцену здесь. Если она не могла стереть из памяти то, что произошло в прошлом, она, по крайней мере, могла попытаться скрыть это. После многочисленных записей в своем клипборде, большинство которых были обычными каракулями, которые она рисовала, пытаясь скрыться от взгляда Клауса, она была готова уйти. Клаус проводил ее до двери. Он замолчал, как только они подошли к заднему двору, и так ничего и не говорил, пока она прохаживалась по территории, изучая все вокруг и делая пометки. Она думала, что все будет гораздо хуже, но все обошлось. Он не вспомнил ее или всего лишь сделал вид, что не вспомнил. Она не была уверена, правильно ли она делает, что тоже молчит. Но когда она потянулась к двери и открыла ее, собираясь уходить, он нарушил молчание. — Кэролайн,— сказал он. Его голос был мягким, словно он умолял ее о чем-то. Она повернулась и взглянула на него; их глаза встретились. В его глазах читалось то же выражение, что и прошлый раз, как будто он отчаянно пытался вспомнить что-то, но не мог. — Ты уже пообещала кому-нибудь танец?— спросил он, и вместо нахмуренного выражения, сопровождавшего его большую часть вечера, на его лице появилась улыбка, настолько ослепительная, что Кэролайн не могла отвести глаз. — Я...— начала она, поймав себя на том, что хочет сказать "нет", что у нее никого нет. Она знала, каков был бы его ответ на это, но она не знала, что бы ответила ему. — Да, она уже пообещала,— услышала Кэролайн. Повернув голову в сторону открытой двери, она увидела кого-то, поднимающегося по ступеням. Солнце засветило глаза. Но потом он приблизился к Кэролайн настолько близко, что она смогла разглядеть, кто это. Тайлер. Кэролайн взглянула на Клауса, выражение лица которого резко изменилось. Сейчас он выглядел злее: глаза сужены, челюсть сжата, словно перед нападением. Кэролайн обернулась к Тайлеру, который подошел к ней вплотную; взяв ее лицо в свои руки, он поцеловал ее.