Возьми мою душу.

Шон сел на камни, прислонившись спиной к ледяному выступу, и пытаясь побороть захлестнувшее его отчаянье. Выходило довольно плохо. Всего два биения сердца. Но что можно успеть за столь короткий промежуток времени? Конечно, если бы он был при полной силе, или если бы друзья откликнулись на отчаянный зов, этого короткого промежутка хватило бы на многое. Но сейчас он – дева ива, у императоров свои проблемы, что вымотали их до того же состояния, Магии у него кискины слёзы. А работы… Шон вздохнул. А работы непочатый край. - Не отчаивайся. У нас с Мраком есть немного. Сложим общие силы, и получим половину твоего резерва. – Раздался в сознание мага голос его дракона. - мы с тобой вместе справимся. Только верь. А сейчас вперёд, Шон, и, просто надейся на лучшее. Мы с тобой.– И он поднялся. Медленно, стараясь скрыть дрожь в коленях, побороть страх, поверить. Опустившись на колени перед застывшим телом, он легко коснулся окровавленных волос, и, снял стазис. Человек способен на многое. Способности же того, кто любит почти безграничны. А потом не было ничего кроме магии на пределе сил и возможностей, бесконечных ран, заклинаний, что маг выдыхал хриплым шепотом, просто не находя сил для того, чтобы упростить их, сведя к одному жесту или щелчку пальцев. Сейчас он боролся с тем противником, вызвать которого на повторный поединок, изменив результаты, просто не возможно. Он сражался с самой смертью, и пока опережал её. Пусть совсем на немного, но опережал, и с каждой секундой отрыв становился всё большим. Когда страшные раны и переломы на жизненно-важных участках тела девушки превратились в шрамы, Шон почувствовал, что падает. Перед глазами плясали цветные круги и пятна. Его мутило. Шон понял, что пережигает себя, но остановиться теперь, когда осталось совсем немного просто нельзя потому, что сил на остановку времени не хватит. Он не сможет сосредоточиться на сложной формуле заклинания. Значит нужно продолжать. - Шон, послушай. – Вновь заговорил Мрак дракон. – Я понимаю, что отступать некуда, но, если сейчас ты, как собираешься, наполнишь её резерв, давая возможность регенерировать, ты потеряешь ту главную крупицу, из которой, как снежный ком, каждый раз восстанавливается твой резерв. - выходит, я больше не смогу магичить? – спросил Шон, понимая, что ответ, в сущности, ему безразличен. Просто потому, что он будет продолжать, даже если ради этого придётся отдать жизнь. - не сможешь. И… ты не превратишься. Мы будем жить, но поменять облик не получится. Готов ли ты на такую жертву? - а готовы ли вы? – спросил маг и даже мысленный голос дрогнул. - да. – Коротко, вместе, без колебаний. - готов и я. Тим – главное, что есть в моей жизни, и ради неё я готов даже умереть. – А потом он прижался лбом к её лбу, без колебаний прощаясь с тем, что было его жизнью. Его сутью долгие годы. До тех пор, пока в сердце не зародилась любовь. - я люблю тебя, кузнечик. – Прошептал Шон, прежде чем темный поток беспамятства захлестнул его, унося в глубокий омут бессознательности.