История моей первой любви

Не могу встать с кровати. Жутко плачет пятая. Но не в этом проблема. Я всю ночь не мог заснуть. Как только Блейн исчез из поля моего зрения, я понял, что уже не тот человек, за которого себя считал. Тот я не смог бы. Не смог бы стонать под парнем. Не смог бы смотреть так пошло, так развратно. Не смог бы влюбиться за одну ночь в парня, тем более знаменитого. Не смог бы возбудить того же самого парня. Не смог бы кончить в его рот. Тот я смог бы противостоять. Но не я. Я отдался певцу полностью. Сегодня нужно идти в школу, но, как вы понимаете, я не могу. Тем более что-то мне подсказывает, что идти туда не самая лучшая идея. Насколько он удивительный, моя задница никогда настолько сильно ещё не болела. Щет, да ещё семь уроков отсиживать. Жизнь боль. Как иронично сейчас это звучит. Так хочется узнать, как просыпается мой любовник. Помнит ли он обо мне? Так хотелось бы, чтобы чертов алкоголь не смыл часть меня. Самую малость, ведь воспоминания обо мне – иголка в стоге сена. Крохотная часть – хрен вспомнишь об этом аффекте. Повторюсь, жизнь боль, да еще какая. В школе. Сегодня на удивление очень шумно. Все обсуждают концерт Блейна. Неужели он такой популярный? Говорили о его сексуальности даже те, кто не был на его выступлении. Завибрировало у меня в штанах. Побежали мурашки. Всплыла картинка: заднее сиденье автомобиля… резинка на кричащем месте… вхождение члена Андерсона… нытьё в нижней части… море возбуждения. Ну, конечно, покраснел. Щёки пылают, стало стыдно, как будто все видели мои мысли в тот момент. Ускорил шаг. В момент погони от людей, «видевших» мои мысли, я наткнулся на что-то высокое и мощное. Даже голова закружилась. Когда очнулся от столкновения, увидел перед собой Финна. -Мэн, ты как? Всё еще в нашем мире? -Где еще мне быть? Как не в нашем суровом, грязном, ненавистном мире. -Что-то случилось? -Все прекрасно. Честно. Лучше просто быть не может. -Ладно. Надо будет поднять тебе настроение. -Снова в клуб? Мой внешний вид говорил: «Я устал. Больше туда ни ногой». Внутри же было много эмоций: радость от возможной встречи, испуг от прошлого контакта, а также влечение к ночному любовнику. -Бу! – набросилось на меня женское тело. Признаюсь, было больно, пошли в наше время сильные женщины. -Хаммел! Как жизнь? -Привет, Танюш. -Ащ, снова ты без настроения. Финн, я украду Курта ненадолго? -М, я тогда в класс пойду. -Спасибо. Когда Финн отходил к кабинету, Таня подозрительно на меня смотрела. Знает? Вроде её не было даже на концерте. Почему тогда? Оделся в туже одежду, что была вчера? Осмотрелся. Нет, в совершенно новой. Танюхин взгляд иногда пугает. -Тань, что за взгляд? -Ты слишком подозрительный. Чувствую, ты в самой заднице сейчас. Поделишься? Тане даже не страшно сказать о случившемся. Она никогда не говорила, что я сбегал с ненавистных уроков. У меня предчувствие, что довериться ей, это самый оптимальный поступок. Тем более мне нужно хоть с кем-то поделиться. Танюха рассматривала меня впритык. Улыбнулась. Она что ли поняла, что я собираюсь ей рассказать мою вчерашнюю шалость? Она удивительна. -Никому не скажешь? - я подозрительно на неё посмотрел. -Ты знаешь ответ на свой вопрос. -Честно, не знаю, как так получилось. -Чт... - я не услышал её, поэтому продолжил свой поток мыслей. -Нет, знаю. Алкоголь. Точно, он был пьян. А я чувствителен к алкоголю. Быстро пьянею. Татьяна медленно закрыла ротик. Она ждала, чтоб я сам высказался. -Тань я, честно, не понимаю, почему именно со мной произошла любовная связь со знаменитостью. Он. Было бы лучше, если это была Она? Нет, было бы нормально, если бы это была Она. Было бы естественно, если бы это была Она. Но там был именно Он. Я закрыл глаза руками. Мне стало страшно от неизвестности за завтрашний день. -Я ненормальный? -Нет. Ты нормальный человек. Для тебя нормально влюбиться в кого-то. Ведь неважно, какого он пола. Это просто формальность, придуманная кем-то для поддержания "порядка" в стране. Для того чтобы у нас оставалось меньше вариантов для выбора, меньше свободы. Так что не тебе говорить о ненормальности. -Тебя послушаешь, и психушка покажется домом родным. -Ты не умеешь правильно подбирать комплименты, но все равно спасибо. -Тань, ты ведь никому? -Зачем мне это? Я, наоборот, за тебя всеми фибрами своего слешерского сердца и души. -Слешерского? Это что такое? - непонимающе взглянул на Танюшу. -Забудь. Ты в порядке? -Мне как-то некомфортно. Кажется, что весь мир знает то, что произошло вчера. Весь мир смотрит на меня злобными глазами, презирает меня. -Курт, забудь обо всем мире. Есть ты и твои чувства, больше тебя не должно ничего волновать. Мир и так стал однотипным, типичным, "правильным" существом. Зачем твоя индивидуальность такому сухому существу? - она смотрела на меня с таким блеском в глазах, как будто ждала того дня, когда можно будет выговориться, можно будет обвинить мир за то, каким он стал. -Знаешь, ты иногда меня пугаешь. Если бы пошла в политики, мир бы снова стал "чистым". -Что-что, но в политики меня никогда не тянуло. Мир уже сформировал тип поведения, и людям уже лень поднять свою пятую точку, чтобы в насранном мире взять метелку, а нет, даже большую такую стиральную машину, и вымыть эти помои. -О... Кстати, у тебя много друзей? Парень есть? -Да. И нет. Я понимаю, к чему ты клонишь, но друзьям своим я нравлюсь как раз за свою неповторимую личность. Прозвенел звонок на урок. -Не торопишься на урок? - спросил настырный голос. -Тань, а ты? Ты ведь никогда не опаздываешь. -Ну, уж прямо никогда. Сегодня мой первый раз. Тшь... - поднесла палец к своим губам, улыбнулась, развернулась и легко побежала к кабинету музыки. Боюсь. Зайду в кабинет, а там все люди смотрят на меня с отвращением. Сяду на место, а они станут "тихо" шептаться у меня за спиной. Не буду замечать их, а они будут тыкать на меня и сочинять злые шуточки. Нет. Не хочу. Пойду домой. -Прогульщик! - крикнул знакомый голос. Повернулся. Ну, конечно, Финн. -А ты тогда почему не на уроке? -Музычка сказала, чтоб без тебя не возвращался. Если не найду тебя, забуду, что есть такое слово как музыка. Мэн, а я не хочу забывать. Потом представляешь всё заново учить. Бу... Так что за мной. Я в шоке. Что с Финном. Съел что-то? Никогда так много не говорил. Сегодняшний день обведу в календаре ярко-синим цветом, сделаю подпись: "Финн всё-таки с мозгами, но они немного далеко". -М. Пошли, - тихо ответил ему. Урок музыки. Люблю я уроки музыки. Сидишь и слушаешь прекрасные звуки, которые успокаивают тебя. У меня иногда возникает такое чувство, будто я плыву по течению неглубокой и чистой речки. Наступает гармония, или как там. -Я думала, что не увижу вас сегодня, мистер Хаммел, - любезный голос музычки. Она была шикарной женщиной. Ей было слегка за сорок, но она выглядела на тридцать с небольшим. Про её возраст узнал чисто случайно. Сейчас бы до сих пор думал бы, что ей тридцатник. Одевалась она каждый день в разную одежду. Не было таких дней, чтобы она одевала одну и ту же одежду два дня подряд. Даже её обувь была разной. Одевалась стильно, утонченно, по последней моде. Хотя то, что она покупала, было не дороже 100$. Где она умудрялась покупать за столько? Никто даже представить не мог, кроме, конечно, меня и Финна. Я делаю сам себе одежду, обувь сюда не входит, её покупаю. Но при этом выгляжу сногсшибательно даже на фоне самого мажористого мажора. Дело двух рук и тонкого ума и бесподобный костюмчик готов. Быстренько сел на свое законное место. Танюша уже сидела позади меня. На этом предмете мы с Финном были соседями. -И так мои дорогие, - всё внимание сразу обратилось на музычку. - Скоро у нас будет проходить конкурс на лучшее исполнение песен известных айдолов. Хочу сразу предупредить, что можно только романтичные песни. Никакого рока. Для вас в особенности, мистер Блэк, - она посмотрела в сторону Джейка. Джейк Блэк был запоминающей личностью. Рокер. Бунтарь. Волосы чуть длиннее каре (девчачье понятие). Кожаная куртка. Зауженные брюки черного цвета. Шикарные руки. Я люблю вены на руках, а у Джейка они выпирали. Тем более он играл на гитаре. Пальцы, хоть и мужские, но изящные. Бэд бой, одним словом. -А можно песни не на английском? - спросил один из учеников. -Мистер Чэнг. Именно вам можно всё. Остальные на английском. Вначале будет проводиться конкурс внутри нашего класса, а потом мы выберем лучших, а они уже будут отстаивать честь класса. Я выбрала вам песню, которую мы будет исполнять всем классом на этом конкурсе. Там несколько номинаций, поэтому не расстраивайтесь. Интересно, чтобы мне взять? Может песни Блейна? -Майк, ты на каком таком языке петь будешь? - спросил Финн. -Попробую-ка я на корейском. Их язык не слишком трудный, быстро выучу. -Но ты у нас по части танцев. Сможешь спеть-то? - не отставал от него Финн. -Тебя это не должно волновать, - очень хитро улыбнулся Майк. Майк Чэнг. Американец китайский. Странноватое у него прозвище: Чёрный дракон. Уже и не вспомню, как это прозвище к нему привязалось. Напрягу-ка я мозги. Чёрный. Цвет его кожи - самое банальное объяснение. Чёрный. Никогда не знаешь, о чем он думает. Дракон. Он китаец. Снова было банальное объяснение. Дракон. Он прекрасен в танце. -Ребята, я раздам вам слова песни, прошу выучить её к следующему четвергу. В пятницу проведем репетицию. Музычка отдала пачку листов старосте. Забыл сказать, что музычка являлась нашей классной руководительницей. Таня взяла листы и выдала каждому ученику. Немного задержалась на мне. Улыбнулась, потом продолжила раздавать песню класса. Взял лист. Пробежался глазами. Первый раз вижу эту песню. Свернул и положил в сумку. Прозвенел звонок. Класс сразу зашумел. Некоторые даже начали кричать. Подошел к тому, кто не сдержался. -Что случилось? – ошеломленно посмотрел на одноклассницу. -Ты! Ты разве не видел?! – с криком ответила мне. -Что именно? – непонимающе смотрел на нее. -Это гуляет по интернету с середины урока! – она взяла телефон дрожащими руками. Что-то пощелкала и повернула ко мне телефон. Сначала меня прошиб холодный пот. Я немного задрожал. Потом мне стало душно. Голова закружилась. На дисплее четко было видно Блейна и мужчину в маске спайдермэна. -Хаммел! – позвал знакомый голос. Но я не понял кто это. Я стоял в ступоре, смотря на то место, где минуты назад был телефон с той ночи. Меня кто-то взял за руку. Вывел из кабинета. Дал пощечину. Пощечина, как холодный поток, вывела меня из такого состояния. Огляделся. Сразу не понял, где я находился. -Спасибо, - первые слова после пробуждения. -Не за что. Я увела тебя сюда, чтобы ты пришел в себя, - она показала на помещение. Это был заброшенный кабинет. Раньше его использовал один кружок. Кружок паранормальных явлений. Но его забросили в связи с каким-то случаем. Про этот случай учителя нам ничего не сказали. Просто поставили перед фактом: «Закрываем. Произошел странный случай. Мы не можем подвергать учеников опасности». Немного жутко. Везде паутина. Старинные книжки покрыты слоем пыли. В этом помещение было всего лишь одно окошко. И то заколоченное, что света было по минимуму. Вот что было странно – этот кабинет не закрывали на ключ. -Почему именно сюда? -Сюда не заходит ни одна живая душа. -Успокоила, - покивал ей я. -Я имею в виду, что мы можем спокойно обсудить всё, - улыбнулась она. Она тихонько ко мне подошла и обняла. Это было то, что мне нужно. Объятие друга. Как будто она делилась со мной тишиной, умиротворением и поддержкой. Мне становилось лучше. Как будто она забирала моё беспокойство и страх. -Сегодня хорошая погода, - начала Таня. -Действительно, самое время для велосипеда. -Любишь кататься на велосипеде? – с радостью спросила она. -Угу, но только не умею, - немного печально ответил ей. -Тогда колесо обозрения! На нем ты точно сможешь прокатиться. -Никогда на нем не катался. -На какой ты планете живешь? На нем точно нужно прокатиться. С колеса обозрения виден весь мир! Я вышел уже из объятий. -Ты врешь! – подозрительно посмотрел на неё. -Откуда тебе знать? Ты же ни разу не катался, почему так утверждаешь. -Обязательно когда-нибудь попробую. Ненавязчивый разговор, можно сказать просто не о чем. Но он мне помог. Помог отвлечься. Помог успокоить душу. -Пошли? – улыбнулась Таня. -Подожди, - остановил я её. – Я не знаю, как быть дальше. -Почему? Тебя же не видно на этой фотографии. И только мы с Финном знаем, что ты был в таком костюме. Тебе не о чем переживать. -Есть о чем. Танюша испуганно на меня посмотрела. -И о чем же? -Мама выбирала со мной костюм. Она-то точно знает, кем я был. -Но мама же никому об этом не скажет. Зачем ей это? – положила свою руку на мое плечо, немного сжала. – Всё будет хорошо, ты главное в это верь. Вышли в коридор. Пошли к столовой. Взял себе рис с овощами и компот, мне вполне достаточно. Сели за столик у окошка. К нам подошел Финн. -Мэн, мои глаза меня не обманывают? – осторожно спросил у меня мой друг. -Нет, они не обманывают, - я горько улыбнулся. -Пожалуйста, не будем об этом. Ты знаешь, так что успокойся, не будем выяснять ни причин, ни следствие, - заключила Танюша. Всю перемену мы ели в тишине. Также в тишине пошли к кабинету. В тишине прошел остаток дня. Домой вернулся весь поникший. Сразу же поднялся к себе в комнату. Лег на кровать. Мыслей нет. Просто хочется поспать. Но никак. Зашел в интернет. Искать даже не пришлось. Фотография, на которой я и Андерсон. Заголовок гласил: «Правда об артисте». Открыл страницу и начал читать комментарии. «Ужас! Прямо на заднем сиденье, могли бы хоть в другое место уйти» «А я не против, чтобы они были вместе, главное, что они счастливы» «С мужиком! Фу, гадость какая!» «А что в этом такого? Что с мужиком? Диктатор тут нашелся. Я ЗА ВАС, СЧАСТЬЕ ВАМ! ВАШ СЛЕШЕР» Слешер? Знакомое что-то. Таня? Надеюсь, мое пятое чувство подсказывает не правильно. Почитал, «посмеялся», вышел. Неожиданно на меня навалил сон, и я окунулся в пелену сна. Очень темно. Вокруг пустота. Неожиданно начали появляться люди. Сначала они были нормальных размеров, но потом стали увеличиваться, или это я стал уменьшаться? Они смотрели на меня с отвращением, со злобой. Я посмотрел вверх и увидел, как что-то большое движется на меня. Я сразу понял, что это нога. Она всё приближалась и приближалась. Люди исчезали один за другим. А нога всё двигалась в моем направлении. Я услышал крик. Проснулся. Кошмар. Надо мной стояла мать. -Тебе нехорошо? Ты весь в поту, лоб горячий. Я схожу за градусником. Слышал я её обрывками. Пришла и ушла. Что нужно ей было? Странная женщина. Прикрыл глаза. -Эй-эй, не закрывай, - снова она. Пихнула мне что-то холодное под руку. Что-то холодное легло мне на лоб. Прошло минут пять, прохладная рука вынула ту холодную штуку. -37,0. Нормальная, надо выпить чашку горячего чая и всё пройдет. Взяла марлю со лба, положила в тарелку. Вышла. Это что? Наказание? Головная боль и горячка? Я услышал, что чайник вскипел. Значит, мама делает мне чай. Скоро снова сюда зайдет. Минуты через две дверь открылась. -Присядь, малыш. Я послушно выполнил этот указ. -Попей чаю, только маленькими глоточками, хорошо? Я оставлю пока тебя. -Я уж сам справлюсь, можешь идти. И спасибо тебе, - ответил ей усталым голосом. -Буду через часика два. Меня в гости позвали. -Конечно, иди. Со мной всё нормально. -Целую, - она поцеловала меня в лоб и ушла, тихо прикрыв за собой дверь. Два часа. Два часа в одиночестве. Два часа в тишине. Минут через десять я пришёл в себя. Мой желудок подал зов. Спустился на кухню. Открыл холодильник. Там был лимонный уксус и маринованные огурчики. Закрыл холодильник. Пошарился в других дверцах. Нашел лапшу быстрого приготовления. Животик подал сигнал. Вскипятил воду и заварил себе лапши. Поел. Вымыл за собой посуду. Нашел пульт, включил телевизор. Канал А - ничего интересного. Переключил. На другом канале тоже смотреть нечего. Так прощелкал все каналы. Даже и не знал, что у нас столько много программ, а смотреть нечего. Выключил телевизор. Не помню, как прошло оставшееся время. Слышу, как дверь пытаются открыть, но, как этот человек ни старался, у него это происходило с большим трудом. Через минуты пять замок всё-таки смирился и поддался. Там была моя мать. Она еле стояла. Ноги у неё дрожали. Я осторожно к ней подошёл. -Мам... - ноги у неё подкосились и она упала. -Мам, - встревоженно позвал её. -Не подходи ко мне. Её голос был тихим, в нём чувствовалась нарастающая злость. -С тобой всё хорошо? - я обеспокоен её состоянием, она никогда такой не была. Она так яростно посмотрела на меня, что меня передёрнуло. -С тобой всё хорошо? - мама сделала ударение на слово "хорошо". -Вро... -Если всё хорошо, уходи из моего дома, - перебила меня мать. - Дьявольское отродье, - тихо добавил дорогой для меня человек. Плакать без слёз. Я раньше слышал это понятие. Не думал, что на своей шкуре познаю какого это. Просто не было слёз. Было больно, глаза ныли. Мир потерял всякие краски. Я понял, что с ней случилось. Она просто узнала про мое преступление. Она просто была шокирована. Она просто не знала, что ей делать дальше. *В гостях* Интересно, мой Курти поправился? Или он снова заснул и ему снова приснился кошмар? -Мать Хаммела, не витайте в облаках, - обратилась ко мне мама Финна. -Просто ребенок приболел. Переживаю. -Надеюсь, он поправится, - встревоженно ответила мать Майка. -Кстати, я слышала такую жуткую новость! - вставила свою лепету мать Финна. -Какую, Эль? - с интересом спросила я. -Смотрите, - она показала на свой телефон. - Это Блейн Андерсон, наша знаменитость. И... он с мужчиной. А он знает, как спрятать своё лицо. Нацепил маску, думает, что никогда не узнают правды. -Можно мне взглянуть? - я потянулась за телефоном. Шок. Холодный пот. На долю секунды пропало зрение. Боль в сердце. Это. Это. Он. Я узнаю его. Всегда. Я выбирала ему костюм. Я знаю. Как он мог так поступить? Со мной? С родной матерью? Нет. Он больше мне не сын. Не хочу его знать. Не могу смотреть ему в глаза. Не смогу. Как увижу, сразу захочется причинить боль. -Знаешь его? - обратилась Эль. -Нет. Первый раз вижу. Слова, которые я не хотел бы слышать. Слова, которые причиняют намного больше боли, чем физическая боль. Слова, которые отделили меня от родного человека.