Такие разные сестры Варгас

- Вее, - тяжело вздохнула я и вытерла пот со лба. А сумка вышла очень тяжелой! Все-таки зря я решила сама перетащить ее в прихожую, нужно было дождаться, пока придет Людвиг, и попросить его перенести вещи. Он бы точно смог, и сделал бы это легко и быстро. Дойцу очень-очень сильный! Но, с другой стороны, так я смогу сделать ему сюрприз. Тем более что одну сумку и палатку я уже вытащила в прихожую. - Италия, что… что ты делаешь? – удивленно спросил Людвиг и так и замер в дверях прихожей. - Вее, - я удивленно пискнула. И ведь даже не услышала, как он вошел! Встав возле двух огромных сумок и сложенной походной палатки, я обернулась и радостно улыбнулась Людвигу. - Зачем ты достала палатку? – спросил меня Германия и подошел ко мне ближе. Я внимательно на него посмотрела и, почему-то, только сейчас заметила, что он держит в руках букет цветов. - Веее, Дойцу, такие красивые! – радостно сказала я и даже подпрыгнула на месте. - Ах, да, - чуть смутившись, сказал Людвиг и протянул мне букет, - это для тебя… - Спасибо! – радостно запищала я и взяла букет в руки, чуть ли не зарывшись лицом в нежные, светло-розовые лепестки, и глубоко вдохнула приятный, нежный аромат, - Так приятно, - чуть зажмурившись сказала я, прижимая букет к груди, а затем начала рассматривать цветы, - они очень красивые. Знаешь, Дойцу, я даже хочу их нарисовать. Да, точно! Обязательно, прямо сейчас поставлю в вазу и… и принесу краски и... – я почувствовала, как мои щеки покраснели, и счастливо посмотрела на Германию, - спасибо тебе, Дойцу! Я хотела его обнять, но мои руки были заняты, поэтому я сделала первое, что пришло мне в голову: подошла к нему вплотную, встала на цыпочки и потерлась щекой о его плечо, потом чуть подпрыгнула и быстро поцеловала его. Прежде, чем Людвиг смог хоть как-то на это отреагировать, я выбежала из прихожей, чуть ли не спотыкаясь добежала до кухни, и, достав из шкафчика вазу, наполнила ее водой. Почему-то мое сердце билось очень часто, и мне хотелось улыбаться. Хотя это и были простые цветы, но от них мне стало светло и тепло на душе. Я поставила их в вазу и уже побежала к себе в комнату за красками, но в прихожей меня окликнул Дойцу, и я так и замерла, не добежав до лестницы на второй этаж. - Да? – удивленно спросила я Людвига. - Аличе, ты мне так и не сказала, зачем вытащила вещи в прихожую, - напомнил мне Германия. - Ой! – пискнула я, ведь и правда совсем забыла, - Я подумала, будет весело, если мы сходим в поход, как раньше, - сказала я, подойдя ближе к сумкам, и только сейчас заметила, что одна из них совсем плохо застегнута, и вещи из нее вот-вот выпадут. Я встала на колени рядом с битком набитой сумкой и стала возиться с застежкой. - Поход? Когда это мы… - озадачено начал Людвиг, но сам оборвал предложение и посмотрел на меня, - Аличе, мы не в походы ходили, а на разведку. - А в чем разница? – непонимающе спросила я и села на сумку, расправив короткую юбочку, - Мы же жили в палатке и готовили еду на костре и гуляли по лесу… Это же поход. Хотя... Вее, точно! Мы еще за Англией следили, - радостно сказала я, - если хочешь, можем снова за ним шпионить. - Разница есть, - серьезно сказал Германия, не сводя с меня взгляда. - Вее, - грустно сказала я, - то есть ты не хочешь, чтобы мы пошли в поход? - печально спросила я и опустила взгляд. - Этого я не говорил, - негромко сказал Германия и подошел ко мне почти вплотную, я радостно на него посмотрела и счастливо улыбнулась. - Вее, ураа, мы пойдем в поход! – вскочив с сумки, я бросилась к Людвигу и крепко его обняла. - Италия! – чуть строго прикрикнул на меня Людвиг, но скорее не для того, чтобы я его отпустила, а просто по привычке. Я довольно улыбнулась и прижалась к нему крепче. – Ладно, давай я посмотрю, что ты там с собой собрала. А то эти сумки выглядят подозрительно большими. *** Я вздохнула и сама не заметила, как начала постукивать пальцами по столешнице в такт музыке. Мы уже несколько часов сидим в этом кафе, причем Спейн со своими друзьями значительную часть времени провели возле бара. Правда, потом Антонио, как только заметил, что мне это не очень нравится, отвел меня в кафе и усадил за столик во дворике, в тени большого пляжного зонтика. А спустя десять минут Гилберт и Франц просто исчезли, затерявшись среди танцующих людей, выбежавших из кафе и танцевавших прямо под ночным небом на песчаном пляже. А меня вот танцевать не тянуло, я просто пила свой сок и смотрела на спокойную гладь воды. Если быть честной, то мне уже давно хотелось спать, но Антонио со своими дружками явно и не думали сейчас возвращаться домой. Франц подсел за столик к каким-то девушкам, а Гилберт так вообще исчез. Мы со Спейном какое-то время сидели в кафе, а потом он отошел проверить Франца. И вот, я его и жду. Проклятый томат! Я сломала трубочку. - Да что б мне… Ты где ее достал?!! – от удивления я даже выронила стакан с соком и пораженно смотрела на Гилберта, который только что подъехал к кафе на белой лошади. - Не важно где! – отмахнулся от меня Гилберт, и его алые глаза весело заблестели в лунном свете, - Теперь у нас есть все необходимое, что бы вы все, под моим предводительством, эффектно вторглись на территорию дома Австрии! Да будет месть! - Спеееейн! Твой белый немец с ума сошел! – испуганно закричала я и побежала к открытому дворику кафе, где гремела веселая музыка, и цветными вспышками ритмично мигало освещение, то и дело окрашивая ночное небо в красные, желтые и синие тона. - Оу, Кьяра, ты чего? – заботливо и чуть взволнованно спросил меня Антонио, когда я подбежала к нему и испуганно схватила его за руку, придвинулась ближе к барной стойке, у которой стоял Антонио. - Ты придурок! Не видел?! Там этот красноглазый где-то кобылу достал и теперь… - я не успела договорить, потому что в этот момент объявится и сам Гилберт. Толпа с веселыми криками расступалась перед ним, пока он спокойно подъезжал к нам. - Оооох, Гил, это что еще?... – со смехом спросил Антонио и придержал лошадь за уздечку, та только нервно фыркнула и остановилась, боязливо начав оглядываться на танцующих неподалеку людей, да и громкая музыка явно пугала животное. - Сеньор, а где же наша дорогая винная морда? – чуть пьяно спросил Гилберт, едва заметно покачиваясь в седле. Я удивленно посмотрела на толпу. Странно, что они так спокойно все это восприняли… - Так Франц уже полчаса как подсел к тем девушкам, - улыбнулся Спейн. - Это что за разлад в наших рядах?! – угрожающе спросил Гилберт и что есть силы заорал, перекрикивая музыку, - Франц, а ну быстро иди сюда! - Спееейн, мне все это не нравится! – серьезно сказала я, дергая Антонио за руку и глядя как к нам, продираясь сквозь толпу танцующих идет до неприличия довольный Франциск. - Давай уйдем, - попросила я Спейна, глядя, как Гилберт и Франциск начинают спорить. - Уйдем? – удивленно спросил меня Антонио, я только кивнула и покосилась на ночное небо. - Уже ведь поздно… - Ох, прости, я даже не заметил! – Антонио, кажется, и правда только сейчас понял, что время уже давно перевалило за первый час ночи. Я подозрительно на него покосилась. Рассеянный томат! Я толкнула его локтем в живот, Испания издал странный звук, словно он с трудом сдержал стон, но только улыбнулся мне. - Хорошо-хорошо, вот только успокою Гила… - примирительно сказал он мне. - …это кто здесь форму потерял?! – враждебно прорычал Пруссия, и я обернулась. Гилберт уже слез с коня и теперь волком смотрел на Франциска, который изо всех сил старался его успокоить, и чуть ли не сюсюкался с немцем, как с ребенком. - Гил, ну, ma chérie, я такого вовсе не говорил, просто в следующий раз не нужно… - А мне не важно! – рыкнул Пруссия и коротко рассмеялся, - да я… Да Великий Я сейчас запросто смогу доплыть до горизонта и обратно! - Спеейн, - удивленно и обеспокоено сказала я и дернула Антонио за рукав рубашки, - твой немец – псих. - Гил, стой! – крикнул Франциск, но напрасно. Пруссия уже с неожиданной прытью бросился к морю, с явным намерением выполнить свое бредовое обещание. - Стой, Гил! - Ты куда, придурок немецкий?! Не успела я опомниться, как мы все уже оказались по пояс в воде и пытались удержать Гилберта. Мои ноги скользили по вязкому дну и двигаться в воде было очень сложно, тем более что вокруг было совсем темно и все, что я видела – это брызги воды и чьи-то руки. - Успокойся, Великий ты наш, не надо уплывать, - услышала я веселый голос Антонио. В ответ ему послышалась грубая немецкая речь, я была почти на сто процентов уверена, что это была ругань. - Держи его, Франц! - Держу… - Руки убери, извращенец! – прикрикнул на Франциска Гилберт. - Тише… - Спокойно! Да не рыпайся! - Аааа… буль… - я не сразу поняла, что произошло, просто весь мир исчез, перевернулся, звуки стали приглушенными, а вокруг темно и много-много водяных пузырников, мне показалось, что я задыхаюсь… Меня кто-то схватил, лунный свет показался слишком ярким, глаза резало от попавшей в них воды, дышать было трудно, и я закашлялась. - Тише, Кьяра, родная, ты в порядке?! – испугано спросил меня Антонио, я только кивнула, а он прижал меня к себе, чуть сильнее, чем нужно сдавливал мне грудь. - Я его вытяну, а ты отнеси ее на берег! – послышался голос Франции. - Спе… тьфу, - чуть хрипло сказала я, сердце еще бешено билось, и ушах гудело из-за воды. Я чувствовала, как Спейн вытащил меня из воды. Где-то неподалеку послышалось веселое пение на немецком и нервный смех Франциска. - Ты в порядке? – взволнованно спросил меня Испания и осторожно похлопал меня по щеке. - Да со мной… кхе-кхе, все нормально… придурок… - чуть хрипло сказала я и с благодарностью посмотрела на Антонио. - Слава Богу, - Спейн крепко меня обнял, я едва слышно пискнула, что-то возмущенно пробубнила, но Антонио никак на это не отреагировал. Я неуверенно вздохнула, а потом прижалась лицом к его плечу. - Придурок, я всего лишь в воду окунулась, поскользнулась, ничего бы не произошло… - тихонько сказала я. – И можешь меня отпустить. - Эй, Спейн! – окликнул Антонио Франциск, - Я Гилберта до дома доведу, так что вы догоняйте, и вещи с пляжа заберите! - Хорошо, - ответил ему Спейн, неохотно отпуская меня из объятий. Я смотрела, как Франциск с Гилбертом в обнимку все дальше и дальше от нас уходят. Куда делась лошадь, я понятия не имела, но меня это и не особо волновало. - Сможешь встать? – заботливо спросил меня Антонио. Я молча кивнула и поднялась на ноги. В кафе неподалеку все еще играла музыка, но уже гораздо тише. Спейн взял меня за руку, наверное, все еще боялся, что я могу упасть. Я недовольно надулась, но с трудом могла скрыть улыбку. Все-таки он придурок! Ну что со мной будет, хорошо же все. *** - Придурок, я из-за тебя вся мокрая! – я недовольно надулась и изо всех сил толкнула Спейна, и он снова упал в воду, но вместо того, чтобы разозлиться, он только весело рассмеялся, и снова брызнул в меня водой. - Аааа, все, прекрати! – недовольно сказала я, прикрывая руками лицо, хотя толку от этого было мало, я и без того была вся мокрая. - Ладно-ладно, не буду, - легко согласился Антонио и, поднявшись на ноги, взял меня за руку и вывел меня на берег. Хотя мы и так не заходили глубоко, вода не доставала мне даже до колена. - Ну, куда ты меня ведешь? Просто бери сумку, полотенце и пошли домой, - сказала я, когда Спейн подошел к нашему недавно брошенному «месту», снял мокрую футболку и кинул ее на расстеленное на песке полотенце, рядом с огромным солнцезащитным зонтиком. - Ты уверенна, что хочешь сейчас домой? – спросил меня Испания, усаживаясь на полотенце. - Нуу… - неуверенно сказала я и скрестила руки на груди. Мокрая рубашка противно липла к телу и мешала сосредоточиться, - а ты что, предлагаешь тут остаться? - Хотя бы на пару часов, - пожал плечами Антонио и начал отжимать футболку, - Нет, если хочешь, можем пойти, но тогда тебе придется помогать нам угомонить Гилберта… - Нет уж! Пусть Франциск сам с ним справляется, - быстро сказала я и нервно вздохнула. Все эти немцы – просто картофельно-пивные придурки, я не хочу успокаивать пьяного Пруссию. Я обреченно застонала и запрокинула голову, уставившись на темно-фиолетовое небо, усыпанное тысячью маленьких ярких звездочек. - Спеейн, - серьезно сказала я, не глядя на него. - Да? - Я не уверенна, что мне нравятся твои друзья. - Да ладно тебе, не говори ерунды, - отмахнулся от меня Антонио, - иди ко мне. Я недоверчиво на него посмотрела, но все же подошла и села рядом с ним, а Спейн тем временем убрал зонтик и положил его рядом с сумками. - Ты что делаешь? А ну пусти! – смущенно вскрикнула я, когда Антонио с совершенно спокойным видом начал снимать с меня рубашку. - Ой, прости, я просто подумал… - Антонио немного смутился и отпустил мою рубашку, - подумал, что тебе лучше снять ее, пусть высохнет. А то так даже теплой ночью можно заболеть. - Нуууу, я не хочу сидеть в одном купальнике, - недовольно сказала я, хотя уже едва не дрожала из-за мокрой одежды, и прекрасно понимала, что лучше сделать так, как говорит Спейн. - Да не упрямься ты, - ласково сказал мне Спейн и приобнял меня за талию. Я чуть заметно покраснела, нахмурилась и придвинулась к нему ближе. – Ого, да ты вся дрожишь, - обеспокоенно сказал Спейн. - Нет, тебе кажется, - упрямо сказала я, прижимаясь к нему еще плотнее, Антонио оказался очень теплым. - Ладно, как скажешь, - улыбнувшись, сказал Антонио и крепче обнял меня. - Как думаешь, сколько времени понадобиться Франции, чтобы успокоить немца? – спросила я. - Час точно, - спокойно ответил Антонио. - И мы будем час так сидеть? – спросила я и посмотрела на Спейна. - А ты против? – улыбнулся он мне. Я не сразу ответила, неуверенно пожала плечами, смотрела, как его зеленые глаза весело блестят в лунном свете, а он не сводил с меня взгляда. Сердце забилось чаще, меня больше не знобило, было очень тепло, почти жарко… Я сделала короткий вздох и осторожно потянулась к Спейну, затаила дыхание и почти робко его поцеловала. Кажется, он даже удивился, растерялся всего на секунду, а затем крепче обнял меня, словно специально не позволяя мне оборвать поцелуй. Он начал ласково поглаживать меня по спине, словно нечаянно задирая мокрую ткань моей легкой белой рубашки, нежно касался моей кожи… Я тихонько вздохнула, уперлась руками Антонио в грудь и осторожно от него отстранилась. - Ничего не говори, - смущенно сказала я и неуверенно положила голову ему на плечо, взяв его за руку. Чтобы не встречаться с ним взглядом, я уставилась на блестящую темно-синюю поверхность воды.