Такие разные сестры Варгас

- Что значит «ведите себя поспокойнее»? – непонимающе спросил меня Гилберт, по-хозяйски развалившись на моем диване в гостиной. - Да уж, Тон-тон, у нас, между прочем, планы были, - кокетливо сказал мне Франциск. - Знаю, ребят, но я же не могу бросить Кьяру одну и уехать с вами, - я покосился на потолок. Там, на втором этаже, уже спит Италия. Она успела отчитать моих друзей, устроить им небольшой скандал, в итоге сказала, что идет спать и пригрозила нам всем физической расправой, если мы будем шуметь. - Антонио-о-о, - лукаво протянул Гилберт. - Что? – настороженно спросил я его. - А кто-то у нас тут подкаблучник! – весело сказал Пруссия. - А ну заткнись! – я схватил с дивана подушку и швырнул ее в прусса, но тот сумел увернуться, хоть для этого ему пришлось съехать на пол. - Но любовь это же так прекрасно! – я не понял, кого из нас двоих сейчас поддерживает Франц. - Так, ребят, вы же знаете, я с вами, просто… Я хочу, чтобы Кьяра тоже стала частью нашей компании, поэтому давайте вводить ее в курс дела постепенно. - Ммм, скажи эту фразу еще раз, только медленно и томно, - попросил меня Франция. - Франц! - Ну что в этом такого? А как далеко вы зашли с малышкой Итой? – с любопытством спросил Франциск и удобнее устроился в своем кресле. - А вот это я тебе точно рассказывать не буду, - тут же сказал я, понимая, что эта тема может затянутся навечно. - Да ладно, не скромничай! Хвастайся, - сказал Франц, а Гилберт весело засмеялся. Я не смог сдержать улыбку, уж больно забавный у Гила смех. - Хорошо, Тони, для тебя с твоей Итой постараемся держать себя в рамках, - сказал Гил, - но потом она пойдет вместе с нами штурмом на Австрию, и поможет мне захватить в плен Венгрию! Ох! Да, и еще Брагинский меня недавно зазывал на… а черт, не помню, что там за повод, но поверьте, отмечать он умеет! - Ладно-ладно, только не все и не сразу, а то Кьяра может нас не так понять. - Как это романтично! – проворковал Франциск, подперев голову рукой и глядя на меня своим томным взглядом. - Да хватит орать, спите уже! – раздался приглушенный голос Кьяры со второго этажа. - Все, тише, - предупредил я друзей, Гил снова захихикал. - Подкаблучник. *** Я осторожно перевернулся на бок, загораживая собой спящую Италию от солнечных лучей. Хотя, казалось, они совсем не тревожили ее сон, но все же я не хотел, чтобы она хотя бы теоретически могла чувствовать себя не комфортно. Аличе, как всегда, тихонько сопела во сне, а я не мог отвести взгляда от ее спокойного расслабленного личика. Mein Gott, она самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел в своей жизни… Я осторожно протянул к ней руку и уже хотел коснуться ее лица, но в последний момент передумал. Не стоит, вдруг я ее разбужу. Этой ночью она снова снилась мне в том милом костюме горничной и снова просила меня не уходить, боялась, что я могу исчезнуть. Этот сон последнее время меня преследовал. И все бы ничего, но вот только после мне на душе всегда было тяжело. И это больше походило не на сон, а на… воспоминание. Вот только со мной такого никогда не происходило, ведь первый раз я увидел Италию в том ящике. Так почему же мне кажется, что этот сон чем-то отличается от всех остальных? Италия глубоко вздохнула и придвинулась ко мне ближе, уткнувшись личиком мне в грудь. Я едва заметно улыбнулся и очень осторожно ее обнял. С тех пор, как мы с ней вместе, я стал странно себя чувствовать. Сначала я не обращал на это внимания, думал, что все это из-за усталости от работы… Но чем ближе мы с Аличе, тем сильнее это чувство… Я даже не знаю, как его назвать. Наверное, его можно сравнить с триумфом, и с восторгом, когда сбывается самое заветное и страстное желание в твоей жизни. То, к чему ты стремился, хотя в глубине души и не надеялся на успех… Вот только это чувство… Оно словно и не совсем мое личное. Я сам не могу разобраться с этим. А может и не стоит вовсе об этом думать? И не обращать внимания на тот странный сон… - Вее, - Италия обняла меня и чуть сильнее ко мне прижалась, - Доброе утро, Людвиг. - Шшш, еще совсем рано, спи… - чуть краснея, почему-то шепотом сказал я и ласково погладил Аличе по голове. - А ты еще не встаешь? – спросила Италия и заспанно на меня посмотрела. - Вообще-то как раз собирался… - честно сказал я. - А можешь пока полежать со мной? – спросила Аличе, - просто… Ты всегда так рано встаешь, что когда я просыпаюсь, тебя обычно нет рядом… - Эм… - я неуверенно посмотрел ей в глаза и вздохнул, - Хорошо… думаю, можно встать немного попозже… - у меня на душе словно что-то треснуло и внутренний голос укоризненно сказал, что я не должен нарушать распорядок дня. Но сегодня я его проигнорировал. - Ураа, - радостно сказала Аличе и счастливо мне улыбнулась. Я попытался улыбнуться в ответ, а она внимательно на меня посмотрела и вдруг хихикнула. - Что? – непонимающе спросил я ее. - Ты странно улыбаешься, - весело сказала Италия. Я смущенно покраснел и откашлялся. Наверняка ей моя улыбка кажется странной… Просто, до встречи с ней, мне кажется, я вообще не улыбался, а теперь, просто не знаю, как это нужно сделать, и по старой привычке пытаюсь сдерживать свои эмоции. - Ты всегда такой серьезный, - нежно сказала Аличе и провела ручкой по моей груди, обвила контур креста, который висел на цепочке. – Вее… мой серьезный Дойцу, - улыбаясь протянула она. - Италия, - чуть строго сказал я, хотя сам не понял почему. Просто, мне странно и до сих пор непривычно, когда она так обо мне говорит. Аличе мне улыбнулась и осторожно взяла меня за руку, переплела свои пальцы с моими… Я поморщился, почему-то резко заболела голова, и словно откуда-то издалека в моем сознании появилась размытая картина… «Италия, пойдем со мной», - я протянул ей руку, сердце бешено билось, но я старался выглядеть невозмутимым и уверенным. Это самый важный момент в моей жизни, важнее любой битвы… Лишь бы она согласилась… - Людвиг, с тобой все в порядке?! – испуганно спросила Аличе, я почувствовал, как она нежно провела рукой по моей щеке, ощущал на себе ее испуганный взгляд. Моя голова просто раскалывалась, но боль уже медленно отступала. Я тяжело вздохнул, и кивнул. - Прошу тебя, отдохни сегодня, - умоляюще сказала Италия. Она выглядела очень взволнованной. - Ерунда, со мной все хорошо, - попытался я ее успокоить. Но она села в постели и недовольно на меня посмотрела, я тоже сел рядом с ней. - Пожалуйста, я никогда не видела тебя таким… - уговаривала она меня и вцепилась мне в руку так сильно, что ее ногти расцарапали мне кожу. - Италия, не волнуйся, я прошу тебя, мне уже хорошо, - я попытался ей улыбнуться. - Позволь, я поухаживаю за тобой сегодня, - попросила Аличе и отпустила мою руку. - Это необязательно… - Ты очень бледный, - напугано сказала она, - я тебя таким раньше не видела. Ты плохо себя чувствуешь? – она положила ладошку мне на лоб, пытаясь определить температуру, при этом у нее было такое непривычно серьезное и сосредоточенное лицо, что я не смог сдержать улыбки. - Все хорошо, - я взял ее руку и осторожно коснулся ее губами. - Я за тебя волнуюсь, - тихо сказала она. - Не нужно. Я же сказал, со мной все хорошо, - она недоверчиво на меня посмотрела, - Давай, вставай. Тренировку никто не отменял. *** - А я говорил вам, что это плохая идея! – почти истерически крикнул Франциск на полной скорости подбегая к деревянному высокому заграждению арены, позади него раздался громогласный рев быка. - Быстрее! – сквозь смех крикнул Антонио, помогая ему взобраться по заграждению, позади них разрывался от смеха Пруссия. - Это не смешно! – чересчур высоким голосом крикнул на него Франция, и как только он оказался рядом с нами, подошел и что есть силы толкнул Гилберта. Заграждение рядом с нами содрогнулось от грохота и чуть ли не сломалось, а с той стороны послышался рев быка, от которого у меня мурашки побежали по коже. - Да успокойся, Франц, - все еще улыбаясь сказал Гилберт, поднимаясь на ноги и отряхивая джинсы, - ты же со всем отлично справился! Продержался свои полторы минут, я думал, ты не выдержишь, - он снова хихикнул. - Ах ты…- почти прорычал Франциск, но тут к нему подошел Антонио и положил ему руку на плечо. - Да ладно вам, все же хорошо обошлось, а ты, Франц, в следующий раз не спорь с Гилом, - он весело улыбнулся, а я стояла чуть в стороне от них, скрестив руки на груди. - Я же не знал, что этот маньяк загадает, чтобы я полез к этому монстру! - Да все, ну что ты прямо как баба, честное слово! – отмахнулся Гилберт. - Ой, кстати, Кьяра, ты где? – внезапно опомнился Антонио. Да, Аллилуйя! Наконец-то он вспомнил, что потащил меня вместе с собой. - Я здесь, придурок! – крикнула я ему и недовольно на него посмотрела. Пусть знает, что дома я устрою ему настоящую разборку за то, что он так бесцеремонно со мной обошелся! - Ути моя красавица, ну что ты там в уголочке стоишь? Иди к нам! – ласково и кокетливо позвал меня Франциск, мгновенно забыв о пережитом шоке. Я недоверчиво на него посмотрела и не сдвинулась с места. - Да ладно тебе, не дуйся, - радостно сказал Антонио, подошел ко мне, взял меня под руку и потащил к остальным, не смотря на мои шумные протесты. - Gut, тогда, теперь займемся чем-нибудь, что будет интересно и твоей милой Италии, - потирая руки сказал Пруссия и его красные глаза весело заблестели. Со стороны загона снова послышался рев быка и глухие удары, зверь пытался выбраться, но, кажется, только я обратила на это внимание. - На пляж! – счастливо предложил Франция, прежде чем Пруссия успел хоть что-то сказать. - Еще чего! Я с этими маньяками на пляж не пойду! – тут же сказала я и дернула Антонио за руку, но он, к моему ужасу, поддержал идею Франциска. - А точно! Кьяра, мы же вчера и так собирались на пляж сходить, так почему бы и нет? Давай, не упрямься, - он приобнял меня за талию. Кажется, сопротивление было бесполезно. *** Я слышала шум и смех, доносившиеся до моей комнаты с первого этажа. Это Гилберт и Франциск собирались на пляж. Я немного побаивалась этого красноглазого немца, а уж про извращенца Франциска и думать не хотела. Но… Антонио было с ними очень весело. Спейн, конечно, всегда веселый и улыбчивый, но с ними он какой-то другой. Как будто молодеет и немного тупеет. Я вздохнула и невольно улыбнулась. Надо будет попробовать как-нибудь привыкнуть к этой компании, а то так и буду вечно стоять в стороне. А ведь, судя по всему, Франция и Пруссия собираются у нас задержаться. - Кьяра, ты уже… - Черт, стучи перед тем как зайти, придурок! – испуганно крикнула я на Спейна и прикрыла футболкой обнаженную грудь, я как раз собиралась одеть верх купальника, когда он вошел. - Тебе помочь? – игриво спросил Антонио, отперевшись о косяк двери, и откровенно неприлично на меня уставившись. - А ну уйди! – крикнула я на него и почувствовала, как покраснели мои щеки, но только грозно посмотрела на Антонио. - Но меня-то тебе не надо стесняться, - мягко сказал Испания и прошел в комнату, прикрыв за собой дверь. - Ты что делаешь? – грозно спросила я, прижимая футболку к груди. - Тише-тише, ничего я не делаю, - улыбнулся мне Антонио и сел на мою кровать. - Уйди, - чуть смущенно сказала я и недоверчиво на него посмотрела. - О! Ты все же решила его надеть? – сказал Антонио, поднимая с кровати лиф купальника нежно-красного цвета и совершенно игнорируя мою просьбу. Я нахмурилась. - А что мне еще остается? У меня кроме этого купальника ничего подходящего нет, - недовольно сказала я и попыталась спрятаться за открытой широкой дверцей шкафа, мне неудобно было вот так стоять перед Спейном в одних шортах, прикрываясь футболкой. - Ты у меня такая скромная. Это так мило, - весело сказал Антонио, поднимаясь с кровати и подходя к моему «убежищу». - Давай помогу надеть, - с невинным видом сказал он мне. Я с сомнением на него посмотрела, затем вздохнула и повернулась к нему спиной. - Ну ла-а-адно, - великодушно согласилась я. - Отлично, - сказал Антонио и вырвал у меня из рук футболку. Я возмущенно пискнула, не ожидая от него такого подвоха. - Спе-е-е-ейн! Извращенец, ты что творишь?! – закричала я на него, но он не обратил внимания. Испания протянул мне купальник и мягко сказал мне на ухо: - Да не кричи ты так, а то у Франциска фантазия разыграется, - он тихонько хихикнул, а я сразу же замолчала. - Давай помогу, - почти шепотом сказал Антонио, я надела купальник, и он принялся возиться с застежкой на спине. – Иии, вот, готово, - сообщил он мне. - Угу… спасибо, - неохотно сказала я и повернулась к нему, - и не пялься на меня так! - Сладкая парочка, ну, вы там собрались?! – позвал нас Гилберт. - Уже идем! – крикнул ему Спейн, я даже поморщилась от его крика. *** - Италия, верни документы! – громко и твердо сказал Людвиг, и строго на меня посмотрел. Я невольно вздрогнула… Так же он смотрел на меня, когда я не выполняла его приказы во время войны или когда из-за меня рушились все его планы. Германия выглядел очень устрашающим, но я отрицательно покачала головой, стараясь выглядеть уверенно, хотя, его строгий тон всегда меня ужасно пугал. - Не-нет, - чуть заикаясь сказала я, - я хочу, чтобы ты отдохнул, ты весь день сегодня от работы не отрываешься… и... Веее… - Италия, - уже спокойнее сказал Людвиг, - ты, что… боишься меня? - Вее, не-е-ет, нет, не боюсь… совсем чуть-чуть, когда ты так строго смотришь, и я волнуюсь, но не хочу, чтобы тебе потом снова стало плохо, как сегодня утром, поэтому… Вее! - Успокойся, - негромко сказал Германия и встал из-за стола, подошел ко мне ближе, я спрятала папку с документами за спиной. - А... а… а давай, я сделаю нам кофе? – предложила я, - Дойцу, ну хотя бы перерыв сделай… - отчаянно попросила я. - Аличе… - устало сказал Людвиг, я посмотрела ему в глаза и немного успокоилась. Теперь его взгляд был совсем другим, спокойным, усталым и… мне показалось, немного печальным. Он вздохнул и кивнул, - хорошо, можно сделать небольшой перерыв, только положи документы на стол, я весь день с ними проработал и до сих пор не закончил… - Ладно, - согласилась я и осторожно положила папку на край письменного стола, - а теперь пойдем, - я схватила Германию за руку и потянула его из кабинета, чтобы он и думать забыл о работе. - Садись, я сейчас все сделаю! – немного нервно, но воодушевленно сказала я, заведя Людвига на кухню. - Италия, я и сам могу… - Нет, я все сделаю, - быстро перебила я его. - Хорошо, - не стал спорить Германия и сел за стол, молча наблюдая за тем, как я готовлю кофе. Я старалась все сделать быстро, почему-то нервничала. Я все еще помнила время, когда Германия очень злился, если я отвлекала его от работы. Он даже как-то выставил меня из своего дома, чтобы я ему не мешала, и при этом страшно кричал… И, хоть сейчас он и выглядит спокойным, я все равно боюсь, что он может разозлиться. - Вот, - чуть запыхавшись сказала я, и поставила на стол две чашки кофе и поднос с пирожными, которые я купила сегодня утром. - Спасибо, - негромко поблагодарил меня Людвиг и взял кружку. Повисло неприятно молчание, я видела, что Людвиг о чем-то задумался, кажется, даже не замечал меня… Интересно, что его тревожит? - Дойцу… - негромко позвала я его и, чтобы немного успокоиться, начала размешивать ложкой кофе. - Да? – спросил меня Германия. - Как ты себя чувствуешь? - Хорошо, можешь не переживать по этому поводу, - сухо сказал Людвиг и отпил немного кофе. Вечно он так: чтобы с ним не происходило, он сам решает все проблемы и мне никогда ничего не говорит. Если подумать, не смотря на то, что мы уже давно вместе как союзники (а с недавних пор и не только как союзники), но за это время он мне ничего о себе не рассказывал. Зато я много чего ему о себе говорила и про свое детство и про всякие забавные случаи, которые случались в моей жизни и про дедушку Рима… А про Германию я ничего не знаю, кроме того, что и так очевидно. От этой мысли мне стало не по себе. Как-то это не правильно… Раньше бы он точно ничего бы мне не рассказал, но, может теперь… Я хочу знать его лучше, хочу помогать ему, хочу знать о чем он думает, а не просто стараться угадывать его настроение и подстраиваться под его расписание. - Дойцу… о чём ты так задумался? С тобой точно всё хорошо? – чуть робко спросила я, придвигая свой стул ближе к Германии. Он устало на меня посмотрел, ответил не сразу, словно решал, стоит мне говорить или нет. Я внимательно на него посмотрела и осторожно коснулась его руки, мне правда-правда хотелось, чтобы он знал, что может мне доверять. - Да, это ерунда, просто… - начал Людвиг и уставился в стол. Я молчала, ждала, что он скажет дальше. Он вздохнул и потер глаза свободной рукой, - просто я плохо сплю последнее время. Вот и все. - Ну, ты так много работаешь, не удивительно, что у тебя проблемы со сном… Хотя, я вот после работы наоборот лучше сплю… - задумчиво сказала я. Германия тихо усмехнулся. - И когда это ты в последний раз работала? - Не важно, - легко сказала я и улыбнулась ему, - думаю, тебе надо взять небольшой отпуск. - Ты же знаешь, что я не могу… - Но почему? Все страны отдыхают, когда хотят, один ты работаешь без перерыва! - Я просто помогаю своему боссу. Не хочу, чтобы она решала важные для меня вопросы без моего участия. - И из-за этого ты плохо спишь? – немного не поняла я и сильнее сжала его ладонь. - Нет, это тут не причем, - как-то странно произнес Германия. - Тогда почему? – тихонько спросила я, - может, я смогу тебе чем-нибудь помочь? - Не надо, Италия, и так все хорошо, - успокоил меня Германия и допил свой кофе. - Может, тебе плохие сны снятся? – спросила я, - тогда нужно просто перед тем, как уснуть подумать о чем-нибудь очень хорошем и добром, - я радостно улыбнулась, - я знаю, мне это помогало. После войны мне постоянно снились плохие вещи, и я совсем не могла уснуть… - Италия, - тихо перебил меня Людвиг и успокаивающе погладил меня по руке. - Я просто хочу, чтобы ты мог хорошо отдыхать и высыпаться. Сон – это очень важно, - серьезно сказала я ему. - Ладно, я постараюсь разгрузить мой график, - внезапно согласился Германия, я удивленно и радостно на него посмотрела. - Вее, ураа! – радостно сказала я и бросилась его обнимать, Германия напрягся, как только я прижалась к нему, но затем погладил меня по спине и осторожно обнял. А я была рада, что теперь у него будет больше свободного времени. Может, мы сможем проводить его вместе… мне бы этого очень хотелось. *** - Кьяра… - Я возьму! – крикнула я, бросилась к краю волейбольной сетки и успела отбить мяч в последний момент, ноги начали скользить по мягкому, почти обжигающему песку, и я с тихим писком упала, но главное - успела отбить мяч, а Антонио смог добыть нам решающие очко и вырвать счет. - Все, перерыв-перерыв! – крикнул Франциск и начал махать нам руками. - Was? Какой перерыв, ты думай, о чем говоришь! Да мы их сейчас в два счета сделаем! – воинственно сказал Гилберт и вытер пот со лба. - Да как же! – с сарказмом сказала я, поднялась на ноги и уперла руки в бока, - у вас нет шансов! – я показала ему язык и скрестила руки на груди, пыталась выровнять дыхание, Франция уже уселся на расстеленное на песке широкое полотенце и достал из сумки бутылку воды. - Да вы счет сравняли только каким-то чудом! – прорычал Пруссия, я почему-то посмотрела на его крест, который отчетливо виднелся на его обнаженной, болезненно бледной коже. Такой же крест, какой носят Германия и моя сестра… Интересно, как там у них дела? Я уже довольно давно не говорила с Аличе. - Тони, и вообще… с девчонками в команде играть не честно! – внезапно сказал Гилберт и поднял с земли мяч. - Это еще почему? Да она играет получше тебя, между прочем! – вступился за меня Спейн, а я пошла к Франции и села на краешек полотенца, стараясь держаться от Франциска как можно дальше. Мне просто тоже очень хотелось пить, иначе бы я к этому извращенцу не подошла бы! - Да просто… Черт! Она отвлекает от игры! – недовольно сказал Пруссия и что есть силы швырнул мяч об землю. - А нечего на мою Италию пялиться! – чуть угрожающе сказал Спейн, подходя к сетке, которая отгораживала его от Гилберта. - Я не твоя! – по привычке крикнула я Спейну и открыла бутылку воды. - Тогда нечего ее в таком виде выставлять, - улыбнулся Пруссия. - Ну ладно, Гил, Ите очень идет этот купальник! – живо вступил в разговор Франция и я почувствовала на себе его взгляд. - Так, только… - начал было Спейн, но я его перебила. - Все, извращенцы, сменили тему! – прикрикнула я на них и немного покраснела. Хотя, я и так после игры была вся потная и красная, так что вряд ли кто-нибудь из них заметил, что меня смущает то, как они меня тут обсуждают. - Я схожу до той кафешечки, - весело сказал Франциск поднимаясь на ноги и поправляя плавки, я резко от него отвернулась. И как меня угораздило попасть в их компанию?! – Кому-нибудь что-нибудь купить? - Возьми Кьяре шоколадного мороженного, - распорядился Спейн. - Хорошо, - Франциск достал из сумки кошелек и направился в сторону кафе, из которого доносилась громкая и веселая музыка. - Может, пока искупаешься с Великим Мной? – игриво спросил меня Пруссия и довольно улыбнулся. - Нет! – громко сказала я. - Не лезь к ней, Гил, – предупредил его Спейн. - О! То есть, вы…? – заинтересованно спросил Гилберт у Антонио. - Да угомонитесь вы уже! – прикрикнула я на них и резко вскочила с места.