Когда Вселенная глючит

Морща нос, Маша смела остатки пепла и дохлых тараканов. Кучка выросла впечатляющая. Девочка критично осмотрела ее и, вздохнув, смела в совок, который высыпала в мусорное ведро. «Вещество-захватчик» было эвакуировано, а тараканы — достойно погребены. Ура! Теперь осталось «всего лишь» вымыть пол. Эххх… Катька — злыдня, уборка — отстой, жизнь — боль. Даже котенок все портил! Играл с тараканами, жрал их, нападал на веник и разбрасывал пепел. В конце концов он покрасился серовато-белый, приобрел венокофобию и с оскорбленным мявом куда-то свалил. Наверное, в тапки гадить. Или засаду устраивать. Была и ещё проблема. Самая главная! У телефона — два процента, а зарядка осталась в комнате, где заперто, ну, оно. Катькина не подходит, новую просить придётся у родителей или вообще самой покупать… Потому что одна жадина отказалась! Надо забрать. Оно же ничего не может сделать... Приоткрыв дверь, Маша заглянула в щелочку. А вдруг исчезло? Не. Стояло. Далеко. У книжного шкафа. Спиной к ней! Быстро включив свет, Маша подбежала к столику у дивана. Где зарядка? На шкафу забыла? Или на полу? Блин! Оно повернуло голову. Кажется, следило. Да где же зарядка? О! На подоконнике! Сунула ее в карман. Услышав шипение, Маша оглянулась. Котенок, прижав ушки и встопорщив шерстку, наехал на него. Которое страшная фигня. И не опасная? Оно постояло-постояло, а потом вдруг опустилось на одно колено и вытянуло вперед руку, делая вид, что пытается схватить пушистого дурака за шкирку. Котенок дико взвыл. Резко, будто отброшенный, отскочил и, шкрябая когтями, втянулся под диван. Залег там, как партизан в укрытии. Оно, не поднимаясь, повернул пустой капюшон к Маше. Она пожалела, что под диваном ну никак не уместится. Зато под столом места достаточно… — Дитя. — Ой, лучше бы новую зарядку выпросила... Или накопления потратила... — Принеси мне карту. Она не въехала: — Какой масти? С одной не получится разложить пасьянс или поиграть (в «Дурака», на желания, ведь это так подходит Стремной Фигне). Значит, карта должна быть не игральная. А географическая. Или политическая, а может, вообще — климатическая. — Ааааа… Ага! Щас! И матерый картежник, наделенный внешностью милой (относительно) девочки начал поиски. Через пять минут на Катькин стол (месть!) была плюхнута стопка школьных атласов с пятого по одиннадцатый класс, историческая энциклопедия (там тоже карты были) и прихваченная по ошибке книжечка с детскими стишками. Рядом пристроились глобус и стопка игральных карт (на всякий случай). Осмотрев получившийся натюрморт и отодвинув Стремной Фигне стульчик, Маша пошла вытирать пыль, выковыривать котенка из-под дивана и мыть полы.

***

Домой не хотелось. Я медленно прогулялась по парку, «полюбовалась» плешивыми охристо-оранжевыми кленами, заскочила в цветочный (кактусятки никак не могли выздороветь сами по себе) и в супермаркет (жрачка имеет отвратительное свойство заканчиваться). Покормила дворового Бобика. Поиграла с ним. Больше идти было некуда. Повозившись с замком, открыла дверь в квартиру. На меня, счастливо мемекая, кинулась рыжая молния. Мягкие лапки, беззубая пасть — бедная моя голень, ей капец. — Я вернулась! Разбери пакет. Ай! Когти выпустил! — Привет! — Мелкая, улыбаясь, выскочила из кухни. — Оооу, ради тебя из-под дивана вылез. Ты ему нравишься! Новый поклонник раздул хвост, страстно обнял мою щиколотку и попытался её пережевать. Я нагнулась, чтобы отцепить его: — Ай! Ему нравится одно: жрать! Убери свою меховую пиявку! И покорми, блин! Больно, руки разодрал! Ой! Как сильно вцепился! Мелкая смоталась на кухню, загремела блюдцам и сухим кормом. Котенок переключился в режим «милый пушистик» и побежал на звук, мяукая так жалобно, будто это я его покусала и расцарапала до крови. Говнюк! Отдам. Пусть кто-то другой с ним мучается! Надо обработать раны. Так, куда дедушка все подевал? В ванной нет, тогда… в его комнате! Ну, конечно. Не понимаю, как он постоянно, чуть ли не раз в неделю, то порезаться умудрялся, то уколоть палец до крови. Резьба по дереву — травмоопасное хобби (наверное), но за столько-то лет можно было и аккуратнее стать. Блин, перекись не открывается! Ну вот, все на пол пролила… Что тут еще есть? Теперь я — Катька-Зеленая Нога! А еще Зеленые Зубы и Зеленые Пальчики… Не люблю зеленку. Ничего, жизнь наладится сразу после того, как переоденусь в домашнее и покушаю. С такими мыслями зашла в свою комнату и… выскочила обратно. Там оказался Величество! Сидел за моим столом! Заваленным атласами! Поверх пестрой мозаики лежала энциклопедия по истории, подаренная дедушкой мне на восемнадцатилетние. Из-под нее выглядывал подозрительно цветастый уголок то ли тонкой книжечки, то ли журнала. Зачем Мелкая его сюда пустила? Я же запретила открывать дверь в комнату, где он стоял! А она и книги натаскала, и, наверное, странички переворачивала… Главное, что сейчас вела себя как обычно. Значит, он ее не заставил и не запугал. Я постучала по косяку. Дохлый король даже голову не повернул. Подошла ближе. Вытащила подозрительную книжку и тихо, с выражением зачитала: — Лошадка! Я люблю свою лошадку, Причешу ей шерстку гладко, Гребешком приглажу хвостик И верхом поеду в гости! * Если ты решил изучить нашу культуру, то правильно сделал, что начал с этого. Не сложно. И классика... Картинки, опять же, есть. Извини, но я спрошу: ты действительно печатный текст понимаешь? — Игнор. Ах, так! — Ладно, в любом случае… Развиваться очень полезно, надо этим регулярно заниматься. — Мудрый совет. Жаль, ты ему не следуешь. — Я пришла сказать кое-что очень важное. Не трогай мои вещи, не ходи по квартире. И держись подальше от сестры! Пожалуйста. — Не тебе, ничтожная, указывать, что мне делать. Высокомерие в этой фразе просто зашкаливало. Противоестественный страх заставлял сердце биться быстрее, пальцы — дрожать, сдавливал грудь. Да какого хрена! Весь день мечтала просто отдохнуть дома! А тут эта хрень потусторонняя, кот дурацкий, сестра-бестолочь, зеркало любимое воры сперли, всю квартиру загадили… И я не выдержала: — Вали отсюда! — Бросила сборник на кучку карт. — Если выскочишь за дверь меньше, чем за пять минут, подарю эту офигенную книгу со стихами, если в окно прыгнешь вот прям щ-щас, то еще пару подброшу. Но энциклопедии среди них не будет. Он выскользнул из-за стола: — Довольно испытывать мое терпение. — Продолжишь меня бесить — телепортирую не домой, а… — Неужто тебе это под силу? — Догадывается? Или просто издевается? — Покажи, как сотворила странное колдовство, что привело меня сюда, и я не причиню тебе вреда. — Что?! — Он еще и угрожает! — Не буду. Уйди! Ну, чего встал? Дверь там, окно — здесь. Открыть?! Подтолкнуть? Упс. Зря я так… Кончик меча, черневший в опасной близости от моей шеи, подтверждал это. — Ха-ха. — Я небрежно, кончиками пальцев, провела сквозь лезвие. — Вяк! Вспыхнула острая боль. Как?.. Как это могло произойти?! Меч почти нематериален! Пальцы провалились в него почти до середины, прежде чем их оцарапало! Именно оцарапало, на большее ранки не тянули. Я не верила своим глазам. Не хотела верить. Но ледяная, колючая боль, возившаяся в пальцах, была более чем реальна. И убедительна. — Т-ты все равно меня не убьешь. Меч лениво качнулся вперед. Я попятилась. Привет, стол! Ты не мог бы подвинуться? Как — «нет»?! Тогда сяду на тебя! Еще одно небрежное движение меча. Закрылась руками, дернулась в сторону. Книги заскользили, и я со всей дури брякнулась на локоть! Клинок взмыл снова… — Отвали! — Исполни мой приказ.