Прямо в глаза

Сквозь дрёму Канада ощутил встряску. Неразборчиво что-то промычав, он нехотя махнул рукой, пытаясь оттолкнуть невидимого врага и стараясь продлить сладкую негу сна, которая не хотела выпускать его из своих мягких и пушистых объятий. -...так сказал, - блондин осторожно приоткрыл один глаз. Всё немного расплывалось, не давая Мэтью увидеть полную картину происходящего. Вверх, вниз. Вверх. Вниз... Куда его несут? И... Кто? Резко дёрнувшись, Уильямс поднял голову и открыл глаза. Его невозмутимо нёс Россия, наверное, даже не заметив, что канадец проснулся. На губах была привычная мягкая улыбочка, и если знать, что он так улыбается постоянно, то можно понять, что лицо не выражало ни одной эмоции. - Куда ты...- попытался сонно выговорить Канада. - ...М-меня несёшь? Иван остановил свой взгляд на глазах Уильямса, вглядываясь в них, и продолжая шагать. - Ты сам обо всём узнаешь, - прошептал он, чуть наклонив голову на бок, устремляя взгляд вперёд. По коже канадца пробежался холодок. Что тут вообще происходит... А где это "Здесь"? Бросив беглый взгляд на стены и потолок, он понял, что находится в доме Брагинского. Зачем Уильямсу быть у России? Страшная догадка осенила его. Нет-нет-нет, брат не мог так с ним поступить! Он не мог... Не мог же? Каждый удар в груди отдавался болью, а на глазах появились слёзы. Хорошо, что Иван этого не замечает. Вряд ли он... Смог бы ещё раз успокоить Мэтью. Вряд ли он стал бы вновь его утешать... Блондин закрыл глаза. А Америка? Если это правда, то почему он так поступил? Почему Альфред так бездушно пошёл на это ради... Ради своего благополучия? Да, возможно, Джонсу и правда туго с деньгами было в последнее время, но... Поступить так с ним? - ...и марлю, - сквозь какую-то вату в ушах услышал Канада. Ему уже было всё ровно. Пусть делает, что хочет. Ведь... Он уже теперь не Канада? К его лицу приложили что-то мягкое. Такое ароматное... Сладкое... Сознание начало затуманиваться. Мысли в голове начали двигаться медленнее, словно сквозь желе, а потом и вовсе остановились. Последнее, что смог уловить Уильямс - голос Брагинского, что-то нежно нашёптывающего ему на ухо. Но мозг, услышав это, упустил смысл. А ведь возможно, это было что-то важное... - Прости, Мэтью. *** Мысли вновь начали шевелится где-то в глубине сознания. Словно замерзшие рыбы по весне, они оттаивали, набирались сил... И, когда лёд сна треснул, они вырвались наружу, причиняя Мэтью боль, ударяя его своими длинными хвостами по лицу, будто дразня. Уильямс пытался поймать хоть одну из них, но все они выскальзывали из его рук, оставляя на них царапины и ссадины. - Очнулся? - голос вырвал его из сладкой пелены бессознательности, заставляя вернутся в реальность. Попытавшись подняться, он не учёл того, что ещё до конца не проснулся. Резкий порыв пресёкся тяжёлой рукой, надавившей ему на плечи. - Не дёргайся, - столь знакомый голос превратился в твёрдый и решительный. Открыв глаза, Канада встретился взглядом с Иваном. Тот сидел рядом с ним на кровати, придерживая за плечи. - Где мы? - спросил Уильямс первое, что пришло в голову, хоть ответ и был очевиден. - Дома, Мэтью, - сказал Брагинский, улыбнувшись. Канада поёжился. Его догадки, скорее всего, подтвердились только что. - Я так думаю, ты голодный? - мягко спросил Россия, уже даже не обращая внимания на ответ, встал. - Спускайся вниз. Канадец хотел было что-то сказать, но, открыв рот, не смог произнести и звука. Иван забросил на плечо конец шарфа (Неужели, он его вообще не снимал?), и оставив блондина в тихом ужасе, вышел.