Влюбиться в друга

- Прости, пожалуйста, - уже в который раз я извинилась перед Ифанем. Чанель открыл ключом дверь в нашу квартиру. - Просто один балбес уже три дня кричал про поход в кино, весь день сегодня был свободен, и даже не удосужился посмотреть репертуар кинотеатров, - я сверкнула глазами в сторону Чанеля. - Кто знал, что сегодня День Памяти, поэтому в кинотеатрах показывают только фильмы про войну? – пробурчал Чанель в ответ. - Не переживайте, - успокоил нас полицейский. – И спасибо, что позвали меня к себе. - О, это не от меня зависело, - вновь произнес Чанель, и я отдавила ему ногу. Ифань столько раз уже благодарил нас за то, что мы позвали его погулять с собой, что я поняла, ему действительно было одиноко здесь в Корее. Мне даже стало стыдно за свою страну и свой народ. Могли бы быть более гостеприимными и дружелюбными. Это ведь не сложно. - Я имею в виду, что я бы лучше в клуб пошел, - Чанель не остался в долгу, ущипнув меня за руку в ответ. Вот, что за ребячество? Однако даже этот детский проступок вызвал у меня лишь улыбку и нежность сквозь негодование. Блин, я по уши влюблена в этого большого ребенка. - Проходи, оппа, - я махнула рукой. – Не обращай внимания на небольшой беспорядок. - Небольшой? – Ифань приподнял бровь, смотря на гору одежды, которая лежала в углу. - Это все ее вещи, - тут же сдал меня Чанель. Я покраснела от смущения. Накинув на эту гору плед, я повернулась к гостю. - Я собиралась заняться стиркой на выходных, - пробормотала я в свое извинение. – Зато чертежи все его. Я указала на свитки и листы ватмана, которые лежали повсюду. - А книги – ее, - не сдался Чанель. Ифань переводил взгляд с одежды на чертежи, далее на книги, которые были разбросаны по всему дому. Действительно, бардак. Я постаралась сменить тему. - Хотите кушать? - Да! – воскликнул Чанель, даже не дав Ифаню возможности ответить. - Что приготовить? – я обратилась к полицейскому. - Пульгоги! – вновь опередил Чанель. - Помолчи, Чанель, - я оттолкнула его. – Я у Ифаня-оппа спрашиваю. - У меня ты не спрашиваешь, что готовить, - обиженно сказал Чанель. – Почему у него спрашиваешь? - Потому что Ифань-оппа наш гость, - терпеливо, как ребенку, объяснила я. Ифань рассмеялся, переводя взгляд с меня на Чанеля. - Знаете, я тоже хочу пульгоги, - сказал он. - Хорошо, - вздохнула я, понимая, что Ифань явно уступил Чанелю. – Я переоденусь во что-то более удобное и приготовлю пульгоги. Оппа, ты не возражаешь, если я в домашней одежде похожу? - Нет, конечно. - Хен, ты ведь не возражаешь, если и я в домашней одежде похожу? – влез Чанель. - Только не надевай утренние штаны, - предупредила я Чанеля. Когда через пять минут я пришла на кухню, Чанель и Ифань уже сидели там, за столом. Чанель достал из холодильника две бутылки пива и одну протянул полицейскому. - Я предложил начать готовить, - сказал Ифань, завидев меня. – Но Чанель ответил, что ужин – полностью твоя прерогатива. - Да, - подтвердил Чанель свои же слова. – Я готовлю завтрак, а Джиен – ужин. - Он правду говорит, - успокоила я гостя, тут же приступая к готовке. Парни внимательно следили за моими движениями, будто боялись, что я собираюсь их травить. Это меня насмешило, и я решила немного подшутить. Я достала перец чили, разрезала его и сделала вид, что собираюсь кинуть его в маринад. На лице Чанеля отразился ужас, а на лице Ифаня смятение. - А разве в пульгоги добавляют чили? – спросил он, в то время как Чанель, не тратя времени на слова, выхватил овощ у меня из рук. Я захихикала. - Вы двое, не отрываясь, смотрите на меня. Мне стало любопытно, действительно ли внимательно вы смотрите. Чанель захохотал первым, Ифань за ним. После этого смеха обстановка на кухне стала менее напряженной. - Давно вы живете вместе? - Уже лет шесть, - ответил Чанель. – Как поступили на первый курс. - А ваши родители не были против? - Нет, конечно. Мы с Джиен друг друга с самого детства знаем. Полицейский с любопытством посмотрел на Чанеля. - Джиен у меня спрашивала про то, как я отношусь к геям. Ты гей? Я не ожидала такого прямого вопроса от такого правильно человека, каким был Ву Ифань. Однако этот вопрос меня порадовал. Значит, он расслабляется. Именно на это я и рассчитывала, когда пригласила его погулять. - Да, - кивнул Чанель, нисколько этого не стесняясь. – А как ты относишься к геям? - Я не разделяю людей по каким-либо признакам. Главное, что ты не убийца. Ты ведь не убийца? Чанель вздрогнул, испуганно уставившись на полицейского. В его глазах буквально можно было прочитать вопрос «А как ты узнал?». Любопытно, а раньше Чанелю никогда не удавалось так хорошо что-либо изобразить. Ифань даже шокировано нахмурился, пока я не ткнула Чанеля деревянной ложкой. - Хватит придуриваться, Чанель. Чанель рассмеялся. - Я пошутил, - успокоил он Ифаня. - Знаешь, ты лучше с полицейскими так не шути. - Понял, не буду. Чанель сделал глоток. - А когда ты узнал, что ты гей? – полюбопытствовал Ифань. - Не помню, - задумчиво протянул Чанель. – Джиен, когда? - В двенадцать, - ответила я, впервые в жизни мечтая, чтобы того дня никогда не было. – Мне ты, по крайней мере, в двенадцать лет рассказал, что тебе мальчики нравятся. - А, точно! – закивал Чанель. – Знаешь, как Джиен тогда отреагировала? Она так обрадовалась и сказала, что, наконец, она сможет хоть с кем-то обсуждать мальчиков. А то видите ли, в нашем районе не было девочек, и ей не с кем было любоваться красотой соседских мальчишек. И это в двенадцать-то лет! - Эй, - возмутилась я. – Помнится, мы с тобой в двенадцать обсуждали этих самых мальчиков, и тогда ты не имел ничего против этого. Чанель расплылся в улыбке. - Наше детство было таким забавным. - А до тебя никто не лез? – удивился Ифань. – Обычно дети и подростки очень жестоко относятся ко всем, кто не похож на них. Я помню, в нашей школе был один парень – гей, так он постоянно ходил избитым. - Надеюсь, не из-за тебя? - Нет, - поспешил заверить Ифань. – У меня уже тогда было сильно развито чувство справедливости, поэтому, когда я видел, что его избивают, я всегда за него заступался. Чанель не прокомментировал это, но по его взгляду я заметила, что он стал уважать Ифаня чуточку больше. - Мы никому не говорили в школе, - пояснила я. – А, когда перешли в старшую школу, когда вокруг все только и говорили о любви, мы с Чанелем просто притворились парой. Чтобы до него никто не лез. Я улыбнулась, вспоминая те времена. Мы с Чанелем тогда ходили, держась за руки, все время сидели вместе, кушали вместе. Вообще не отлипали друг от друга. Поэтому все были уверены, что у нас любовь до гроба. Сейчас, мне так хотелось вернуться обратно в старшую школу, ведь тогда я могла даже целовать Чанеля в губы, и он не сопротивлялся. Тогда мы были парой, пусть и не настоящей. Все же это лучше, чем то, что между нами было сейчас. - А вам никогда не нравились другие? - О, мне как-то понравился один парень с соседней школы, - мечтательно заулыбался Чанель, что я даже почувствовала укол ревности к этим воспоминаниям. – Как его звали? Джунхен? - Кисоп, - устало ответила я. – Почему я твою жизнь помню лучше тебя, Чанель? - Потому что ты от меня без ума, и каждая деталь моей жизни очень тебе дорога, - не задумываясь, ответил Чанель, явно шутя. Я чуть не выронила мясо, что держала в руках, настолько точно Чанель только что передал мои чувства. Я уставилась на Чанеля, который к счастью сидел ко мне спиной, и ничего не заметил. Зато, когда я подняла взгляд выше, то наткнулась на внимательный взгляд спокойных глаз Ифаня. Он перевел взгляд на Чанеля, потом обратно на меня, и я поняла, что он обо всем догадался. - Так вот, мне понравился парень Кисоп, и мы с ним даже один раз сходили на что-то, похожее на свидание, - продолжил Чанель, не заметив неловкой паузы. – Вот только об этом узнали наши одноклассники. Чанель рассмеялся. - Они решили, что мы извращенцы, - пояснила я его смех Ифаню. – И что хотим попробовать любовь втроем. Это было на последнем году обучения в школе. С нами четыре месяца до выпуска никто не разговаривал. Я отвернулась к плите, но затылком чувствовала взгляд Ифаня. - А что стало с тем парнем, Кисопом? – спросил он. – Вы с ним стали встречаться? - Нет. Когда он узнал, что у меня, якобы есть девушка, то устроил мне скандал, и мы больше не виделись. Мы с Джиен тогда решили, что легче нам будет до окончания школы притворяться дальше парой. А в университете, уже всем было плевать на мою ориентацию. Там я уже не стал ни от кого скрываться. - Ужин готов, - я поставила кастрюлю посередине. – Налетайте. Часам к одиннадцати ночи, Чанель, после двух партий в монополию, захрапел на диване. Чанель от природы жаворонок, всегда рано просыпается, и почти всегда засыпает рано. До сих пор удивляюсь, как с таким расписанием он умудрялся по барам вечерами шастать. В клубах и барах он, почему-то даже не зевал. Но стоило ему переступить порог дома, так ему даже до кровати тяжело было дойти, веки слипались буквально на ходу. - Наверное, мне пора домой, - Ифань посмотрел на похрапывающего Чанеля. - Ты выпил пива, - заметила я. – Нельзя водить в таком состоянии, особенно полицейским. Оставайся на ночь. - Спасибо, но лучше я домой. Мне с утра на работу, - покачал полицейский головой. – Вызову такси. Машину завтра заберу. Я вызвала новому другу такси и, пока мы его ждали, предложила ему выпить чай. Ифань согласился. Я укрыла Чанеля пледом, и мы прошли на кухню. - Ты говорила, что не хочешь романтических отношений, потому что уже влюблена? В Чанеля? Я села напротив полицейскому, сжимая в руках горячую кружку. Так я и знала, что от него не скроется эта деталь. - Глупо, да? – я улыбнулась, и мне показалось, что улыбка получилась грустной. Я впервые кому-то, помимо самой себе признавалась в этом. - Влюбиться в своего лучшего друга – уже глупость. Но, если он к тому же еще и гей, то это определенно безумие. - Эй, в любви нет ничего ненормального, - Ифань потянулся через стол и осторожно накрыл мою руку своей. – Она прекрасна в любом своем проявлении. - Ты романтик, - я с удивленной улыбкой посмотрела на Ифаня. – А по тебе и не скажешь. - Я это тщательно скрываю, - с усмешкой признался мужчина. – Не положено крутому полицейскому, грозе всех преступников, быть романтиком. Но, как и в твоем случае, душе не прикажешь. Давно ты любишь Чанеля? - Ты задаешь так много вопросов. - Это профессиональное, - Ифань смутился. – Прости. - Все нормально. Не знаю, точнее, давно ли. Я всегда его любила. С шести лет, когда нас с ним посадили за одну парту. С тех пор мы не разлучались. Но где-то пару месяцев назад я обнаружила, что думаю о нем не так, как раньше. С тех пор я медленно схожу с ума. Мы молча пили чай. Я думала о том, разлюблю ли я Чанеля когда-нибудь. И если это случится, то изменятся ли наши с ним отношения. Я этого определенно не хотела. - У меня есть одна безумная затея, - вдруг сказал Ифань, и я услышала в его голосе ребенка-проказника. Очень необычное сочетание мужественной внешности и ребячливого голоса. - Что, если попытаться вызвать в Чанеле ревность к тебе? - Это провальная затея. Чанель не ревнивый. Он никогда не ревнует. Даже парня, от которого он был без ума, он никогда не ревновал. - Правда? – Ифань был удивлен. – А мне весь вечер казалось, что он именно ревнует тебя ко мне. Я ревнивый. Поверь, я знаю, как именно проявляется ревность. Эти слова вызвали бурю эмоций в моей душе. Неужели Чанель действительно меня ревновал? - Это может быть по-дружески, - не смея поверить и зная, что в жизни ничто не бывает так хорошо, как хотелось бы, предположила я. – Друзья тоже ревнуют друг друга к другим друзьям. - Тогда не будем давать ему повода для дружеской ревности. Общайся с ним больше, как и всегда. Но делай вид, что я тебе понравился, - Ифань, кажется, воодушевился своей идеей. – Иногда упоминай меня в разговорах. Когда мы встретимся вновь, коснись меня, лишний раз улыбнись мне. Если ты хочешь, конечно, - вдруг смутился Ифань. Но я уже улыбалась. А что? Это отличная идея! Не знаю точнее, на что именно я рассчитывала, но попробовать явно стоило. Может, в Чанеле проснутся какие-нибудь чувства, может, он, как и я, поймет, что относится ко мне не так, как раньше. Конечно, глупо, но определенно достойно человека, который влюбился в друга-гея. - Я согласна, оппа! – закивала я. – Давай попробуем. Надеюсь, это будет не слишком неловко для тебя? - Для меня это нормально, - успокоил меня Ифань. – Я вырос в Канаде. - Спасибо, оппа. Приехало такси. Договорившись увидеться на днях, как только у Ифаня выдастся свободное время, мы попрощались. Проходя мимо гостиной, я остановилась у дивана, смотря на Чанеля. Он был таким красивым, что мне тут же захотелось его поцеловать. Но все, на что я решилась, это провести рукой по его щеке. Во сне Чанель улыбнулся и перевернулся на другой бок. Я отчаялась настолько, что согласилась на план Ву Ифаня, и очень надеялась, что он сработает. - Ифань-хен ушел? – спросил Чанель, когда я утром вползла на кухню под вкусный запах готовящихся гренок. – Я ожидал, что найду его в моей кровати. - Ты этого так хотел? – не смогла не подколоть я. - Ну, - Чанель сделал вид, что задумался, и мне это совсем не понравилось. Блин, вместо того, чтобы заставлять Чанеля ревновать к Ифаню, я сама ревную его к Ифаню. - Я хотела, чтобы он остался, - быстро сказала я, прежде чем Чанель успел что-то добавить. – Но оппа сказал, что ему сегодня еще надо будет с утра на работу. Поэтому он уехал вчера. Он классный, да? Полицейский. Расследует убийства. Чанель поставил большую тарелку с гренками на середину стола. Затем сел напротив, делая себе растворимый кофе. - Не вижу в этом ничего классного, - пожал он плечами. – Те, кто часто смотрят на убийства, вскоре начинают сходить с ума. Для того чтобы безболезненно для своего разума видеть истерзанные жертвы, надо иметь очень сильную волю. - Но у Ифаня-оппа и есть очень сильная воля, - не отставала я. Чанель пожал плечами. - Тебе сегодня на работу надо? – спросил он. - Нет. - Тогда у меня для тебя сюрприз. - Сюрприз? – подскочила я, всегда любила сюрпризы. – Какой сюрприз? - Когда придем на место, увидишь, - широко улыбнулся Чанель. – После завтрака сразу пойдем. Все же парням, с которыми встречался Чанель, очень повезло. При том, что Чанель большую часть времени вел себя, как ребенок, он был очень нежным и внимательным в отношениях. Он никогда не забывал ни одной даты, постоянно делал разные подарки и сюрпризы. Даже мне иногда перепадало от него. В то же время я думала о самой себе. У меня парни никогда надолго не задерживались. Потому что я была полной противоположностью Чанелю. Я могла забыть даже день рождения своего парня, не говоря уже о разных датах. На людях я никогда даже за руку парня не держала. Хотя, может быть, все дело в том, что я никого по-настоящему не любила раньше. Мне нравились разные парни, но то чувство, что я сейчас испытывала к Чанелю, было таким всеобъемлющим, и оно было у меня впервые. Чанель повел меня к своему сюрпризу пешком. Он о чем-то мне рассказывал, а я смеялась. Но мои мысли были больше поглощены проходящими мимо людьми, которые с улыбками смотрели на нас. Я знала, о чем они думали. Что мы такая красивая пара, что так хорошо друг другу подходим. Чанель был достаточно высок для парня, я достаточно высока для девушки. И мы постоянно смотрели друг на друга. Чанель был единственным человеком, которого я на улице могла обнимать или держать за руки. Нам не раз говорили, что мы прекрасно смотримся вместе. Даже мама Чанеля не раз говорила мне, что, если бы ее сыну нравились бы девушки, то она бы настояла на том, чтобы он женился только на мне. Мне льстило, что все вокруг думали о нас, как о паре. Но и расстраивало то, что это неправда. - Эй! – Чанель помахал перед моим лицом своей ручищей. – Земля вызывает Джиен. - Прости, - виновато улыбнулась я. – Задумалась. - О ком? О Ифане? Если бы Чанель не спросил у меня это таким будничным тоном, я бы могла подумать, что он ревнует. - Не совсем, - уклончиво ответила я, обхватывая себя руками. – Что же на улице так холодно-то? - Осень, однако, - усмехнулся Чанель. Чанель стянул с себя синий вязаный шарф и повязал его вокруг моей шеи. - Так теплее? – заботливо спросил он, улыбаясь своей неповторимой улыбкой. - Да, - кивнула я, не сводя глаз с его красивого лица. И как я раньше могла только думать о том, что Чанель лишь чуть-чуть симпатичнее обезьяны. Сейчас он был для меня эталоном красоты. - Тогда пойдем, - Чанель взял меня за руку. – Мы почти пришли. Идя рядом с ним, я заметила девушек на остановке, которые проводили нас завистливыми взглядами. Знали бы вы, глупышки, что нам совсем не стоит завидовать. Потому что я в некотором роде живу в аду, да в самом приятном, какой только можно представить, и который я ни за что не променяю, но все же в аду. Когда мы свернули на еще одну улицу, я застыла, открыв рот и смотря на красоту, которую видела перед собой. Широкая улица была перекрыта, как для ярмарки. Но здесь не продавали свежие фрукты и овощи, как обычно бывает. Вся улица была забита лотками, на которых лежали старые книги. - Вот, мой сюрприз, - Чанель раскрыл руки, указывая на книги. – Прошу, твой личный рай. Выбирай, что хочешь. Я получил зарплату, куплю тебе все, что пожелаешь. Больше я ни на что не обращала внимания. Я копалась в книгах, не пропуская ни одного продавца. К моему огромному счастью, было очень много книг, которых я не читала. В книжном магазине были только новые книги, а здесь обычные люди распродавали свои личные библиотеки. Я подумала, что, если они еще раз будут такое проводить, то можно и мне поучаствовать, потому что книг у меня было больше, чем одежды, и они занимали слишком много места. Выбрасывать их мне было жаль. Время от времени я относила их в библиотеку. Но можно и подзаработать, распродав их. Чанель, как и сказал, покупал мне каждую книгу, которую я выбирала. Спустя три часа, Чанель стоял рядом с огромной кучей книг, которые я выбрала. Я, как раз обошла последнего продавца и сдержала порыв пройтись по ярмарке еще раз. - Я договорился с одним парнем, - сказал Чанель, указав на школьника неподалеку. – Они с друзьями принесут книги к нам домой вечером, когда мы будем дома. - Спасибо, Чанель! – я повисла на шее у друга и несколько раз поцеловала его в щеку. – Большое спасибо! Чанель обнял меня за талию. - Пожалуйста, родная, - улыбнулся он. – А теперь, пойдем обедать? Чанель уже выпустил меня и зашагал по улице, а я все смотрела вслед его долговязой фигуре. Чанель раньше никогда не называл меня «родная», максимум, что мне перепадало, это шутливое «красавица». Ву Ифань зашел этим же вечером. Я как раз разбирала и уже прочитала парочку из новых книг, а Чанель засел за работу, ему надо было составить проект аквапарка. Когда в дверь постучались, я даже не обернулась. Я слышала стук краем сознания, но полностью была в мире книги, и отрываться совсем не хотела. - Джиен? – позвал меня Чанель. - А? - Ты не откроешь? - Что откроешь? Я услышала вздох Чанеля, затем он протопал мимо дивана. От книги пришлось оторваться, когда раздался голос Ифаня. Он зашел вслед за Чанелем. - Вряд ли ты сейчас чего-то от нее добьешься, - говорил полицейскому Чанель. – Если она читает вечером, то ее уже не оторвать. - Думаешь? – хитро улыбнулся Ифань. – Джиен-а? Я тут же отбросила книгу. - Ифань-оппа! – воскликнула я, всем своим видом показывая, как я рада. Впрочем, я и была рада. Особенно, когда заметила кислое выражение лица Чанеля. - Я приехал за машиной, - пояснил Ифань. – Увидел свет в ваших окнах и решил поздороваться. - Хочешь кушать? Я могу еще что-нибудь приготовить. Чанель громко цокнул. - А когда я попросил приготовить кушать, ты ответила, чтобы я заказал пиццу, - возмущенно уставился друг на меня. - Но ты ведь не Ифань-оппа, - пожала я плечами. Полицейский перевел взгляд с Чанеля на меня и, незаметно для Чанеля, подмигнул мне. - Нет, спасибо, - отказался он. – Я поеду домой. Уже довольно поздно. А тебе завтра с утра на работу. Я просто хотел увидеть тебя, - помолчав, Ифань исправился. – Вас. Я знала, что это была не случайная ошибка, и скосила глаза, чтобы посмотреть, сработало ли это на Чанеле. Однако тот уже ушел обратно к своему столу. - В любом случае, я рада, что ты зашел, - громко сказала я. – Заходи в любое время, оппа. Я проводила Ифаня до двери. - Не пойму, то ли работает, то ли нет, - зашептала я уже в дверях. - Мне кажется, да, хотя он это и скрывает. Ладно, я пойду. Если у меня будут какие-нибудь трудности на работе, то я обращусь к тебе. Ты гений. Я с улыбкой кивнула, разрешая обращаться к себе. - Пока, Чанель! – крикнул Ифань. Чанель пробурчал что-то невразумительное в ответ, но не показался в коридоре. Закрыв за полицейским дверь, я вернулась обратно в гостиную. - Так пиццу привезли? – спросила я у Чанеля, садясь на стул рядом с его рабочим местом. - Я ее уже съел. По слегка поджатым губам я видела, что Чанель раздражен. - Эй, - позвала я парня. – Чего ты злишься? Ифань-оппа зашел всего на минутку, он же не отвлек тебя от работы. - Я не из-за этого злюсь, - бросил в ответ Чанель, склоняясь над чертежом еще ниже. Я помолчала, ожидая, что он добавит еще что-то, но Чанель промолчал. Я взяла еще один карандаш ткнула в его чертеж. - Здесь неправильно, - указала я. - Что? Почему? Чем объяснять, я решила, что легче показать. Я стерла начерченную линию и вместо нее провела другую. Чанель какое-то время смотрел на чертеж, затем посмотрел на меня. - И почему такие мозги достались тебе, а не мне, а? - Ты этой фразой пытаешься меня обидеть? – прищурилась я. - Нет. Всего лишь завидую. Чанель вернулся к работе. А я продолжала сидеть рядом с ним. Я чувствовала себя неуютно, будто я обидела Чанеля. Хотя, наверное, так и было. А он мне сегодня устроил такой сюрприз, и теперь я ощущала себя виноватой. - Ну, хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое? – спросила я. - Я уже поел пиццу. - Тогда давай поиграем во что-нибудь? - Ты же видишь, у меня работа. - Чанель, - захныкала я. – Не обижайся на меня. Чанель посмотрел на меня, и я замерла. Никогда раньше не видела у своего друга такого серьезного взгляда, хотя была знакома с ним с шести лет. Какое-то время мы смотрели друг на друга. Я боялась даже пошевелиться. Казалось, что, если я что-то сделаю неправильно, то все разрушится. Что именно разрушится, я не представляла. - Хорошо, - Чанель моргнул и расплылся в своей обычной улыбке. – Но только, если ты сделаешь мне массаж. Я сдержала вздох облегчения и радости. Для меня нет ничего приятнее, чем сделать Чанелю массаж. Тем более что пару лет назад я прочитала руководство по тайскому массажу, и теперь я была почти что профессионалом в этом деле. - Идет, - кивнула я. – Ложись на кровать. Я сейчас приду. Принесу масла. Чанель поплелся в комнату, а я отправилась в ванную, чтобы взять ароматические масла, купленные специально для подобных случаев. Когда я зашла к Чанелю, он уже расслабился на кровати, оголив свой торс. Невольно я залюбовалась его телом. Оно не было идеальным, немного худой, немного длинный, но кровь ударила мне в голову, при виде этой картины. Щеки тут же запылали. К счастью, Чанель ждал меня с закрытыми глазами, поэтому не заметил моего состояния. Я залезла на кровать и медленно уселась на поясницу Чанеля. Я не раз делала ему массаж, но никогда прежде прикосновение к голой коже Чанеля не вызывало у меня такой реакции. Мурашки толпами бегали по моему телу, бабочки пустились в пляс в животе, а тараканы в голове устроили бунт. - По-моему, ты многовато жрешь, - вытащил меня из этого состояния голос Чанеля. - Что? – я моргнула, думая, ослышалась ли я. - Ты тяжелее, чем раньше. - Сейчас обижусь и уйду, - предупредила я. - Прости, - тут же сказал Чанель. Он приподнялся на локтях и обернулся назад, демонстрируя мне свою яркую улыбку. - Я пошутил, - на всякий случай добавил он. – Ты же не оставишь меня полуголого одного в постели, когда уже пообещала вечер плотских утех? Я вздохнула. - Чанель, ты иногда такой придурок, - чувственно сообщила я, хотя на самом деле хотела сказать, ты такой лапочка. - Знаю, и за это ты меня обожаешь. Чанель улегся обратно, а я помедлила секунду. Вот почему он постоянно, не задумываясь, выдает такие фразы, от которых мое сердце испуганно замирает? Я окунула пальцы в масло и провела руками вдоль позвоночника. Чанель тут же расслабленно застонал. От этого стона чанелевским басом, мне хотелось плюнуть на массаж, и действительно подарить то, о чем Чанель недавно упоминал, вечер плотских утех. Мотнув головой и отгоняя от себя подобные мысли, я приступила к массажу, стараясь не прислушиваться к стонам удовольствия Чанеля. Однако не слушать их было невозможно, и я входила в некий транс, слушая красивый голос Чанеля. Очнулась я, когда неожиданно поняла, что поцеловала Чанеля в шею. Я отстранилась и замерла, чувствуя, как напрягся парень подо мной. Боже, что я только что натворила? Ужас сковал все внутри. Вот сейчас Чанель ужаснется, обидится, уйдет, и мы больше никогда не будем такими друзьями, как раньше. Хотелось как-то объяснить произошедшее, но на ум, как назло ничего не приходило. Думала, обставить все, как шутку, но как можно пошутить в данной ситуации? Прости, задумалась и представила, что ты кусок сочного бифштекса, который мне захотелось попробовать? Это было бы еще хуже. Я попыталась вскочить и позорно сбежать, запереться у себя в комнате, придумать хорошую отговорку и потом все объяснить Чанелю. Однако мой друг не дал мне этого сделать. Он схватил меня за руку, и через секунду уже я лежала на кровати, а Чанель удерживал меня, склонившись надо мной. Очень пикантная ситуация, скажу я. - Что ты делаешь, Чанель? – спросила я, приложив все усилия, чтобы мой голос не дрожал. - А что делаешь ты, Джиен-а? – отозвался Чанель. И вновь взгляд его был серьезен, как никогда. От такого взгляда мне стало еще хуже. Казалось, вот именно так я сейчас и потеряю своего друга и свою любовь. - Массаж. Я… я просто задумалась, - я прикусила язык, чтобы не ляпнуть про бифштекс. - Задумалась, и? – спросил Чанель. - Чанель, отпусти меня, - я попыталась вырваться, но не тут-то было. Чанель был очень силен, а я никогда не была любительницей спорта. - А то что? – вдруг спросил Чанель, наклонившись еще ниже. Я смотрела на его губы и не могла придумать достойную угрозу. - А то поцелую, - выпалила я и тут же зажмурилась. Черт, это даже хуже, чем бифштекс! К моему изумлению, Чанель хмыкнул. - Ну, давай. Я вновь постаралась оттолкнуть парня от себя. - Ну, все, Чанель, хватит. Это уже не смешно. Чанель резко опустился вниз, уткнувшись локтями в кровать по обе стороны от моей головы. Я замерла, настолько близко мы с Чанелем никогда не были. Его дыхание опаляло мне ухо. В обычной ситуации, мне было бы очень щекотно. Но сейчас нервы были напряжены, и я не обращала на это никакого внимания. - Я вчера подслушал ваш разговор с Ифанем-хеном, - прошептал Чанель мне на ухо. – И про ваш план я тоже услышал. Я выдохнула. Блин, ситуация становится хуже некуда. Мне теперь даже отмазываться нечем. Осталось лишь ждать и смотреть, как рушится наша дружба. - Я подумал, ну и пусть, - продолжил Чанель. – Но нет. Не пусть. Даже при том, что я знал, что это игра, я разозлился. Жутко разозлился. Я не хочу, чтобы ты даже в шутку заигрывала с Ифанем. Я вообще не хочу видеть его рядом с тобой. - Чанель, что ты несешь? – сипло спросила я, боясь разрешить себе допридумывать самой. - Я хочу сказать, - Чанель приподнялся, теперь его лицо было прямо над моим, и мы смотрели друг другу в глаза. – Что пора мне менять свои взгляды на жизнь. Может, я и не настоящий гей. Разве может быть геем парень, влюбленный в свою лучшую подругу? Чанель не успел до конца произнести свою фразу, а я уже улыбалась, как сумасшедшая, обнимая его за шею. Послушный моему желанию, Чанель подарил мне настоящий поцелуй. - Ты единственная женщина, которую я когда-либо целовал, - Чанель улегся рядом, прижав меня к себе. - Да, - согласилась я. – И давай не будем думать про четырнадцать парней, которых ты целовал помимо меня. Чанель рассмеялся, и тепло разливалось по всему моему телу. - Давно ты меня любишь? – спросил он. - Всю жизнь. А как парня нет, не очень давно. Пару месяцев, наверное. - Почему ты мне раньше не сказала, дурочка? - Йа! – возмутилась я. – Сейчас обижусь и уйду! Чанель крепко обхватил меня руками. - Как будто я тебе это позволю. Для вида я подулась, но, боже, как же было приятно слышать эти слова. Это было счастье в чистом виде. Вот так лежать в объятиях Чанеля, слушать его, но более того, знать, что Чанель теперь принадлежит мне, и не только как лучший друг. - Чанель, - позвала я. - А? - Можешь забыть про других парней, - с угрозой сказала я. – И даже не узнавать других девушек. Чанель захихикал, утыкаясь в мою шею. - Почему-то мне так приятно слышать такие слова, - признался он. – От тебя. А еще я представил, как ты пытаешься врезать Сынхо, потому что он ко мне подошел. Это было бы эпично! Развернувшись, я стукнула парня по голове и тут же поцеловала. - Не упоминай при мне Сынхо. Я и так его не особо любила, так теперь он является бывшим парнем моего парня. И да, Чанель, ты мой парень. Ты от меня больше не отделаешься. Чанель кивнул, как мне показалось, он совсем не был против. - Пойдем, все же перекусим еще что-нибудь, - позвала я, потому что почувствовала, как заурчал мой желудок. Чанель вновь нацепил свою футболку, к моему вящему сожалению. Я бы была не против, чтобы он дома всегда ходил с голым торсом. Надо ему об этом как-нибудь намекнуть, когда наши отношения станут более тесными. К моему удивлению, пока я дошла до кухни, Чанель уже вытащил ветчину из холодильника и делал бутерброды. - Эй, ужин же на моей ответственности, - вяло попыталась я возразить. - Сегодня первый вечер, как мы с тобой больше не лучшие друзья, а настоящая пара. Так что я смогу приготовить бутерброды для своей девушки, - Чанель помолчал, а потом вдруг добавил. – Это так странно произносить. Для своей девушки, а не для своего парня. Я рассмеялась. - Джиен, - вдруг сказал Чанель. Его серьезность уже не пугала меня так, как в первые разы. Кто знает, может, когда он был наедине со своими возлюбленными, он всегда был таким серьезным? А дурашливость доставалась только друзьям. - Ты же знаешь, что я никогда не встречался с девушками. Поэтому, если я вдруг сделаю что-то не так, то ты мне сразу скажи. - Не переживай, - успокоила я парня. – Уж я-то тебе точно все скажу. - Прозвучало, как угроза, но приятная, - Чанель соорудил бутерброды. - К тому же, я тоже никогда не встречалась с геем, поэтому мы с тобой квиты. Чанель уселся напротив. Вроде бы обычное расположение, но теперь, в том, что он так пристально смотрел на меня, было что-то очень интимное, принадлежащее только нам двоим. - Надо не забыть сказать Ифаню-оппа, что его план сработал, - вдруг вспомнила я. - Ты еще собираешься с ним общаться? – нахмурился Чанель. - Собираюсь. А ты, что нет? Чанель подумал, затем протянул. - Ну, в общем, он классный чувак. Только, когда не лезет до тебя. - Не будет. Мы это с ним еще во второй день знакомства обсудили. Когда он ко мне в магазин пришел. А постой, это же только вчера было. Почему-то казалось, что встреча и дальнейшее знакомство с полицейским было бог знает сколько времени тому назад. А на деле прошло всего два дня. - Тогда, ладно, - дал Чанель свое разрешение, которое мне, впрочем, и не требовалось. – Общайся. То есть, мы будем общаться. - И вообще, - я заинтересованно посмотрела на теперь уже своего парня. – Я раньше не замечала за тобой ревностного отношения. Почему ты именно к Ифаню-оппа так относишься? - Это не из-за Ифаня-хена, - поправил меня Чанель. – А из-за тебя. Тебя мне хочется ревновать, как говорится, к каждому столбу. Остаток вечера прошел совсем обыденно. Чанель вернулся к своим чертежам, а я к книгам. Разница была лишь в том, мы оба теперь часто отвлекались, одаривая друг друга улыбками или же поцелуями. - Дедушка, наверное, сейчас точно в маразм впадет, - хихикал Чанель, пока я открывала дверь магазина. – Он только-только привык к тому, что я гей. А тут я бац! И объявляю, что я теперь с девушками встречаюсь. - С девушкой, - ревниво поправила я. Чанель попытался загладить свою вину поцелуем, и ему это неплохо удавалось, пока нас не прервал старческий возмущенный голос. - Чем это ты тут занимаешься, паршивец? Чанель отпрянул. - Дедушка, - обратился он к старику. – Мы с Джиен оба целуемся, почему только я паршивец? - Ты же гей! – возмутился охранник. – Как ты можешь дурить голову наивной, глупой девочке? - Вы уверены, что вы того человека называете наивной и глупой? – уточнил Чанель. – Джиен знает раз в пять больше чем вы и я вместе взятые. Даже при том, что вы живете еще со времен открытия колеса. Дубинка охранника вновь встретилась с мягким местом Чанеля. - Дедушка, - примирительно сказала я. – Все нормально. Это именно то, чего я добивалась вот уже пару месяцев. Охранник перевел взгляд с меня на Чанеля, затем обратно на меня. Его лицо стало по-детски обиженным. - Но он же гей, - упрямо повторил он. – Я же сам видел, как он держался за руки с мальчишкой. - Дедушка, - проникновенно сказал Чанель. – Пора открыть вам завесу тайны. Мы рассказали вам про то, что существует такой тип людей, как геи. Так вот, помимо геев, есть еще бисексуалы, которым нравятся люди обоих полов. Раньше я действительно был геем, но теперь, когда я по уши влюбился в Джиен, то могу уверенно сказать, что я би. Точнее, был бы, если бы когда-нибудь мы с Джиен расстались. А мы этого делать не собираемся. Поэтому можете забыть про все то, что я раньше вам говорил про свою ауру голубого цвета. И принять тот факт, что я теперь люблю Джиен. - По уши влюблен, говоришь? – переспросил охранник, на что Чанель кивнул. – Сильно же ты ее любишь, однако. Вон какие уши у тебя большие. Я не выдержала и расхохоталась в голос. Наконец, и дедушке было чем ответить Чанелю. Чанель обиженно посмотрел на меня, но не выдержал и тоже рассмеялся. Перегнувшись через стойку, что было легко при его-то росте, Чанель меня поцеловал. - Пока, родная, - ласково сказал он. Я еще удивлялась, как у него получалось ласково разговаривать с его голосом. - Заберу тебя вечером. А и еще, я утром списал у тебя номер Ифаня-хена, и я сам ему позвоню. Может быть, вечером куда-нибудь сходим втроем. В кино, в конце-то концов. Я кивнула, проследив взглядом за уходящим Чанелем. - Молодец, милая. Дедушка стоял, опираясь о стойку, и улыбался. - А я все гадал, когда же этот балбес поймет, что вы друг в друге души не чаете. - Вы это уже знали? – удивилась я. - Ну, у меня много жизненного опыта. Не так много, как говорит Чанель, конечно. Но все же есть. Если вы не позовете меня к себе на свадьбу, я очень обижусь. - Дедушка, хотите, вы на свадьбе будете посаженным отцом? Мой папа умер десять лет назад. - Конечно! - Правда, мы о свадьбе еще даже не думали. - Ничего, еще подумаете. И не раз, - успокоил меня старик и ушел на свое место читать спортивные газеты. Я подумала, что, наверное, он прав. Эта мысль грела душу и делала меня счастливой.