Love will be born again

Всегда больно возвращаться туда, где были прожиты лучше моменты жизни, которые впоследствии были выжжены из памяти. Кроме терзаний не остается ничего. Страдал ли сейчас Жаклин, возвращаясь домой? Уже нет. Мог ли он назвать теперь то место своим домом? Снова нет. Там он уже никогда не будет счастлив, и по залам больше не будет разливаться его звонкий смех. Юный маркиз долгое время думал о том, какая жизнь ждет его впереди, но постоянно в мыслях он возвращался в прошлое. Оно никак не желало отпускать его. Воспоминания всплывали яркими картинками перед глазами, заставляя разрываться в мучениях. Мертвые родители смотрят на него пустым взглядом, презирают за то, что из-за его глупой наивности они поплатились жизнью. Жаклин заметил, как вдалеке начали мелькать маленькие огни. Он уже отвык от длительных поездок, поэтому дорога от Парижа до родового имения его весьма утомила. Юноша отогнал от себя плохие мысли и настроился на встречу с родственниками, обещающую быть не очень-то дружелюбной. Во время поездки Луи и Жаклин практически не разговаривали, тем более граф был не в лучшем расположении духа. Он все еще считал решение маркиза абсурдным и необдуманным. Рауль же старался лишний раз не высовываться, а под вечер вообще заснул, удобно пристроив голову на коленях своего господина. Юноша, к слову говоря, совсем не был против. Он нежно поглаживал мальчишку по голове, перебирая пряди его волос. Это немного расслабляло. Поздним вечером карета, наконец, пересекла границу владений семейства Гизов, а вскоре и остановилась у дверей замка. Встречать новоприбывших гостей вышел управляющий Пьер. Пожилой мужчина сначала подумал, что зрение его вконец подвело, но когда маркиз вышел из кареты и радостно улыбнулся ему, взяв за руку и приветствуя, он осознал, что всем тяготам последних месяцев пришел конец. По приказу управляющего вещи в скором времени были перенесены в покои Жаклина. Рауль умчался видаться с дорогой матушкой и поделиться хорошими новостями, а господа поспешили пройти внутрь замка. Суеты в доме не замечалось, значит, никто из родственников не видел, что к ним подоспели гости. Так даже лучше. С каждым шагом Жаклин набирался все больше решительности, в душе молясь о том, чтобы она не пропала в нужный момент. Луи следовал позади маркиза, оставаясь до сих пор незаметной тенью. Уж кто-кто, а граф желал быть в этом месте меньше всего. Желание уговорить юношу вернуться в Париж так и никуда не исчезло. Двери залы с грохотом открылись, но даже этого скромного жеста никто не заметил. Гул, стоящий там, оглушал. Жаклин нехотя поморщился и обернулся на возлюбленного. Тот в ответ лишь понимающе кивнул. Гости пировали, и, казалось, столы готовы были разломиться от изобилия еды. Все что-то бурно обсуждали, стараясь перекричать друг друга, а если не получалось, то стучали кулаками или бокалами по столу, разливая налитое вино. Терпенье Жаклина было на пределе. Зверь в нем просыпался и вот-вот готов был уже вырваться наружу. Но в этот момент кто-то из присутствующих не своим голосом назвал его имя. Все стихло. Жаклин поежился, ощущая на себе множество взглядов. За это время он успел отвыкнуть от такой дерзости. Но отступать было поздно. Юноша собрал всю волю в кулак и сделал шаг вперед. Кажется, пожилая тетушка Луиза потеряла сознание, остальные же старались держаться, ведь каждый из них был уверен, что молодой маркиз покинул этот мир вслед за своими родителями. - Жаклин, дитя, - подала голос Мария, старшая сестра его матери – Ты жив, какое счастье! – Женщина встала из-за стола с салфеткой в руке и, еле передвигая ногами то ли от того, что много съела, то ли от шока, подошла к племяннику. – Мы же думали, что ты погиб. Ах, я молилась, ночами не могла сомкнуть глаза, погибая от горя. - Племянник, - грубый бас разлетелся по комнате. Даже Мария вздрогнула и перестала наигранно всхлипывать и давить из себя слезу. К маркизу подошел высокий мужчина. Рядом с таким каждый чувствовал себя мелкой сошкой. Брат отца, Карл, был человеком волевым и грубым, впрочем, все военные люди, занимающие главенствующие чины такие. Понять его норов можно, была бы только та, кто сможет его обуздать. Хотя, поговаривали, что все та же тетя Мария успела попробовать себя в этом амплуа. - Празднуете, - Жаклин отмер. Признаться, он немного растерялся, но вскоре смог взять себя в руки. - Что ты говоришь, дитя? Поминаем… - Очень… Специфично поминаете, - юноша прошелся по зале, рассматривая гостей, – А этих я вообще не знаю, - он совершенно бестактно ткнул пальцем в небольшую компанию, сидящую ближе к краю, и осуждающе взглянул на дядю. - Жаклин, мы, право слово, не думали, что … - Лицемеры. Лжецы. Подхалимы. - Что ты тебе позволяешь? – Зарычал в своей обычной манере Карл. – Помни, щенок, с кем ты разговариваешь! - Я помню. Помню, что вы все всегда были такими. И даже сейчас вместо того, чтобы почтить память моих родителей, вы все, как стайка грязных уличных псов, грызетесь из-за наследства. Уж простите мне то, что я остался жив и испортил все ваши планы. - Жаклин, не смей! - Смею! Пошли все вон! – Все знали маркиза тихим, добродушным и открытым юношей, а теперь перед ними предстал совершенно незнакомый человек. – Убирайтесь! – Хотелось дополнить «из моего дома», только эти слова никак не хотели слетать с языка. Жаклин уже все решил. Не прошло и нескольких секунд, как из залы начал вываливаться народ. Безусловно, в их гоготе можно было четко распознать недовольные нотки. Они рассержены, нет, они негодуют. Никто из них уже не узнавал в Жаклине того милого ангелочка, которого никто и никогда не воспринимал всерьез. Маркиз даже внешне изменился. Нет, та же красота, что была прежде, осталась, но теперь она стала какой-то мертвой. Это пугало. Спустя час юноша наблюдал из окон своих покоев, как разъезжаются гости. Кто-то сразу же поспешил покинуть владения Гизов, кто-то с непоколебимой гордостью и затаенной обидой еще долго слонялся по замку, незаметно пытаясь урвать себе кусочек чужого имущества. Но все попытки терпели фиаско, ибо управляющий, зная свое дело, пресекал попытки воровства на корню. - Луи, - Жаклин отвернулся от окна и протянул руки к своему графу. – Я так устал. - Никто и не говорил, что будет легко, - мужчина принял юношу в свои объятия. - Они, как шакалы. Я думал, что дядя вот-вот зашибет меня. - Не говори глупостей. Он бы не смог, да и я бы не позволил. - Спасибо, Луи, - маркиз положил голову на его плечо, устало прикрыв глаза. Граф прижал к себе возлюбленного и поцеловал в висок. – Ты ведь пойдешь со мной? - Куда? - Мария и Карл не уехали. Я готов дать голову на отсечение, что уж эти двое точно рады смерти моих родителей. - Отчего же? - Они любовники. У обоих есть и жена, и муж, но, тем не менее, этим двоим все нипочем. Даже упреки матушки с отцом они ни во что не ставили. Такой позор для семьи. Раньше скрывали, по крайней мере, думали, что скрывают. Но разве можно утаить очевидное. А сейчас… Я даже боюсь представить, какие оргии они устраивали тут, когда напивались. - Не думай об этом, мой ангел. О чем ты хочешь говорить с ними? - Они так просто не уедут, не оставят все на самотек. Тем более я их задел за живое, они не успокоятся, пока не отомстят мне. - Ты же сам понимаешь, что теперь они для тебя не больше чем парочка напыщенных шутов. - Верно. Через несколько минут в дверь постучали. Пьер оповестил господина о том, что его тетя и дядя ожидают внизу. Юноша нехотя отстранился от мужчины. - Только, прошу, - Луи на миг остановил маркиза. – Даже если будет сложно, сдерживайся. Ты почти завершил то, что хотел. Будет глупо все испортить в самом конце. Он не должны догадаться кто ты. - Я помню, Луи, - юноша чуть заметно улыбнулся и поспешил покинуть покои. - Этот щенок еще и заставляет нас ждать его! – Карл бесился. - Если я щенок, дядя, то тогда не зря сравнил вас недавно с грязным псом. Что же, соответствуете, - Жаклин появился весьма кстати. Луи стоял подле него, смотря прямо в душу своим холодным бездушным взглядом нерадивым родственникам своего ангела. - Не будем ссориться, господа, - Мария поспешила влезть в разговор, пока кто-то из мужчин не начал убивать. – Жаклин, может, ты познакомишь нас со своим спутником? - Граф Луи де Ла Фер, - начал маркиз. Выражение лица графа ни на миг не изменилось. Он лишь из-за правил этикета чуть склонил голову, не проронив ни слова. Эти двое вызывали у него слишком сильное презрение. - А что, твой граф немой? - Карл?!! – Мария одернула любовника, который никак не желал приходить в себя. – Вспомни о манерах… - Я бы с радостью поупражнялся с Вами в словесностях, - как только мужчина начал говорить, Мария замолчала, но не отпустила рукава накидки Карла, за который только что одергивала его. – Но вижу, насколько Вы гнилы нутром, что пропадает все желание даже смотреть на Вас и Ваше падение. - Я убью тебя! - Хватит, - Жаклин встал между мужчинами, загораживая собой Луи. - Он спас мне жизнь и сейчас дорог мне больше, чем кто-либо из вас. Он тот, кто еще не забыл, что такое добро и милосердие. - Это все романтично, дорогой племянник, только ты явно забыл, что тебя до сих пор ищут, – Карл задел за живое, что, безусловно, не оказалось незамеченным. - Это же абсурд. Право, дядя, я считал Вас умнее. Мои родители погибли ни за что. Вы же оскорбляете их память и меня. - Плевать я хотел на тебя, выродок, - мужчина смачно сплюнул в сторону. – Ты всегда был позором семьи! - Я, по крайней мере, не сплю с чужими женами, и простите мне мою осведомленность, или Вы скоро обнищаете? – Жаклин засмеялся. Он был прав. – Состояние родителей бы, безусловно, исправило Ваше положение, но теперь, простите, Вы не получите ничего. - Я буду просить об аудиенции короля! Обязательно приду посмотреть, как тебе отрубят голову на площади, щенок. - Пустые слова, дядя. Я написал письмо Его Величеству. Дело пересмотрено, все обвинения сняты. Король сожалеет, что потерял своего советника. Папа, действительно, был лучше Вас. Признайте, наконец, и перестаньте завидовать. Алчность и зависть ни к чему не приведут. А теперь прошу покинуть замок и никогда больше здесь не появляться. - Жаклин, как ты можешь такое говорить, - снова вклинилась Мария. Эту выскочку большим счетом никто уже не воспринимал всерьез. - Обоим. - Выродок, - мужчина еще раз сплюнул под ноги племяннику и, схватив за руку охающую любовницу, быстрым шагом направился к выходу. Юный маркиз тяжело вздохнул и потер пальцами виски. Только сейчас он почувствовал, как на плечи навалилась сильная усталость. Благо, перед тем, как осесть на пол, юношу вовремя подхватил Луи. - Похвально, - граф положил руку на талию Жаклина и крепко прижал к себе. – Но было бы достаточно просто выставить их за дверь. - Они меня всегда раздражали. Я мечтал о том дне, когда смог бы высказать все им в лицо, - юноша вздохнул. – Но точно не при таких обстоятельствах. - Ты, правда, писал письмо королю? - Нет, - на лице Жаклина появилась легкая улыбка, но выглядела она весьма измученной. - И не стану. Тем более разве я смогу опровергнуть то, чем, собственно, и являюсь? - И правда. Пойдем, отведу тебя в спальню. Ты ослаб. - Я жутко голоден. - Ты сам решил поехать сюда…- Луи усмехнулся, выводя юношу из залы, но по пути чуть не столкнулся лицом к лицу с Пьером. Рядом с ним терся Рауль. - Прошу прощения, Милорд, - управляющий откашлялся и продолжил. – Вы просили оповестить, когда все разъедутся. Я проследил за тем, чтобы ничего лишнего не было увезено. - Хорошо. Спасибо Пьер. - Милорд, Вы плохо себя чувствуете? – мальчишка высунулся вперед, за что получил затрещину от Пьера. – Что? Я же волнуюсь…- поспешил оправдаться Рауль. - Ничего страшного, - Жаклин улыбнулся и на миг оторвался от Луи. – Просто устал с дороги. - Спасибо Вам, Милорд. Мы так рады, что Вы, наконец, вернулись домой. Теперь все встало на свои места. «Ненадолго». Так и хотелось ответить, но маркиз лишь кивнул. Рауль просиял, слепо веруя в добродетель своего господина. Этот мальчишка, как открытая книга. Все эмоции, чувства, мысли можно легко прочитать, не прилагая к этому никаких усилий. Но есть в нем то, что Жаклин ценит больше всего – преданность. Очень жаль, что именно она и погубит Рауля. - Если господину еще что-то нужно… - Нет, Пьер. Можете идти отдыхать. И ты тоже, Рауль, - Жаклин подошел к Луи, который ждал его у лестницы, ведущей на второй этаж. Уже на ступеньках он обернулся и пожелал прислуге спокойной ночи. - Все-таки проскальзывает в тебе еще что-то человеческое, - заключил граф, закрывая двери спальни. - Со временем пройдет, - юный маркиз сел за туалетный столик и принялся снимать украшения. – Я вымотан. У меня нет сил даже на то, что бы снять это с себя… - Может, стоит позвать прислугу? – Луи подошел ближе и встал позади юноши, улыбаясь его отражению в зеркале. - Это лишнее, - Жаклин закрыл шкатулку с украшениями и повернулся к возлюбленному. – Я буду рад, если это сделаешь ты, - он медленно встал и обнял мужчину за шею. Граф де Ла Фер искренне засмеялся. Еще недавно его ангел валился с ног без сил, а теперь же сводит с ума своими невинными жестами. Он подхватил юношу на руки и аккуратно уложил на кровать, нависая сверху. - Ты хорошо держался сегодня. - Мне казалось, что вот-вот сорвусь. Это сложно, - Жаклин вздохнул. – Так и хотелось разорвать дяде глотку, – он усмехнулся и почти невесомо провел пальчиками по щеке Луи. – Спасибо, что был рядом. - Я же обещал, - граф составил мокрую дорожку из поцелуев от ушка до ямочки между ключиц и на миг оторвался от своего занятия, чтобы посмотреть Жаклину в глаза. – Ты же понимаешь, что долго мы тут оставаться не сможем? - Я знаю, Луи. Нужно еще кое-что решить, и можно будет уезжать. - Не затягивай. По Парижу быстро разлетятся слухи о твоем возвращении. Буше тут же направит отряд сюда. - Не сейчас, прошу, - юноша приложил указательный палец к губам мужчины, заставляя замолчать. – Не хочу слышать о нем. Дай мне насладиться тобой. - Ты слаб. Нужно как можно скорее покинуть замок. - Уедем на днях, - юноша потянулся за поцелуем. – Обязательно уедем, - он накрыл губы Луи своими, нежно сминая их и изредка прикусывая. Постепенно избавляя друг друга от одежды, было так приятно снова чувствовать единение. Поцелуи уже не были такими невинными, как несколько минут назад. Обоими двигало лишь звериное желание, заставляя медленно лишаться рассудка и утопать в собственных чувствах. Луи на миг отстранился от желанных губ и лег на подушки рядом с возлюбленным. - Кусай, - он притянул Жаклина к себе. - Сейчас? – Юноша отпрянул и сел на постели. Безусловно, он чувствовал слабость, но пару дней смог бы выдержать без крови. - Пей же, Жаклин, - Луи протянул ему руку. Маркиз ничего не ответил. Взявшись за запястье, он наклонился и поцеловал предполагаемое место укуса – чуть ниже внутреннего сгиба локтя, а затем, выпустив клыки, впился в руку возлюбленного. И вновь то безумство эмоций, но кровь Луи другая. Она дает еще больше сил, в ней его знания, его суть. Жаклин постепенно умиряет пыл, стараясь растянуть удовольствие как можно дольше, но граф не дает насладиться трапезой больше положенного. - Достаточно, - он отстранил от себя юношу. – Теперь вытерпишь несколько дней. Я уверен. Луи усмехнулся и аккуратно стер кровь с губ Жаклина. Подобный вид юноши его забавлял. Ангельское личико и кровь совсем не сочетались вместе, но, тем не менее, придавали образу некую экзотичность. - Этой ночью ты будешь полностью в моей власти. - Как пожелаешь, - юный маркиз ласково улыбнулся и прильнул к Луи. Сейчас время для них остановилось. Оно в их власти, а они - во власти друг друга. Граф де Ла Фер крепко обнял юношу, увлекая в горячий, наполненный страстью, поцелуй, в то время, как его руки блуждают по изящному телу Жаклина. Маркиз же подставляется под ласки, позволяя возлюбленному управлять процессом. Впереди их ждет вечность, но, кажется, что и ее этим двоим будет мало.