Предсказание

- Ну а потом? - А потом мы вскочили в первое попавшееся такси и исчезли с места событий. - Еще вопрос: что случилось с маленьким Буддой? – и сидящий в кресле напротив меня Хиддлстон зашелся в диком хохоте. Я мрачно посмотрела на него и крепче прижала к себе синего плюшевого медведя, которого на совершеннолетие подарила мне мама. - Он позвонил, когда мы уже подъехали к дому, и стал обвинять нас с Беном в том, что мы испортили ему презентацию. В общем, твой друг так рассердился, что втолкнул меня в дом, а сам поехал к Джею с твердым намерением надрать ему задницу. - И не вернулся, -удовлетворенно поблескивая глазами констатировал Том. - Не вернулся. Да ладно бы он, так и Джей тоже пропал! Телефон у него отключен… Что я его папе скажу? - Что он решил посидеть на Великой китайской стене, - снова заржал Том. – Тара, ты что, переживаешь? - Вроде как да, - неохотно ответила я. Ага, ты бы тоже начал переживать, если бы узнал о неожиданном взрыве страсти, который случился у нас с Беном в подворотне. Впрочем, это ничего не меняло – я все еще не могла понять, кто из них лучше и кто мне вообще нравится. Время, конечно, у меня еще было, но пока что неземной любовью я ни к Тому, ни к Бену не воспылала. - Не переживай, - вещал тем временем не подозревающий о моих терзаниях Том. – Они могут быть в единственном подходящем для двух злых мужиков месте – в баре и вдрызг пьяными. - Что? – возмутилась я. – Они там пьяные, а я тут волнуюсь? - Отомсти им, - хитро улыбнулся Том, подаваясь вперед. – Пусть они тоже волнуются. Потом, когда протрезвеют. Ну да, если Джей вернется домой и не застанет меня… А единственное, что ему может сказать Бен, так это то, что оставил меня у двери дома… - А если они не заметят? - Мы сделаем так, что заметят. - Господи, Том, за что? За что ты меня так ненавидишь? – причитала я, закрыв ладонями глаза и съежившись. – Зачем ты меня сюда привел? - Это же Лондонский глаз! – Том обнял меня. – Не надо бояться. Посмотри, какой вид открывается! - Я не буду смотреть, - я уткнулась лицом в его грудь. – Мне страшно. Как-то я не так себе представляла месть Бену и Джею. - Никогда не мог бы подумать, что ты боишься высоты, - прошептал мужчина, медленно проводя пальцами вдоль моего позвоночника. – Негров-трансвеститов избивать не боишься, а вот высоты… Мне показалось, что от его пальцев по моему телу разлетаются маленькие искры, а ведь он пока ничего особенного не делает… И не надо! Тут же люди, чтоб их! - Давай уйдем, - заныла я. – Иначе сейчас у меня начнется приступ клаустрофобии! - А ты отвлекись, - посоветовал Том. – Почитай хокку какие-нибудь. Или ты стихи Джея предпочитаешь? - Не напоминай! Этот маленький Будда мне до конца жизни будет в кошмарах являться. Скажи, - я даже внимательно посмотрела в хитрющие глаза Хиддлстона. – Ты знал, что мой братишка такое пописывает? - Да. И все завсегдатаи «Розовой ракушки» тоже знали. Ну и еще узкий круг избранных почитателей. В общем, Джей в определенном роде даже знаменит. Ты его стихи про кукурузные початки слышала? - Про что? – несчастным голосом спросила я. - Про початки, - охотно пояснил Том. – Он там чуть ли не поэму выдал про смысл жизни и не только. - Нет… Я живу в одном доме с психом… - Не повезло тебе, - фальшиво посочувствовал мужчина. – Все, выходим, можешь начинать радоваться. Радоваться у меня просто не было сил – катание на этой адской машине, которая почему-то называется аттракционом, выжало из меня все соки. Единственное, что мне действительно сейчас хотелось, так это сладкой ваты – сладости всегда помогают прийти в себя. Том заявил, что я – сущий ребенок, но, посадив меня на лавочку, отправился на поиски лакомства. Я сидела, оглядываясь по сторонам и болтая ногами, уже чувствуя сладкий вкус на языке, как заметила в толпе знакомое лицо. Кто это? О, нет, это же чертова цыганка! Пока я жалела, что в руках у меня нет газеты, за которой можно спрятаться, женщина уже уверенно направлялась ко мне. - Привет, красавица, - она села рядом со мной, расправив цветастые юбки. – Решила подойти к тебе, пока этот шикарный образчик мужественности убежал. - Здрасьте, - кивнула я. - Уже тринадцатый день, - цыганка погрозила мне пальцем. – Думай быстрее, не то одна останешься, так и знай. - И с кошками, я помню, - отмахнулась я. – Я не могу выбрать! Не получается. Они оба такие хорошие… И я ни в одного из них не влюбилась. - А про любовь ничего и не было. Только про замужество, - пожала плечами старуха, поднимаясь со скамейки. - Э, так не пойдет! – я засеменила за ней. – Мне этого мало! - За десять долларов большего и не полагается, - непререкаемым тоном заявила цыганка. - У меня еще есть деньги, - не сдавалась я. - Поздно, крошка. - Ладно, - я преградила ей дорогу. – Тогда хотя бы скажите, с каким это мужиком водил шашни мой брат. - Да не водил, его обманули. Напился твой брат сильно в университете, а этим воспользовался его давний поклонник. Не бойся, твоему брату всегда это было противно. Да и ничего не было, его просто в постель положили… - Ну, типа после этого он должен был смириться и сам себя предложить? - Вроде того. Вот, - старуха неожиданно ткнула пальцем в хохочущего блондинистого качка. – Это он. - Да ну нет, - я поморщилась. – Он слишком мужественно выглядит. - Генри Якобс, - пожала плечами старуха. – Можешь пойти и спросить. Я призадумалась и как-то не заметила, в какой именно момент цыганка пропала. Мистика, честно слово. - Тара! – рядом со мной возник Том со сладкой ватой. – Вот куда тебя понесло? Пришлось как идиоту бегать с этим сладким розовым облаком и выкрикивать твое имя. - Хорошо, - я отщипнула от ваты кусочек. – Спасибо. Видишь того качка? - Вижу, - Том поморщился. – Он тебе нравится, что ли? - Ну что ты, слишком большие мышцы еще никого не украсили… Как мне кажется, - добавила я, заметив довольную улыбку на лице Тома. – К тому же он, скорее всего, гей. - Откуда такое мнение взялось? - Мне рассказали кое-что. Генри Якобс – его имя. - Якобс? – глаза Хиддлстона вспыхнули. – Тот самый? Я настороженно посмотрела на мужчину, но он тут же сделал умное лицо и мило мне улыбнулся. Но я-то уже все поняла! Том однозначно знал что-то такое, чего не знала я. Видимо, мой братец как-то под воздействием алкоголя рассказал соседу кое-что личное. - Ты тоже знаешь, да? Это тот парень, который влюблен в Джея? - Я знаю, что имел место неприятный инцидент, - дипломатично ответил Том, и себе отрывая кусочек сладкой ваты. – А что уж там кто чувствует – их дело. К тому же я не уверен, что этот именно тот парень – уж больно мужественно он выглядит. Странно, что Джея никто еще не изнасиловал. Вот нам с Беном стоило только один раз заявиться в «Розовую Ракушку», а наша честь сразу оказалась под угрозой. А Джей туда частенько ходит. - Это он, - я усмехнулась. – Я уверена. - Нет, - Хиддлстон под шумок продолжал поедать мою сладость. – Не может быть. Это все пустые догадки. Вот если бы ты подошла к нему и спросила… - Что спросила? - Ну, он это или нет. Хотя я уверен, что ты этого не сделаешь. - Я не сделаю? – запыхтела я возмущенно. – Да что тут сложного! Тем более, что это моего брата касается! И я твердым шагом направилась в сторону веселящегося Генри. Веселился он в окружении нескольких друзей, таких же подтянутых качков. - Привет! – я изобразила улыбку на все тридцать два. – Ты Генри Якобс, да? - Да, - парень подмигнул мне карим глазом. - Какого черта ты затащил в постель моего брата? Наступившая вслед за этой фразой немая сцена была достойна не только лучшей в мире книге, но и кисти художника, а также щелчка фотографа. Генри удивленно открывал и закрывал рот, не в силах хоть что-то произнести. Зато руки в кулаки уже сжимал. - Генри? – между нами вклинился мило улыбающийся Том. – Рад встрече. Ты прекрасно выглядишь. - Мы знакомы? – удивленно выдавил парень. - Том. Том Хиддлстон, - мой спутник потряс руку Генри. – Не обращай внимания на мою девушку, ладно? У нее очень своеобразная аллергия на сладкую вату – она начинает молоть чушь. - Дать бы ей по голове за такую чушь, - проворчал Генри, злобно поглядывая на меня. - Если ты попробуешь дать ей по голове, - вкрадчиво произнес Том. – То я дам по голове тебе. Пойдем, малыш. Хиддлстон уверенно взял меня за руку, всучил остатки сладкой ваты обалдевшему Генри и гордо увел меня прочь. - Зачем ты ему вату отдал? – обиделась я, то и дело оглядываясь. - А что, нужно было ему тебя оставить? - Нет, - надулась я. – Не надо. Но зачем ты ляпнул, что я – твоя девушка? - Ну а что я должен был сказать? – Том хитро улыбнулся и фамильярно обнял меня за талию. – Это был самый лучший вариант. К тому же, разве быть моей девушкой так уж плохо? - Не знаю, - пропищала я, чувствуя, как его рука медленно опускается ниже талии. – Я не пробовала. - Досадно. Ладно, пойдем поужинаем где-нибудь, а потом пойдем где-нибудь потанцуем. Там и попробуешь.