Интриги чужого мира

*Могут быть хронологические несоответствия. Все в угоду моему больному воображению. _________________________________________________________________________________________________________ Потихоньку трое детей привыкали друг другу: рассказывать небольшие детские тайны, делиться горестями (чаще Гаара, которому по-прежнему было обидно, что его все бояться), скрывать что-то, что могло бы расстроить друга (чаще девочки, потому что многие дети, и раньше не слишком их жаловавшие, стали ненавидеть их едва ли не больше, чем Гаару). Гаара был на удивление доверчивым и добрым ребенком. Да, он мог причинить вред, но чаще – по незнанию и из-за неумения себя контролировать. Мальчик еще не успел озлобиться, ведь его не предал пока самый близкий человек на свете – Яшамару. Юки и Юми очень надеялись, что этого и не случится. Гром грянул, откуда не ждали. Их детдом сотрудничал со школой, которую Юми обозвала «институтом благородных девиц», а более пессимистично настроенная Юки – «свинофермой». Хозяин школы – Хофуно-сан в этом году лично приехал выбрать счастливиц, которые получат образование аристократки и будут иметь шанс успешно выйти замуж. И так уж вышло, что указал он на Юки и Юми. Не то, чтобы девчонки были нереально красивы. Но Хофуно полагал, что их экзотичная внешность с лихвой перекроет все недостатки при должном воспитании. Обычно девочкам предлагали выбор, но мужчине нужно было как можно скорее забрать их из деревни, и возражения он принял бы только от старшей воспитательницы. Но та молча приняла деньги. Старая женщина посчитала, что лучше замужество за богатым человеком, чем нелепая смерть на какой-нибудь миссии, ведь Юки так мечтала быть шиноби и сестру бы потащила за собой. Девочкам объявили: «Завтра будьте готовы», - и запретили выходить за пределы территории приюта. - И что теперь делать? – С тоской в глазах спросила Юми. Она действительно не хотела быть убийцей, но и застревать в какой-нибудь неразвитой, полусредневековой деревне, называемой здесь «маленьким государством» не хотела тоже. - Нам нужен Отоко-сан, - мрачно сказала Юки. – Думаю, он может отговорить Сутоми-сан отдавать нас. Им нечего почти было собирать. Зато давно освоен был «секретный» лаз, через который можно было выбраться на улицу. Но прибежав к дому Отоко, они увидели нечто, что шокировало их еще больше. Шиноби был безнадежно пьян. - А… Все-таки пришли, - он махнул рукой. – Что смотрите? - Отоко-сан? Нам… Нужна ваша помощь. - Не хотите уезжать, - понимающе усмехнулся мужчина. – А я говорил вам, что не стоит связывать с демоненком. - Гаара хороший! – Исподлобья глянула Юми. - Может, и хороший. Да только неприятности приносит всем… Я вам не помощник. Уезжайте, так для всех лучше будет, ясно? Я не хочу, чтобы вы однажды затерялись в пустыне. Бесследно. А теперь идите отсюда! - О… Отоко-сан… - Идите, я сказал! У Юми задрожали губы. Юки хмурилась, чувствуя что-то, безнадежно-отчаянное. - Вот, значит, как. – Юки, как никогда, была похожа на ледяную статую. – Даже ничего на память не подарите, Отоко-сан? А ведь я надеялась назвать вас сенсеем. Холодные слова были не хуже снега, попавшего за шиворот. Вот только Отоко действительно ничего не мог сделать. Разве что подарок на память. - Подарю, - с кривой усмешкой отозвался мужчина. И отдал девочкам по кунаю. – Постарайтесь не забыть, чему я успел вас научить. Впрочем, уверен, что новая жизнь и все те вещи, что любят девушки, вас увлечет настолько, что вы забудете про Сунну. Прощайте. Выставленные за дверь девочки были мрачнее тучи. - Он сказал… Юки досадливо поморщилась: - Я слышала. И видела. Отоко-сан только что с толкнулся с жестокой действительностью. Ксо! - Нам нужно предупредить Гаару! Он ведь ни о чем не узнает! - Это врядли. – Спокойно ответила им Сутоми-сан, рядом с ней были двое слабеньких шиноби, охранявших приют по ночам. – Ведь вы немедленно возвращаетесь к себе. - Нет! - Я не позволю потерять ваш единственный шанс в жизни, ради какого-то прощания. Мужчины и в подмётки не годились Отоко. Вот только проблема была в том, что Юки и Юми не были опытным сильным шиноби, а сам мужчина ясно дал понять, что не в силах им помочь. Квартал Учиха. Несколько лет назад. Учиха оказались на грани междоусобной войны. Эта мысль посещала Фугаку непозволительно часто. Иши-сан, предыдущий глава клана умер спустя четыре года после нападения Девятихвостого, перед смертью успев совершить немало опрометчивых поступков. Все Учихи должны были сплотиться для восстановления былого величия, но... Вместо этого началась грызня за власть. Два влиятельнейших в клане человека он сам - и его соперник Таджима. Такой же упрямец как и предок, в честь которого и был назван, на взгляд Фугаку. И вот компромисс был найден - Таджима отказывается от борьбы за власть, даже помогает Фугаку при условии... Совершенно нелепом условии! К несчастью, они, оставаясь Учихами, были слишком дальними родственниками, чтобы отказаться от его выполнения. И теперь Итачи, старший сын и наследник, должен был стать мужем для дочери Таджимы, чтобы его отец мог спасти клан. Первыми словами Фугаку было: «Это невозможно!» Почему нет, он доказать так и не смог. Особенность древнего как мир ритуала, который применялся задолго до появления скрытых деревень, должны были связать две ветви семьи воедино, запретив – вольно и невольно – предавать семью. Это давало Фугаку еще одно преимущество – теперь сына можно было отправить в стан врага и посмеяться над тем, как его пытаются сделать шпионом. Отцу невесты – давало прочную гарантию союза, ведь ритуал на всю жизнь связывал судьбы жениха и невесты, никакого развода и измены. И, казалось, сплошные плюсы от такого решения.Но было что-то неприятное в такой победе, нечто, болезненно задевающее гордость Фугаку. А выхода не было. Итачи согласился. Сегодня они проводили свадьбу. В темной зале присутствовали все самые близкие члены семьи от каждой стороны, даже маленький Саске хмурил бровки и сдерживал зевок. Четыре миски с рисом, чистой ключевой водой, красным вином и землей, стоявшие по углам и пустая – для крови в центре. Провести ритуал должен был сам Фугаку. Итачи и его невеста вошли в центр. Фугаку речитативом произносит слова древнего наречия, Итачи на том же наречии отвечает – говорит о том, что находится здесь добровольно и никем не принуждаем. Старым странным для современных шиноби искривленным лезвием жених и невеста надрезают ладони, соединяют руки и позволяют объединенной крови стечь в приготовленную чашу, которую держит Фугаку. Мужчина произносит фразу, суть которой сводится к «будьте верны друг другу, соблюдайте свои клятвы, приведите клан к процветанию». Итачи делает глоток и клянется защищать и оберегать принятую в семью девушку, называет ее своей невестой. Та, сделав глоток, в ответ проносит клятву быть верной женой и хранить «очаг» семьи. Всех присутствующих в комнате накрыло ощущение единства и целостности. Всех. Кроме Итачи. Перед глазами поплыло, и привиделась совсем другая картина: он сам на месте отца, а перед ним – две девушки и парень, очень похожий на него самого (сын?). Сомнения развеялись, когда одна из девушек внезапно произнесла на чужом, но отчего-то понятном языке: «Я клянусь быть тебе хорошей сестрой, Саске. Обещаю. Заботиться о тебе, помогать. Я всегда буду с тобой». А вслед за ней и вторая: «Я тоже обещаю помогать тебе, быть с тобой, поддерживать». Усилием воли Итачи не показал своей растерянности. Что это было? А где-то в другом мире Юля услышала эхо музыки ветра в своем доме.