Интриги чужого мира

В сознании Юми без остановки тикали часы. Время утекало как вода сквозь пальцы, а она не знала, что делать. С одной стороны, Юки нужно было выучить как можно больше. С другой стороны, еще полтора года и они станут подходящего возраста, чтобы выгодно продать их замуж. Старый рюкзак, с которым она оказалась в этом мире, не хранил в себе ничего полезного. Вообще ничего не хранил, кроме тонкого пледа, старых вещей, криво ушитых белыми нитками, собственно мотка ниток и маникюрных ножниц. Найти помощь в школе? Не смешно. Тик-так. Тик-так. Тик-так. Пора убегать. Нужно тянуть время. Юки тоже чувствовала этот невидимый колокол, отсчитывающего минуты до последнего момента, когда все решится. Она уже знала, что если выйдет замуж, то сбежит. А вот просто сбежит или убьет своего мужа – зависело только от самого возможного супруга. Внимательно наблюдая за сестрой, Юки уловила момент, в который напряженное ожидание перешло в не менее напряженную собранность. Словно Юми чего-то ждала. И готовилась. Эту же перемену уловил и Кетцуки, удвоивший свои усилия, как на обычных занятиях, так и на уроках выносливости. По ночам у девочки то сводило судорогой мышцы, отчего она не могла пошевелиться, то горела спина. Однажды она глотала слезы в каком-то классе, кусая губы и глядя на перебинтованную ладонь. Под перчатками не было заметно бинта, и Кетцуки отказался лечить пробитую насквозь кунаем левую ладонь. Она же правша? На сумасшедшую Маусу никто не обращал внимание. Только Юки, бледная, с лихорадочно поблескивающими глазами, тревожно смотрела, с силой сжимая ладони в кулаки. Кетцуки научил ее начальному этапу техники мистической руки. Ничего особенного она сделать не могла, но уже залечивала на себе небольшие царапины и синяки. Юки знала, что могла бы стать очень хорошим медиком: это очень удобно, когда врач без вопросов знает где, что и как болит у пациента. Юки проснулась от того, что кто-то сел на ее кровать. - Сегодня. – Тихим шепотом сказала тень, в которой девочка опознала сестру. – Собирайся. Юки молча поднялась. Кинула в сумку для учебников пару вещей на смену, яблоко, вынесенное сегодня из столовой, флягу с водой, которую брала на тренировку и аптечку, которую ей помог собрать Кетцуки-сенсей. Прицепила к поясу кунай. Скрутила одеяло и прикрыла простыней – в первые минут сойдет за человека. Юми, стоявшая у дверей, кивнула, поманила сестру рукой и вышла. Юки хмурилась. Сестра вела ее по одной из самых непопулярных дорог в сад. Но вот зачем? Сад был сравнительно большим, но обнесенным высокими воротами, выглядевшими непоколебимыми: толщиной в несколько метров, как минимум, и ужасно высокими. Будь иначе она давно бы попыталась сбежать именно оттуда. Девочке показалось, что она слышит голоса, скрежет стали, а через минут десять – звук тревоги. - Что это? – Тихо спросила Юки. - Нашего директора кто-то заказал нукенинам. - А ты откуда… ?! - Потом. Все потом. Сюда. – Они зашли в какой-то класс и прождали несколько минут. Кто-то пробежал по коридору. Выждав еще минуту, девочки поспешили дальше. Все было так странно и непонятно: целеустремленно шагающая сестра, нелогичное нападение. Прямо как в мутном сне, когда ощущаешь неясную тревогу и не можешь проснуться. Юки казалось, что сердце стучит в горле. Наконец, они выскользнули в сад и сошли с дорожек, перебегая от дереву к дереву, уходя к восточным стенам. Тем неожиданнее стал для них голос: - Значит, решили сбежать. - Кетцуки-сенсей, - выдохнула испуганно Юми, находя взглядом отделившуюся от дерева тень. - Пока воспитанницы прячутся, а учителя сражаются за них… - опасным тоном начал мужчина, в секунду оказавшийся перед ошарашенными девчонками. – Неужели вы думаете, что сможете исчезнуть? Краем глаза Юки отметила, что сестра извлекла откуда-то кунай, и сама потянулась к подарку Отоко-сана. - Может и не сбегу. Но тогда уж лучше умру сейчас, - прошипела в ответ Юми, выставляя вперед руку и вставая в смутно знакомую стойку. Откуда ее знает Юми? Было видно, что чувствует она себя в ней неуверенно, но драться готова до конца. Юки мысленно кивнула и встала рядом с сестрой. Кетцуки задумчиво смотрел на них. Над головами замерших людей вновь прозвучал сигнал тревоги, низкий и гулкий. - Что ж, может оно и к лучшему, - пробормотал сенсей. И вытащил кошелек. – Возьмите. Сможете сбежать – пригодится. Не успеете, виноваты сами. И накажу я вас по всей строгости, ясно? - Вы… Вы нас отпускаете? – Изумленно спросила Юки, не спеша протягивать руку. - Что-то вроде. Мне некогда. – Небрежно кивнул Кетцуки и бросил кошелек на землю. Впрочем, Юки взяла его в руки только после того, как перестала чувствовать эмоции сенсея. Ткнула в бок застывшую Юми. - Чего стоишь? Пошли. - Д… да… В эмоциях сестры преобладали растерянность, страх и недоверие. Юки прищурилась. Она вдруг заметила, что идут они по узкой тропке. Вымощенные дорожки, по которым и гуляли воспитанницы в свободное время, остались далеко. Они приближались к восточной части ворот. И чем ближе они подходили… - Нет. Серьезно. Почему в воротах не было бы еще одной двери, кроме главного входа? Это же логично… - Недовольно пробормотала девочка. Толстая деревянная дверь с внушительным замком ее впечатлила. – Как будем взламывать? Юми молча сняла рюкзак и вытащила ключ. У ее сестры банально отпала челюсть. - Долго он у тебя?! - С неделю. Юми с усилием провернула ключ в замке. У Юки от предвкушения задрожали пальцы. Свобода… Как никогда близко. Дверь без скрипа отворилась – лучшее подтверждение того, что ею часто пользовались. И девочки выскользнули наружу.