Интриги чужого мира

Жмурясь на яркое солнце, Юми осторожно гладила ворона по черным перьям. Весила птичка, несмотря на болезнь, прилично, но девочка согласна была потерпеть. Под воздействием медчакры Юки крыло зажило довольно быстро. Как только сеансы лечения прекратились, ворон перестал даваться в руки кому бы то ни было, кроме самой Юми, видимо, признав в ней хозяйку. Юки недовольно ворчала о неблагодарных животных. Кроме того, ворон заимел привычку пикировать на плечо Юми, что любви сестры ему не прибавило — лечить-то Юки! Справедливости ради стоит сказать, что ворон, прозванный Юми Красавцем, быстро научился приземляться так, чтобы не причинить вреда хозяйке. И хотя Юки и бурчала на него, но не пыталась избавиться от него всерьёз: рядом с ним Юми отчего-то становилось спокойнее. А спокойствие любимой сестре было необходимо. По ночам её вновь начали мучить кошмары, под глазами залегли тени. Юки старалась не лезть, но всё же напомнила: «Я всегда буду на твоей стороне. Ты можешь рассчитывать на мою помощь и защиту. Что бы тебя ни пугало». Юми бледно улыбнулась и сказала, что это не видения будущего, а воспоминания прошлого, художественно обработанные сознанием. Встреча с Кьюби не прошла для неё бесследно. Юки пришлось удовлетвориться этим. Что там не так в этом прошлом, сестра не позволила узнать до сих пор. Впрочем, и так можно было догадаться, пораскинув мозгами. Что в школе над сестрой издевался какой-то садист, а она почему-то не пошла и не нажаловалась на порчу имущества школы (а воспитанницы именно им и считались), и так стало ясно. Весь вопрос был в том, кто этот гад, и почему сестра его покрывает. Юки вздохнула. Что в прошлой жизни, что в этой Юми оставалась болезненным худым ребёнком, требующим опеки. В прошлой жизни они подружились, потому что Юле стало жалко скромную и зашуганную одноклассниками тёзку. Попугав излишне настойчивых шутников, она неожиданно оказалась увлечена фантазиями, идеями своей подзащитной и тронута её искренностью. Став старше, Юми стала более уверена в себе, перестала болеть каждый месяц и даже поправилась, округлившись в стратегических местах, а из-за не слишком высокого роста она самой себе тогда казалась пышкой. В особенности на фоне худой и высокой Юки. Сейчас же Юки лишь надеялась, что и в этой жизни сестра пройдёт этот болезненный период к своему шестнадцатилетию. Воздух в этом мире точно куда полезнее. Да и Нибору-сенсей не зря их учит, они совсем не беззащитны перед окружающими. А цель — вернуться домой — не даёт Юми пасть духом. Чего нельзя сказать о Юки. Дом? В том мире у неё были не слишком хорошие отношения с родителями: отца она знать не желала, а мать была для неё больше подругой. Она всегда была самостоятельна. А в этом мире… Юки была уверена, что будь у неё место здесь, с которого не приходилось бы срываться каждую неделю, если не чаще, она бы домой возвратиться и не захотела. Она не стала признаваться даже себе о ещё одной причине. Юми называла этой первой серьёзной влюблённостью, она сама — мимолётным увлечением, а уж что там думал он, кто теперь знает. Горше вина, слаще мёда. Это стало их девизом, символом того короткого периода, что они были вместе, что они были - кем? Юки и знать не хотела. Случайно подслушанные слова: «Ты ничего не дашь ей ни в том, ни в этом мире», — врезались в память. Она бы хотела не знать, не слышать того разговора между двумя самыми близкими ей людьми. Юми права была. Как и всегда. Больше того, она ему тоже не может ничего дать. Здесь — помеха, там — жить или существовать вместе? Потому что родители бы не поняли, потому что у него не было бы необходимых знаний, документов. Да даже денег у них не было б! О, Юки была влюблена, но не дура. В родном мире их любовь убил бы быт. В этом же… Убили бы кого-нибудь из них. И потому сейчас всё, что у неё есть — мечты о несбыточном. Какая досада. Девочка вдруг поняла, что от Нибору уже долгое время идёт чувство недоумения и тревогу. Помотав головой, она попыталась отрешиться от посторонних мыслей, сосредотачиваясь на сканировании окружающего пространства. Лес как лес, не слишком густой, но и не парк. Тропинка под ногами никуда не делась. И это совершенно точно не гендзюцу: от него совершенно другие ощущения. Юми идёт совершенно спокойно, а ведь её иллюзиями тоже не обмануть, иначе бы девочка давно заплутала в своих видениях. Тогда в чём дело? — Сенсей. Что не так? Нибору нахмурился: — Заметила, да? — Ваше напряжение сложно не заметить, но я не вижу причин. Юми покосилась на мужчину с любопытством. Рука в перчатке взлетела вверх и тут же опустилась, остановившись в сантиметре от Нибору. — Ничего странного, — подтвердила девочка, спустя пару секунд. — Кроме того, что для видения мне даже не пришлось касаться. Но так иногда бывает. — Я уже бывал в этих местах, — вздохнул сенсей, — Не раз ходит этой дорогой. Но мы несколько часов назад должны были выйти к деревне и ещё раньше — из леса. — Не гендзюцу, — серьёзно говорит Юки. — Я знаю. Вообще такое чувство, что так всегда и было! — Так, может, вы что-то напутали? К тому же, раньше с вами не было… Обузы. — Будем надеяться. Дальнейшее путешествие проходило в напряжённом молчании, только Юми, казалось, была абсолютно спокойна, хотя даже ворон пересел к ней на плечо и смотрел внимательными глазами. Юки потрясла головой, пытаясь избавиться от вдруг появившегося образа: на плече сестры сидел шиноби в чёрном костюме и маске и оглядывался по сторонам. «Привидится же!» — Пробормотала она про себя. Никакой ворон не шиноби, она бы давно его засекла. Хотя выучку новый товарищ сестры имел как у настоящего ниндзя. Что-то это ей напомнило, но мысль улетела, стоило только на ней сосредоточиться. С каждым пройденным шагом напряжение нарастало, а сенсей всё больше хмурился. Юки пыталась разобраться, что за чертовщина творится в этом грёбанном лесу?! Солнце клонилось к закату, и скоро им придётся остановиться на ночлег, хотя спать в такой неясной обстановке — последнее дело, но далеко они ночью не уйдут. — Что ж, — вздохнул сенсей, — Похоже, придётся готовить лагерь. Но стоило мужчине попытаться сделать шаг в сторону, как его рука оказалась поймана Юми: — В старых сказках говорится, что когда попадаешь в непонятную ситуацию в лесу, не стоит сходить с тропинки, — серьёзно сказала она, под удивлёнными взглядами спутников. — Более странную ситуацию я представить пока не могу, ведь то, что с нами происходит — явно не дело рук человека. И я не хочу проверять, насколько правдивы сказки, где неудачники в лучшем случае теряют жизнь. Она вдруг фыркнула и помахала рукой перед глазами Юки. Сестра моргнула. — Ты серьёзно? — Как никогда, — кивнула девочка и стянула перчатки. Закрыв глаза, она развела руки в сторону, словно стараясь обнять весь мир или приглашая кого-то. Поводив руками, она кивнула каким-то своим мыслям, — Продолжаем идти. Найдётся, где переночевать, — и первая пошла вперёд. — Юи? — Осторожно поинтересовалась Юки. — Всё в порядке. С вами ничего не случится в этом приключении. — А с тобой? — Нахмурился Нибору. — А мне это будет даже выгодно, — как будто усмехнулась Юми, но неуверенно добавила, — Наверное.