Знал бы, где упасть...

Господин Асано Хикеру. Среди вещей Риоты не было ничего примечательного. Бумажник, сотовый, несколько кредиток, чертежи рабочего проекта, обычные мелочи… Стоп, а это что за бумаги? О, нет, не может быть! Руки Асано задрожали, и белые листы с роковым содержанием мягко спланировали на пол… «Мой бедный мальчик, что же заставило тебя усомниться в кровном родстве с родителями и сделать тесты на ДНК? И какое сильное потрясение ты испытал, узнав правду???» В общих чертах жизнь сына была известна господину Асано, но только в общих, ибо возможности информатора далеко не безграничны, и многое оставалось для него недоступным. Лишь сравнительно недавно Хикеру удалось выйти на управляющего особняком Рюноске и перекупить его, что дало возможность установить скрытые видеокамеры в личных комнатах хозяев и получить доступ к самым приватным беседам. Последние новости отнюдь не радовали, внушая серьезные опасения за будущее сына, и именно это побудило Асано к решительным действиям. Час пробил, и пути назад не было. Мерзавец Рюноске первым перешел черту порядочности, решив превратить сына в бесправную марионетку, и этого допустить Хикеру просто не мог. Мальчик знает уже достаточно, но как открыть ему всю остальную, и далеко не радостную правду – об отце, о его коварных планах, о страшном будущем, уготованном им для строптивого сына? Господин Асано тяжело вздохнул – предстоящий разговор напрягал его, несмотря на имевшиеся в арсенале неоспоримые доказательства своей правоты. Как воспримет Ри правду, поймет ли все так, как должно, и на чью сторону встанет в итоге? От его решения зависело многое, но Хикеру приготовился к любому варианту, если он будет разумным и пойдет на пользу мальчику. Риота умный молодой человек, способный трезво оценить ситуацию, он не бросится в омут эмоций очертя голову, не взвесив и не рассмотрев все возможные последствия. Риота здесь, на его вилле. Они спасли его, вырвали из лап Рюноске, избавили от кошмарного будущего. Одна эта мысль бросала Асано в шквал эмоций, заставляя бешено биться сердце. Он здесь, совсем рядом, в доме, выстроенном и обустроенном специально для него, в полном соответствии с его вкусами и предпочтениями. Здесь, где в комнатах расставлены его любимые цветы, где бассейн выполнен по его первому студенческому проекту, а рисунок плитки скрупулезно скопирован с одного из рабочих черновиков, который случайно попал в свое время в руки Хикеру… Как хотелось обнять любимого сына, прижать к груди и никуда не отпускать! Рассказать ему правду об Акире и Хару, увидеть счастливый блеск в карих глазах и потом радостно наблюдать за встречей влюбленных!.. Стоп, до этого еще далеко, да и совсем не лишне будет сначала выяснить, что их связывает, кроме ребенка, о котором Ри ничего не знает? Какие отношения предшествовали их близости и сохранились ли они в сердце Риоты? - Керу, ты идешь? – ворвался в раздумья голос дяди. – Гость давно ждет тебя… - Да-да, дядя, через минуту… - Ты в порядке, племянник? – обеспокоился Кен. – Выглядишь не очень. - Я в норме… А он? Что делал, чего говорил? Не слишком шокирован? - Думаю, да, для него это оказалось немного чересчур, - невозмутимо отозвался дядя. - Первый раз в чужом доме, а как будто в своем. Ты переборщил, Керу, хотя я и понимаю твои родительские чувства, но все же было бы правильнее отвезти его ко мне, или в отель. Хотя… кто может точно сказать, что правильнее? Ты ведь совсем не уверен, что разговор получится? - Есть только один способ выяснить это! – решительно поднялся с кресла господин Асано. – Пойти и поговорить! - Узнаю своего отчаянного Керу! – в тон ему воскликнул Кен. –Удачи, племянник! Риота - Вы? – я растерянно поднялся навстречу вошедшему. – Я догадывался, что это можете быть вы, но до конца не верил. Скажите правду, господин Асано, зачем вы делаете такие скверные вещи? У вас достаточно денег, зачем вам еще и наша компания? Омега повел себя как-то странно. Вместо превосходства или злорадства он выказал огорчение, присел на кресло и жестом пригласил меня сделать то же самое. - Вы выглядите разочарованным, Тамура-сан, - тихо сказал он, - но почему? - Я испытываю к вам искреннюю симпатию, господин, и поэтому очень сожалею, что именно в вас нашел своего противника, - я старался сдержать вздох, но не смог, и это вызвало у меня досаду и неуверенность в собственных силах. – Понимаю, это иррациональное чувство, но я видел в вас единственного порядочного человека среди нашего окружения, несмотря на род вашей деятельности, и мне горько осознавать, как сильно я в вас ошибся. Словно неразумный юнец, забывший о реальности, я принимал желаемое за действительное, и вот теперь меня спустили, наконец, с небес на грешную землю. Вы вырвали меня из рук отца, но что вам от меня нужно? Конечно же, мои восемь процентов акций, я прав, Асано-сама? - Ты прав, Риота, - он неожиданно обратился ко мне неформально, но почему-то меня это не покоробило, так естественно и по-домашнему у него это вышло, словно он имел полное право называть меня на "ты" и по имени, - но не во всем. Мне действительно нужны твои восемь процентов, чтобы победить Рюноске и разрушить его дьявольские планы, но владеть компанией я не намерен. Я лишь хочу восстановить справедливость и расставить все по своим местам, и в первую очередь позаботиться о твоем будущем. Непонятно выражаюсь? Сейчас поймешь, - он тоже вздохнул, очень печально, и как-то весь сгорбился и сник, а на его красивом лице явно отразилось страдание. – Мне очень жаль огорчать тебя горькой правдой, но обстоятельства вынуждают меня это сделать. Смотри и слушай внимательно, мой мальчик, это будет нелегко принять, но к счастью, ты уже кое-что знаешь, и я надеюсь, что тебе будет все-таки немножко проще… Прервав на полуслове не совсем внятную тираду, господин Асано встал и подошел к видеосистеме, установленной в правом углу его кабинета. Через секунду включилась запись, и я без труда узнал на экране интерьер родительской спальни… - Ты идиот, перешедший все границы! – орал на отца его царственно красивый супруг. Никогда еще не видел я столько злобы на этом прекрасном утонченном лице. – Как мог ты зайти так далеко, что превратил собственного сына в серьезного противника, ставшего камнем преткновения на пути к победе? Он должен был быть твоим единомышленником, верным последователем, преданным партнером, но ты сумел оттолкнуть его так далеко, что исправить положение теперь невозможно! - А ты сам! Что сделал ты, чтобы привлечь Риоту на нашу сторону!? – огрызнулся отец. – Ни разу не приласкал мальчика, ни разу не похвалил, всегда держался от него на расстоянии, словно посторонний! Ну и что, если не ты родил его, неужели нельзя было не выказывать своей нелюбви к нему столь явно! Ты же омега, в конце концов, кому как не тебе, природа доверила растить детей, любить их и заботиться о них?! Неудивительно, что он никогда не видел в тебе родителя, не советовался с тобой и не уважал! - Что толку от взаимных упреков? – сбавил тон омега. – Сейчас нужно подумать о реальной ситуации. У нас и наших врагов примерно одинаковое количество акций, и восемь процентов Риоты приобрели в настоящий момент решающее значение! Чью сторону он примет, тот и будет победителем в этой войне. Возможно, мы зря паникуем, и он без проблем присоединится к семье? - Мой информатор доложил, что Ри активно искал покупателя акций, который скрывается за фиктивной фигурой Джеймса Кена. Пока выяснить его личность ему не удалось, но если он сможет это сделать, то неизвестно, чем все обернется, поэтому лучше не рисковать и обезопасить себя, восстановив над сыном полный контроль, как и прежде. - Но как это сделать, Рюноске? Он уже не наивный школьник, которым было легко управлять, отослав учиться. - Я уже все продумал, Ми. Отправлю к отелю парней, они приволокут Ри в особняк. Накачаем его препаратами и имитируем автомобильную аварию. Ну, а дальше все просто. Симулируем кому, и наш семейный доктор объявит его недееспособным, таким образом акции автоматически перейдут ко мне. Отвезем Риоту в Малайзию на нашу виллу, якобы для излечения, под строгий надзор охраны, аннулируем все его кредитки и документы, так что он никогда не сможет самостоятельно вернуться в Японию, ну а потом, когда все утрясется, принудительно отберем у него сперму и оплодотворим Хидео. С внуком я скрупулезно учту все допущенные ошибки и воспитаю себе достойного преемника. - А Риота? – злорадно ухмыльнулся омега. – Неужели ты решил окончательно поставить на нем крест? - Не знаю, Ми, - на лице отца отобразилось сомнение. – Возможно, если он смирится со своим положением и не будет противиться, я верну его в головной офис и дам достойную должность, но следующим президентом компании ему не бывать, никогда! Некоторое время супруги молчали, потом разговор переключился на другую тему. - Пока ты не выяснишь личность и мотивы противника, ситуация может повториться, Рю, - озабоченно проговорил омега, - нужно обязательно одержать над ним верх и обезопасить себя от подобных неприятностей. Неужели так и не удалось ничего узнать, при всех твоих связях и возможностях? - Мы проверили всех, с кем американец встречался за это время. Обычные деловые свидания, ничего подозрительного. Как бы там ни было, через месяц назначено собрание акционеров, так что выяснение личности нашего «приятеля» – дело времени, потому что ему в любом случае придется раскрыть свое имя и явиться лично. - Не обязательно, Рюноске. Он может легко обойтись подставным лицом, или группой лиц. Кстати, ты проверил мою версию, о которой я упоминал тебе раньше, когда эта война только начиналась? - Ты о настоящем отце Риоты? Думаю, это излишне. Что мог сделать нищий омега, которого я отправил ублажать моряков Макао? Он был совсем юный, неопытный и такой наивный, что меня искренне смешила его слепая влюбленность в меня. Он верил каждому моему слову, радуясь, как ребенок своей беременности. Он так любил своего еще не рожденного сына, так уморительно нежно с ним разговаривал… - Рю, ты самонадеян, - жестко прервал омега разглагольствования отца, - а жизнь порой преподносит нам самые неожиданные сюрпризы. Тот невинный парень вполне мог изменить свою жизнь и положение, встретив богатого покровителя, тем более что ты не раз упоминал о его редкой красоте. Так что я по-прежнему не исключаю возможность мести с его стороны и даже предпринял кое-какие шаги в этом направлении. Очень скоро я получу ответ от моих детективов, и тогда мы будем иметь полную картину нынешней ситуации. Хорошо бы успеть к этому времени завершить все основные приготовления и отправить нашего маленького Ри в Малайзию, не позволив встретить своего настоящего папочку омегу. - Хорошо, мой мудрый супруг, - отец нежно чмокнул омегу в розовую щечку, - я сделаю все в самое ближайшее время, и тебе не о чем будет волноваться! Пойдем выпьем по бокалу нашего лучшего вина – за успех будущего предприятия! *** Запись закончилась, и на некоторое время в кабинете Асано-сана воцарилась напряженная тишина. Хозяин молчал, пристально наблюдая за моим лицом, а я просто не знал, что сказать, так ошеломило меня то, что я только что услышал. Отправить меня в Малайзию под домашний арест, лишив возможности нормально жить и работать? Я ожидал от отца всяких подлостей, но это было уж слишком. Как мы дошли до такого, когда и почему стали друг другу врагами? Вопрос требовал осмысления, но времени на это у меня не было. Господин Асано терпеливо ждал, не нарушая молчания. Он был моим противником, по сути врагом, но я по-прежнему не находил в себе негативных чувств по отношению к нему, и это выводило меня из равновесия куда сильнее, чем обида на отца. Кто он и что ему надо от нашей семьи, зачем он вмешивается в дела компании и что хочет получить в итоге? Расставить все по местам и позаботиться о моем будущем? Но зачем ему это надо? - Эта запись... Вы следите за нашей семьей, господин Асано? Но почему? - У тебя есть выбор, Риота, - не отвечая на мои вопросы, тихо сказал он. - Ты можешь отдать свои акции отцу, приняв навязанную тебе жизнь с Хидео и родить сына, который станет следующим владельцем компании. Это будет зависимое несчастливое существование, но спокойное и обеспеченное на долгие годы, без взлетов и падений. Если тебя устроит такое будущее, я сейчас же отпущу тебя и больше никогда не буду вмешиваться. Но если ты объединишься со мной, доверив мне свои акции, тогда компания перейдет к тебе, и ты станешь полным хозяином и бизнеса, и своих личных отношений, не оглядываясь на произвол отца и его супруга, сможешь жить своим собственным разумом и реализовать все проекты, о которых пока не можешь даже мечтать. - Но я не понимаю, господин Асано... - растерянно глядя в его красивое лицо, прошептал я. - Почему вы делаете это? Почему заботитесь обо мне, словно... - я замер на полуслове, озаренный новой безумной мыслью. Нет, что за бред лезет в голову! Это чушь, полный абсурд, это ерунда, как я мог о таком подумать?.. - ...родной человек, так, Риота? - закончил за меня мой собеседник. - Ты ведь об этом сейчас подумал? - ? - Ты правильно подумал, Ри, - несмело улыбнувшись, продолжил Асано-сан, - ты мой единственный и любимый сын, которого Рюноске безжалостно отнял у меня, обманув мое доверие. Я наблюдал за тобой с тех пор, как тебе исполнилось шесть лет, но никогда не вмешивался, и лишь теперь, когда самодурство твоего отца перешло все границы, не смог оставаться в стороне, видя как он пускает под откос твою жизнь в угоду своим непомерным амбициям... Решай, Ри, я не собираюсь давить на тебя и подчинюсь любому твоему решению. Понимаю, как сложно тебе принять правду, и обо мне, и о своем отце, но времени нет, и раздумывать некогда. До собрания меньше месяца, а сделать нужно еще очень много... - Вы мой отец? - я спросил это не потому, что сомневался, скорее проверял, остался ли у меня еще голос. - Мой настоящий отец-омега... - он не ответил, но в огромных карих глазах отобразилась целая гамма чувств, главным из которых была любовь. Наши взгляды встретились, и мне вдруг безумно захотелось дотронуться до него. Едва осознавая, что делаю, я протянул руку и несмело провел кончиками пальцев по его гладкой теплой щеке. Он вздрогнул и удержал на своем лице мою руку. Отчаянно сдерживаясь, он тихо вздохнул, но все же не смог справиться с хлынувшими через край эмоциями, смахнув с ресниц свободной рукой маленькую прозрачную слезинку. - Риота... - судорожно прошептал он, лаская меня взглядом, - я так боялся, что ты не примешь меня. Не поймешь, не поверишь... Мы были вдали друг от друга всю жизнь, и я очень скучал по тебе, не имея возможности любить и заботиться. Доверься мне, мой милый, я сделаю все для того, чтобы ты был счастлив, позволь хотя бы теперь быть тебе любящим родителем... За всю мою жизнь никто не смотрел на меня так нежно, никто так трепетно не сжимал в своей руке мои пальцы, никто не улыбался так ласково, никто не произносил с такой любовью мое имя... И я поверил ему, сразу и насовсем, охотно потянулся озябшей душой к его щедрому теплу, открылся сердцем и принял его, с верой и радостью. - Асано-сан... - было бы правильнее назвать его папой, но язык пока не решился на такую смелость, - я верю вам и буду с вами, только... - слова застряли во мне, и я остановился, сомневаясь, могу ли высказать свою отчаянную личную просьбу. - Что - только? Продолжай, - подбодрил он. - Я выполню все твои условия. - Это не условие, - чуть слышно сказал я, - просто помогите мне найти одного человека. Очень важного для меня человека, самого важного... Я уже начал поиски, но это сложнее, чем я думал, да и свободы передвижения у меня теперь не будет. - Я помогу, Риота. Скажи мне, кто он, этот человек? - Сайто Акира. Его зовут Сайто Акира. Он омега, хотя его могут принимать за бету. Учитель японской истории. Мы расстались больше года назад, и все, что я сейчас о нем знаю - он работает в одной из школ для бедных сирот при каком-то православном монастыре, но их в Токио так много, что я не объехал еще и десятой части. Мне очень нужно его найти, пожалуйста... отец, помогите! Я должен его увидеть, посмотреть в глаза и попросить прощения. Я обидел его и предал, проявив постыдное малодушие, я ушел от него и мы больше не виделись, я так сожалею об этом... - Ты любишь его, Риота? - прервал отец мои бессвязные бормотания. Почему-то улыбка у него сделалась очень довольной. - Ты любишь этого человека, Сайто Акиру, я правильно понял? - Да, я люблю его. Очень люблю. Вы поможете мне разыскать его? - Вы скоро встретитесь с ним, Риота. Не сомневайся.