Знал бы, где упасть...

Риота - Молодой господин, будьте осторожны! - взволнованный голос Аканиши-сана в телефонной трубке поднял на ноги, заставив напрячься. - Не знаю, что задумал ваш отец, но он точно не в себе, а в таком состоянии человек способен на любые безумства! Я работаю на него больше двадцати лет, но ни разу не видел его в таком гневе! Узнав об аварии, и главным образом о том, что вы исчезли, он примчался в больницу и устроил скандал, чуть ли не накинувшись на нас с Реном с кулаками! Кричал такие слова, что мне стало страшно, не просочилось бы что-нибудь в прессу, в общественном месте всегда найдется какой-нибудь любопытный болтун, который станет источником скандальных слухов. - Что он кричал, Аканиши-сан? - Угрожал убить господина Асано, да и вас тоже, и по-моему, он совсем не шутил, Риота-сан. Увещевать его было бессмысленно, он никого не слушал. Пожалуйста, усильте охрану и будьте бдительны! - Благодарю вас, Аканиши-сан. Мы непременно примем к сведению ваше предупреждение. - Я решительно повернулся к дверям, чтобы немедленно сообщить о разговоре Асано-сану, но он встретил меня на пороге. - Отец, вы кстати... - Я все понял, Риота, даже не слыша слов твоего абонента. Не беспокойся, вряд ли Рюноске действительно решится на открытое преступление, не настолько он безрассуден. Хотя даже слабую вероятность нападения исключать нельзя, и загнанная в угол крыса иной раз кусает кошку. Я уже принял дополнительные меры безопасности, но все же думаю будет лучше, если ты пока никуда не поедешь! Я сам справлюсь со всеми делами. - Но только не сегодня, отец! Мое присутствие на предварительном собрании наших сторонников совершенно необходимо! Меня все знают как единственного наследника "Тамура К-Групп", и если я не появлюсь перед ними, это будет выглядеть подозрительно. - Ты прав, к сожалению, - тяжело вздохнул Асано-сан, - я не смогу вечно прятать тебя в своем доме, как в раковине, как бы мне ни хотелось этого. Но давай мы поедем в разных машинах, так мне будет спокойнее, и если Рюноске действительно решится причинить мне физический вред, ты все же будешь в относительной безопасности, мой мальчик. - Поедем вместе, отец! Я не хочу бояться своего родителя, а кроме того, мой долг защитить вас в случае опасности, а если с вами вдруг что-то случится, я никогда не прощу себе, что был далеко и не смог вовремя вмешаться. - Хорошо, Ри, не будем ничего выдумывать, просто удвоим бдительность. Я уже направил свою охрану проверить все ближайшие к офису высотки на предмет снайперов и увеличил число секьюрити у самого здания. - А Акира? Он в безопасности? - Я обрисовал ему ситуацию в общих чертах, не посвящая в детали. В мой городской дом и мышь не проникнет, так что мальчику ничто не угрожает. В ближайшие дни он не выйдет за пределы особняка и никуда не поедет, в том числе и в свою школу, монахов я предупредил об этом. Не беспокойся о нем, Ри, пожалуйста. - Мы так заняты последнее время, отец, столько всего случилось, что нет времени поговорить о личном. Я даже не знаю, как вы нашли его, и почему он живет у вас в доме? - Скоро ты все узнаешь. Мне не хотелось бы говорить об этом в такой обстановке, как сейчас, сначала надо закончить с делами и все уладить, чтобы жить спокойно. Уж вот тогда-то мы тебе все и расскажем! - Буду ждать, с нетерпением! - Я выдавил из себя улыбку, и мы спустились вниз, готовые ехать. *** Предварительное собрание акционеров прошло даже лучше, чем я ожидал, добавив нам двух новых сторонников - видимо, слухи о последних безумствах отца просочились сквозь стены его офиса и достигли уха бывших партнеров. С таким солидным перевесом сил можно было не волноваться за исход решительного сражения за компанию, но открывать шампанское время еще не пришло, а вот подумать о том, что же делать с отцом после его отставки, как раз таки следовало заранее. Мне не хотелось причинять ему физический вред или сдавать в полицию, но и оставлять у себя за спиной было рискованно. Наилучший вариант - отправить в Малайзию, то есть поступить с ним точно так, как он собирался поступить со мной, тем самым максимально обезопасить свои тылы от коварного нападения. У нас есть небольшой филиал в Куала-Лумпур, прибыли от которого хватит на безбедное существование, и хороший дом в живописном месте, где все располагает к отдыху и покою. Плюс отличный климат, много солнца и чистый воздух... Райская жизнь, чего еще желать в его возрасте? Хотя капризный Миюки, скорее всего, отца бросит, и он будет совсем не в восторге от ссылки, но ничего иного мне просто не приходило в голову... - О чем задумался, Ри? - прервал мои невеселые размышления Асано-сан. - Как поступить с отцом, - признался я, - никогда не предполагал, что когда-нибудь мне придется ломать себе над этим голову. - Не гони лошадей, война еще не окончена, - тяжело вздохнул он, - я так часто обжигался в жизни, что предугадывать то, чего еще нет, просто боюсь. Подождем немного, осталось всего лишь две недели. Ты не пробовал позвонить отцу, поговорить по душам? - Вряд ли получится, мы и прежде-то не особо откровенничали друг с другом, а теперь он и вовсе не захочет меня слушать. Наверняка считает предателем и мерзавцем, переметнувшимся ради денег и власти на другую сторону. Он никогда со мной не считался, обращаясь как с посторонним, а в последнее время его произвол просто давит на меня невыносимым грузом, особенно с тех пор, как я встретил Акиру... Мы вышли из офиса и направились к машине. Два ряда сотрудников, провожающих босса, много секьюрити - около здания было полно народа, но нападение произошло неожиданно, хотя мы и были уверены, что полностью обезопасили себя от всех неприятностей. Отец выскочил из-за спин телохранителей, словно черт из табакерки, и я вдруг увидел направленное на нас черное дуло... словно в замедленной съемке, где все смешалось, опаздывая на миллисекунды - и кинувшиеся наперерез секьюрити, и раскрытый в немом ужасе рот господина Кена, который стоял далеко и никак не успевал прийти на помощь, и решительный взгляд Асано-сана, в мгновение ока закрывшего меня своим хрупким телом... Я дернул его на себя, и в ту же секунду плечо обожгла горячая молния, из сжатых губ вырвался стон, и я стал падать, увлекая за собой господина Хикеру. Череп взорвался огнем боли, мир на глазах померк, превратившись в сумерки, и я окончательно потерял сознание... *** ... кругом был огонь, летели искры, прожигая меня насквозь, и я не мог увернуться от них, прикованный к твердому покрытию несокрушимыми железными цепями. Словно Прометей на скале страданий, я ждал еще большей боли, почти желая испытать ее, потому что знал - после этого взрыва мучений наступит временный покой, когда я смогу отдохнуть и ничего не чувствовать, но до этого было еще так далеко, а боль продолжала мучить и терзать мое слабое тело... - Что ж так больно-то? - отчаянно просипел я, не узнавая своего голоса. - Проклятье, в этом античном мире нет даже обезболивающего? И как они живут тут, терпя такие страдания? - О, наконец-то! Малыш, ты очухался? - знакомый голос выдернул меня из марева бреда, возвращая в реальность. - А что это ты наплел тут про античный мир? - Господин Кен? - я разлепил тяжелые веки, пробуя приподнять голову. Белый потолок завалился набок, и я оставил глупую попытку, снова бессильно распластавшись на постели. - Что со мной, почему голова так кружится? - Лежи спокойно, малыш, ничего страшного. Керу просил меня присмотреть за тобой. - Малыш? Во мне почти два метра роста... - Вот потому ты и грохнулся об асфальт так сильно, - усмехнулся Кен, - а был бы ниже ростом, последствия падения оказались бы не столь значительны. У тебя сотрясение мозга плюс небольшая гематома, пришлось вызывать нейрохирурга и делать КТ, но к счастью, объем ее незначительный, и операции не потребовалось. Ну, что ты на меня так смотришь? Только не говори мне, что потерял память, это нам было бы сейчас совсем некстати! - Нет, я все помню. Отец стрелял в нас, и мы... - ... и вы кинулись спасать друг друга, как два придурка, - все с той же усмешкой продолжил Кен. - Но если честно, было страшно, и если бы не ваше взаимное самопожертвование, то неизвестно, чем бы все обернулось, и отделались бы мы твоей царапиной на плече и ушибленной об асфальт головой? - А где Асано-сан? С ним все в порядке? - Пора называть его папой, Ри, ты не считаешь? Да ладно, ладно, я все понимаю. С ним все нормально, пара синяков не в счет, да и упал он на тебя, а не на землю. Ему пришлось поехать в полицию, хотя он и не хотел сдавать Рюноске копам, но твой папаша сам навредил себе, выбрав для преступления слишком людное место. Твой родитель успел сделать только один выстрел, потом наши секьюрити обезоружили его, но кто-то из толпы зевак уже позвонил в ближайший участок. Лежи, лежи, тебе нельзя шевелиться, как минимум два дня, врач приказал. Ты ведь не хочешь осложнений? - Безумец. Ненормальный. Зачем он это сделал? Неужели настолько сильно ненавидел, что решился на убийство? - горько прошептал я, чувствуя в душе зияющую бездну отчаянья. Закрыл глаза, облегченно вздохнул - ориентиры исчезли и кружение в голове прекратилось. Вот если бы еще и не болело... - Тебе вкололи обезболивающее, полчаса назад, - словно услышал мои мысли господин Кен, - скоро должно подействовать. - Хорошо, - благодарно кивнул я, прислушиваясь к пульсирующей в висках боли. - Идите отдыхать, дядя Кен, я буду в порядке, мне и в самом деле становится легче. - Нет уж, малыш, я обещал племяннику, что не отойду от тебя, и слово сдержу. Да мне и самому не хочется оставлять тебя, так что не беспокойся за меня, здесь есть диванчик, и я отлично высплюсь. - Малыш... Вы уже не первый раз так говорите... - Сынок моего Керу для меня всегда останется ребенком, Ри, - тепло улыбнулся старик альфа, - и я безмерно рад, что вы, наконец, нашли друг друга. - Ну тогда, раз уж вы решили ночевать здесь, а времени у нас хоть отбавляй, давайте проведем его с пользой. Расскажите мне, пожалуйста, как мой Акира оказался в доме Асано... то есть в доме папы? Я до сих пор теряюсь в догадках, но ничего разумного в голову не приходит. - Как Аки попал к нам? - дядя Кен на мгновение задумался, и на лице отразилось сомнение, но было видно, что ему сильно хочется рассказать, и он решился. - Он спас Керу жизнь, вот так они и познакомились, и я думаю, что произошло это отнюдь не случайно. Сама судьба свела их в тот вечер в одном месте, наградив моего бедного племянника за все страдания. - Судьба свела? - растерянно переспросил я. - Что вы имеете ввиду, дядя Кен? - Керу прожил нелегкую жизнь, Ри. Он всегда был одинок, особенно после того, как овдовел. Кроме того, он никогда не забывал тебя, единственного дорогого сына, и с завидным упорством наблюдал за тобой, даже подкупил несколько человек из вашей прислуги, которые постоянно держали его в курсе твоей жизни. Вот так он и узнал горькую правду о твоей свадьбе, и это сильно расстроило его. Никому не сказав, он вышел из дома и отправился бродить по улицам, чего давно уже не делал, совсем отвыкнув от сумасшедшего городского движения. Погруженный в себя и свои горькие мысли, он застыл на проезжей части, и погиб бы под колесами автомобиля, если бы не Акира, который успел отбросить его в сторону, сам пострадав значительно сильнее. Их отвезли в одну больницу и провели полное обследование, в ходе которого выяснилось, что Аки ждет ребенка... - Что??? - голова все еще болела, и я подумал, что ослышался. - Что вы сказали? В больнице обнаружили, что Аки беременный? И это было через несколько дней после моей свадьбы?.. Но это значит... это значит, что он... что Акира... Нет, нет, не может быть! Не может быть... не может... - От я дурак, - потерев двумя пальцами переносицу, обескуражено пробормотал старый альфа, - разболтался не в меру, сюрприз испортил. Ну что ж теперь, раз вылетело слово... Ты бы уже и так все знал, если бы Аки не похитили... Да, все именно так и было. Керу узнал о беременности своего спасителя, а перед этим ему, как опекуну, передали бывшие при Аки личные вещи. В его бумажнике Керу нашел твою заколку, которую он сам подарил тебе когда-то на день рождения, и газетную вырезку с твоей свадьбы... Понять, в чем дело, было совсем несложно, и хотя Аки так и не назвал имя отца своего малыша, Керу ни на миг не усомнился, что через восемь месяцев будет держать на руках своего внука. Аки так трогательно плакал, узнав о своем положении, словно получил в подарок целый мир, и Керу плакал с ним вместе, лелея надежду, что никогда больше не будет одинок, и в его доме будет звучать счастливый детский смех и милый голосок ребенка. Два одиноких омеги грели друг друга все эти долгие месяцы, и Керу обеспечил будущему папочке самый лучший уход и наблюдение за ходом беременности, а роды принимал известнейший акушер... - Я... я не знаю, что сказать... - в голове не укладывалось, что я... что у меня... у моего Аки... мой Аки носил ребенка, моего ребенка, он был ему рад, родил и растил один, ни на что не надеясь, а я ничего не знал, и возможно, никогда не узнал бы... Ох, эти омеги, как они жестоки... он мне сказал, что бесплоден, а я поверил, я даже не усомнился и никогда больше не думал об этом, да я сам сволочь, я не должен был ему верить, не должен оставлять... любимого, единственного... моего Акиру... Мысли метались в полном смятении, подушка вдруг намокла, и только тогда я почувствовал, что у меня из глаз текут слезы. - Дядя Кен, простите, я ничего не знал! Как последний дурак, я ничего не знал, я ни о чем не догадывался! - Глупый, передо мной-то ты за что извиняешься? Откуда тебе было знать об этом? А Аки, как он мог сказать тебе? Он знал, что ты женат, и вам не суждено быть вместе, - растрогался господин Кен, и как маленького мягко погладил меня по щеке. - Ох, что же я наделал? Керу прибьет меня за длинный язык, ведь я нечаянно выдал тебе эту "страшную" тайну, которую он хотел преподнести тебе в праздничной упаковке, устроив вам с Аки красивую романтическую встречу, но в его планы вмешался твой папочка, и вместо радостного воссоединения вам пришлось изображать чужих посторонних людей, случайно оказавшихся впутанными в одно и то же дело. Однако мой племянник не оставил свою идею, мечтая повторить попытку после собрания акционеров, и свести вас вместе в своем доме. Может, не будем огорчать его, малыш, как думаешь? Постарайся не выдавать меня и потерпи еще немного, а, Риота? Кстати, Аки тоже еще не знает главного. Он не знает о том, что ты родной сын Керу, и несколько раз порывался покинуть его дом и перебраться жить с сыном в монастырь, в котором преподает, и племяннику стоило немалых трудов отговорить его от этой затеи. - Я не выдам вас, дядя Кен, - сквозь слезы улыбнулся я. - Постараюсь не выдать. Не знаю, получится ли, я слишком потрясен и взволнован. Скажите, как его зовут? Как Аки назвал нашего сына? - Хару. Его зовут Хару-тян, Риота. Хару-тян. Хару. А я ведь видел его, три месяца назад, когда торчал у дома господина Асано, надеясь разгадать секрет загадочного американца Джеймса Кена. Горничный вывез тогда за ворота коляску и нежно разговаривал с ребенком, поджидая Акиру, и я вдруг уловил мягкий знакомый аромат моего омеги, но не придал этому странному феномену никакого значения, логично предположив, что мне показалось! Откуда мне было знать, что я вижу моего собственного родного сына, как мог я предположить, что он родился и растет в доме самого влиятельного токийского ростовщика?! А если бы я подождал тогда еще немного?.. Мой Акира. Мы скоро будем вместе! Я глупо улыбался, а из глаз ручьями текли слезы, которых я сейчас совсем не стыдился.