Там, где заканчивается радуга

Занзас уже начинал волноваться. С Тсуной они попрощались около трех часов дня, а она все еще не появилась. Время близилось к полуночи, но от девушки не было вестей. Бел пару часов назад убежала ее искать, оставив самого брюнета дома дожидаться Саваду. Пытаясь ей дозвониться, он наталкивался на автоответчик, что было совершенно не похоже на шатенку. Просто так она не могла пропасть без вести, тому должны были быть причины. Мужчина понимал, что Тсуна вполне могла просто сбежать, ведомая каким-то своим спонтанным чувством, но все же тихий голосок внутри шептал, что что-то случилось, и она не просто так подевалась в неизвестном направлении. Когда входная дверь отворилась, мужчина допивал третью чашку кофе. Он поднялся из-за стола и направился в прихожую. Гостья отчаянно вжималась в стену, обнимая себя руками, и пыталась скинуть с ног натершие мозоли туфли. Ее всю трясло, словно на улице стояла морозная зима. Тсуна боялась поднять взгляд и заглянуть в глаза Занзасу. Она смотрела лишь перед собой. Стук сердца заглушал все другие звуки. Зачем она вернулась? Почему не бежала стремя голову от этого дома и семейства Скайрини? Она ведь видела, что стало с Кеей. Видела, что с ней сделали, как изуродовали ее бедное тело. От этого била дрожь. И сама шатенка пришла в дом того, кто вполне мог сделать это. Мужчина мог наброситься на нее в любой момент. Кто знает, где он прячет нож. Савада вполне могла представить, как он надвигается к ней с лезвием в руке и улыбаясь сумасшедшей улыбкой, готовый вонзить острие в ее хрупкое девичье тело. Она уже практически чувствовала вкус крови на кончике языка, и металлический запах, заполняющий ее ноздри. - Тсуна, где ты была? Девушка вздрогнула. Ноги затряслись и, не в силах более держать свою хозяйку в вертикальном положении, подкосились. Шатенка упала на пол, больно ударившись, но не подала виду. Взгляд карих глаз был устремлен на тапочки, лежавшие неподалеку. В голове звучал призыв бежать. Бежать так быстро, как она только была способна, и так далеко, чтобы никто не нашел ее. Никогда и ни за что. Бежать от этого проклятого дома, от людей, которые улыбались ей в лицо своими притворными и лживыми улыбками, а потом уничтожили все. Стоило Занзасу сделать лишь шаг в сторону девушки, как она прижала руки к ушам и закричала: - Не приближайся! Мужчина замер на месте. Он не понимал, что творилось с его гостьей, но чувствовал исходящий от нее страх. Тсуна тряслась, и никак не могла согреться. Перед глазами все стояло лицо Кеи, обезображенное смертью. Ее приоткрытые губы, желающие сказать. Ее пустой мертвый взгляд, которым та смотрела на саму Саваду, заглядывая ей прямо в душу. Почему с ней сделали такое? Почему кто-то был настолько жесток, что убив, не позволил просто покоиться с миром? Зачем было расчленять ее? Зачем было уничтожать то, что некогда было Хибари Кеей, выдающимся психологом и близким человеком самой Тсуны? - Тсуна, - уже мягче обратился к девушке хозяин квартиры. - У тебя кровь. Нужно обработать раны. - Нет! - сорвался крик с губ шатенки. "Нет, нет, нет. Нет! Я не позволю тебе коснуться меня. Я не позволю тебе. Нет, нет. Ты не сможешь сделать со мной то же, что и с ней. Не сможешь, я не дамся. Я не прощу тебе Кею. Я не прощу, я не прощу..." - Нет, нет... Пожалуйста, не приближайся ко мне. Держись подальше, просто держись подальше... Тут же отворилась входная дверь, и внутрь вбежала Бел. Она замерла на пороге, пытаясь отдышаться, и втупилась взглядом в перепачканную и трясущуюся Тсунаеши. Почувствовав опасность с другой стороны, шатенка попыталась отодвинуться подальше от двери, чтобы увеличить расстояние между собой и блондинкой. - Не подходи ко мне. Не смей подходить ко мне. Нет, не смей, - бормотала девушка, прижимая руки к лицу. По щекам бежали слезы и падали на пол. - Не трогай меня. Нет, слышишь? Бел недоуменно посмотрела на Занзаса, но он был в таком же замешательстве, что и сестра. Зазвонил телефон. Занзас поднес трубку к уху. С каждым новым словом его глаза все больше расширялись от ужаса. - Бел, включи телевизор. Сейчас же, - скомандовал он сестре, все еще держа трубку у уха. Девушка со скоростью света проскользнула мимо сидящей на полу шатенки и, вбежав в гостиную, включила телевизор. "... найденное в парке, оказалось Хибари Кеей, психологом, работающим с полицией. Позавчера она была отправлена в командировку, но эксперты утверждают, что из города ей выехать так и не удалось. Она умерла около пятидесяти часов назад. Ранее полиция умалчивала этот факт, но Хибари - третья жертва одного и того же человека, так что имеет место сообщить, что, по всей видимости, Япония имеет дело с еще одним маньяком, копирующим стиль Мультипликатора. И хоть сама Мультипликатор давно мертва,трагедия, развернувшаяся семнадцать лет назад все еще не забылась..." Ноги Бел не выдержали, и она упала на ковер. - Как?.. Как такое вообще возможно? Разве... разве полиция не позаботилась о том, чтобы мама... чтобы она больше никому не навредила? Занзас отключил мобильный и обнял сестру. Ужас, преследовавший их столько лет, настиг семью Скайрини слишком внезапно. Никто не был готов столкнуться с прошлым. - Она думает, это мы... - прошептал мужчина сестре на ухо. По телу Бел прошла дрожь. - Но ведь... - Я знаю. Мы бы никогда не посмели такому кошмару вернуться. Только не мы... Она должна понять. Обернувшись, Занзас увидел, что Савада стоит на проходе, сжимая край блузки в руке. - Тсуна, мы... - Просто не приближайтесь ко мне. Оставьте в покое. Развернувшись, девушка на шатающихся ногах направилась в свою комнату. Стоило только двери захлопнуться, как шатенка потеряла равновесие и упала на пол. Сил подняться уже не было. Да и не хотелось. По щеке покатилась слеза. Она никогда не простит...