Гений(1) Любви

Едва ткань пространства с непривычной для меня неохотой расступилась, пропуская нас в Инферно, я почувствовала неясную тревогу. Смутную такую, будоражащую нервы. Подчиняясь ей, я немного переместилась, так, чтобы по воплощении стоять за плечом подопечного, укутывая его неокрепшую пока ауру своим шлейфом силы, сейчас свободно реющим в пространстве. Сзади послышался легкий смешок, а потом голос, слаще которого не могло быть ничего во всех мирах, поприветствовал нас: - Леди Астора Эстер с... - дядя слегка прищурился, глядя на Поттера, после чего продолжил, - воспитанником, полагаю, решили почтить нас своим присутствием. Как неожиданно. Я опустила очи долу. Мне правда было стыдно: о вызове, проигнорированном вследствие моего призыва, я банально забыла. А ведь дядя, наверное, ждал. Мальчишка же беспрестанно вращал головой, видимо стремясь увидеть все и сразу. Посмотреть было на что: волею Лучезарного нас переместило не в Эстер-хаус, а напрямую в Темнейшую Обитель. Честно говоря, я планировала экскурсию в данное место провести несколько позже. И реакция будущего воспитанника как нельзя более ясно свидетельствовала о том, что данное решение было единственно верным. Потому что не могли не заворожить пока еще смертного стены, являющиеся украшением сами по себе: выполненные из черного материала, камень напоминающего лишь отдаленно, взору внимательного наблюдателя они иногда давали заметить яркие искры, точно напоминая, что даже в самой беспроглядной тьме можно найти свет. На этих стенах — черно-белые гобелены, изображающие как ангелов, так и демонов. Моим любимым был гобелен, где дядя стоял около зеркала, а в отражении был Михаил. Пол был просто черным, с узорными вставками из серебристого материала. Рисунок этого материала издали напоминал паутину, впрочем, один более внимательный взгляд позволял рассмотреть заключенный в этом узоре охранный контур. Да, завязаны чары были на пол, впрочем, повредить их все равно мало кому удалось бы. Темную энергию эти чары просто поглощали, светлую — отражали, разбить это зеркало смог бы, наверное, лишь Светлейший, да и то не сразу, все же сердце Темнейшей Обители — это вам не щиты дилетанта на классе зельеварения в Хогвартсе, которые даже непробужденный Эстер смог заставить заискрить от переполнения. Здесь на это понадобился бы светлый легион. Главным было не смотреть на потолок. Хм, кто-то сомневался, что мальчишка попытается сделать это, пятой точкой чувствуя опасность? Повезло, что я за ним следила, и едва заметив намек на опасное для рассудка движение, закрыла ему глаза рукой. - Что за...? - начал было он возмущенно, но я оборвала гневный голос проснувшегося любопытства - На потолке — довольно талантливо выполненная проекция межмирного пространства. Неподготовленного человека, которым ты пока являешься, завораживает сразу и без шансов, призывая его стать хранителем Граней. Работенка, на самом деле, так себе, решаться на такую надо по своей воле и в трезвой памяти, а не под влиянием узорного потолка. Мальчишка возмущенно засопел, я фыркнула и пообещала ему показать этот потолок позже, когда он будет готов.Зато у него появится стимул, что полезно. Люцифер, наблюдающий за нами с вежливой улыбкой, указал на проявившееся из небытия черно-белое кресло с широкими подлокотниками. Я фыркнула, разгадав маневр: дядя решил узнать, как мы распределим сидячие места. В итоге я устроилась на левом подлокотнике, мальчишка на правом, а само сидение осталось пустым: я отказалась занимать более удобное место, не желая позиционировать воспитанника как раба; он, очевидно, сделал то же самое, руководствуясь понятиями вежливости. - Однако, - глубокомысленно изрек мой бывший наставник, удивленно изучая оставшееся пустым сидение, после чего повел рукой, заставляя кресло превратиться в двухместный диванчик. Мы с мальчишкой переглянулись и синхронно сменили место дислокации. Брови дяди медленно поползли вверх, я, заметив это, покачала головой. На что Люцифер коротко кивнул, показывая, что этот разговор мы продолжим позже, в отсутствие Поттера. Не надо быть оракулом, чтобы отметить тонну вопросов, возникших у дяди относительно воспитанника, позиционируемого равным герцогине. Хотя сейчас его, кажется, больше заинтересовал Поттер: золотые глаза архидемона поймали взгляд зеленых очей мальчишки. Секунда, другая, после чего дядя прикрыл глаза, пряча мелькнувшее в них раздражение. Я подалась вперед, демонстрируя интерес. - Скажи-ка мне, Тори, кто бы такой классный и всемогущий мог долго и безжалостно выламывать даже намек на ментальную защиту, свойственную всем, даже слабейшим отпрыскам твоего рода? Заметь, делая все это на территории вассального мира. Теперь уже мои брови отправились на свидание с шевелюрой. Проверить защиту разума мальчишки руки у меня пока не дошли. Очевидно, зря, раз ее состояние взбесило даже дядю, известного своим наплевательским отношением к подчиненным. И холодок прошелся по загривку, когда я представила, что произошло бы, если бы взгляд мальчишки встретился с проекцией междумирья. В отсутствие защиты это было верным самоубийством. Решив не откладывать дело в долгий ящик, я заставила парня посмотреть на меня, после чего как-то слишком легко скользнула в его разум. А потом почти села (и села бы, если бы уже не сидела) от загораживающих восприятие осколков защиты. Именно осколков, с поразительной скоростью затягивающих прорехи, только вот что надо было делать с его разумом, чтобы защита не успела восстановиться к этому моменту? Я вспомнила взгляд его профессора. Сопоставила временные промежутки. Подумала о вампирящем характере защиты его кабинета. Пришлось подавлять накатившее желание растерзать. Потому что парня я уже воспринимала своим, а свои — неприкосновенны. Маг же это нарушил, причем, как заметил дядя, прямо на территории вассального мира. Вылетела из сознания подопечного, как ошпаренная, закрыла глаза, как незадолго до меня это сделал дядя, подавляя ярость. Услышала хмыканье последнего: - Вижу, для тебя тоже это стало сюрпризом. - Я не успела проверить его, вмешался Родмах, мессер, - говорила покаянно, впрочем, дядя всем своим видом показывал, что его это не особо-то и интересует. Просто отметил как любопытный факт, но разбираться не желал. Грустно, хотя нам же лучше. Воцарилось молчание, недолгое. Дядя все так же смотрел золотистыми глазами в не сводящего с него взгляда Поттера, накручивая золотую прядь на бледный длинный палец с аккуратным ногтем. - Тори, сладкая моя, а откуда, ты говоришь, этот мальчик? - внезапно поинтересовался Лучезарный, заставляя меня напрячься: когда он спрашивал подобным тоном, его слова вели к осознанию себя как ничтожества. И тем не менее я осторожно ответила: - Сектор альфа, мир «земля». - Отпрыск рода Поттер, верно? - когда я кивнула, дядя продолжил вкрадчивым тоном, - а скажи мне, сладкая, почему мог вмешаться Родмах? Я задумалась. Ничего романтичного в его ко мне отношении не было замечено ни разу — раз. Сработавший аналогичный подход к успокоению мальчишки — два. И вместе с тем, Поттеры не смешивали свою кровь с кровью других демонических родов, иначе мы бы получили что-то чертовски сильное на выходе. Например, мальчишку, в возрасте года уничтожившего находящегося в состоянии полной силы мага, пусть и человеческого. Дядя перевел вопросительный взгляд на меня. Я прочистила горло и осторожно начала: - Возможно, он как-то связан с Эвансами? Тихий смех разлился по залу, заставляя золотистые искры на стенах вспыхивать гораздо чаще. Свидетельство сильного веселья архидемона заставило меня насупиться: попалась в ловушку очевидности, как маленькая девочка. В конце концов, искры погасли, а дядя неожиданно серьезно заговорил: - Твой человеческий маг — Принц, если мне не изменяет память. Давай, Тори, проведи параллель, не разочаровывай меня. - Принц? - я покатала это имя на языке, вспоминая тех, кто мог быть с ними связан, - Принтсуэллы что ли? - выговорила, не веря в это, но поймала довольный взгляд дяди и осеклась. Раз его профессор — потомок Принтсуэлл, подчинился кому-то, значит... - Ну давай, я чувствую, что этот вопрос прямо-таки жжет тебе язык - Как вы, дядя, связаны с Мраксами? Загадочно-обиженный взгляд, поджатые губы, и нас выкидывает на пол Эстер-хауса, довольно жестко кстати. Похоже, дядя обиделся — успела подумать я, прежде чем нас встретила Агнесс.