Когда сон превращается в реальность

Этой ночью мне приснился кошмар. Я видел поистине страшные вещи. В такие моменты начинаешь понимать в полной мере, что чувствовал Султан Сулейман, когда узнал, что его Хасеки умирает. Поцеловав спящую Мерьем, я вышел на кухню и налил себе воды. Надеюсь, молю, чтобы то, что мне приснилось осталось лишь сном. Жизнь преподносит немало сюрпризов, но почему - то всегда отбирает то, что тебе действительно очень дорого. Вероятно, мой сон - чистый бред, воплощение страха потерять любовь всей жизни и на него не стоит обращать внимания?.. Или это предупреждение свыше, что необходимо как можно скорее обратиться к специалисту в Берлине? Что страшнее - ничего не делать, видеть, как любимая тает на глазах, или знать от профессионалов, что лечения нет? Конечно, мнение Мерьем очень важно для меня, это одна из главных причин, почему она до сих пор в Стамбуле, а не в Берлине, в клинике. Но я также боюсь услышать окончательного вердикта, знать, что нельзя ничего сделать и по истечении срока беременности я могу потерять и Мерьем, и ребенка. Вернувшись в комнату, я ложусь рядом. Моя любимая спит. Это и хорошо - не хочу беспокоить ее рассказами о странных сновидениях. Начиная со следующего дня я много работал. Вечером возвращаясь домой, я молча смотрел, как Мерьем учит сценарий. Иногда я ею гордился, иногда меня пробивало на слезы. Но я верил в нее. Верил, что и с этой болезнью мы справимся. Я помогал ей учить роли, не забывать меня. Наша коллекция фотографий пополнялась ежедневно. И поводом могла стать банальная уборка, или приготовление любимых блюд. Однажды вечером, вернувшись со съемок пораньше, я прошел на кухню. Все было в муке, Мерьем сидела на стуле, смотря в пол. Не разуваясь, я подошел к Мерьем, и спросил, что случилось. - Халит, все бесполезно... Я забываю. - Объясни, что здесь произошло? Что случилось? - К твоему приходу я хотела приготовить твое любимое блюдо. Но я не просто забыла его рецепт, я забыла, как оно называется... - едва сдерживая слезы, ответила она. - Ну и черт с ним! Не надо расстраиваться. Главное, что с тобой все в порядке! - я обнял ее, но Мерьем почти не среагировала. - С тобой ведь все в порядке?.. - с тревогой спросил я. - Относительно... Ты извини, я почти весь пол мукой перепачкала.. Она просто с полки упала.. Сейчас я уберу... - Нет - нет! Я сам все сделаю. Но прежде, пойдем, умоешься, хорошо? Пойдем? - я осторожно взял ее за руку и довел до ванной. Она умылась, сняла фартук, и обняв меня, расплакалась. Я сам был на грани, но даже не думал показывать этого. Я утешил ее, прибрался на кухне и, дождавшись пока она немного придет в себя в моих объятиях, взял ее за руку и повел на кухню. - Садись, я нам приготовлю ужин. - Спасибо, мне не хочется есть. Порой меня сильно пугало ее состояние, когда она что - либо забывала. Проблема в том, что она отчаивалась и вывести ее из такого состояния, не отчаявшись самому, было нелегко. Словно не реагируя на ее слова, я достал мясо, муку, масло, и стал готовить простейшее блюдо. Когда оно уже было почти готово, Мерьем подключилась к процессу - стала мне помогать, сервируя стол. Заметив это, я постепенно передавал процесс полностью ей. В итоге, она сама готовила ужин, сервировала стол, а я мыл посуду. Надо видеть моменты, когда ее заплаканные глаза вновь начинают искриться радостью, она смотрит на меня, и как будто не верит, что у нее получается. Я в ответ улыбаюсь, что придает ей немного уверенности. - Халит, что бы я без тебя делала? Ты как будто моя душа.. Без тебя ничего не получается, а с тобой я чувствую себя счастливой и нужной!.. - Просто надо быть немного увереннее. Ты всегда была отличным кулинаром, так что не стоит отчаиваться из - за пустяков, хорошо? Я улыбнулся. Она улыбнулась мне в ответ. В такие моменты мне казалось, не все потеряно, и она обязательно выздоровеет. Конечно, надежду я никогда не терял, но такие происшествия служили доказательством, что все обойдется.