100 оттенков поцелуя

POV Какаши. Спать хочу… Лежу на кровати, утыкаясь лицом в мягкую подушку, в руке держа черную ручку. Нужно дописать отчет о прошедшей миссии, но это так сложно. Одеяло уже начало приятно греть все тело, пытаясь утащить меня в мир грез. Какого черта я лег? Надо сесть за стол, но здесь так удобно, кровать уже не отпускает, крепко сковав меня в своих теплых лапах. Нет. Я все-таки лучше поваляюсь. Тело тяжелое, как будто кто-то прижимает меня к кровати. Незабываемо. Каждое прописанное слово отнимает частичку силы. Прикосновение ручки и бумаги будто по невидимой дорожке пробегается от чистого листа по поверхности одеяла и отдается эхом в ушах. Не самое приятное ощущение. Пишу этот гребанный отчет, изредка поглядывая на бумагу одним глазом. Посреди страницы откуда-то появились странные зверюшки. И когда я успел? Наверное, отвлекся. Даже для меня, человека не творческого, приятнее заняться рисованием, чем писаниной. Мало того, что буквы, как пьяные, с одной строчки на другую переваливаются, так еще и эти художества мешают. Ну, и ладно. Все равно переписывать. Эх, курица лапой аккуратней пишет… Дописав все, что было необходимо, заполнив начальный бланк, я улыбнулся и встал с кровати, пошел к рабочему столу. Завтра с утра отнесу в резиденцию, отдам прямо в руки Ируки-сенсея, как он и просил. Просил? «Срочно сдать отчет сегодня! Последний день!» — такая записка лежала на столе. Теперь Ирука-сан точно убьет меня. Он, конечно, злится не очень страшно, но все же обижать его не хочу. Нужно отнести. За окном уже темно. Думаю, накину кофту, время уже за полночь, как-никак холодно. *** Улицы были пусты, что, в общем-то, не удивляло. Горели фонари, освещая улицы холодным светом, сверчки играли свои песни, дул прохладный ветерок. Создавалось впечатление волшебного царства, переместившегося каким-то чудом в наш мир из старой книги, что пылиться на полке. Прогуливаться сейчас было в удовольствие, но я не из тех, кто специально выйдет из дома, чтобы любоваться красотой природы или города. Мои яркие сны заменяют мне нерукотворные пейзажи. Да, я просто воплощение лени. В резиденции горел свет. Кто-то, видимо, еще работает. Надеюсь, Ирука один из них. Хотя если он до сих пор ждет только меня, то это будет не очень радостной картиной. Коридоры здания были такими же пустыми, как и улицы Конохи. Тут стояла гробовая тишина, изредка нарушаемая потрескиванием старых ламп, зависших под потолком. Я сразу направился в сторону кабинета Ируки-сана, но, как только взялся за ручку двери, обнаружил, что его уже нет. Не сомневаюсь, что Хокаге должна быть на месте. Пришлось переться в ее кабинет. Лестница чуть ли не убила меня своими высокими ступеньками, но я справился и вот уже стою на третьем этаже. Наверное, со стороны я больше походил на зомби, чем на человека. Раскачиваясь во все возможные стороны, я медленно бред до нужной двери. Постучался, как это полагается, приоткрыл дверь и уважительным тоном спросил: — Можно, Цунаде-сама? — Войдите, — судя по голосу, она так же устала. Я ввалился в кабинет, спотыкаясь об порог, и чуть ли не упал. Такое чувство, что усталость — трехтонный слон, которого посадили мне на шею. — Я доделал отчет, но Ируки-сана нет на месте. Нужно было сдать его сегодня, но я немного… — С тобой все в порядке? — взволнованно перебила меня женщина. Я посмотрел в ее глаза. Вид был у нее, действительно, напуганный. — Что-то не так? — с той же опаской проговорил я. — Ты ужасно выглядишь, Какаши. Бледный, как поганка. То гляди, с ног свалишься. Может, ты заболел? Конечно, я понимаю, что так делать не хорошо, но все-таки я немного приукрасил свое состояние. — Тело ломит, — схватившись за ребра, простонал я. — Голова немного кружится. Измотался я с этими детьми. Самых неугомонных мне дали, — уже держась за голову. — Может, у тебя температура? — беспокоилась Цунаде, пока я пользовался ее доверием. Стыдно что-то. — Не знаю. Вроде бы, нет. — А ну-ка иди сюда, — она махнула рукой, призывая подойти, и я не мог противиться. Вот я и раскрыт. Сейчас прикоснуться ко мне, а я здоров, как бык. Проломит мою «хитрую» головушку за вранье. Кажется, мне и в правду хуже стало. Я нехотя подошел ближе, а она, встав с рабочего места, потянулась ко мне. Скинув протектор, который упал на стол и громко стукнулся об него железной эмблемой, она убрала длинную седую челку и, притянув меня к себе за затылок, поцеловала в лоб. Глаза от картины перед носом увеличились в три раза. Я еще никогда не находил их такими большими. Она же прямо утыкала меня лицом в свою грудь. Маленький кулончик то ли голубого, то ли зеленого цвета застревал прямо между ними. Не зная, куда мне деться, я стоял на месте, не шевелясь. Она отпрянула, и, наконец, я смог выпрямиться. — Какаши, у тебя высокая температура. Ты весь покраснел, как рак, — женщина покачивала головой, видимо, ругая меня за легкомысленное отношение к своему здоровью. А я тем временем вдыхал всю кровь, подступившую к носу, чтобы она меня в лазарет на полгода не положила. — Тогда можно я пойду? — жалобным голосом попросил я. — Даю отпуск! Две недели. Не хочу терять джонинов, когда за границей твориться черти что. Направлю к тебе Сакуру, как только она вернется с миссии. Об отчетах даже не думай. Строго постельный режим! — Слушаюсь, — я всеми силами пытался скрыть улыбку, что у меня, к счастью, получилось. Также неуклюже вывалился из кабинета и поплелся домой. Денек отдохну и сразу же возьму сложную миссию. Нужно покрывать свои маленькие грешки…