Жизнь подростка-фикрайтера! Или это всё семья стёбщиков.

Фикбук! Родимый мой! Как ты изменился за моё отсутствие. Прошло много времени, как я не изливала свою душу здесь. Вы ещё помните меня? Да, я именно та девчонка, у которой родители – дурдом на выезде. Я, может, и больше не писала сюда, но у меня такое случилось… Я же всё-таки съехала в общежитие. Не айс, конечно, но это лучше, чем дом. Я стала опасной для Макса, бабушку неистово кроет, и… Ничего непонятно? Сейчас все объясню. Начну с бабушки. Ведь именно с неё всё началось. Раньше она жила в деревне вместе с дедушкой. Дедушка куда-то уехал, объяснив всё так: «Эй, старуха, я ухожу в поисках приключений. Мне уже 70, и пора пожить для себя», — и уехал на бричке с лошадью. Ну, у него всегда было с головой немного ку-ку (хотя у нас ВСЯ семейка такая). В общем, она переехала к нам. Я всегда рассказывала бабушке всё, она же мой божий одуванчик. Всегда понимала и жалела. Даже если меня отправляли к ней в деревню пахать, я в основном ничего не делала. Я так обрадовалась её приезду. Спасение пришло! Боженька спустился с небес! Статуи на острове Пасхи повернули головы в сторону, чтобы посмотреть на ангела в её лице. Ага… Ну, конечно! Если родители немного угомонили своих бесов, то бабуля давала жару! Я ей рассказала, что по выходным Макс забирается ко мне в окно и мы лежим в обнимку. Это была моя большая ошибка. Когда родители сидели в прихожей и смотрели телевизор, а я втыкала в телефон, бабуля ходила туда-сюда по комнате и «случайно» задела мою сумочку, которую я оставила на прихожке. И оттуда посыпалось… Как Вы думаете, что? Презервативы! Много презервативов!!! Мои глаза вылезли из орбит от охренения. Батя невольно потянулся к ружью, а мать достала скальпель. — Я убью этого тушканчика, — зловеще папая заулыбался. — Сначала я с ним побеседую… Может, на органы его продать? Столько бабла срубить можно, — родительница вертела скальпелем в руке. Я не знала, что делать, и единственное, что я смогла сказать: — Это не мое. После чего бабушка достала телефон, тех допотопных времен, и включила какую-то запись. Угадайте, что там было записано? Стоны! Я просто выпала… Глаза полезли на затылок, а челюсть упала в подвал. Что тогда было, я не особо помню, потому как была в шоке от бабули. Она чудила только так. Это всё было незначительно, но она пыталась. Я хотела съехать в общагу и поэтому тоже начала немного выводить из себя своих родных. То делала из челюсти бабушки гирлянду и вешала ее на люстру, то подменила краску для волос – и мама ходила немного рыжей, а с этим цветом волос она была похожа на туалетный ершик, которому год. Купила духи, брызгала одежду своего отца ими и кидала на неё волосы своей одногруппницы (приходилось частенько её расческу тырить), и маман думала, что он ходит налево, и вот ему было… В общем, действовала на нервы как могла. И вот! Наконец-то они сами собрали мои вещи и спихнули меня в общагу. С соседками мне повезло всё-таки. Характерами сошлись быстро, но спустя пару месяцев во мне начал просыпаться черт. Я начала хамить всем кому ни лень, а потом… В общем, было так: душевая же общая – и парни частенько забывали свои вещи. То шампунь, то гель. Но однажды мой сосед забыл там свои трусы (семейники). На моем лице заиграла акулья ухмылка, и я повесила эти трусы ему на ручку двери и приклеила записку большими буквами на листе А4: «Руками трусики не трогать. Игорь». Весь блок ржал. Потом девочка сделала себе татуировку на ноге. — Шо это за яйцо Малевича у тебя на ляхе? — я ляпнула это при всех жителях блока. — Это лев! — возмутилась она. — Оу… Лев? Как по мне, яйцо. Как у страуса, — девочка злилась сильнее с каждой секундой. — Ну, знаешь, у них яйца диаметром как… А ну как на твоей ляхе, — я очень нелепо улыбалась, а все, кто я стоял на кухне, ржали как кони. Она распсиховалась и ненавидит меня до сих пор. Меня это мало волнует, но вот завтра приезжает Макс, и у нас назначенная встреча. А по прогнозу погоды будет небольшая гроза с дождем, и меня не покидает одна мысль… Моя задумка… Жестокая задумка в плане стёба. То-то ещё будет. Макс, прости меня, но это, похоже, наследственное.