Кровь дракона

Король закрыл двери и отправился к себе почти бегом, обдумывать, что дальше делать. Девушки ему понравились: они были спокойными, хозяйственными, красивыми. Осталось только понравиться им. А перед этим стоило бы сесть и успокоиться, чтобы не натворить идиотских поступков. Например, принять ванну с травами, поразмыслить в тишине и покое. Что можно сделать такого, чтобы порадовать девушек и не поставить их в неловкое положение. Украшения? Духи? Цветы? Ткани? Насколько он успел заметить, ни на одной из сестер не было ничего, кроме тонкой цепочки с солнечным символом Сератуса, и даже ушки были не проколоты. Так что с драгоценностями придется разбираться позже. Духи пока тоже отпадают, он не знает, какие ароматы им нравятся. Цветы... Ну, здесь можно пробовать и даже ошибаться. В крайнем случае, выкинут. Ивэйн вошел к себе, раздеваясь на ходу, опустился в ванну, пахнущую травами - Бриджит подсуетилась, не иначе - стал смотреть в потолок. Ладно, для начала попробует розы. И... Хорасова задница, что же еще? Что там у него в саду есть? Король чертыхнулся, поднялся из воды. Травы не приносили успокоения. Слуга тут же накинул на него тонкое полотно, предложил массаж. - Нет, - король отослал его. Он сам оделся, добыв из гардеробной костюм небогатого придворного. За долгие годы правления он понял, что люди смотрят не в лицо монарху, а на его драгоценности. Если убрать все регалии, вряд ли кто-то узнает в нем короля. И отправился бродить по дворцу, узнавая последние настроения среди придворных. И заодно надо было дойти до сада и взглянуть на оранжерею. Люди охотно мыли кости монарху и его предполагаемым невестам: в отличие от племянника, чья личная жизнь была для них не так интересна, его жизнь постоянно подвергалась обсуждениям. Ивэйн с охотой поучаствовал в парочке. Его называли как угодно: распутником, греховодником, старым козлом, чудом вернувшим себе молодость. Король поддакивал и составлял список тех, кому вскоре не поздоровится. В словах придворных слышалась и зависть, ведь сестры Винцлау были красавицами, и неодобрение, ведь они были простолюдинками, всего лишь купеческого сословия, даже не низшей аристократии. Ивэйну наскучило, он отправился в оранжерею, искать цветы. Странно, но за последние несколько лет он ни разу не бывал в оранжерее. А зря - чего тут только не было. Ивэйн слегка одурел от запахов и красок. Решить, что бы такого подарить сестричкам, он никак не мог. Откуда-то из-за переплетений кустов вышел садовник. - Я могу чем-то помочь, молодой человек? - Можете. Что бы вы подарили двум потрясающе прекрасным женщинам, если розы - это пошло, банально и безвкусно? Садовник хмыкнул, подумал и кивнул: - Идемте, я покажу. В дальней части оранжереи было жарко и влажно. И пестро от странных, похожих на экзотических насекомых, цветов. - Орхидеи. Если в первый раз, то лучше вот эти, - садовник ткнул в огромные грозди нежнейших, словно из тонкого белого с розовым отливом воска вылепленных, цветов. - Прекрасно. Можно мне их? - С разрешения его величества. Эти цветы - подарок матушке нашего короля от альвов, они весьма редкие и дорогие. - Я сам себе разрешаю, - Ивэйн кивнул садовнику. Тот смутился, торопливо кланяясь: только сейчас признал, с кем говорит. - Конечно, сир, я сейчас срежу самые красивые грозди. - И мне два букета. - Да, сир, я понял, - снова поклонился садовник. Вскоре два изысканных букета, с тонко благоухающими цветами, завернутыми в какие-то широкие, резные листья, были готовы. Ивэйн сердечно поблагодарил садовника, наказал не распространяться о том, в каком виде тут король ходит. И почти бегом отправился к сестрам Винцлау. У самых аметистовых покоев приостановился, соображая, достаточно ли времени прошло, чтобы леди отдохнули. Он помнил, что королева Витария обычно по полдня проводила в своем будуаре, в компании массажисток, мастериц по сооружению изысканных причесок и прочих служанок. Потом робко постучался. Дверь тотчас распахнулась, ее открыли не горничные, а одна из сестер. Удивленно взглянула на короля и узнала: - О, ваше величество? Вы потрясающе выглядите. - Спасибо. Это... Вам, - Ивэйн протянул два букета. - Ого, альвийские орхидеи? - девушка опознала цветы, тепло улыбнулась: - Спасибо. А уместно будет пригласить вас на чай? Мы с Ирмой как раз хотели выпить по чашке травяного чая. - Да, вполне уместно, - Ивэйн зашел к ним, неуверенно улыбаясь. Травяная ванна ему не помогла успокоиться, а вот заваренный сестрами чай - раскрепостил, и через десяток минут король уже вполне мило и без лишней зажатости болтал с сестричками, не испытывая никаких трудностей в общении. Даже какие-то байки травил. Еще и пару раз неуверенно придвинулся поближе к Ирме. Держать дистанцию та не стала, а с другой стороны к королю придвинулась Мирта, видимо, и Ивэйн им нравился. Король приобнял их за талии. Именно этот момент выбрал слуга, чтобы, постучав, войти и объявить, что ужин готов. Короля он не узнал, и можно было не сомневаться, что сегодня же его величеству доложат о неподобающем поведении его невест, принимавших в своих покоях мужчину. Ивэйн сопровождать невест на ужин согласился, только вот сбегал переодеться. Явился за сестрами уже при всех положенных регалиях, в сверкающем драгоценностями костюме. Им можно было иллюстрировать народную мудрость, говорившую, что одежда меняет человека. И вел невест пафосно и торжественно, словно это не он полчаса назад пытался обнимать их, не веря в свою удачу. Девушки сдержанно улыбались, хотя глаза искрились смехом: их забавляла вся эта дворцовая суета. - У вас не будет проблем, милорд? - Ни малейших. И зовите меня по имени. - Простите, Ивэйн, мы забыли. - Мы исправимся, обязательно, - они ослепительно улыбнулись ему. - Хорошо. На обеде присутствовало все семейство. Ким был мрачен, ни с кем не общался, Тана готов был укусить за лишнее движение в свою сторону. Дракон только закатывал глаза и старательно оберегал свое сокровище от любых контактов и сам не приближался, хотя перед Кимом оказывались самые лакомые кусочки. Жрец их поглощал с аппетитом. С хорошим аппетитом. С отличнейшим аппетитом. Бриджит смотрела на это широко раскрытыми глазами: как в некрупного, стройного парня помещалось все съеденное, и при этом он не лопался, ей было непонятно, пока она не вспомнила о грядущем перерождении. Женщина сразу кивнула слугам, намекая, что принца кормить, как на убой. Слуги забегали. Ким постепенно оттаивал: ненавязчивое внимание дракона обволакивало теплом, как нежный шелк. Материнская забота тоже грела. И вообще, с чего бы это его так повернуло? Жрец прижался к боку Тана, лениво догрызая булочку. Тот усмехнулся: он вырастил двенадцать детей, конечно же, он сталкивался с такими вспышками раздражительности в период, когда юные драконы проходили свою первую линьку. К счастью, обед закончился. - Ну, и когда свадьба? - пренебрегая этикетом, спросил Тан в лоб. - Думаю, что через декаду, - отозвался Ивэйн. - Отлично, тогда мы пошли продумывать пако... подарки, - дракон ухмыльнулся. - Идите-идите, - король улыбнулся. - А мы, пожалуй, пообщаемся о своем, о женском, - Бриджит вспомнила, что на церемонии ей предстоит изображать все же леди, а не рыцаря, с тяжким вздохом пригласила невест к себе. Обсуждение фасонов платьев и прочего Бриджит проводила с таким лицом, что было ясно - продлись обсуждение еще пять минут, замотает невест в гобелены, а при попытке пискнуть, сразу доставит к алтарю в бессознательном состоянии. - Может быть, положитесь на нас? - Мы сами все выберем и даже поможем сшить, - предложили сестрички. - Отлично. Теперь, что касается ваших покоев. Все устраивает? - Вполне, миледи, они прекрасны. - Нас все более чем устраивает. - А гость вас тоже устроил? Слуги видели визитера в ваших покоях. К ее удивлению, девушки только рассмеялись: - О, да, миледи, ЭТОТ гость нас весьма устроил. - Он был очень галантен. И такой веселый, это ему идет гораздо больше, чем каменное "официальное" лицо. - О... Хм, - Бриджит дурой никогда не была. - Хорошо. - А вы разве не знали, что его величество часто выходит во дворец в простом платье? - Он слишком давно не делал этого. - Люди смотрят на одежду, но не на лицо. Нам придется привыкнуть к этому, - задумчиво произнесла Мирта. Ирма только кивнула. - Скоро Ивэйн снова явится к вам, так что я пойду. Дел полно. Девушки слаженно присели в реверансе перед ней. Бриджит кивнула и умчалась. Как она и предсказывала, вскоре пришел Ивэйн, узнавать, не требуется ли невестам чего-нибудь. Его усадили играть в шахматы, так что до своих покоев король добрался только далеко заполночь, проигравшись в пух и прах и обещая отыграться непременно, а то даже обидно как-то: считался же раньше неплохим игроком. На следующий день времени увидеться с невестами почти не было, захватили предсвадебные хлопоты. Однако он решился все же послать им маленькие подарки. Как он успел увидеть, солнечные символы у них были очень простенькие, позолоченные. За день придворный ювелир изготовил такие же, только из чистого золота и украшенные небольшими, чистой воды, бриллиантами, а на коробочки с ними Ивэйн сам прикрепил фиолетово-голубые орхидеи, похожие на крупных бабочек. - Надеюсь, что им понравится. К утру ему принесли ответ: белоснежную рубашку из чистого льна, с широкими кружевными манжетами и воротом, совершенно восхитительными. Король примерил ее и впал в счастливое созерцание себя. Под кружевами тонкой серебряной нитью были вышиты обереги, почти незаметные, но почему-то стало так приятно: о нем заботились, как уж умели. Ивэйн распорядился прислать невестам еще по букету цветов. И углубился в подготовку. В предпраздничной кутерьме и таком вот обмене подарками, маленькими и ни к чему не обязывающими, прошли девять дней. На десятый, утром, король обнаружил на прикроватном пуфе скромную шкатулку из потемневшего от времени дерева, с коваными серебром уголками. Внутри, на черном бархате, лежало старинное, массивное золотое кольцо-печатка, с вырезанным на темно-синем камне гербом одного старого, считавшегося угасшим, рода. - Не понял, - король весьма удивился. - Что это? Пришлось выкроить время и заскочить в библиотеку. Герб и в самом деле принадлежал роду Вайонар, последний представитель которого, носивший еще княжеский титул, считался пропавшим без вести в горах сто лет назад. - И откуда оно взялось? – король разглядывал кольцо, но оно, как и полагалось неодушевленному предмету, молчало. За ответом он отправился почему-то к дракону. Кому, как не повелителю золота, знать все о драгоценностях. - Уважаемый, вы не подскажете, каким путем у меня оказалось это на столике? И откуда оно вообще могло взяться? Тан откинул крышку шкатулки, хмыкнул: - А, собственно, почему вы ко мне явились? Это кольцо ваши невесты с собой привезли, у них и спрашивайте. - Хм... Странно. Ладно, - Ивэйн забрал кольцо и отправился к девушкам. - Прадедушкино. - Когда прабабушка его нашла, он ничего не помнил о себе, так что и имя ему придумали новое, и фамилию он взял прабабкину - Винцлау. А это - единственное, что от него осталось. - Вам не понравился наш подарок? - огорчились обе в один голос. - Просто стало любопытно, откуда взялся перстень князя Вайонар. Девушки переглянулись с искренним недоумением: - Мы не знали, милорд. Ивэйн кивнул, надел княжеский перстень рядом с королевским. Очаровательно. Значит, его невесты вовсе не простого рода, а в их жилах течет княжеская кровь. Можно будет заткнуть рты сплетникам из Совета. Проблем резко поубавилось, что радует. - Мне очень понравился ваш подарок, леди, - он поцеловал им руки. - Ваше величество, - слуга влетел вихрем. - Вам пора примерять костюм. Ивэйн закатил глаза и поспешил откланяться: было еще одно дело, теперь обязательное к выполнению. Зайти в сокровищницу и выбрать две княжеские диадемы, желательно - похожие. К счастью, среди всех сокровищ княжеские сапфировые венцы все же отыскались. Еще обнаружился Ким, задумчиво разглядывающий все содержимое казны. - Нравится что-нибудь, племянник? - Ивэйн разыскал на специальном стеллаже мягкую замшу и попытался сам отполировать диадемы. - Не знаю. Нет, наверное. Камни мелкие, украшения скучные. - А в тебе просыпается драконья кровь, - весело фыркнул король. - Но это еще не все сокровища нашего рода. Хочешь посмотреть? - Как не все? А что еще есть? - глаза у Кима разгорелись. Мужчина хохотнул: - Это - так, замануха для воров, можно сказать, и для глупцов, которые ценности не понимают. Все же, наш род недаром с драконами столько лет связан. Идем-ка, только недолго, иначе Бри перевернет весь дворец в поисках меня. Идти было недалеко, но вот проход скрывала иллюзия, такая качественная и так тонко выполненная, что даже Ким ее не учуял. А за ней открывалось большое помещение, сухое и прохладное, уставленное стеллажами, чем-то похожее на драконью библиотеку. Только вместо кристаллов-книг футляры хранили бесценные произведения ювелирного искусства. Отсюда король и принес диадемы. - А... - Ким лишился дара речи. - Красиво, правда? Наши предки долго собирали это великолепие. А раз уж у меня теперь будет аж две супруги, попытаюсь научить их носить драгоценности, ведь сокровищам иногда требуется попадать под солнечный свет. - И ты все это скрывал столько времени? - Я не люблю таскать на себе ювелирную лавку, племянник. Твоя матушка тоже предпочитает сталь золоту. Мою бывшую супругу... как-то мне не особенно хотелось ее посвящать в это. - Да, понимаю... - Нравится что-нибудь? Треть этого всего принадлежит тебе, Ким, чтоб ты знал. - Оно все прекрасно, но я тоже не ношу украшения. - Ну, подаришь своему дракону. Он, как я вижу, тоже не особо увешан украшениями, но он ценитель. - Хорошо, - на это Ким был вполне согласен. Юноша прошелся по сокровищнице, разглядывая украшения, и увидел камею, чем-то похожую на те, что они дарили сестрам Винцлау. Он достал ее из шкатулки и фыркнул: на слоистом бело-рыжем агате красовался искусно вырезанный знакомый до мелочей профиль. - Ну, надо же! Работа мастера Вааэнальэвилли. - Да, говорят, что именно его. Досталась в наследство. - Никого не напоминает? - юноша протянул камею королю, усмехаясь. Тот посмотрел, хмыкнул: - Кого-то вроде напомнило, не пойму, кого. - Ну Тана же! Скорее всего, именно его мастер и запечатлел, только помоложе. - Вполне возможно, возьми, покажешь ему. Ким кивнул, бережно опустил камею на бархатную подушечку и спрятал футляр за пояс. - Идем, пока мама нас искать не начала. - Идем. Тем более что скоро пора начинать. Свадебная церемония была торжественной и пышной. Собрался весь двор, послы сопредельных стран, альвийское посольство. В храме Сератуса негде было яблоку упасть. Ким любовался дядей. И сестрами Винцлау. Вернее, теперь уже не Винцлау, а княгинями Вайонар. Придворные были шокированы, когда перед венчанием было объявлено о том, что невесты его величества - счастливо найденные наследницы княжеского рода. Впрочем, и сами близняшки были ошарашены не меньше, но держались с достоинством. - Красиво как. Люблю праздники, - восхищался Ким. Тан улыбался и кивал. Люди придумали множество ярких и красочных ритуалов там, где драконы обходились краткими и совсем не зрелищными на его взгляд. Но ему нравилось. Он впервые за две с половиной тысячи лет побывал на людской свадьбе, как-то до сих пор не удосуживался. Невесты в небесно-голубом, с сапфировыми украшениями и диадемами, были просто чудесны, жених в бело-золотом, что должно было символизировать солнце, сиял так, что становилось больно смотреть. Те, кто помнил первую свадьбу короля Ивэйна, замечали, что сейчас он выглядит воистину счастливым. Ким восторгался всем, что видел. Его приводили в восхищение украшения, цветы, краски, звуки. Он тоже впервые присутствовал на таком великолепном торжестве. - Тан, а как драконы женятся? - шепотом спросил, следя за церемонией. Дракон фыркнул: - Почти так же, как мы с тобой обручались. У нас зрелищными бывают только поединки. - А тебе тут нравится, Тан? - Мне вообще везде нравится. И дома, и здесь, и в альвийских лесах, и у подземников, и даже у вайров. Мир такой разный, как он может не нравиться? - А завтра полетим кататься с ледяного дракона? - А ты уже соскучился по горам? - Тан прижал его, уколол неистребимой щетиной, целуя в висок. - Я соскучился по полетам на твоей спине и возмущениям Гатара. - Значит, полетим. Только в Истар завернем, проведаем детей, хорошо? - Хорошо, милый. А Гораха оставим? - Кстати, надо бы выволочь этих влюбленных из кровати. А то скоро склеятся. И... впрочем, если он пожелает остаться, пусть остается. Ему полезно посмотреть на что-то еще, кроме Драконьего Края и Ниморра. - А зачем вытаскивать? Им хорошо и так. - Есть им тоже нужно, - весело фыркнул дракон. Хор затянул славословие молодым, и новоиспеченные супруги развернулись к народу, готовясь принимать поздравления и подарки. Дары были богатыми и разнообразными. Старались угодить все, кто из страха, кто из уважения. Тан и Ким подошли одними из последних. Когда продумывали подарки, решили не заморачиваться чем-то одним, поэтому, по мановению руки дракона перед новобрачными появилась целая груда даров. Ларец с драгоценностями, ларец с самыми лучшими шелками для кружевоплетения, заказанные у лучшего мастера столицы инструменты - для сестричек, прекрасный клинок, выкованный некогда самим Таном, украшенный чистой воды сапфирами, кубок из цельного аметиста - для короля. Ахнули от восторга все трое. - Мы поздравляем вас, ваши величества, - поклонился Тан, делая вид, что он-то вообще никаким боком в этой свадьбе не замешан. Его одарили теплыми взглядами. Дракон мысленно усмехнулся: ну вот, еще три судьбы связались в одну нить с его легкой руки. "Открыть контору по устроению свадеб, что ли?" - фыркнул он. "Дракон-сваха? А мне нравится", - кивнул Ким. "Это будет беспрецедентно" - Тан смеялся глазами, обнимая своего Хранителя. И, кроме смеха, в синих с золотыми искрами безднах горело желание оказаться сейчас подальше ото всех, наедине с Кимом. Ким потянул его в их комнату. На свадебный пир они опоздали, впрочем, этого никто не заметил. Все внимание было приковано к новобрачным, и только к ним. Драконицы охраняли счастливое трио, зорко следя, чтобы праздник не был омрачен никакими происшествиями. То ли они так хорошо охраняли, то ли все убийцы и воры разленились, но свадебный день завершился без эксцессов. И король воспринял это, как доброе предзнаменование. Послесвадебное утро пришло как-то неожиданно. Ивэйн открыл глаза и покосился на две живописно растрепанные женские головки, покоящиеся у него на груди. Жены спали тихо-тихо, чуть улыбались во сне. Удивительно, но сейчас он мог с точностью сказать, кто из них Ирма, а кто Мирта. Первая брачная ночь выдалась... насыщенной. Он был изумлен до глубины души, уразумев, что в жены взял девственниц. Пришлось выложиться, сделать все, чтобы первый их раз не стал чем-то неприятным, что будет вспоминаться с отвращением. Ивэйн тихо улыбался, обнимая обеих, любовался ими. И не знал, чем отблагодарить могущественного Перворожденного, играючи подарившего ему такое счастье. Жены завозились. Ивэйн поцеловал одну, затем вторую. - Доброе утро, - ему солнечно улыбнулись, здороваясь в один голос. - Мои красавицы. Доброе утро. Пробуждение затянулось надолго: как выпустить из постели таких нежных, тепло-сонных кошечек, не приласкав их сначала? Ивэйн и не устоял перед двойным соблазном. Потому завтрак оказался для них почти обедом. И на нем отсутствовали Тан и Ким. - А где же?.. - Улетели, - хмыкнула Бриджит. - Сказали, что их ждет очень важное дело в Драконьем Крае, не терпящее отлагательств, передали вам свои поздравления и умчались. - О. Хорошо, - король уже отвык удивляться поведению племянника. Бриджит, с которой сын попрощался, клятвенно обещая появиться пред материнские очи еще через полгода, только вздохнула: хорошей матерью себя она не ощущала совершенно. Зато она была хорошим рыцарем, что утешало. Но если она решится все же родить второго ребенка, придется передать полномочия первого рыцаря королевства кому-нибудь... да хоть и одной из дракониц. Если, конечно, те согласятся. Хотя для этого надо найти мужа. В библиотеке какого-нибудь храма произрастает, плесень бледная. Думает, что спрятался, и теперь его никто не найдет. Ха! Бриджит сжала в кулаке маленький медальон с прядью полуседых, серо-русых волос. От нее не скроется. А когда она уверится, что он зачал ей дитя... Пусть катится на все стороны разом. Разрешение на развод брат даст охотно. - Мне пора, - леди-рыцарь не любила оставлять на потом дела, которые можно было сделать сейчас. - Удачи, Бри, - кивнул Ивэйн. Ким оглашал небо счастливыми воплями: Тан, отпустив Гатара и позволив ему бежать по земле за ними следом, выписывал в воздухе мертвые петли, "бочки" и перевороты, развлекая своего Хранителя. Они почти не продвигались вперед, зато Ким был доволен. Ну, и звивер тоже. А это было главным, что все веселились и были счастливы. Тан рассчитывал, что каникулы у них продлятся еще недельку, пока Киму не надоест кататься с ледяной горы. А потом... потом его ждала череда официальных визитов к альвам, подземникам, в Киннарию, в Ортог... Да и осенний Слет, тоже присутствовать надо. И Орм в гости приглашал. Ах, да, еще же охота на снежного барса. И зима с грядущим перерождением Кима... Год выдался чересчур насыщенным событиями. - Летим кататься! Йеххоу! Гатар, отращивай когти, будем на драконе скользить! Но перед полетом к Ледяному Дракону они побывали в Истаре. И задержались там на трое суток. Совсем ожившие и освоившиеся мальчишки хвостом ходили за Кимом, требуя сказок, оправившись от первого потрясения при известии о том, что Вентан Мечник - дракон, потребовали прокатить. Заласкали до полного обалдения Гатара и, как ни странно, Арли, которой пришлось расстаться со своим последним ребенком, избравшим своим хозяином почему-то маленького Мику. Ким шатался по окрестностям, драл траву, делал отвары и всех ими поил. У Диона Тан выяснил, что сколл`тэ Лад в Истар заходил, вечер пробыл, пел песни и расспрашивал о драконах Закатного клана. И утром отправился в сторону Драконьего Края, пешим. Было это всего три дня назад, так что далеко уйти певец, скорее всего, не успел. - Ловить будем? - Ким погрустнел. Дракон неопределенно пожал плечами. - Пока еще не знаю. Пожалуй, и мне стоит вознести молитву, испросить совета у Хораса-Творца. Ким кивнул. - Я тоже помолюсь. Молитва Сератусу, по традиции людей, все же совершается в полдень, ведь Творца Мира олицетворяет солнце. Молитва Хорасу, Творцу Жизни, возносится ночью. Отчего так, даже Тан сказать не мог. Но этой ночью спал Ким отдельно. Тан же вышел за стены крепости и за границу людского поселения, обернулся и взлетел. Молитва дракона - это его полет, это его страстный, огненный зов к тому, кто сам был подобен дракону, крылатый и свободный. "О, Творец, услышь меня! Открой мне толику замысла своего!" В крепости не спалось Диону, да еще Лиоту, который выбрался на крышу, прихватив одеяло, и следил за силуэтом дракона на фоне звездного неба. Кима сразило сном, словно накинули на голову покрывало. Ему снился теплый золотой свет, и легкое прикосновение чьей-то руки к волосам. - Благословляю, Перерожденный, будь первым среди детей моего брата, нашим жрецом, - прокатился сквозь тело голос, подобный голосам звезд. Ким потянулся к этой руке. - Красивый дракончик. И Хранитель у тебя достойный, дитя. Ты будешь лучшим королем Наделенных Разумом, чем Ледяная Звезда. Передай Вентанамиршалиэрру Алопламенному, что срок заточения Инваррашшенларимирра не окончен, но ему дарована милость спать рядом со своим Хранителем. - Я передам. Не уходи, я хочу еще погреться. Творец Миров рассмеялся: - Грейся, дракончик. Питайся солнечным светом. Золотая шкурка, серебряный гребень, глаза, как звезды. Хорас будет доволен, ты лучшее его творение. - Но я же твой жрец, а не его? - Разве можно отделить день от ночи? Друг без друга они не существуют. Ким грелся, купаясь в золотом свете, почти мурлыкал. - А ты ведь меня не оставишь? - Нет, дитя, мы будем присматривать за твоим миром во веки веков. И на твою молитву я откликнусь всегда. Воскрешение - это дар и мой, и Хораса. Ким закивал, принимая из уст бога любые объяснения, счастливо улыбался. Утром он рассказал свой сон дракону. Тан серьезно кивнул: да, что-то такое он и предполагал. Инваррашшенларимирр заворочался, чувствуя приближение своего Хранителя. Значит, данну придется погрузить в зачарованный сон, и уложить рядом с Ледяной Звездой. Пусть спят, раз уж боги решили, что просыпаться последнему королю драконов нельзя. - Надо догнать его скорей. И порадовать его вестями. Вопреки домыслам Диона, Лад двигался гораздо быстрее обычного человека. Он, по большей части, не нуждался во сне и пище. И поэтому уже на пятый день, как вышел из крепости, был у подножия Срединных Гор. Его вело сердце, чуявшее, что цель близка. Тень летящего дракона его заинтересовала, данну поднял голову. Бронзовый гигант приземлился, вздымая тучи пыли, с его спины соскользнул знакомый паренек. - Привет, - он широко улыбался. - Идем. Я отведу тебя к нему. Сердце данну забилось от радости. Неужели, сегодня окончится его многотысячелетнее одиночество? Неужели он снова получит возможность обнять своего Избранника? Лад без колебаний последовал за тем, кто, как и он, носил на челе золото венца Хранителя. - Ты вечно с ним будешь. Но не здесь. В мире снов. Певец только кивнул: он не думал, что Ледяной Звезде дозволено будет проснуться. И если такова воля Творцов, то он был согласен на это. Бронзовый дракон простер крыло, предлагая сесть ему на спину. Ледяной Дракон с высоты показался им таким маленьким, но вблизи ледник поражал воображение размерами и чистотой льда. - Вы будете спать. Вдвоем. - Это хорошо. Я, признаться, устал бродяжить, - фыркнул данну. Дракон опустился у подножия ледника и обернулся. Певец кивнул синеглазому воину, словно давнему знакомому. Тан коротко поклонился и взял его за руку, приложил ладонью к обжигающему льду. И тот раскололся с долгим стоном. Кусок ледника отошел в сторону, открывая проход в глубину, полную синих теней и шепота воды. - Иди, - Ким положил руку ему на плечо. - Надеюсь, мы увидимся еще. - Может быть. Но, даже если нет, все равно спасибо, - Лад поколебался и снял с плеча футляр со своей арфой, протянул его Киму. Юноша бережно взял инструмент. - Я научусь играть. - Несомненно. Ну... - данну вздохнул, улыбнулся и шагнул внутрь. Трещина за ним закрылась, словно ее и не было. Ким уткнулся в плечо Тану. Дракон крепко обнял его, в который раз благодаря богов за Хранителя, за его любовь и счастье, которое сероглазый мальчишка-жрец подарил ему. - Идем, детка. Ты все еще хочешь покататься с горки? - Да-а-а. Смотри, какой хребет! - Ой-ой, мое бедное пузо, - смешливо возопил Тан, подхватывая его на руки. Гатара они оставили в Истаре, за ним нужно будет слетать позже, а пока... Их ждало развлечение, впереди было еще немножко свободы и - вечность. - Ну, я никогда не катался с горок на драконе. - Эй-рах-х-хэ! Лад ничего этого не слышал. В ледяной пещере, куда привел его ход, было тихо-тихо, даже водяная капель осталась где-то за спиной. Посреди круглого купола, на возвышении, похожем на широкое ледяное ложе, на богатом меховом покрывале покоилось тело прекрасного, как сон, мужчины. Соразмерное, мощное, окутанное тяжким золотом волос, струившихся по мехам, по льду, расстилаясь по полу. Лад медленно подошел, взобрался на ложе и лег рядом, сдвинув волосы дракона. Приткнулся головой ему к плечу и закрыл глаза. Сон пришел быстро, словно теплая вода западного моря, сомкнулся над ним, и потому он уже не ощутил, как пошевелился, сонно вздыхая, Инвар Ледяная Звезда, меняя положение, как подсунул ему под голову руку, второй крепко обнимая его поперек груди.