Sinful Flowers

Рейта открыл глаза и огляделся. Рядом лежал Руки. Из уголка его губ стекала кровь. Рейта подскочил, но сильная боль пронзила его тело. Он закричал, и, тяжело дыша, смотрел на тело. На его собственном животе оказалась большой порез, из которого сейчас хлестала кровь. С другой стороны от раба на спине лежал Уруха, с неподвижным взглядом застывших глаз. С перерезанным горлом, без левой руки и с огромной раной на ноге. А за окном с багрового неба падал снег. Белые хлопья опадали на столько знакомых лиц. Так много друзей лежало там на снегу, их тела уже начали замерзать. Рейта медленно встал и обернулся, чтобы невдалеке увидеть двух сражающихся мужчин. Прижав рукой рану, блондин пошел к ним. Несколько раз он споткнулся, но упрямо продолжал идти, пока ногой не зацепился за чье-то тело. Хватая ртом воздух, он спал с лица и зарыдал. Подползя ближе к телу, он поднял его на руки. - К-Кё-сама, - горько плакал раб. Он обнял тело своего хозяина, но звук столкнувшихся мечей заставил поднять голову. Дерущиеся приближались к нему все ближе. Огромными от страха глазами он смотрел, как Дай блокирует выпад Камиджо. - Дай-сама ... Ронин посмотрел на Рейту, и в этом момент серебристое лезвие рассекло ему шею. Тело брюнета упало на пол, а голова покатилась в сторону раба. Рейта осторожно опустил Кё и трясущимися руками поднял голову Дая. Чувствуя, как слезы горячими потоками струятся по щекам, блондин обнял ее и завыл. Так он и кричал, раскачиваясь из стороны в сторону, весь в крови, пропитывавшую его кимоно, пока перед ним не остановился человек. Рейта поднял голову и увидел улыбающегося Камиджо. - Моя прекрасная роза, для тебя у меня приготовлено кое-что еще. Рейта ахнул, и поднялся, чтобы убежать, но Камиджо схватил его за кимоно и стал раскрывать его. Блондин сопротивлялся, но это не помогло. Он зажмурился и снова закричал. Рейта открыл глаза, чувствуя, как покачивается его тело. Ушей достиг звук конского ржания. - Успокойся! – Как сквозь туман услышал он своего хозяина. Вдруг он оказался на холодной земле вместе с кем-то еще. Не вытирая бегущих слез, он пополз по снегу. Нужно скрыться, прежде чем его убьют. Когда чья-то рука сжала его плечо, раб закричал и стал вырываться. - Рейта, остановись! – такой родной голос заставил его застыть на месте. Медленно повернувшись, он увидел обеспокоенно смотрящего на него ронина. Из его рта вырывались облачка пара. Почему он так взволнован, и даже напуган? Блондин огляделся вокруг. Рядом с ним сидел Уруха, Кё слезал с лошади, на которой остался сидеть Руки. Дай обхватил раба ладонями за лицо и повернул к себе. – Все хорошо. Рейту затрясло, так, что зубы застучали. Все из борделя стояли сейчас на снегу и смотрели на него. Сам он сидел в луже подтаявшей воды. - Ч-что происходит? Вы все мертвы ... Вас убили. Кё вздохнул и, достав одеяло, обернул его вокруг блондина, пока тот не начал снова вырываться. – У тебя был кошмар. Никто не умер. Рейта тяжело выдохнул и прижался к Даю. Ронин улыбнулся и погладил его по руке. – Аой хотел, чтобы мы остались у него до конца зимы. Так что мы собрались и вышли. Я не хотел тебя будить, так что просто перенес на лошадь. - Простите меня, из-за меня вы упали с лошади. - Все нормально. Ты запаниковал. - Надо спешить, солнце скоро встанет, - сказал Кё. Рейта посмотрел на ночное небо, приближался рассвет. Дай и Уруха помогли ему подняться, но ноги плохо его слушались. Ронин прижал его к себе и так они дошли до лошади. Уруха помог ему подняться, и Рейта обессилено откинулся брюнету на грудь. - Пошли, - дал команду Дай. Аой поприветствовал каждого и грустно улыбнулся, глядя на спящего в руках Дая Рейту. – Можешь отвести его в медицинскую комнату, если хочешь. Или он может остаться в твоей комнате. Ронин на секунду задумался, прежде чем ответить. - Он будет спать в моей комнате, пока что. - Хорошо. Тогда за мной, - махнул рукой Аой. Мальчишки-конюхи забрали лошадей, и все приехавшие пошли вслед за лидером в дом. Сначала они зашли в комнату Дая и Рейты, где ронин опустил раба на футон продолжать свой сон. Потом Аой показал всем остальным их комнаты. Естественно вся группа помогала по дому. Уборка, приготовление пищи и ублажение членов клана. Но если кто-нибудь из клана собирался с кем-нибудь из них спать, то обязательно информировал об этом Аоя и Кё. Прошло всего три дня, как они обосновались в доме, как уже восемь человек собирались взять себе проститутку, не спросив хозяина. Бедняга Рено получил удар в лицо за то, что отказался с кем-то спать, но Аой успел вовремя вмешаться. Скажем так, эти восемь человек потом очень мерзли пару дней. Что касается Рейты, его состояние улучшилось до того, чтобы он мог нормально без боли сидеть. Лодыжка Руки тоже заживала и практически позволяла ему нормально ходить, но выполнять дела по дому он еще не мог. Хотя это не мешало ему помогать в медицинской комнате. Правда, там кое-чьи прикосновения могли доставить ему неудобство. С тех пор, как они перебрались к Аою, Руки спал в комнате Кё. Некоторых проституток этот факт не слишком радовал. В частности, двое из них шпионили за маленьким блондином. Шинья завернул за углом и как раз заметил две притаившиеся фигуры, тайком заглядывающие в комнату хозяина. Брюнет кашлянул, привлекая их внимание. Блондин и шатен с красным отливом обернулись и шкодливо улыбнулись. - Эй, привет, Шинья! – подал голос тот, который блондин. Шинья не разделил его энтузиазма. - Масато. Казуки. Что вы здесь делаете? Масато встал. - Не твое дело! Пошли, - обратился он к товарищу. Казуки вздохнул, но встал и последовал за другом. Шинья с любопытством заглянул в комнату и увидел, что Руки сидит на полу и делает лежащему на полу Кё массаж. Опустившись на колени, брюнет постучал в дверь. - Войдите, - голос хозяина прозвучал приглушенно, но достаточно громко, чтобы Шинья услышал. Он вошел внутрь и сразу получил улыбку от Руки. - Хозяин? - Да, Шинья? - В медицинской комнате нужна помощь. Аой спрашивает, сможет ли Руки помочь там сегодня. - После того, как закончит здесь. Шинья сделал глубокий вдох. – Еще ему по возможности нужен Рейта. Кё вздохнул и сел. Раб все время жаловался на то, что сидит и ничего не делает. - Если он в состоянии помочь, то пусть идет. Но если ты заметишь, что ему больно, и он будет заставлять себя двигаться, прикажи оставаться на месте. - Да, хозяин. Прошу меня извинить, - поклонился брюнет и вышел из комнаты. На секунду обернувшись, он увидел, как хозяин притягивает Руки в свои объятия. Блондин обвил руками его за шею, и они поцеловались. Когда Шинья зашел в комнату Дая, Рейта сворачивал свой футон. Услышав шорох двери, раб обернулся и слабо улыбнулся. Шинья вздохнул. - Как ты себя чувствуешь? Раб встал в ступор от такого вопроса. - Гм ... Я-Я в порядке. Уже не так все болит. - Хорошо. Думаешь, ты в состоянии помочь в медицинской комнате? Рейта улыбнулся. - Да. Наконец-то хоть чем-то смогу заняться. - Ну хорошо, тогда можешь приступать к работе. Блондин покачал головой и медленно встал. Ходить так же быстро, как раньше, он пока не мог, но постарался не отставать от проститутки. Дойдя до нужной комнаты, они увидели снующего между двенадцатью или около того ранеными Шина. Сейчас самурай снимал повязки с глаз Ива. Руки зашел практически сразу вслед за ними. Все трое сели на колени, привлекая внимание Шина. - Мы здесь, чтобы помочь. Брюнет посмотрел на них и кивнул. - Я скажу вам, что делать через минуту. Все стали смотреть, как он заканчивает снимать повязку. И хотя у Ива были все еще кроваво-красные глаза и припухшие веки, он улыбался. – Все еще немного размыто, но теперь я вижу намного лучше. Шин окунул пальцы в банку с кремом и начал втирать его вокруг глаз своего друга. Все движения были очень нежными и осторожными настолько, насколько это возможно. Если мазь попадет в глаза, то будет очень жечь, а так она хорошо способствует процессу заживления. Шин вздохнул и погладил друга по щеке прежде, чем наложить ему новую повязку. - Еще несколько дней, и все будет хорошо. - Спасибо, - улыбнулся Ив. – Не могу уже дождаться, когда мы снова сможем тренироваться. Погладив друга по волосам, Шин повернулся к троим вошедшим. - Хорошо, Шинья, Руки, помогите сделать всем перевязки. Только убедитесь, что все бинты будут смазаны мазью. Рейта, я хочу, чтобы ты всех обтер влажной тряпкой, мы тебе поможем потом, когда закончим. Все трое кивнули головой и принялись за работу. Рейта по возможности быстро обтирал потные головы и тела. Многих лихорадило, а некоторым просто нужна была ванна. У места Кая он остановился. И погладил его по обрезанным волосам. Грустно посмотрев на самурая, раб откинул волосы с его лба и мокрой тряпкой стал аккуратно протирать его кожу. Осторожно вытер шею, потом раскрыл полы кимоно, обнажая перебинтованное тело, и как можно нежнее стал вытирать кожу вокруг ран. Он не хотел причинить еще больше боли своими прикосновениями. Когда он опустился немного ниже, глаза Кая медленно открылись. Увидев Рейту, и чувствуя его руки на своем теле, брюнет улыбнулся. Когда раб повернулся, чтобы сполоснуть тряпку в миске, то поймал взгляд темно-карих глаз. Он мягко улыбнулся и поднялся, чтобы оказаться поближе к лицу самурая. - Как Вы себя чувствуете? - Уже лучше, как только узнал, что ты заботишься обо мне. Блондин вздохнул, но сдержал улыбку. - Радостно знать, что Вы все такой же. Кай улыбнулся, положив руку на бедро раба и начиная ласково его поглаживать. - Как ты? Я слышал, тебе пришлось драться одному. Рейта немного покраснел. - Я-Я в порядке. Не могли бы Вы убрать руку? Кай сел и улыбнулся, передвигая руку чуть выше. – Знаешь, ты такой красивый. Я хочу тебя. Блондин отвернулся. - Пожалуйста, прекратите. Но вместо того, чтобы послушаться, самурай развернул Рейту к себе и поцеловал, при вздохе проникая языком в его рот и крепко обнимая за спину. Руки с Шиньей в шоке смотрели на эту картину. Шин встал, чтобы остановить их, когда увидел, что Рейта пытается вырваться, но Кай сам отстранился и лег на спину. Блондину пришлось лечь прямо на него, поскольку сильные руки и не думали его отпускать. Рейта уперся в грудь Кая ногтями и попытался встать. Но без толку, пока не услышал шокированный вздох Шиньи, и пока его не дернули вверх. Воротник неприятно сдавливал горло. Раб поднял голову и увидел перед собой угрожающий взгляд Дая. Слезы мгновенно начали застилать глаза. - У тебя не было разрешения на такие вещи, - зарычал ронин. - Эй- - Заткнись! – рявкнул Дай на самурая. - Не смей прикасаться к нему. А что касается тебя! - Он перевел взгляд на Рейту. - Ты ... ты ... Отбросив раба, ронин вышел из комнаты. Рейта всхлипнул и, вскочив на ноги, кинулся к двери. Хозяин уже заворачивал за угол, и раб побежал его догонять. - Дай-сама! – позвал раб. Ронин остановился, как вкопанный, и повернулся к догнавшему его рабу. - Возвращайся к своим обязанностям. - Дай-сама, пожалуйста, - захныкал блондин. - Кай-сама заставил меня. Ронин отрицательно помотал головой. - Мне все равно. Просто уйди. Рейта всхлипнул, но сделал шаг вперед. – Нет. - Что? - Нет. Вы должны выслушать меня. Пожалуйста. Я так устал. Так устал скрывать свою боль. Вы спрашивали меня, почему я всегда такой грустный, почему не могу Вам все рассказать. Теперь я хочу все рассказать ... Я должен. Дай-сама ... я ... - Он нервно закусил губу. - Я люблю Вас! Дай шокировано уставился на плачущего раба. - Что? - Я ... я люблю Вас. Так долго. С тех пор, как Вы спасли меня, и с каждым годом все больше и больше. Я хотел сказать Вам, но боялся, что Вы выкинете меня из дома. - Рей ... – подошел к нему Дай и обхватил его лицо ладонями. - Почему ты говоришь мне это только сейчас? - Я ... я не знаю. Мне было страшно. - Почему? У меня и в мыслях никогда не было причинять тебе боль. - Я ... это сделка. Вы заключили с нами сделку. Он грустно улыбнулся и поднял глаза. И вдруг испугался, заметив перемену в лице ронина. Дай отошел от него. - Хозяин ... - Нет ... и ты тоже. Я думал, ты ... единственный из всех будешь уважать мой выбор. Не станешь претендовать на мою любовь, чтобы получить свободу. Но я ошибся. - Нет, это не так. - Не хочу ничего слышать! Ты такой же, как и все остальные! Хочешь мною воспользоваться и только! - Нет! - Тихо заплакал Рейта, делая шаг вперед. Дай отступил назад. - Я жалею об этом уговоре. Зато теперь я вижу, что на самом деле всем на меня наплевать. Даже тебе, одному из моих лучших друзей. - Дай-сама, пожалуйста - - Как давно ты с Каем? - Что? - Как давно ты с Каем, Рейта? Не заставляй меня повторять снова. - Мы не вместе. Я не хочу быть с ним! - Хватит врать мне! Хотя мне все равно, как ты себя чувствуешь, друг ты мне или нет, мне все равно. Ты не используешь меня. Если так сильно хочешь свободы, пусть тебе ее купит Кай! – выкрикнул Дай и прошел мимо блондина. Рейта упал на колени и отчаянно зарыдал. Все это время за ним неотрывно следили темные глаза. Мужчина вышел из своего укрытия и встал на колени рядом с разбитым рабом. Рейта поднял голову и увидел перед собой Кая. - Рей ... Мне очень жаль. - Это все Ваша вина, - прошептал раб. - Если бы Вы не поцеловали меня ... если бы Вы просто оставили меня в покое. Он не... он ... я знал, что так получится. Знал, что он отвергнет меня. Самурай стиснул зубы и сжал раба в объятиях. Рейта не сопротивлялся. Он слишком устал. Сломлен. Кай крепче сжал его тело, зная, что что-то внутри блондина исчезло. Он больше не станет пытаться раскрыть свои чувства. Пламя внутри него больше нет, и возможно, его уже больше не возродить. Рейта отстранился от самурая и стал подниматься на дрожащих ногах. Кай вскочил, чтобы пойти за ним, но остановился под его остерегающим взглядом. - Рейта ... - Пожалуйста ... просто оставьте меня в покое. - Самурай наблюдал, как его друг, да, друг, пошел на улицу к деревьям. Вздохнув, он развернулся и пошел к центральному крыльцу, чтобы оставить раба наедине со своими мыслями. Пиная каждый встречающийся комок снега, Кай дошел до места и увидел, что охранник пропускает гонца. Из любопытства, он подошел к незнакомцу. - Что привело тебя сюда? - спросил Кай. Полностью закованный в броню человек спрыгнул с коня. Даже будучи ниже его на добрый фут, брюнет не дрогнул. - Я приехал доставить сообщение для Широяма Юу. Аоя. Мой господин приглашает его к себе на празднество через четыре дня. Кай протянул руку. - Я передам приглашение. В его свите я третий. Человек на мгновение задумался, но полез в сумку и вытащил свиток. - Вы случайно не знаете, где владелец борделя? Мне сказали, что в зимний период, он обычно остается на месте. - Произошел инцидент, и он вместе со всеми обитателями борделя находится здесь. А в чем дело? - Он тоже приглашен ... – человек достал еще один свиток. - Могу ли я доверить Вам передать ему это? - Можешь, - Кай забрал оба свитка. Подождав, когда гонец запрыгнет на коня и покинет владения, самурай сжал в руке приглашение Кё и пошел в дом. Подойдя к двери хозяина борделя, он услышал крик Дая. Подойдя поближе, Кай стал слушать. - Этот сукин сын! - Дай, успокойся, - приказал Кё. – Ты слишком остро реагируешь. Лучше бы пошел и извинился перед Рейтой. Он не сделал ничего плохого! - Он пытался использовать меня! - Поверить не могу, что ты оказался таким идиотом, - рассмеялся шатен. - Рейта не лгал. Он любит тебя. И сказал мне об этом задолго, до того, как ты выдвинул свою сделку. Он просто боялся, что ты отреагируешь так, как сейчас, и даже при том, что я уверял его в обратном, он в итоге оказался прав. - Я видел, как они целовались! Рейта фактически лежал на нем. Разве так бывает по принуждению? - Дайске, - вздохнул Кё. - Почему тебе так важно, целовались они или нет? - Потому что он меня обманул! - А я не думаю, что именно поэтому. - Что? – возмутился ронин. - Я не думаю, что именно по этой причине ты так сходишь с ума. Проблема в том, что это Кай целовал его и прикасался к нему. - Нет, это не так! - Так! Черт подери, Дайске! Будь мужиком и прекрати убегать от своих чувств. По-моему ты единственный не понимаешь, что любишь его! - Это не правда! Я не люблю его! У меня нет к нему никаких чувств! Кай не понимал, что делает, когда открывал дверь. Не понимал, как его тело смогло двигаться так быстро. И уж точно не осознавал, что происходит, пока Кё не стал оттаскивать его от брата. С руки самурая капала кровь. - Как ты смеешь. Как ты смеешь говорить, что у тебя нет к нему чувств. После того, как крепко прижимал его к себе несколько дней назад. После того, как был просто одержим его сохранностью, когда на нас напали. После того, как он звал тебя во сне. Я бы убил за то, чтобы он сказал эти слова мне, чтобы я мог так же легко его обнимать, как и ты, и быть с ним все время рядом. Он это лучшее, что случалось в наших жизнях, но он выбрал тебя. Так почему ты не можешь принять его? Почему не можешь открыть свое сердце и позволить себе его любить? - Ты сукин сын! – вскричал Дай, вскакивая на ноги и вытирая рот тыльной стороной ладони. Перед ним тут же возник Кё, не позволяя броситься на самурая. - Ты единственный, кто ... кто ... - Кто любит его, - громко заявил Кай. - Я пытался ухаживать за ним, но он отвергает меня из-за тебя. При тебе он всегда улыбается, но стоит тебе отвернуться, чуть не плачет. Твои чувства к нему отличаются от тех, что ты испытываешь к другим. Я вижу это по тому, как ты смотришь на него, как прикасаешься к нему. Так почему не можешь признать? Ронин сплюнул кровь и злобно воззрился на Кая. - Ты ... так почему бы тебе не забрать его, если хочешь его так сильно? Купи его у моего брата, если так любишь! - Да что с тобой, черт возьми? – вскинулся самурай. - Ты! Ты моя проблема! - Дай, - все посмотрели на дверь, у которой, скрестив руки, стоял Аой. – Мне кажется, тебе нужно пойти прогуляться и успокоиться. - Что? Лидер клана прищурился. - Пойди успокойся. Я не потерплю разборок в своем доме. Вы и так переполошили всех. Теперь иди и не возвращайся, пока не остынешь. Ронин сжал кулаки, но вышел из комнаты. Кё закрыл глаза и покачал головой. Кай протянул ему свиток. - Это для Вас. Приглашение. Шатен прищурился, раскрывая свиток. Аой взял и открыл свой. Через минуту Кё злобно зарычал, а лидер только тяжело вздохнул и посмотрел на напуганного такой реакцией Кая. – Нас просят принять участие на празднестве Лорда Сугизо. - О да ... я чертовски признателен, - ощерился шатен. - Этот гребаный ублюдок, пусть член сосет и лошадей трахает, мудак. - Полегче. Следи за языком, - спокойно попросил Аой. – В чем дело? - Это завуалированный приказ мне выставить от своего дома девственника, чтобы принять участие в торгах. Половина прибыли пойдет в бордель, другую половину получает он. Дерьмо. У меня только три девственника, и я не хочу отдавать ни одного из них. Глаза Кая шокировано расширились. - Руки, Рейта и Уруха? - Да. Я должен отправить одного из них. Руки взять, кроме себя, я никому не позволю, и не хочу, чтобы пошел Рейта. Не в его состоянии. Остается Уруха. Его я тоже не хочу выставлять, но выбора не остается. - Что ж, ты знаешь, что делать. Я помогу тебе подготовить необходимое, - сказал Аой. - Спасибо. И не мог бы ты сделать мне еще одно одолжение? - Какое? - Прикажи принести футон. Сегодня Рейта будет спать здесь. Аой кивнул. – Пошли, Кай. Нам тоже нужно готовиться. Самурай вздохнул, но последовал за лидером. Вечером того же дня, Рейту, наконец, устроили в комнате Кё. Раб долго возился, но как только хозяин заставил его уже лечь, он тут же погрузился в сон. События сегодняшнего дня его основательно истощили. Кё, убедившись, что все спокойно, вышел из комнаты и направился вниз поговорить с Урухой. По дороге он заметил Руки, укутывающего в теплое кимоно свое худенькое тельце. Шатен вздохнул и подошел к рабу. Руки улыбнулся ему и посмотрел на небо. - Такой ясный вечер. Видно звезды. Кё поднял голову и почувствовал прилив спокойствия. Небо действительно было очень красивым. - Красиво. Но здесь холодно, может пойдем и ляжем? - Кё-сама, ты любишь звезды? - Они притягательны. Руки посмотрел на него. - Вы ... думаете, я притягателен? - Откуда такой вопрос? - поднял брови шатен. - Какой смысл в любви? Почему мы любим, когда возможно, никто не любит нас? Почему мы называем нечто красивым или притягательным, но не любим это? Какой в этом смысл? Кё присел рядом с блондином и прижал его к себе. - Ты думаешь о Рейте и Дае, не так ли? -Руки всхлипнул и кивнул, вызывая у Кё улыбку. - Не волнуйся. Все утрясется. - Но ... Рейта пережил так много. И ему отказали. Я никогда не видел его таким ... потерянным. Не хочу видеть его таким, и не хочу закончить так же. Шатен приподнял раба за подбородок и заглянул ему в глаза. - Я не позволю, чтобы такое произошло. - Хозяин ... – прошептал Руки и закрыл глаза, отдаваясь поцелую. Такому мягкому и невинному, с намеком на похоть. Скользя языком по языку шатена, Руки что-то нечленораздельно промычал и погладил его по щеке. Кё медленно отстранился и всмотрелся в раскрасневшееся лицо маленького блондина. - Я люблю тебя, Руки. - Я тоже Вас люблю, Кё-сама. Хозяин снова обнял своего раба. Он не хотел оставлять его наедине с пустотой. Не хотел, чтобы Руки чувствовал себя так, как Рейта. В глубине души он хотел бы держать его в своих руках всегда. В безопасности. Руки сжал в кулаки одежду на спине хозяина и уткнулся ему в грудь. Он не хотел терять это чувство. Не хотел отпускать своего возлюбленного.