Господин Инквизитор

Молли читала на кухне, положив книгу на старинный дубовый стол. Старый кот, примостив голову на сгибе её правой руки, казалось крепко спал, но слегка подрагивающий кончик уха выдавал его. «Разгромы и грабежи приняли широкий размах. Убивали детей и женщин. Земля и небо становились красными от пролитого моря крови. Но не только пожиравший целые деревни огонь свидетельствовал о безумной ярости шедших под знаменем церкви людей; это подтверждало и пламя костров, в которое бросали взятых в плен, и неимоверная жестокость творилась именем религии, именем Христа».(15) Весь первый день она провела в своей новой спальне, не смея выйти наружу. Прижав колени к груди и укрывшись с головой одеялом, Хупер забылась беспокойным сном, полным ужасных безликих теней, которые хватали, тянули за волосы, щипали и кусали её, волоча к Нему, величественно стоящему в ореоле огня. Языки пламени лизали его кожу, лаская, подобно жадной, но неугодной любовнице, ибо этот костер был приготовлен для Молли. Темноволосый инквизитор осторожно взял её маленькую ручку в свою: - Пойдем, настало твое время, - он улыбнулся, только лицо его было мертво, как и сердце, выжжено дотла этим враждебным светом. Она была обречена, она погибла. Кажется она кричала во сне, но миссис Хадсон, которая принесла ей в комнату тарелку с тефтелями и капустной запеканкой, об этом тактично промолчала. На удивление девушка почувствовала волчий аппетит и быстро уничтожив пищу, спросила у пожилой леди: - Марта, вы бы не могли дать мне свое белье? Я хотела бы помыться... - замялась Молли. - Ох... Конечно, в ванне ты найдешь все необходимое. И не стесняйся, в комнате Шерлока свой санузел. Следующим утром они мирно завтракали на кухне, когда вниз спустился бывший адепт Света. Выглядел он гораздо лучше, исчезла болезненная бледность, темные волосы блестели в лучах солнца, а накинутый на плечи серый халат смягчал облик, придавая ему домашний вид. Мужчина поздоровался с миссис Хадсон, а на Молли лишь слегка задержал взгляд, уделив ей столько же внимания, как и любому предмету интерьера кухни. - Шерлок, - остановила Марта инквизитора, когда он, схватив чашку черного чая с молоком, устремился в гостиную, - мисс Хупер нужна одежда и определенные предметы, без которых не может обойтись женщина. Холмс вздохнул, и отлучившись на минуту, вернувшись, положил на стол банковскую карту. - Умеренность, миссис Хадсон, умеренность во всем, - он покинул помещение. - И не мечтай! – пожилая леди подмигнула Молли. *** Она выбрала самое необходимое: пару светлых блузок, темные брюки, простое платье, правда насыщенного ягодного оттенка, несколько комплектов нижнего белья, да ночную рубашку. Новые коричневые ботинки уже были на её ногах. Марта жужжала под ухом, что скоро начнутся холода и не мешало ей еще присмотреть теплую куртку. Хупер хотела примерить объёмный красный пуховик, но молния на застежке оказалась с дефектом и ей пришлось попросить домохозяйку Холмса принести ей точно такой. За подходящим размером продавщице пришлось идти на склад, и Молли в ожидании рассеяно смотрела на улицу сквозь пыльную витрину единственного вещевого магазина маленького городка. Стрелой пронеслись мальчишки 10-11 лет на велосипедах и с криками «Вот он!» повернули в темный пустырь за супермаркетом напротив. Девушка ощутила зло исходящее от них... Прошмыгнув мимо миссис Хадсон, которая рассматривала платье василькового цвета, она выбежала через центральный вход, устремившись к пустырю. Дети, наскоро побросав велосипеды прямо на асфальт, стояли, сбившись в круг, закрывая от взгляда Хупер происходящее. Она оттолкнула одного, чтобы увидеть, как светловолосый мальчик с лицом ангела душит шнурком от кроссовок облезлого дворового кота. Молли ударила его по рукам, подхватывая измученное животное, прижала его к груди. - Он старый уже, все равно скоро подохнет, - обижено протянул мальчик. Девушка залепила ему затрещину, и бережно придерживая кота, направилась к магазину. Сделав несколько шагов, она ощутила резкую боль между лопаток, как будто кто-то ударил её тяжёлым предметом. Камень со стуком покатился по дороге. Молли почувствовала, как пальцы погруженные в шерсть израненного животного охватывает нестерпимый жар. Но этот огонь был не таким как вчера, когда она пыталась помочь инквизитору, это было пламя отмщения. Она позволила темному чувству проникнуть в каждую клеточку тела, завладеть своей волью и слиться со своим разумом. Это её, Молли, душили и терзали! Это её хотели убить! Хупер медленно повернулась. Колеса велосипедов вертелись с сумасшедшей скоростью, шины, пища, выпускали воздух, сжимались и гнулись металлические рамы. Дети кинулись в рассыпную, оставляя её наедине со светловолосым мальчиком. Он, взирая с ужасом на женщину с огненными глазами, приближающуюся к нему все ближе, обмочился, испачкав новые джинсы... - Куда ты пропала? Я уже без тебя куртку купила! – с заметным облегчением промолвила Марта, когда Молли залезла на заднее сидение старенького ветхого ролса. – Кот? Мне кажется, Шерлок не будет от этого в восторге. - Миссис Хадсон, он разрешит оставить его. В конце концов, какая ламия без кота?! – твердо ответила девушка. Инквизитор лишь махнул рукой, не отрывая взгляда от газеты, сидя, закинув ногу за ногу, в темном кожаном кресле. *** Первые несколько дней она провела помогая пожилой леди с уборкой. Но помощи, как оказалось, особо и не требовалось, поскольку раз в неделю приходила женщина, которая наводила глянцевую чистоту в помещениях, в которых Холмс разрешал убираться. Сама Молли встречалась с ним редко, только на кухне, куда он обычно забредал, чтобы перекусить на скорую руку, потом скрываясь в маленькой комнате примыкавшей к гостиной. - Не обращай внимания, он занимается химическими экспериментами и может часами не показывать носа из своей лаборатории. Франкенштейн! Так называл его Майкрофт в юности, - объяснила Марта. Молли не знала, чем заняться. По сути она находилась под домашним арестом и в отличии от времени, проведенном в государственном приюте, когда она точно знала, что нужно притаиться и переждать, сейчас впервые в жизни её будущее было неопределенно. Ведь не могла же она прожить всю оставшуюся жизнь в этом доме? Невеселые размышления, дополненные вынужденным бездействием, привели к апатии девушки. В качестве служанки она была не нужна. Её таланты в кулинарии, причем весьма скромные, навряд ли бы были оценены, да и кто бы стал есть «ведьмино варево»? Миссис Хадсон часто навещала своих подруг в городе, оставляя её предоставленной самой себе на многие часы, так как адепт света казалось забыл о существовании девушки. Хупер стала тайком пробираться в гостиную за очередной книгой об Инквизиции и колдовстве, которыми были заставлены несколько стеллажей в комнате. Некоторые из этих книг поражали своей серостью и бездарностью, архаичностью, как будто авторы без критики и собственных суждений переписывали древние фолианты. Другие были воистину нелепы и Молли с удовольствием посмеялась, если бы не понимала, что за каждой строчкой в этом творении скрывается чья-то погубленная женская судьба, растерзанное тело. Кроме того были труды, чьи пожелтевшие страницы хранили фанатичную злобу давно умерших авторов. Ненависть ко всему женскому... «Что касается летающих ламий или масок, пожирающих и похищающих детей...(16) Преступные женщины, совратившиеся вслед сатаны, соблазненные внушением и нашептываниями демонов...(17) Нельзя не указать, какую великую услугу инквизиция оказала человечеству тем, что она уничтожила огромное количество ведьм. В течение 150 лет были в Испании, Германии, Италии сожжены, по меньшей мере, 30 000 ведьм...(18) Мечем и огнем должен быть уничтожен враг человеческого рода; кто за него, тот подлежит уничтожению, истреблению; пощады никому не будет, и дьявол будет изгнан из самых узких щелей, куда он проник, и из самых интимных мест, куда он засел». *** Они поехали в город на воскресную службу. Сидя на деревянной скамье в первом ряду почти рядом с мэром городка, еще бы род Холмсов был уважаем и их профессия хотя и не афишировалась была известна прочим служителям церкви, Молли почувствовала взгляд полный ненависти. Обернувшись, она увидела светловолосого мучителя, чье сердце, несмотря на юный возраст было темно и полно злобы. Он прошептал что-то на ухо, сидящему с ним мужчине, и когда мальчишка вновь посмотрел на Хупер в его глазах светилось торжество. Когда закончилась служба и все устремились к выходу, инквизитора окликнул мэр: - Мистер Холмс, мне нужно с вами поговорить с глазу на глаз. Адепта света не было уже пятнадцать минут и Молли чувствовала, как паника все больше и больше охватывает её сердце, лишая возможности трезво мыслить. Стук сердца ощущался в горле, кровь пульсировала в висках. И несмотря на заверение миссис Хадсон, что для всех она официально её племянница, это страшное парализующее чувство никак не проходило. Инквизитор вернулся мрачнее тучи, и сев за водительское сидение, до упора нажал педаль газа, выжимая максимальную скорость из автомобиля. Старый ролс пулей мчался по проселочной дороге. Девушка испуганно посмотрела вперед, встречаясь с изучающим взглядом холодных голубых глаз воина Света, смотрящего на неё в зеркало заднего вида. *** Она устало потерла переносицу и отложила книгу. «Нужно поставить её на место, чтобы он не догадался!» - решила девушка, осторожно перекладывая Тоби в его корзинку. Свет горел только в холе, освещая узкой полосой гостиную через приоткрытую дверь. Тихо прошмыгнув в комнату, она поставила фолиант на полку. Внезапно зажегся торшер, освещая пространство около любимого кресла адепта Света и темноволосого мужчину, сидящего в нем. Напротив Хупер стоял деревянный стул. Все похолодело внутри, ещё слишком свежи были воспоминания о допросах в Беркшире. - Садись, - коротко приказал инквизитор. Молли села на стул, и пытаясь скрыть свое беспокойство, сцепила пальцы в замок. Шерлок пытливо рассматривал девушку. Сотый раз за эти несколько дней Холмс пожалел о своем решении привести ведьму в поместье. Эта ситуация была странной. Откуда такая мягкотелость, для чего он вообще взвалил на свои плечи такую проблему? Прав был Майкрофт, самое мудрое решение – убрать девчонку, пока она подобно Инферно(19) не поглотит все вокруг. Кто она? Будущая могущественная ведьма? Хотя каждый божий день, отсылая отчеты о происходящем с мисс Хупер брату, он выставлял всю ту же единицу в шкале МХ. Но сегодня он оценивал её возможности на твердую четверку. «Без пяти минут инициировавшаяся ламия. Стоит ли играть с огнем?» - мысленно решал Холмс, но вслух сказал следующее: - Ну как? Подчерпнула... интересное? Молли поняла, что Холмсу лучше сказать правду: - Это все так глупо! - её голос срывался от волнения. - Я не чувствую в себе ... ничего из написанного в этих книгах. Летать голой по ночам, втерев перед этим в кожу мазь из жира младенца? Совокупляться на шабаше, пытаясь заручится поддержкой дьявола, принявшего образ черного козла? Втыкать иголки в глиняные фигурки своих недругов? И из-за этого я была лишена родителей? Нормальной жизни? Эти авторы, – девушка махнула рукой в сторону стеллажей, - в большинстве своем ненавидят женщин! Её силу, свободу, сексуальность, превратив все это в греховность. Вы казнили женщину, как опасную преступницу, посеяв вокруг себя безумие, помноженное на народные суеверия. - Я понял твою мысль, - он криво усмехнулся, - однако ничего нового для себя не услышал. Ты выдала вместе с праведным гневом идеи лежащие на поверхности. Все было бы замечательно, если бы ведьм действительно не существовало. А ты ведьма... О чем свидетельствует произошедшее на пустыре. Они молчали несколько минут, пока Молли не решилась. - Я не хотела этого... Все что случилось было как будто одновременно со мной и в тоже время таким нереальным, как плохой сон. Я не причинила никому вреда, - девушка взглянула на темноволосого инквизитора, который задумчиво соединил кончики длинных пальцев в молитвенном жесте, подтянув их к губам. - В этот раз все обошлось. Легко договориться с человеком, который ропщет за классические семейные ценности, а сам имеет молодого любовника в Лондоне, на расходы которого без воззрения совести берутся деньги из городской казны. Несложно выставить показания струсившегося мальчишки россказнями, если велосипеды остались абсолютно неповрежденными. Нетрудно заставить людей поверить, что все увиденное ими, лишь плод воображения. - Что со мной будет? - На этот вопрос я не смогу дать тебе ответ, да и никто не сможет, - промолвил мужчина. - Как долго я должна оставаться в вашем доме? – не унималась Хупер, пытаясь выяснить свою судьбу. - Пока это будет обосновано. Предполагалось, что с твоей помощью мы выйдем на ламий, пытавших инициировать тебя. - Что вы хотите еще от меня узнать? Я ничего не помню! – в отчаянье воскликнула девушка. - А ничего и не потребуется, они сами найдут тебя, когда наступит время. Молли выбежала из комнаты, как будто легион демонов гнался за ней. «Когда наступит время! Твое время!» - тысяча раз в её воспаленном сознании повторились слова инквизитора. «В наше время, когда вечер мира клонится к полному, старое зло, ни прекращающее на одну минуту, в силу неиссякаемого вреда своего падения, насылать на мир полную яда заразную чуму, особенно отвратительным образом проявляет себя, так как в своем гневе чувствует, что в его распоряжение осталось мало времени».(20) *** Следующем утром она бледная, с валившимися от бессонницы глазами, зашла в гостиную. Холмса нигде не было. Она постучала в комнату, в которой как уверяла миссис Хадсон любил уединятся адепт Света. Никто не ответил. Девушка толкнула дверь. Помещение было выложено голубым больничным кафелем. Посередине – длинный стол с установленным на нем современным микроскопом. Многочисленные шкафы покрывали стены, кроме одной, к которой была придвинута кушетка, на которой спал инквизитор. Ей стало неловко, ведь она опять поглядывала за спящим, и потому Хупер, отвернувшись, сосредоточила свое внимание на столе. «Домашняя химическая лаборатория, - заключила Молли, - все в наличии: от малой спиртовки, до планшета с ячейками. Чем он занимается?» Она, включив микроскоп, посмотрела в окуляры на предметное стекло. - Перо?! – от удивления девушка произнесла свое предположение вслух, узнав характерное строение птичьего пера: стержень и бородки. - Верно! – она услышала глубокий бархатистый мужской баритон прямо около своего уха. – Знаешь, почему различается окраска перьев птиц? - Желтые и оранжевые цвета обусловлены липохромами (21). А меланин(22) ответственен за окраску от черно-коричневого до бежевого. - И какая это птица? Есть предположение? – обернувшись, Хупер увидела адепта Света, чьи глаза насмешливо блестели. «Я должна выдержать этот экзамен» - решила про себя девушка. - Не понятно, зачем вы спрашивали об пигментах, ведь перо абсолютно белое и значит лишено и того и другого. Бородки плотно сцеплены друг с другом и покрыты жиром, скорее всего это водоплавающая птица. - Белая водоплавающая птица... - задумчиво повторил Холмс, отходя от стола. - Лебедь? - Реальность не столь романтична, мисс Хупер. Это всего лишь белый гусь, которого вчера купила на рынке миссис Хадсон, и с чьим мясом сегодня мы будем иметь честь познакомиться за ужином. Девушка понуро направилась к двери. - Постойте, Молли... Ты могла бы стать неплохой помощницей в моих экспериментах. Ведь в Бартсе у тебя был опыт работы в лаборатории?! – скорее как утверждение спросил мужчина. - Жду тебя завтра в девять утра в этой комнате. И не опаздывай. *** Хупер была в лаборатории в 8.30. Холмс, осмотрев её аккуратно собранные в хвост длинные волосы, одобряюще кивнул. - А теперь, Молли, первая работа для тебя. Кофе, крепкий, без молока, но с двумя ложечками сахара. Вначале вся её помощь сводилась к банальному подай-принести. Потом Шерлок стал доверять ей заполнение тетради, где он описывал результаты экспериментов своим красивым каллиграфическим почерком. Девушка старалась, тщательно выводя буквы, чтобы они не смещались за пределы строчек, и придирчивый глаз адепта Света счел бы их читабельными. Потом ей поручили проводить несложные химические реакции. Молли не имела ни малейшего представления, для чего нужно исследовать кусочки дерева, глину, пыль, шерсть животных или перья птиц. Да и адепт света не очень распространялся на эту тему. Они практически не говорили, большую часть времени девушка сидела сбоку стола и читала «нормальные» книги, как выразился инквизитор, когда указал ей на стеллаж с классикой английской литературы. Он разрешил ей гулять вокруг поместья, но как только у Хупер возникало желание пройтись, инквизитор заваливал её работой: «Принеси справочник. Капни в пробирку фенолфталеином(23). Где мой завтрак? Ведь я жду его полчаса!» Чуть позже наблюдая за ним, она научилась предугадывать его просьбы, вовремя подвигая необходимый предмет к его правой руке. Сам же Холмс относился к этому как само разумеющемуся. *** Следующим воскресением они отправились в городскую церковь на проповедь. Выйдя из автомобиля, Молли ощутила, что боится войти в здание. Но инквизитор крепко сжал девичий локоть и потянул Хупер к центральному входу. Странно, но это её успокоило и придало некоторую уверенность. Она даже смогла выдавить улыбку для мэра и его родственников. Обитатели родового поместья Холмсов сели на скамью в первом ряду, только Молли теперь находилась между Мартой и Шерлоком. Девушка чувствовала, как её правая нога соприкасается с теплым бедром инквизитора. Молли прикрыла глаза пытаясь разобраться в сумятице мыслей. Но ощущение близости адепта Света ей нравилось. Малефициум' (maleficium, лат.) - злодеяние, преступление, проступок, насилие, нанесение ущерба, нанесение вреда. (15) - Строки из монографии "Die Stedinger", 1865г, немецкого историка Шумахера. Штедингер - область в Германии, которая была объявлена вне закона из-за якобы творящимся там ереси и колдовстве. Всего за период с 1233 по 1234 гг было истреблено не менее 6000 тысяч мирных жителей. Теперь вы можете представить масштабы истерии, которая приводила к уничтожению целых деревень. Здесь и далее сохранена авторская орфография и пунктуация. Немного необычно для "современного" глаза. (16) - Строки из богословской энциклопедии "Этимология" Исидора Севильского. (17) - Строки из "Корпуса канонического права", 1879г. (18) - Изречение Людвига Парамо, сицилийского инквизитора, 1598г. (19) - Инферно (inferno лат.) - ад, адский ветер, большой огонь. (20) - Строки из введения "Молота ведьм" Шпренгера и Инститориса. (21) - Липохромы (от липос- — жир + греч. chroma — краска, окраска), также известны под названиями жировые пигменты или каротины — группа безазотистых пигментов, широко распространенные у растений и животных. Название жировых пигментов получили в виду того, что часто встречаются в комбинации с жирами, каротинами же их называют по имени наилучшим образом изученного и часто распространённого растительного липохрома — каротина. В твердом виде зеленовато-жёлтые, жёлтые, оранжевые или красные, в растворах — жёлтые. (22) - Меланины (греч. μελαν, родительный падеж μελανος — чёрный) — природные тёмные пигменты, содержащиеся в коже, волосах, радужной оболочке глаза, тканях, шерсти, содержится в сепии и др. Меланин вырабатывается меланоцитами. Различают коричневые и чёрные меланины — эумеланины, и жёлтые — феомеланины. Меланины широко распространены в растительных и животных тканях, а также у простейших. Они определяют окраску кожи и волос, например масти лошадей, цвет перьев птиц (совместно с интерференционной окраской), чешуи рыб, кутикулы насекомых. Меланины поглощают ультрафиолетовые лучи, и тем самым защищают ткани глубоких слоёв кожи от лучевого повреждения. Меланины могут иметь пониженную концентрацию, и даже вовсе отсутствовать — у альбиносов. (23) - Фенолфталеин — трифенилметановый краситель, кислотно-основный индикатор, изменяющий окраску от бесцветной (при pH < 8,2) до красно-фиолетовой, «малиновой» (в щелочной); но в концентрированной щелочи — вновь бесцветен. В концентрированной серной кислоте образует розовый катион. Вещество представляет собой бесцветные кристаллы, плохо растворимые в воде, но хорошо — в спирте и диэтиловом эфире. До обнаружения определенных проканцерогенных свойств фенолфталеин более полутора веков использовался в медицине как слабительное средство. Да, да, это известный всем пурген.