Взаимовыгода

«Сегодня ночью в Восточном Икебукуро произошло столкновение двух группировок. По предварительным данным Желтые платки напали на членов Синих квадратов. Участники Синих квадратов доставлены в больницу в тяжелом состоянии. Желтые платки скрылись. Что послужило причиной нападения не известно». «Сегодня в одиннадцать часов вечера в одном из переулков, недалеко от улицы Саншайн 60, якудза из Авакусу-кай напали на компанию людей, называвших себя Долларами. Причина нападения не установлена. Якудза и участникам из Долларов удалось скрыться до приезда патруля, поэтому результат столкновения неизвестен». «Сегодня в полночь недалеко от центрального парка Икебукуро Доллары напали на небольшую группу подростков, которые принадлежали к группировке Синие квадраты. Подростки доставлены в реанимацию. Задержать виновных не удалось. Причина конфликта не установлена». «…Сегодня…стычка между Желтыми платками и Долларами…причина…не известна…». «…Западный Икебукуро…вооруженное столкновение якудза с Синими Квадратами…». «…Снова конфликт между Синими квадратами и Желтыми платками…». «…Опять Доллары и Желтые платки…». «…Кто же такие эти Доллары? Доллары никак не выделяются из толпы, у них нет своего цвета, поэтому их часто называют бесцветными…». «…Якудза из Авакусу-кай – самая влиятельная мафия в городе…». «…Каждый участник Желтых платков носит желтую бандану – на шее, голове, сумке, руке…». «…Всех членов Синих квадратов можно узнать по синим банданам…». «…Якудза, Доллары, Желтые платки и Синие квадраты…постоянные стычки между группировками…горожан мучает только один вопрос: Что все это значит?...». Всю неделю СМИ разрывалось. Ни дня не проходило без столкновения группировок. Полиция оказалась бессильной, так как виновники всегда скрывались с места преступления, а свидетелей как назло не находилось. А если они и были, то их показания настолько отличались друг от друга, что не было никакого толку. В Икебукуро нарастала паника. С наступлением темноты люди боялись выходить на улицу. Многие подумывали о переезде в другой район. Власти разводили руками и заявляли, что они делают все возможное, но также объясняли, что они не могут ловить всех, на ком были желтые или синие банданы, так как не было никаких доказательств, что именно этот человек участвовал в беспорядках. К тому же, реальные участники могли снимать указывающие на принадлежность к группировкам банданы, дабы не привлекать внимания. Еще хуже обстояли дела с Долларами и якудза. Доллары, если верить слухам, были самой большой группировкой, и они не имели никаких отличительных знаков. Якудза тоже никак себя не проявляли. Мне не хотелось этого признавать, но Орихара был великолепен. В том, что это был Изая, сомнений и быть не могло. Все так мастерски устроить и все предусмотреть… Не каждый сможет. Мне было неведомо, за какие ниточки дергал информатор, как он заставлял одних нападать на других, но выходило у него это блестяще. В конце недели мне позвонил сильно обеспокоенный Шинра. — Шизуо, ты смотришь новости? — Смотрю, конечно. — Ты не знаешь, что происходит? — Откуда? — Скривил я душой. Не мог же я рассказать ему про план Орихары, Шинра бы пришел в ужас и попытался бы всеми силами заставить меня одуматься. Только вот…дороги назад уже не было. Даже если я и передумаю, то Изая не остановится, ведь никогда еще он не был так близок к цели. — Ну, ты же все-таки с информатором часто общаешься, он-то должен знать, что происходит! — Изая не в курсе, чего они все взбесились, — офигеть, я отмазываю блоху! — Правда что ли? — С подозрением в голосе спросил друг. — Да-да, — закивал я, забыв, что Шинра меня не видит. — Ну, ладно тогда… Сам-то как? — У меня все хорошо. — Поиски продвигаются? — Эм… — я задумался. — Я не знаю, что тебе ответить, — зато честно. — Это как? — Нервно хихикнул друг. — Извини. Послышался тяжелый вздох. — Шизуо, что происходит? — Голос Шинры стал серьезным. Но я, правда, не знал, что ему ответить. Сказать нет – значит отвечать на кучу вопросов и выслушивать сочувствия. Сказать да – значит придумывать историю о несуществующих похождениях. Не хотелось ни того, ни другого. — Когда-нибудь я все тебе расскажу, обещаю. А пока не могу. Еще один вздох. — Хорошо, — обиженно сказал Шинра и отключился. Я вышел на балкон курить. Было совестно, что пришлось опять врать единственному другу, поэтому я твердо решил, что когда все закончится, расскажу ему всю правду, и неважно, как он к ней отнесется. Затягиваясь, я с тоской подумал, что всевозможные дела по дому уже переделаны, вчера я даже сделал генеральную уборку. И чем сегодня заняться? Вдруг на ум пришли слова блохи: «Покрась, наконец, корни». А ведь он прав, давно пора. Потушив бычок в пепельнице и оставив его там покоиться в куче других окурков, я отправился в парикмахерскую. *** Вечером я сидел перед телевизором, жевал пиццу и пытался вникнуть в какой-то глупый сериал. Поход в парикмахерскую обошелся практически без инцидентов, не считая того, что я отломал спинку у кресла, в котором сидел, причем совершенно случайно. Около восьми зазвонил телефон. Орихара. — Слушаю. — Шизу-чан, у тебя есть трусы? — Радостным голосом осведомился блоха. — Чего?! — Плавательные трусы есть? — Ну, есть, — ничего не понимая ответил я. — Вот и отлично! Собирайся, завтра летим на Окинаву. Наш рейс в 10:20. В семь я заеду за тобой, не проспи. — Что?! — Опешил я. — Какая к чертям Окинава? А как же… — И да, все за мой счет. — Подожди… — Я знаю, о чем ты думаешь. Не волнуйся, нужна еще неделя, чтобы дело дошло до войны. Я развел костер, а тлеть он может и без меня. Да и мне вовсе не обязательно находиться непосредственно в Токио, чтобы управлять этими идиотами. Так что можно спокойно устроить себе недельный отпуск. А так как одному мне будет скучно, то ты едешь со мной. Кроме того, нужно обговорить кое-какие детали. Завтра в семь, — Орихара отключился. Я недоуменно уставился на телефон. О чем только думает эта блоха?! А если что-то пойдет не так, пока мы будем прохлаждаться на Окинаве? Но с другой стороны… Он наверняка знает, что делает. Ведь это очень важно для самого Изаи. А я как-никак никогда нигде не отдыхал. Так уж сложилось. Когда я был маленьким, родители всегда были заняты на работе. Потом мы собирались съездить куда-нибудь с Каской, но не получилось – съемки. И вот теперь у меня появилась прекрасная возможность. Совершенно бесплатно. Правда, компания, конечно, не самая удачная… А, к черту! Это все равно лучше, чем сидеть дома и придумывать, чем бы заняться. Я отправился собираться. Дорожной сумки у меня, разумеется, не было. Зато нашелся старый потрепанный чемодан, который вообще неизвестно откуда взялся. Вот блоха-то ржать будет. Но не бежать же мне сейчас за сумкой. Сойдет. Я собрал необходимые туалетные принадлежности, взял пару комплектов формы бармена, с тоской отметив, что их осталось совсем мало. Надо беречь, дарить больше некому. Блок сигарет. Зажигалка. Полотенце. Документы. Ах, да, плавательные трусы. Хоть поплаваю, а то последний раз я занимался этим лет пять назад в бассейне. Все собрав, я завел будильник на шесть и лег спать. *** — О, ты все-таки покрасился! — Первое, что сказал блоха, когда на следующий день ровно в семь он возник у меня на пороге. — Ты собрался? — Да, — кивнул я, хватая чемодан. — Шизу-чан, что это? — Как я и предполагал, Орихара заржал. — Будешь ржать, зубы вышибу, — пообещал я, закрывая дверь и пряча ключи в карман. — Шизу-чан такой страшный! — Растягивая слова, ухмыльнулся Изая. А я подумал, что его дебильная привычка тянуть гласные меня так сильно уже не раздражает. Да и вообще я стал относиться к блохе как-то…терпимей, что ли. Ну, и с чего бы это? Мы спустились вниз, и я удивился, обнаружив обычное такси, а не чью-нибудь крутую тачку. — Да, сегодня просто такси, — в ответ на мой вопросительный взгляд сказал Орихара. Я хмыкнул и забрался внутрь. — Как тебе каждодневные шоу? — Чуть позже спросил он. — Блестяще, — честно ответил я, о чем тут же пожалел. — Вау, Шизу-чан сделал мне комплимент! — Самодовольная ухмылка появилась на блошиной морде. — Заткнись! — Рявкнул я, сжимая кулаки. На удивление он действительно заткнулся и отвернулся к окну. Я, сам не зная почему, украдкой таращился на него, на его черные волосы, которые в отличие от моих, сожженных краской, были мягкими, на его выпирающие ключицы, тонкую шею… Перед глазами тут же поплыли воспоминания той ночи: вот я веду языком по его шее, иногда чуть прикусывая нежную кожу, добираюсь до уха и ощутимо кусаю за мочку, отчего блоха сладко стонет, затем я возвращаюсь обратно к шее и оставляю на ней красочные засосы; одна рука зажимает твердый сосок Изаи, а вторая тянется к узкой дырочке… — Шизу-чан, ты сейчас сожрешь меня взглядом, — насмешливо произносит блоха. Вот дерьмо! Я так погрузился в воспоминания, что не заметил, что Орихара уже давно смотрит на меня, а не в окно. Краснея, я отвернулся. Если бы он только знал, о ЧЕМ я думал, то…а что бы он сделал? Скорей всего, сначала он бы долго смеялся, а потом отпустил бы пару язвительных комментариев. После чего при каждом удобном случае напоминал бы мне об этом. До конца моих дней. Как же хорошо, что он ничего не помнит и не умеет читать мои мысли. Иначе я бы сгорел со стыда. Надо забыть об этом, забыть, забыть, забыть… Но забывать почему-то вовсе не хочется. Хочется, наоборот, повторить… Нет!!! Я яростно затряс головой. Это что еще за мысли?! Я ненавижу блоху! И вообще я не гей! Мне всегда нравились девушки. Что со мной творится? Что?! — Шизу-чан, с тобой все в порядке? — Спросил блоха, с интересом глядя на меня. — Ты какой-то нервный. — Все нормально, — сухо ответил я. — Ну, нормально, так нормально, — пожал плечами Орихара. Вдох-выдох, надо взять себя в руки, а то блоха еще подумает невесть что. Минут через пятнадцать мы добрались до аэропорта. Изая расплатился с таксистом и вытащил из багажника дорожную сумку на колесиках. — Что, блоха, силенок не хватает нести, поэтому катишь? — Саркастично спросил я. — Просто так удобней, — невозмутимо ответил информатор, доставая из сумки ноутбук в чехле на длинном ремне и перекидывая его через плечо. Мы пошли на регистрацию. — Кстати, возникнут проблемы с проверкой багажа, — оповестил Орихара. — Какие еще проблемы? — Удивился я. — У меня нет ничего запрещенного. — У меня есть. Я вопросительно посмотрел на него. — Ножи, — пояснил Изая. — Твою мать! А без них нельзя было? Или ты думаешь, кто-то на Окинаве захочет убить тебя? — А вдруг, — фыркнул блоха. — Да ладно, я со всем разберусь. Как и предсказывал Орихара, проблемы возникли. От информатора потребовали немедленно сдать все оружие. Но блоха бы не был блохой, если бы подчинился. Отведя проверяющего в сторону, он что-то быстро начал ему рассказывать, после чего сунул в руки какие-то бумаги. Ножи остались с Изаей. Уже сидя в самолете, Орихара, занявший место у иллюминатора, вещал: — Я давно знаю всех проверяющих в аэропорту. Знаю, чем кого можно подкупить. Это на случай, если мне понадобится срочно валить из страны. Без своего оружия я никуда. — А зачем мне голову тогда морочил? — Недовольно спросил я. — И что, в других странах покупка ножей запрещена? — А вдруг несчастье случится как раз тогда, когда я еще не обзаведусь новым? — Ты параноик, — пробормотал я. — Может быть, — согласился Изая. — Но умирать раньше времени как-то не хочется. Кстати, Шизу-чан, ты боишься летать? — Нет, — отрезал я. — Я люблю небо. — Неожиданно. Шизу-чан романтик! — Развеселился блоха. — Изая, преткнись уже, — Господи, надеюсь, жить мы с ним будем в разных номерах. Но меня ждало великое разочарование. *** Прилетев на Окинаву и забрав багаж, мы поймали такси и поехали в отель. — Чем могу помочь? — Спросила администратор на ресепшене – довольно симпатичная молодая девушка с очаровательной улыбкой. — Мы хотим снять два номера на неделю, — ответил Изая, возвращая улыбку. — Извините, — девушка бросила взгляд на экран компьютера. — Но остался только один свободный номер. Но он двухместный. — С двумя кроватями? — Тут же спросил я. — Нет, с одной большой. — Пойдем, поищем другой отель, — сказал я Орихаре, разворачиваясь и намереваясь уйти. — Берем, — вдруг сказал блоха, протягивая паспорт. — Ты что, сдурел? — Зашипел я. — Я не собираюсь с тобой спать! Девушка бросила на меня странный взгляд, улыбаясь еще шире. Информатор хихикнул. *** — Шизу-чан, успокойся, — веселился Изая, когда мы поднимались на лифте на нужный этаж. — Во-первых, это самый лучший отель. Во-вторых, он совсем недалеко от пляжа. В-третьих, я не пинаюсь, не разговариваю во сне, не храплю. И не изнасилую, не бойся. Я отчаянно взвыл и ударил по стенке лифта, оставив на ней вмятину. — И не громи отель, — поморщился Орихара. Я испепелил его взглядом. К сожалению, безуспешно. — Что-то я не вижу здесь армии постояльцев, — бубнил я, когда мы шли по длинному коридору к своему номеру. — Неужели у них действительно нет больше свободных комнат? — Неужели ты думаешь, все будут сидеть целый день в номерах или слоняться по отелю? Ты вообще думаешь когда-нибудь? — Издевательски спросил блоха. — Не нарывайся! — Зарычал я, чуть не вынося дверь нашего номера. — Лучше открывай быстрее! Обстановка была шикарной, по-другому и не скажешь. Все со вкусом, высшего качества. Здесь была кухня с самым современным оборудованием, гостиная с мягким диваном и креслами, большим телевизором, висящим на стене, и пушистым ковром. Спальня с огромной кроватью. Ванная комната с джакузи. И балкон, с которого открывался чудесный вид и на который я сразу же отправился курить, думая о том, как мне теперь за неделю не убить блоху или, еще хуже, не изнасиловать.