Взаимовыгода

Когда я вернулся в номер, блоха сидел в гостиной на диване. На коленях у него был ноутбук, его глаза словно приклеились к экрану, он что-то печатал, иногда щелкая мышкой. — Очень хорошо, — довольно пробормотал Орихара, потирая переносицу. — Что хорошо? — Спросил я, плюхаясь в кресло. — Все идет так, как и предполагалось, — информатор сверкнул глазами. Я зевнул. Все-таки встал рано, да и перелет, который пусть и длился всего два с половиной часа, меня утомил. Сейчас бы прохладного молока и поспать. Я достал телефон и посмотрел время: 14.20. А вообще, не помешало бы поесть сначала. Та дрянь, которую давали в самолете, уже давно переварилась. — Изая, — недовольно протянул я. — Я хочу есть. — Мне покормить тебя с ложечки? — Вскинул брови Орихара, не отрывая взгляд от экрана. — Спасибо, обойдусь, — усмехнулся я. — Просто достань мне еды. — Меню на столе. Выбери что-нибудь, позвони и закажи, — отмахнулся от меня информатор. — Я занят, не видишь? И я тебе не нянька. Или ты даже такого простого алгоритма действий – взять-выбрать-позвонить-заказать - запомнить не можешь? Может, мне тебе написать? Ведь, как там говорится, — Орихара сделал вид, что задумался. — «Сила есть, ума не надо»? Вот это точно про тебя, Шизу-чан! Глупый монстр… — Ну, все, понесло, — рассердился я, вставая. — Кажется, я предупреждал тебя не нарываться, а, Изая-кун?! — Я вижу, ты внезапно полюбил мое имя, — информатор, наконец, отлип от ноутбука и с усмешкой на меня посмотрел. — Целых два раза за одну минуту его произнес. — А тебе больше нравится быть блохой? — Огрызнулся я. Вот чего он цепляется? Пытаешься общаться с ним нормально, а он специально издевается! Бесит, сволочь! Раз уж потащил меня с собой и раз уж у нас теперь один номер и одна кровать, и жить нам тут целую неделю, неужели нельзя обойтись без всяких комментариев, касательно моих умственных способностей, и неужели так сложно не придираться к словам? Но нет же! Это же великий и всезнающий Орихара Изая! Бесит!!! — Вот поэтому тебя все на дух не переносят! — Зло бросил я. — Спорное утверждение, — тут же отозвался информатор. — Да? И кому же ты нужен? Я не имею в виду твоих клиентов, которым вовсе не ты, а информация нужна. У тебя вообще друзья есть? Хоть один? Настоящие друзья, которым ничего от тебя не надо. Которые за тобой и в огонь и в воду. Которые жизнь могут за тебя отдать. Есть, я спрашиваю? — Не знаю, какого черта я пристал с этим к блохе, наверное, мне хотелось просто задеть его. Почему-то я был уверен, что никого у него нет, с таким-то характером и самомнением. — Даже у меня, монстра, и то есть такой друг – Шинра! — Да, задеть его побольнее, чтобы он понял, что не только ему одному можно играть на чужих страхах и слабостях. — Что же ты молчишь, а?! Вдруг мимо моего уха что-то просвистело. Ударившись об стену, на пол упал один из информаторских ножей. — Я буду суши с тунцом, — ледяным голосом сказал Орихара. Он опять уткнулся в ноутбук, но глаза его как будто сузились, и красного в них стало больше. А может, мне просто показалось. Ничего не говоря, я вышел из гостиной и пошел на кухню, где должно было лежать меню ресторана, находящегося при отеле и обслуживающего постояльцев. Внутри я ликовал. Кажется, мне впервые удалось по-настоящему задеть чертову блоху. *** В меню было столько разных непонятных блюд, что я, плюнув на все, заказал себе просто рамен и пять бутылок молока – про запас. Блохе заказал его суши. Настроение было отличное. На кухне тоже нашелся телевизор, который я смотрел, пока ждал заказ. Когда раздался звонок, я с улыбкой на лице открыл дверь и забрал еду у крепкого парня. — Оплачиваете сразу или записать на счет? — Поинтересовался он. — Запишите на счет Орихары, — я махнул рукой, захлопывая дверь. Отнеся все на кухню, я заглянул в гостиную. — Эй, блоха, — позвал я. — Суши твои принесли. Я ожидал, что он пошлет меня или проигнорирует, все-таки я сильно его разозлил, а может даже обидел, но информатор, как ни в чем не бывало, закрыл ноутбук и последовал на кухню, с привычной ухмылкой сообщая: — Знаешь, Шизу-чан, я просто обожаю суши с тунцом. Тунец такой вкусный, особенно, если я не вижу его глаз. Я в который раз удивился непредсказуемости этого человека. — Глаз? — Рассеянно переспросил я. — Что может быть противнее глаз дохлой рыбы? — Информатора передернуло. — Мерзость какая. — Глаза как глаза, — я пожал плечами. — И это единственное, чего ты боишься? — Я еще не успел подумать, а слова сами сорвались с губ. — Я не боюсь, — отрезал Изая. — Я их терпеть не могу. Это разные вещи. Что вообще такое страх? — Только не начинай философствования опять свои, — взмолился я, проклиная себя за дурацкий вопрос. Ага, как же, взял он так и выложил мне сразу все свои страхи. Да и какая мне разница? Обычное любопытство? — Дай поесть нормально. — Ешь, — снисходительно разрешил блоха. — Потом на пляж пойдем. Я кивнул. Воду я очень любил, она оказывала на меня какое-то успокаивающее действие. Плавать я научился еще будучи ребенком, когда родители записали меня в бассейн. А в бассейн я давно уже не хожу, поэтому безумно соскучился по этому занятию. *** — Ты что так пойдешь?! — Я недоуменно уставился на блоху. На нем были плавательные трусы и его дебильная куртка с мехом. — Мы же на пляж идем! Зачем тебе куртка? Тем более на улице жарко! — Не так уж и жарко, кроме того, я же должен куда-то положить ключи, телефон и парочку ножей, — невозмутимо ответил информатор. — Ты вообще нормальный? — С сомнением спросил я, невольно засматриваясь на его худое тело, что не укрылось от блохи. — Что, нравится? — Наглая усмешка и хитрый взгляд. — Да пошел ты! Ответом мне был лишь смешок. *** На пляже было много отдыхающих, и все то и дело поглядывали на нас. Неудивительно, Орихара выглядел поистине глупо в своей треклятой куртке и как-то неуместно, что ли. Это раздражало. Мы нашли свободные лежаки. Я скинул сумку с полотенцем, телефоном, сигаретами и зажигалкой и снял очки. — Пошли? — Обратился я к блохе и кивнул в сторону воды. — Иди, я не пойду, — ответил информатор, наконец, снимая куртку и растягиваясь на лежаке. — Почему? Плавать не умеешь? — Усмехнулся я. — Умею, — отрезал Орихара. — Просто не хочу. Я пожал плечами и отправился в море. Вода была просто замечательная. Я с удовольствием окунулся с головой и поплыл туда, где поглубже и людей поменьше. Вода расслабляла, заставляя на время забыть обо всех проблемах. Безграничная водная гладь, голубое небо над головой, легкий теплый бриз – что может быть лучше? Я оглянулся назад и заметил, что уплыл довольно далеко от берега. Ну, и славно. Я лег на спину, раскинувшись звездочкой, и прикрыл глаза от яркого солнца. Здесь нет надоедливых людей, вредной блохи, только ты и море. Спокойствие и умиротворение. Как же хорошо! Я пролежал так, наверное, около пятнадцати минут, пока не почувствовал, что засыпаю. Я немедленно перевернулся на живот, не хватало еще утонуть. Интересно, а какая здесь глубина? Я нырнул и только потом вспомнил, что у меня нет очков для плаванья. Старые давно где-то потерялись, а новые я купить так и не удосужился – незачем было. Перед глазами все расплывалось и было какого-то мутного зеленого цвета, поэтому я плюнул на свою затею, вынырнул и поплыл к берегу. Выйдя на берег, я направился к нашим лежакам. Блоха сидел и хмуро оглядывал пляж. — Ты что-то долго, — как-то нервно сказал он, осматривая меня с ног до головы. — Что, нравится? — Передразнил я, откидывая с глаз мокрую челку. — Очень, — ухмыльнулся Орихара, не отрывая взгляд. — Знаешь, у тебя очень сексуальное тело, твоей будущей девушке повезло, Шизу-чан. — От тебя это звучит как насмешка, — ответил я, неспешно вытираясь полотенцем. — Это был комплимент! — Деланно обиженно воскликнул блоха. — Да ну, — недоверчиво хмыкнул я. Информатор хотел что-то сказать, как вдруг раздался истошный крик: — Помогите!!! Кто-нибудь, на помощь!!! Ребенок тонет!!! Я резко оглянулся: кричала женщина, стоящая по щиколотку в воде и судорожно махавшая руками. — Кто-нибудь!!! Там ребенок!!! Я, не раздумывая, бросился к ней. — Эй, Шизу-чан, ты куда? — Блоха полетел за мной. — Где? — Рявкнул я, подбегая к женщине. — Вон там прямо, где начинается глубина, — показала она. — Я видела, как он нырнул и не вынырнул, я сама плавать не умею, подумала… — быстро тараторила женщина, но я ее не слушал. Дорога была каждая секунда. Я кинулся в воду, но тут у меня на руке повис Орихара. — Шизу-чан, стой!!! — Истерично завопил он. Удивляться было некогда, разбираться тоже, поэтому я грубо оттолкнул его, отчего он не удержался на ногах и свалился на песок. Я в два счета добрался до указанного места и нырнул. Впереди я сразу увидел тело мальчика, медленно опускающееся на дно. Гребя изо всех сил, я доплыл до него и вытащил на поверхность. «Только бы не слишком поздно» — крутилось в голове, пока я плыл до берега. К счастью, на берегу уже объявились спасатели. Я вынес ребенка из воды, и им тут же занялись медики. — Где вы раньше были? — Накинулся я на спасателей, пытаясь отдышаться. — Извините, — пролепетал один из них. — Не заметили. — С ним все будет в порядке? — Обеспокоенно спросила женщина, позвавшая на помощь. — Да, — ответил, по-видимому, главный в бригаде. — Мужчина успел как раз вовремя. Еще бы пара минут и пришлось бы вызывать труповозку… Вы его мать? — Нет, я просто стояла и смотрела на купающихся, потом заметила, что ребенок нырнул и не вынырнул… — А где же его родственники тогда? — Гневно спросил я, перебив женщину. К тому времени, мальчик закашлялся и выплюнул воду. Я облегченно выдохнул. Тут к нам подлетела молодая девушка и бросилась к ребенку. — О Господи, что случилось с моим сыном?! — Закричала она, полными от ужаса глазами глядя на нас. — Он чуть не утонул, — ответил главный и сурово посмотрел на девушку. — Где вы были? — Я…я отошла по делам на пару минут…господи…я же сказала ему не лезть в воду… — девушка заплакала. — Не волнуйтесь, с ним все будет в порядке. Скажите спасибо тому мужчине, он спас вашему сыну жизнь, — спасатель кивком головы показал на меня. — Спасибо вам большое! — Пролепетала девушка и низко поклонилась. — Я вам так обязана. — Следить за ребенком надо, — раздраженно ответил я. Чем она вообще думала? А если бы меня не было рядом? Тут я вспомнил про блоху и его непонятную, совершенно ему несвойственную реакцию. — Извините, мне надо идти. Орихару я нашел сидящим на лежаке. — Что за… — начал я, но осекся. С блохой происходило нечто странное. Его всего била дрожь, взгляд был стеклянным и отсутствующим. — Эй, что с тобой?.. Изая не ответил. Казалось, он вообще не замечает ничего вокруг. Я растерялся. Такой информатор меня пугал. Позвав безрезультатно его еще пару раз, я взял наши вещи, потом резко дернул Орихару на себя. Я схватив его за руку и потащил в отель. Он не сопротивлялся, покорно шел за мной. Всю дорогу меня мучил вопрос, какого черта, собственно, сейчас происходит? Только в лифте он начал приходить в себя. — Шизу-чан, — вдруг прошептал Орихара, сжимая мою руку, которую я сразу же высвободил. — Очнулся? Что с тобой было? — Я внимательно посмотрел на него. Весь бледный, над губой мелкие бисеринки пота, глаза беспокойно блестят. Куда подевался прежний, уверенный в себе информатор? — Я думал, ты утонул, — безжизненно сказал Изая. — Что за глупости? — Удивился я, вытаскивая из его куртки ключи и открывая дверь в номер. — Я отлично плаваю. — Ладно, — согласился информатор и пошел в спальню. — Мне надо поспать. — Ну уж нет, — я поспешил за ним. — Только после того, как все мне расскажешь. — Нечего рассказывать, я просто… — Просто что? — Спросил я, садясь на кровать. — На пустом месте так не реагируют. — Ничего, — он сел рядом и низко опустил голову. — Может, хватит всех этих тайн? Расскажи, что случилось, легче станет. — Не станет, — блоха покачал головой. — Хорошо, я расскажу, — вдруг зло заявил он. — Я слушаю, — спокойно ответил я, хотя сердце забилось чаще. Неужели сейчас я, наконец, узнаю о прошлом Изаи? — Когда мне было пятнадцать, — начал информатор, поднимая голову и смотря куда-то сквозь меня. — Моим сестрам-близняшкам, Майру и Курури, было по восемь. На летних каникулах мы всей семьей полетели отдыхать сюда, на Окинаву. Мы остановились в этом же отеле. Ходили на этот же пляж. Спустя пять счастливых дней, сестры сказали мне, что они очень хотят покупаться ночью, под луной. К слову, плавать они не умели, просто плескались у берега. Я сначала был против, но потом сдался. Ночью мы тайком выбрались из номера и пробрались на пляж. Сестры пошли в воду, я остался на берегу. Почему-то я был уверен, что на глубину они не полезут, поэтому я не сильно следил за ними, потом и вовсе на что-то отвлекся. Вдруг я услышал, как Майру зовет на помощь. Оглянувшись, я увидел, что близняшки были далеко от берега, на глубине. Они то выныривали, то вода снова заглатывала их. Во мне поднялась паника, я кинулся в воду и поплыл. Плавать я умею, но плохо, поэтому сам никогда не заплывал туда, где дна уже не касаешься. Когда я доплыл до них, они вцепились в меня и начали тянуть за собой на дно. Я испугался… Я понял, что не вытащу их. Либо мы погибнем втроем, либо выберусь я один. Я задыхался, пытаясь глотнуть хоть немного воздуха, но вода смыкалась надо мной. Я начал терять сознание, но тут в голове промелькнуло: «Неужели все кончится так? Неужели сегодня я умру?». И тут у меня словно второе дыхание открылось. Я начал брыкаться и сбросил с себя сестер, я всплыл и устремился к берегу. Я начал кричать, звать кого-то на помощь. Прибежали какие-то мужчины. Но когда они достали сестер, было уже слишком поздно. Я плохо помню, что было потом. Судебно-медицинская экспертиза, дача показаний, шок и слезы родителей. Заказ гробов, покупка платьев, похороны и опять слезы-слезы-слезы, бесконечные слезы отца и матери. И во всем виноват был я. Если бы я не пошел с ними ночью никуда…если бы я внимательно следил за ними… и я все время думаю, вдруг я бы смог вытащить их?.. Почему я сдался… Я бросил их умирать… Родители сказали, что лучше бы сдох я. Да, они обвиняли меня во всем. Они сказали, что я им больше не сын. После похорон я ушел из дома и больше туда не возвращался. И не общался с родителями. И никогда не узнавал про них ничего. Потому что мне страшно. Да, Шизу-чан, я трус! Трус!!! — Вдруг закричал Изая, голос его сорвался. После небольшой паузы он продолжил. — Знаешь, чего я боюсь больше всего на свете? Я боюсь смерти! Нет, не так! Я боюсь умереть и встретиться со своими сестрами и услышать один единственный вопрос: «Почему ты бросил нас умирать, Иза-нии?». У меня нет ответа. Я испугался, я так хотел жить… Ты знаешь, как сильно хочется жить, когда находишься на краю смерти? Ты знаешь, каково это? Ты знаешь, как это страшно? Очень страшно! Да… С тех пор я больше не хожу в воду… Я бросил их, бросил, Шизу-чан, понимаешь? А сегодня, когда ты полез спасать ребенка, я невольно испугался, что ты утонешь вместе с ним, не сможешь его вытащить, но и не бросишь. Глупо, знаю, с твоей-то силой и мастерством, но я вспомнил все то, что случилось со мной, и меня сковал иррациональный страх… — блоха затих. А я сидел и не мог ни слова сказать от шока. Я даже не думал, что прошлое Изаи настолько ужасно. Да, я хотел узнать о нем побольше, но разве я мог предположить, что именно скрывает информатор? Я посмотрел на него. Больше не было ни привычного наглого взгляда, ни самодовольной усмешки короля; наконец, все маски сняты. Передо мной сидит обычный человек, человек с тяжелым прошлым, с огромной раной на душе, с пугающей пустотой в глазах и сгорбленной спиной. Человек, которому очень страшно и дико больно. Так вот какой он настоящий. И почему-то сейчас очень хочется, чтобы все это оказалось неправдой. — Изая, ты не бросил их, просто ты, действительно, не мог их спасти, так ты бы тоже погиб, — выдавил я, чувствуя необходимость что-то сказать, как-то успокоить. — Значит, надо было умирать с ними. Я потащил их ночью на пляж, я не уследил… — Изая затрясся, мне показалось, что он плачет, но когда он повернулся ко мне, глаза были сухими. — Изая… — Знаешь, почему я хочу в Вальгаллу? Потому что туда попадают только мужчины-воины. Там нет моих сестер, значит, я никогда их не увижу, мне никогда не придется смотреть им в глаза и… — И просить прощение, — закончил я. — Ты просто убегаешь от своего прошлого. — Да, я бегу, — согласился Изая. — Я же сказал, что я трус. — Ты не трус, — неожиданно для самого себя возразил я. — В том, что ты боишься встречи с близняшками, нет ничего удивительного. Но тебе нельзя убегать, ты должен перебороть свой страх. Они простят тебя, я уверен. — Я не могу, — информатор отчаянно замотал головой. — Я просто не могу. Поэтому, только после того, как валькирия заберет меня, ты можешь убить ее. — Как это заберет? — Насторожился я. — Она должна убить меня своей косой. После этого моя душа полетит в Вальгаллу, а ты можешь делать с дуллахан все, что хочешь. — Значит, скоро ты умрешь? — Шокировано спросил я. Орихара рассмеялся, пожалуй, первый раз искренно, а не своим обычным издевательским смехом. — А как ты думал я еще попаду в рай? Хотя таким как я и место в аду… Я молчал. Я и не задумывался над этим. Но то, что блоха должен скоро умереть, казалось мне несусветной чушью. — А если она отправит тебя к сестрам вместо Вальгаллы? Почему ты так уверен? — Нет, валькирии доставляют только в рай. Тем более это я устроил войну, она моя, и я в ней выиграю. — Зато в своей собственной, личной войне, которая живет внутри тебя, ты проиграешь. — Я уже проиграл, — безразлично ответил информатор. Изая встал и вышел на балкон. Я пошел за ним. — Нет, еще не все потеряно. Ты не должен этого делать. Тебе надо жить… — А зачем? — Перебил меня Орихара. — Мои родственники меня ненавидят, да и не только они. Многие люди меня ненавидят. Сегодня с утра ты был прав, у меня и друзей-то нет. У меня вообще никого нет. Я уверен, все только рады будут, если я сдохну. Я потрясенно молчал. А Изая говорил об этом так спокойно, как будто это было что-то само собой разумеющееся. На остров опускались сумерки, загорались огни. Информатор неподвижно стоял, положив руки на перила, и смотрел куда-то вдаль. Повинуясь внезапному порыву, я подошел к нему и обнял его со спины, касаясь щекой мягких волос. Изая вздрогнул. — Да, мне осталось жить неделю, — тихо проговорил он. А я вдруг почувствовал невыносимую тоску.