Брешь

      Ева стояла в Астрономической башне, облокотившись на железное ограждение, и наблюдала за практически неизменным зимним пейзажом. В каменных стенах посвистывал зимний ветер, который обдувал лицо, но та продолжала смотреть вдаль, наблюдая за тем, как снежинки резвятся в воздухе. На улице бушевала настоящая метель, отчего становилось прохладно, однако на этот раз Ева предусмотрительно закуталась в шарф и надела на руки свои собственные перчатки.              Когда позади послышались шаги, Ева не испугалась и не шевельнулась, потому что научилась распознавать уже знакомую поступь. Незваный гость подошел сзади, взялся руками с обеих сторон от неё за ограждение и медленно склонился к ней, не говоря ни слова. Ева бесшумно вздохнула, прикрыв глаза, и почувствовала его дыхание на щеке, которое даже ветер не мог развеять.       — Я искал тебя довольно долго, но стоило догадаться о том, что ты будешь здесь, — тихо сказал Драко, и Ева представила его улыбку. — Как ты?       — Паршиво, — ответила она, спустив шарф на подбородок. — Постоянное чувство страха не дает мне покоя. Но знаешь, я не хочу говорить об их побеге. В последнее время мне слишком много пришлось говорить об этом…       — Хорошо, — нехотя согласился Драко. — Можем поговорить о другом.       Ева нахмурилась, поджав губы. Она боролась сама с собой весь этот день, потому что произошедшее так или иначе повлияло и на их отношения. Ей казалось, что у них есть время, чтобы не думать о приближающейся пропасти, но не замечать её становилось всё сложнее.              — Что ждет нас дальше? — спросила она.       Вопреки её ожиданиям она услышала мягкий смешок.       — Ты уже строишь планы на наше совместное будущее? — спросил Малфой, и это заставило Еву обернуться и взглянуть с удивлением.       — Ты ведь не хуже меня понимаешь, о чём я, — заметила она, и Драко, издав последний смешок, перестал улыбаться. — Побег Пожирателей приблизил войну, которая назревает. А мы с тобой... по разные лагеря.       — Что ты хочешь от меня услышать?       Драко обошёл её и оперся на ограждение. Выглядел он раздраженным, но оба они понимали, что от этого разговора никуда не деться. Рано или поздно время истечёт для них обоих.       Ева вздохнула и сложила руки на ограждение рядом с ним. Их плечи немного соприкосались, и это было очень приятным чувством, которое отвлекало.       — Я не жду, что ты сейчас поклянешься в вечной любви и предложишь сбежать, как в какой-то дешёвой мелодраме, — хоть Ева и говорила об этом нарочито серьёзно, она не могла сдержать жара на щеках. — И всё же, нам нужно прийти к какому-то соглашению. Чтобы в дальнейшем... ни у кого не было претензий.       Драко молчал в ожидании продолжения, и Ева вдруг заметила, как покраснели его руки без перчаток. Укол совести неприятно кольнул её, и она полезла в карманы за одолженными ранее перчатками.       — Мы не будем использовать наше общение для того, чтобы выведать что-либо о чужих планах, — сказала она, и с этими словами взяла руку Малфоя. Он отрешенно взглянул на то, как Ева надевает на его ладонь перчатку, но когда та стиснула её, поднял на неё взгляд. — Ни при каких обстоятельствах, Драко. Я знаю, что ты никогда не оставишь свою семью, и я... тоже не стану. Не смогу и не захочу.       Ева понурила взгляд, потому что следующие слова давались ей нелегко, но она обязана была это сказать:       — Я не знаю, как всё будет дальше, но если однажды нам придётся попрощаться, то мы оба будем знать, что хотя бы старались быть честными друг с другом.       Между ними сохранялись тишина какое-то время, а затем Драко сказал:       — А что если я не хочу всей этой головной боли, и мне проще попрощаться с тобой здесь и сейчас?       Ева вскинула взгляд. Драко смотрел на неё с непонятными ей эмоциями, но ясно было одно: предложенное не сделало его счастливее.       — Это твоё право, — тихо сказала Ева, выпустив его ладонь из своих пальцев. — И это тоже вариант.       Драко вдруг фыркнул, вернул взгляд к просторам Запретного леса, а затем сказал:       — Почему ты вообще начала говорить о том, что кто-то должен выпытывать что-либо? — поинтересовался Драко, теряя выдержку. — Не понимаю, с какой стати ты пришла ко мне именно с этим предложением. За последние недели я только и делал, что вытаскивал тебя из передряг. Ни разу не спрашивал, что там такого затеял Поттер и каким боком ты там затесалась, хотя точно знаю, что мог бы многое узнать об этом именно от тебя. Разве я хоть слова говорил?       — Нет, ничего такого с твоей стороны я не увидела, — терпеливо сказала Ева. — Но ситуация меняется день за днем, и нам нужно обсудить такие вещи. Я не верю, что ты сам не думал о том же.       — Да, думал. Но я не прихожу к тебе с подозрениями, что ты при каких-то обстоятельствах будешь пытаться что-то разузнать!       — Может быть всё потому, что на твою семью и на тебя никто никогда не охотился?! — воскликнула Ева и сразу же осеклась.       Нависла неприятная тишина, прерываемая воем метели. Ева корила себя за эту слабость, но решила не отступать.       — У меня всю жизнь всё идёт наперекосяк, — пробормотала она. — Я боюсь подвести своих близких, потому что им приходится многое делать для моей безопасности. Поэтому мне важно знать, что я предусмотрела всё, что в моих силах.       — Я понимаю, о чём ты говоришь.       Некоторое время они молчали, пребывали в молчании, пока Драко снова не нарушил молчание:       — Хорошо, Хейг. Я не стану пытаться ничего у тебя выпытывать, хотя я изначально и не планировал этого делать.       — Спасибо, Драко.       — Но и ты должна мне пообещать то же самое.       Ева взглянула в выжидающее лицо Малфоя и сказала:       — Твоё доверие в этом отношении я не предам. Любой сказал бы, что в этой ситуации нам было бы гораздо проще попрощаться... но только я теперь знаю, что ты далеко не тот, кем я тебя всегда считала. Этого я теперь никогда не забуду.       Он фыркнул, пытаясь скрыть тот факт, что эти слова ему понравились, и это заставило Еву кисло улыбнуться. Она вдруг вспомнила вопрос Гермионы о том, достаточно ли Еве того проблеска хорошего, чтобы продолжать держаться за эту связь и наблюдая за тем, как этот человек идёт ей на уступки в таких непростых просьбах, внутри неё что-то теплилось.              — Если завтра начнется война, мое отношение к тебе не изменится, — тихо сказал вдруг Драко, а Ева ощутила, как внутри неё что-то горит от этих слов. — Ты нравишься мне здесь и сейчас. А о другом я и думать не хочу.       Последние его слова утонули в тишине и поцелуе в щеку. Оторвавшись, он прикоснулся губами к уголку губ девушки, а потом и к самим губам, а Ева не могла и думать о том, чтобы его оттолкнуть.       Подавшись чуть вперед, она ответила на его поцелуй, положив ладонь на его шею. Драко же взялся за талию девушки и прижал к себе сильнее, из-за чего Еве пришлось встать на носочки.       И несмотря на всю нежность, для Евы наступила очередная борьба с самой собой.

***

      — У меня дежавю, — тихо сказала Ева, касаясь кончиками пальцев руки Малфоя, расположившегося на своем старом месте и, как и тогда, прячущего себя и девушку от холода. Та вновь сидела у него на коленях, поскольку сесть на холодный каменный пол Драко не позволил. Ева прижималась к чужой груди, глядела на его руку, которой осторожно касалась.       — В этот раз всё было не так мучительно, — заметил он, хмыкнув. — Было ощущение, что после нашего сближения ты начала отдаляться.       — Мне было страшно, — честно призналась Ева. — Но когда я поговорила об этом, стало намного легче.       — Кто-то знает о нас с тобой? — Драко ощутимо напрягся.       — Да, кое-кто знает. Но не переживай на этот счёт.       Драко молчал какое-то время, и всё-таки не выдержал.       — Могу я узнать, о ком речь?       — Нет. Но будь уверен, этот человек никому ничего не расскажет.              Было видно, что услышанное его не успокоило до конца, но настаивать он не стал. Еве что-то подсказывало, что про Гермиону ему пока не стоит рассказывать.       Драко поцеловал её в лоб, после чего стиснул крепче, а она прикрыла глаза, положив голову парню на плечо. Некоторое время они молчали, но Ева, вспомнив вдруг нечто важное, мрачно улыбнулась себе.       — Могу я попросить тебя кое о чем? — поинтересовалась она, подавляя смешок.       — Попробуй, — сказал тот.       — Насколько тяжело для тебя было бы не кидаться оскорбительными словами по отношению к полукровкам и маглорожденным?       Драко раздраженно цокнул, закатив глаза.       — Только не начинай!