Ну, перепутали...

Дорогие мои, я поздравляю всех с наступившим Новым годом и грядущим Рождеством! А так же преподношу вам новую главу! Только, сильно впечатлительных прошу не читать воспоминания Тсуны о детстве. Как бы мне не хотелось, а для сюжета этот маленький момент нужен. Ваша, ждущая маму из роддома, Юки. _______________________________ Шипение масла, звон кастрюль, тихая или не совсем ругань… Всё это моё рабочее место на ближайшие несколько часов. Как Вы наверное помните, сейчас я и Гокудера командуем поварами на кухне самого известного и дорогого ресторана во всём Намимори. Самое интересное, на нас смотрели с пренебрежением и недоверием только до того момента, пока я не начал отдавать чёткие и точные указания. Это было довольно забавно, когда уже люди в возрасте, старше сорока, выполняют приказы какого-то молокососа, как назвал меня один из них. Ему, правда, Хаято сразу же доходчиво, нормальным простым языком объяснил, что начальство не надо недооценивать, особенно, когда не знаешь какие тараканы живут у него в голове. - Куда ты масло льёшь?! – разнёсся по всей нашей территории ор моего друга. – Уже поздно его лить! Грудка уже в алкоголе должна гореть! Она же готова! Только румяная корочка нужна! - По рецепту должно быть именно так, - попытался возразить повар, посмотрев на сковородку, где сейчас плавала в масле часть курицы. - По какому рецепту? По рецепту Криворукого или Недопонятого? – продолжал возмущаться мой друг. – Вы сейчас готовите по придуманному мною рецепту! Он не терпит самодеятельности! - Гокудера, - я оторвал взгляд от девушки, что так старательно наносила крем на очередное пирожное, вырисовывая сердечки, - может, перестанешь так наседать на ребят. Они и так стараются как могут. Мне лично кажется, что ты от них невозможного требуешь. - Я требую вполне возможных вещей, - не согласился блондин, сверкнув своими зелёными глазами. - Уверен? – насмешливо спрашиваю я, посмотрев на результат работы Мии-тян. Кивком головы показываю, что она всё сделала правильно, а сам тем временем тянусь за следующим коржом, чтобы сделать следующее пирожное. - Более чем, - фыркает тот, - ну куда ты льешь?! Да уж, если начинает готовить он, то по-другому, кроме как «Взрывной кулинарией», его работу не назовёшь. Нет, в результате всё очень вкусно, просто пока блюда готовятся мой друг напоминает бомбу замедленного действия. Оружие биологическое, воздействующее на жертву психологически непрекращаемым потоком ругани, возможно даже мата. В общем, если Вы хотели бы быть в подчинении у моего друга, то заранее готовьтесь к непрерывным моральным атакам. Вообще, у каждого свои бзики, которые возникают при работе. Я, например, становлюсь до жути спокойным и собранным, вопреки своей неуклюжести, а вот в Хаято просыпается грузчик или матрос, который знает весь запас нецензурной лексики. Ну, у Кёи тоже свои странности. Если так он до жути раздражительный, то когда занят любимым делом, становится самым терпеливым и любезнейшим человеком на свете. Меня всегда в нём эта черта поражала, хотя сам я такой же странный. Сколько помню, всегда удивлял своим раздвоением личности сокурсников и преподов. Они всегда поражались, как в одном человеке может спокойно существовать две противоположности, но и не они одни хотели узнать эту тайну. Интересно, а если бы с самого детства я был с золотыми глазами, то как бы всё сложилось? Знаете, посмотрев на меня никто не может сказать, в каком аду жил я до своего поступления в институт. Как бы странно это не звучало, детства как такого у меня не было. Моя мама до моего седьмого дня рождения всегда была со мной, даря мне любовь и поддерживая, ведь я постоянно приходил домой в слезах. Меня не любили в школе, я же был слишком наивным, слишком добрым, слишком чувствительным. Слишком чистым, как сказала моя первая учительница. Поэтому мои одноклассники всегда дразнили, унижали и вымещали на мне свой гнев, я не мог дать им сдачи. Для меня ответ таким грубым и невоспитанным ребятам вызывал такое отвращение, словно я хотел поцеловать полуразложившуюся крысу. Мама всегда меня поддерживала и успокаивала, говорила, что всё пройдет… Только длилось это до момента, пока мне не стукнуло семь. В тот день я пришёл со школы в весьма хорошем настроении – меня не били, не обзывали, только поздравляли и дарили шоколадки, - но стоило мне зайти в дом, как легкая улыбка сползла с моего лица на ближайший год. В коридоре я ощутил стойкий запах алкоголя, который мог появиться в нашем доме только при одном условии. Зажав нос, я двинулся на кухню, чтобы оценить масштаб бедствия в этот раз, но как только моему взору предстала мамино любимое место, по округе разнёсся крик ужаса. Никому не пожелаю увидеть такого… Мой блудный отец, который появлялся от силы раза два в год максимум, склонился над мамой, что лежала на столе вся в крови. Она не дышала, а её так любимые мною шоколадные глаза потеряли свой блеск. Он её целовал в плечи, лицо и шептал только одно слово "прости", но она не отвечала. Отец с яростью продолжал свои действия. А я в шоке осмотрел кухню. Осколки бутылки, красная густая жидкость и отец, измывающийся над мамой. В оцепенении я начал идти к выходу, но задев вазу, которая разбилась с оглушительным звоном, кинулся вон из дома. Спустя каких-то пару минут бега я услышал тяжёлое дыхание этого человека, которого называл отцом. Он гнался за мной, ведь я видел абсолютно всё. Что случилось с мамой, а значит был свидетелем. Тогда, в тот мой день рождения, я впервые встретился с Хибари-саном. Он приехал с папой на какую-то важную встречу, а пока тот был на переговорах, гулял по тихим улицам городка Наха. Увидев, как за мной гонится пьяный мужчина в перепачканной кровью одежде, он не стал стоять в стороне, а кинулся мне на помощь. Ещё тогда я удивился его смелости и силе, ведь пойти против взрослого человека может не каждый ребёнок. Он тогда одним точным ударом отправил моего отца в бессознательное состояние и, схватив меня за руку, побежал куда глаза глядят. Помню, как удивился его папа, увидев взволнованного сына и совершенно незнакомого ему заплаканного ребёнка. Он выслушал сначала сына, а потом и меня. Мой рассказ, правда, не был таким, как у Кёи, более путанный, невнятный, прерываемый всхлипами. Мне тогда было очень тяжело говорить, но меня не торопили, а наоборот ждали. После того, как мой фонтан иссяк, меня обняли и дали успокоительного. С того памятного дня я жил вместе с Кёей и его семьёй. Маму они похоронили, не привлекая меня, а вот отца не нашли, хотя к его поиску были привлечены правоохранительные органы. Спасибо, конечно, и Аме-сан, маме Хибари, и Мамору-сану, его папе. Они не дали мне упасть духом, перевели в новую школу, помогли обосноваться на новом месте, заменили мне моих родителей. За это я им бесконечно благодарен, ведь даже не знаю, чтобы со мной стало бы без них. - "Всем покинуть здание! Найдена угроза возгорания! Всем покинуть здание! Найдена угроза возгорания!" - так, удачно я из воспоминаний вынырнул. Сейчас абсолютно все оторвались от своих дел и смотрели на нас с Гокудерой, ведь мы здесь шефы. - Что вы смотрите? – задаю риторический вопрос. - Разбились по парам и на выход. Только без паники и прочей фигни. Только огонь выключите. Никто не стал спорить, поэтому спустя пару минут мы стояли на улице и пересчитывали всех наших. Я успокоился, как только убедился, что мы никого не потеряли. Сейчас весь персонал стоял и смотрел на то, как к зданию подъезжают пожарные, скорая, полиции и прочие службы. Для меня, правда, это шоу продлилось недолго. Неожиданно меня схватили за шкирку и куда-то поволокли, а я даже не смог понять, что вообще случилось. - Это ж надо! Вот просто поражаюсь! – возмущался тот, кто тащил меня. – Устроить праздник, а самому смыться?! У тебя похоже крыша в отпуск улетела вместе с самосохранением! - Что? – не понял я. Так, паника в гости заскочила? Кажись, трафик на вторую личность закончился, раз эта гадина прискакала. - А то! – раздался ор. - Алауди сейчас стоит рядом со своей машиной и сыплет проклятиями. Ему, видите ли, надо было не пить потому, что он обещал Юки, а не потому, что ему хотелось наши пьяные физиомордии домой везти. - А? – о чём он вообще? Кто такой Алауди? - Вы слишком долго возитесь, - послышался раздражённый голос кого-то ещё. - Ну, извини, холодильник, припозднились, - ответил на это мой похититель. - Вы вообще кто? – истерично спрашиваю я, начиная вырываться из хватки незнакомца. - Сколько он выпил? Ящик? – интересуется холодильник. - Не знаю, - слышится ответ, - вроде немного. - Эй, я не пил! И даже не пробовал! – либо я чего-то недопонял, либо меня с кем-то путают. - Бесишь, - слышу на мою реплику. В следующую секунду меня подвесили над землёй, а потом на голову опустилось что-то тяжёлое, и на меня сразу накатила темнота. Я даже не понял, что случилось дальше, просто отключился, почувствовав удар по многострадальной головушке.