A life long rain

* * * Конан задумчиво болтала ногами, сидя на высокой в сравнении с обеденным столом тумбочке и придерживая правой рукой книгу на коленках, небрежно сквозила взглядом по тексту, коротая свободное время после ужина. Сегодня мальчики запаздывали - часы неумолимо перешли время их запланированного прихода и безжалостно помчались дальше, напоминая сухим тиканьем, песчаным хлыстом стегая обострённый до предела слух. Шизуне, как ни в чём не бывало, помешивала деревянной громоздкой ложкой солёный бульон, о чём свидетельствовал звук лопающихся пузырей нагретой воды и мягко клубящийся пар, а Цунаде сосредоточенно красила ногти красным матовым лаком. Этот цвет нехорошо отозвался на расстроенной, как плохо дребезжащее пианино, психике девочки. "Сходить, проверить их что ли", - подумалось ей. Она посмотрела в окно и наткнулась на собственное отражение, немного оттенённое светом включенной лампы, фоном которого приходился мрачный пейзаж. Бок ощутимо кольнуло. "Не случилось ли чего?" - забеспокоилась Хаюми. Вдруг на скучном однотонном горизонте засеребрились яркие, пронзающие кустистую серость, лучи, настолько плотно расположенные, что напоминали собой плотный клубок размашистых световых брызгов, словно игольчатый дым от эпицентра взрыва. Они расходились во все стороны с такой скоростью, что уже спустя секунду ударили в скрипнувшее стекло, на миг озарив комнату мягким, но режущим зрение оптическим рассеянием. Конан резко дёрнулась назад, боясь, что окно разобьётся на мельчайшие осколки, однако этого не произошло. Сердце беспокойно застучало. - Что это было? - вслух спросила она. - Мм? - оглянулась Шизуне. - Ты о чём? - Да так... - неопределённо ответила та, украдкой посмотрев в окно. Всё оставалось на своё месте. Может, это ей привиделось? Через томительных семь минут с внешней стороны дома отрывисто постучали. Конан сорвалась с места, чуть не споткнувшись о неровные края дощечек пола, и, открыв дверь, тут же впала в потрясённый ступор. В лицо ей ударил ледяной порыв ветра с тонкими лесками моросящего дождя и металлический запах солёной ржавчины. Джирайя, тяжело дыша, держал на руках какого-то человека, запятнанного собственной кровью, имевшего подозрительно знакомые очертания. На плечах у мужчины висел Нагато. Да и сам учитель выглядел не лучшим образом. - Ч-что произошло?! - срывая голос, закричала девочка, отступив на шаг, широко раскрыв очи. Сенсей осторожно опустил наземь тот самый странный объект, перевернув, немо отвечая на вопрос. Хаюми разглядела ярко-рыжие волосы и, испустив короткий писк, слабея, не почувствовала ног, которые сильно задрожали, отказываясь держать свою хозяйку. - Эт-то... это... это что, Я-яхико? - нервно сглотнув комок, застрявший в горле, прошептала Конан, бледнея. - К-кт-то... - от ужаса у неё зуб на зуб не попадал, - кто сот-творил с ним т-такое?! - Мы не заметили ловушки, которую оставили вражеские ниндзя, - ответил Джирайя, решив смолчать о истинной причине, чтобы не вызвать ещё большее смятение. У синеволосой задрожали губы и всё поплыло перед глазами, сразу скрывшихся за ладонями, дабы они не могли видеть весь ужас причинённых увечий. Отшатнувшись, она упёрлась спиной о стену, пытаясь сохранить здравый рассудок. Поисковый щуп её взгляда, как назло, тщательно высматривал страшные лиловые разводы синяков, протянувшиеся от живота до шеи, раны и даже обнажённые кости, через небольшие щели сложенных пальцев. На его руках проступали ожоги, а вот ноги почему-то остались нетронутыми. Лицо было как-то одновременно расслабленно, но мученический оттенок застыл на нём неровной маской сокращений мышц. Такое она видела только в тот день, когда на них напал тюнин и Нагато, воспользовавшись ринненганом, убил его. Неужели... Словно сквозь толстый слой ваты она услышала восклицания Шизуне и Цунаде, стремглав подбежавших к мальчику. Пульс участился и, казалось, до треска сотрясал рёбра, которых словно кто-то сильно приплюснул. Она, преодолевая сильную боль в сердце, которая сковала мышцы, подошла к подруге и присела рядом. - Жив! - долетел до неё облегчённый шёпот брюнетки, не побоявшейся склонить ухо к груди Яхико, где подразумевалось сердце. А вот о хладнокровности Сенджу говорить было бы как минимум неправильно. Её парализовало, отчего она застыла, как перед лицом собственной смерти, только мелкая судорога и растерянно метавшиеся глаза выдавали в ней человека. Женщина бухнулась на колени, не переставая широко обозревать на покалеченного мальчика. Джирайя тут же ринулся к ней, хлопая по щекам и что-то говоря. Цунаде неожиданно резво поднялась и, оттолкнув мужчину, выбежала из дому. Нагато, пребывая без сознания, лежал рядом, но, по-видимому, жив-здоров, без особых повреждений, не считая синяка на щеке. Конан осторожно потянулась к мальчику, прикасаясь к его безвольно расслабленной ладони, надеюсь уловить хоть малейший градус тепла, и вдруг, словно облитая ушатом холодной воды, вскочила на ноги, отойдя назад, терзаемая муками волнения. Состояние паники характеризовалось дефектами мышления, потерей сознательного контроля и осмысления происходящих событий. Шизуне развязала пояс растерзанного, как от когтей злого зверя, халата рыжеволосого и тут же наложила руки на его тело, принявшись без замедлений лечить, ничего не спрашивая, хотя вопросов было приличное количество. Конан, в сумятице мыслей и страхов, напрочь забыла о возможности вот так же, как и подруга, помочь товарищу, и словно приросла к месту. "Нет. Нет. Нет", - билось импульсом в её голове. - Конан, чего стоишь? А ну, быстро дуй сюда! - сердито позвала её Шизуне, не поднимая головы. - Ишь чего удумала - в обморок тут падать собираешься! - несколько грубо пожурила её она. - Я одна не справлюсь! Сюда бы неплохо Цунаде позвать, но, увы, она боится вида... - ученица испуганно прикусила язык, считая уже очевидную фобию потаённым секретом. Сняв с себя оцепенение регрессивной фрустрации остервенелым мотанием головы, девочка на деревянных конечностях подошла к подруге и усилием воли заставила себя посмотреть на друга. И тут же отвела взгляд. Однако, та была права - на кону стоит жизнь её товарища, один раз помедлишь - и никогда себе в жизни не простишь. Содержимое желудка мерными толчками стало подниматься к горлу и заплескалось у дёсен, но Конан преодолела подкатывающую тошноту и, аккуратно устроив ладони на левом боку мальчика, начала выпускать лечебную чакру, борясь с подступающими слезами. Алая животворящая густая жидкость потекла струйками вдоль её мертвенно-бледной кожи. - Я... я не могу, - выдавила из себя она, стыдливо отворачиваясь. - И ты ещё хотела медиком стать! - возмущённо прошептала ей в ответ подруга, укоризненно зыркнув. - Ты вообще хочешь, чтобы Яхико выжил или нет? - Х-хочу, - подавлено кивнула головой Конан, шмыгая носом. Шизуне красноречиво промолчала и это подействовало куда лучше многословных убеждений. Хаюми вдруг чётко осознала, что поступает, как последняя трусиха и предательница, отчего ей захотелось хорошенько настучать себе по голове. Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, настраиваясь, согнала с себя наваждение страха. Шум в ушах прекратился, тревожный наковальный стук сердца стал тише. Вытерев оставшиеся влажные потёки слёз, девочка приняла как можно более хладнокровный вид. Она дала себе зарок, что поможет друзьям, во что бы то ни стало, ещё тогда, когда они не встретили Джирайю. Куда подевалась бывалая решимость и бесстрашие? Неужели вид крови и, Конан была готова поклясться, что видела, внутренних органов ужаснее разверзнувшейся под ногами пропасти, а таких во время их пути за тремя Саннинами было немало? М-дам, сейчас Хаюми была точно уверенна, что больше не будет учиться на медика. Ей гораздо проще сделать всё, чтобы физический урон не был нанесён, чем потом устранять его последствия. * * * Нагато вдруг совершенно ясно ощутил, что окружён плотной завесой мрачных клубящихся теней. Слух стал подозрительно натянут и словно извне бился о странную наружность непонятной обстановки. "Понятия не имею, где это я?" - он обеспокоенно завертел головой, что далось ему с трудом, будто весь воздух вдруг превратился в упругое желе. Под ногами образовалась уходящая глубоко в пропасть прострации лестница, вымощенная слабо светящимся в тьме зеленоватым фосфоритом. Подумав, что ничего другого делать ему не остаётся, он решил спуститься вниз, чтобы найти выход. "Да кем ты себя возомнил?!" - совершенно отчётливо прозвучал в царившем беззвучии знакомый голос, а потом отчаянный крик. "Яхико... Он же пытался убить меня!" - резко вспомнил мальчик и тут же зажал руки ушами, ибо режущий звук, неожиданно диффузионно распространившейся в непонятном пространстве, был невыносимо громок. - Нагато, - кто-то звал его из глубины подсознания. "Что вам от меня надо?!" - невербально отозвался тот. - Нагато! - повторили более тревожно. Мальчик почувствовал прикосновение тёплых и дрожащих пальцев у себя на шее и резко вскочил, чуть не стукнувшись лбом о склоненную к нему голову Конан. Девочка тут же обхватила его за спину и осторожно опустила вниз, на футон. - Слава Богу... - счастливо прошептала она. - Я-то думала, что ты потерял сознание надолго. - Где... где Яхико? - сразу спросил Нагато, хватаясь за затылок, который пронзила сильная колющая боль, словно в череп вбили гвоздь. - Его принёс домой Джирайя-сенсей, - подавленно ответила Хаюми. - Яхико был весь в крови... Я... я так испугалась, что потемнело в глазах... Учитель сказал, что вы попали в расставленную ловушку со взрывными печатями, вот и... "Ясно", - догадался Нагато. - "Джирайя решил умолчать о случившемся... А, кстати говоря, что вообще произошло?" - Он же... Яхико... он же не... - через силу начал мальчик, думая о самом плохом. - Я не знаю, - произнесла девочка. - Сейчас с ним Цунаде и Шизуне. Сенджу, правда, сначала сильно испугалась но потом всё-таки приступила к лечению. У него разодрана грудь, порезы ужасной глубины... Потоки крови кое-где удалось остановить, но повреждения всё равно тяжёлые... Что за зверь сотворил с ним такое?! Узнаю... - она сжала кулак и с ненавистью воззрилась на невидимого врага, который подразумевался где-то недалеко. Правда насколько близко, она и подумать не могла. - Можно я схожу проверю его? - попросил Нагато, чувствуя, как тяжёлая вина душит его, пытаясь приподняться, но Конан категорично уложила его обратно. - Ни за что! Ты слишком слаб, тебе надобно побыть вот в таком вот лежачем положении ещё как минимум час! - протараторила Хаюми, взяв с пола пузырёк с лекарством, отвинтила крышку и влила несколько капель на ложку, заранее оставленную рядом. - Открой рот, - требовательно приказала она, поднося микстуру к его нижней части лица. - Не надо, я сам. Ты со мной прямо как с маленьким... - невесело усмехнулся друг, принимая в руки металлический столовый прибор. - Горькое, - поморщился он после употребления внутрь. - А ты как думал, - хмыкнула та. - Зато Цунаде заверила меня, что он действует мгновенно. Скоро боль пройдёт. Я, кстати, вернула твоё лицо в нормальное состояние. Хотя, в отличие от Яхико, ты очень даже легко отделался. * * * В мучительном ожидании прошло пару часов. - Ну, как он? - Конан подбежала к своей наставнице. - Тсс, спит, - шикнула она, предупреждающе прижав палец к губам. У той сжалось сердце: настолько беззащитным выглядел такой бесстрашный духом друг. Сейчас он больше походил на мумию - тело было оплетено широкими мотками бинтов, которые успели пропитаться ещё не засохшей кровью. - Его жизни сейчас ничто не угрожает, - сообщила Сенджу. - Цунаде-сама... - от нескрываемой радости она перешла на уважительное обращение, - спасибо Вам большое!! Вы даже не представляете, как я Вам признательна!! - Оставь слова благодарности на потом, - махнула рукой девушка. - Да и к тому же, я здорово струсила... Не забудь сказать спасибо Шизуне - вот без чьей помощи я бы не справилась. Брюнетка, чутко уловив в пространстве комнаты своё имя, обернулась и широко улыбнулась, показывая пальцами знак "победа". Сейчас она с аппетитом поглощала сваренный рис, так как потратила много чакры и нуждалась в восстановлении сил. Джирайя сидел на противоположном конце стола и тоже уплетал свою порцию. Конан мялась около блондинки, порываясь спросить разрешения о пребывании рядом с мальчиком, но боялась получить отказ. "В таком случае, всё равно поступлю по-своему", - решила упрямиться она. - "Я не могу спокойно находиться в одной комнате с другом, которому просто необходима моральная поддержка. Хотя откуда я знаю, будет ли ему комфортно, если я буду сидеть около него всю ночь? А что, если он очнётся? Смогу ли я вымолвить хоть слово, чтобы успокоить его и заверить в том, что всё плохое позади?" К счастью, Цунаде разгадала её замысел и как бы издалека начала: - Я сегодня здорово устала, так, что веки уже смежаются, а время - ещё нет десяти. Кто-то будет дежурить около него всю ночь. - Можно я?! - воскликнула девочка как можно быстрее, боясь, что Шизуне успеет согласиться первой. Сенджу сделала вид, что глубоко задумалась. - Хорошо, - наконец ответила она. - Я, так и быть, разрешаю. - Ага! - обрадовалась Хаюми, а потом ойкнула и произнесла намного тише: Ещё раз, большое Вам спасибо! * * * Ночью Конан не смыкала глаз. Около неё тускло горела керосиновая лампочка, оттеняя умиротворённое лицо мальчика. Она терпеливо молчала, выжидающе смотря на него, подперев подбородок сложенными у груди коленями, перестав лечить. Пару раз Яхико беспокойно вздрагивал и кривился, но потом складки между его бровей разглаживались и он снова становился кроток и неподвижен. Урчание в желудке девочки прекратилось уже как час назад - она перестала ощущать голод, чёрной дырой разросшейся внутри желудка, потому что боялась создать лишний шум и всякий раз, когда кто-то начинал храпеть, укоряюще пихала в бок нарушителя тишины. Тихое посапывание лежащего рядом друга вдруг переросло в бессвязное бормотание. Хаюми наклонилась и услышала, что он почти беззвучно зовёт её по имени и еле сдержала слёзы жалости, которые уже давно рвались наружу. Солнечное сплетение ощутимо заныло, будто кто-то сильно надавил на него. Судорога сковала его, отчего дыхание перехватило и жгучая горечь растекалась по лёгким. Повинуясь какому-то необъяснимому импульсу нежности и сострадания, она накрыла его кисть своей и ощутимо сжала. Однако, и этого хватило. Яхико заморгал и, открыв глаза, болезненно сморщился. Дрёму синеволосой как рукой сняло. Она резко одёрнула руку, словно ошпарила и на всякий случай спрятала за спину. Уголки её губ непроизвольно поползли вверх, вызывая лёгкий румянец, а очи заблестели. - Конан? - удивился Яхико несколько хрипло и тут же зашёлся в мучительном сухом кашле. - Что ты здесь забыла? - Какое облегчение... - прошелестела она и вытерла тыльной стороной кисти влажные уголки глаз. - Э-эй! - возмущённо прошептал мальчик. - Почему я весь в бинтах? - он обвёл взглядом своё тело. Послышались робкие шаги. Дети обернулись и увидели Нагато. При виде друга Яхико поражённо застыл, избавившись от временной амнезии, а потом потуплено отвёл взор. "Каким же я был болваном, когда на него набросился!" - была его первая мысль. - "Постойте-ка... Он же использовал ринненган... Я же должен был умереть! Получается..." - он поражённо посмотрел на Конан, словно только что её увидел. - "Как я понимаю, она сидела здесь всё это время, значит, спасла меня от тех глубоких ран, что не вынес напавший на нас тогда шиноби из деревни Скрытого Камня! Вот это да!" - тогда он забыл принять во внимание то, что Цунаде и Шизуне тоже владели медицинскими дзюцу. Пауза возникшая между приятелями слишком затянулась. - Нагато, я... - начал мальчик, готовясь к длинной тираде раскаяния. - Да кто же знал, что мы попадёмся в эту дурацкую ловушку? - нервно хохотнул тот, усиленно подмигивая, чтобы друг разгадал его игру. - Ловушку? - озадаченно переспросил тот. - Ну да, - ещё чуть-чуть, и у Нагато начался бы нервный тик, - ловушку! - А-а... Вот ты о чём, - протянул Яхико, чувствуя себя полным кретином, наконец поняв, что похоже, Конан ещё не полностью осведомлена. - Ты не знаешь где сейчас сенсей и Цунаде? - осведомилась Конан, подозрительно косясь то на одного, то на другого, ища подвох. - Джирайя-сенсей уже пошёл за рыбой, а Цунаде-сан до сих пор спит, - ответил Нагато. - Как ты? - поинтересовался он у друга, присаживаясь по правую сторону. - Нормально вроде, - спустя некоторое время изрёк он, сосредоточенно шевеля сначала одной рукой, потом другой. - Вроде ничего не болит, только всё равно неуютно. Да и сердце неприятно ноет. У Хаюми закатились глаза так, что на мгновение веки прикрывали только один мутный белок, и, конвульсивно вздрогнув, она тяжело рухнула на пол. - Конан! - последнее, что услышала девочка. * * * - Ну конечно, а вы чего ожидали? - вздохнула Цунаде. - Она истощилась ежедневными тренировками, а вчера сидела с тобой всю ночь, тратя последние остатки чакры. - Всю ночь?! - ошеломлёно повторил Яхико. "Я и представить не мог, что она так не жалеет себя ради пустячного... Но откуда мне знать, в каком состоянии я был? И вообще, виноват, по большей степени я! Не мне тут воображать и паясничать! Поступил, как последний дурак!" - зло подумал он. Мальчик только-только смог без неприятного зуда и ноющей боли находиться в сидячем положении и больше не ложился. На дворе стоял день, что, впрочем, не было заметно по погоде, однако Конан так и не проснулась. Яхико и Нагато изъявили желание сидеть около неё и никуда сегодня ни ходить. К тому же, им это было категорично противопоказано. Шизуне не преминула повозмущаться, что в их сейчас здравии заслуга её, а не синеволосой, но мальчики не принимали её слова всерьёз. - И когда она очнётся? - полюбопытствовал Нагато. - Через день, сон восстановит её силы, пусть она отдохнёт, как следует, - невозмутимо ответила девушка. - Поели бы что ли, - проворчала она. - Сами еле на ногах держитесь! - Ничего-ничего, - остановил её намерения Яхико, - потерпим. Нам не привыкать. Как и говорила блондинка, Конан проснулась на следующие сутки. В тот же день запас еды был исчерпан полностью.